* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
20 08 2019, 02:26:09 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 19 сентября 2384 г., день
« предыдущая тема следующая тема »
Страниц: 1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10 11 ... 38
0 Пользователей и 2 Гостей смотрят эту тему.   
04 05 2016, 07:11:21 #75
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа.
Станция ДС9, каюта Ракара. Продолжение

-Никогда не сомневайся, что они смотрят. И они слушают. - обронил коммандер, - И они знают, что мы знаем об этом.
Он прикрыл глаза и позволил себе длинную, звенящую напряжением паузу прежде, чем разрешил:
-Докладывай.
Ракар коротко кивнул. Конечно же, он помнил. Дождавшись разрешения, улан начал доклад:
- Наш друг из провинции Корт младший сын в своей семье. У него есть старший брат. Вы знаете, что они не слишком давно дружат с моим соседом из Форта. Так вот, их дружба на самом деле лишь внешняя. Скорее всего, именно старший задумал какую-то подлость в адрес нашего соседа, может быть потому, что дружба не приносит выгоды нашему другу. Но и младшего брата тоже нельзя не подозревать. Я не имею доказательств, но мне пришлось подумать над этим вопросом, и сопоставить некоторые факты. Я прошу вас выяснить, что там происходит. Нельзя оставить это без внимания.
Здесь Ракар сделал паузу, что бы дать коммандеру время понять услышанное.
- А теперь я расскажу о первом задании в проекте. На Волане II нам нужно было забрать двоих. Две группы высадки отправились в разные координаты. Спустя несколько минут после нашей телепортации на планету связь и возможность телепортации были заблокированы. Совпадений не бывает. Поэтому я вспомнил о нашем друге и нашем соседе. Федеральный корабль предпринял спасательную миссию и она оказалась не слишком легкой для исполнения, отняла много времени, больше чем было нужно.
 
На кодовом языке по протоколу Тета другом из провинции Корт обозначалась Кардассианское Центральное командование, а его старшим братом – Обсидиановый орден, Федерация называлась соседом, а все остальное было интуитивно понятным набором слов.

-У нас есть новости из провинции Корт, и наши наблюдения совпадают с твоими, - подтвердил Марк, - Но наш сосед сам способен на удары в спину, так что не спеши с выводами насчет людей из Корта. Продолжай смотреть и слушать, думай, кому что может быть выгодно. Далее?
- Так точно! – ответил улан, одновременно испытав толику тщеславия от подтверждения своих выводов, и смущение от того, что настоящих намерений Федерации он не распознал.
- И второе. У каждого члена проекта есть задание до завтра – представить свой мир. Они хотят посмотреть на Ромул, коммандер, – в глазах Ракара блеснула искра надменного самодовольства, - я не думаю, что будет много вреда от этого, и прошу выслать мне несколько 3D проекций отдаленных гор, ущелий и огнепадов, в тот момент, когда над ними не проходит Рэм.
-Ты получишь материалы, которые мы подготовим, обычной, незашифрованной почтой завтра утром, - подтвердил Марк, - Поскольку это необходимо для проекта, это не вызовет подозрений. Но перед демонстрацией ты должен будешь сам тщательно проверить все проекции. Тщательно, Ракар, - коммандер наклонился ближе к экрану и пристально посмотрел в глаза улана.
- Несомненно, - кивнул улан, понимая, что файлах будет зашифрована другая важная для него информация. – Подтверждаю, - добавил он, давая коммандеру Марку понять, что его послание принято и понято. – На этом у меня всё.
-Твоему письменному отчету лучше быть подробнее, - недовольно поморщился старший ромуланец, - Дай мне краткую характеристику остальных участников и завязанных тобой связей с ними.
- Письменный отчет подробного вида будет отослан в ответ на утреннюю посылку, - невозмутимо продолжил Ракар. Коммандер требовал слишком быстрого подробного отчета, но на то было его право. – Федераты из Академии – довольно разнообразны. Есть неглупые, есть открытые, есть себе на уме, есть фанатичные, есть сомневающиеся. Обычно, все эти качества по одному на представителя. Гражданские – инертны и некоторые ленивы. Вулканский доктор Тенек определяется двойственным, он может быть аналогом некоего Башира, почти сумевшего получить доступ к базе данных Тал Шиар. Я в процессе выяснения его настоящих намерений. Орионский участник никак не проявляет себя, я слежу. Макдауэлл Освальд не глуп и дипломатичен, но разработка не возможна. Кардассианец предан своему государству. Участница c Волана II – Уильямс Энн взята в полную разработку. Она не является преданной Федерации, но в должности офицера флота может быть полезна. Общей враждебности я не испытал ни разу, лишь один землянин, живущий на Вулкане проявил страх передо мной и попытался защищаться по невинному поводу, но это было обусловлено его личными причинами. Остальные … не представляют интереса, - Ракар прищурился, глядя в экран.
Квинтилия Перим и призрачная возможность мира и доверия – это все было не то, что могло в настоящий момент касаться его командования. То, что разрушало привычные взгляды коммандера Марка и его искреннюю ненависть к Федерации – пока не могло быть упомянуто. Это личное дело, и может быть его собственная будущая политика. Или нет. Покажет только время.
-Клингон? - коротко спросил коммандер.
- Клингонка, - поправил улан и улыбнулся, - как и все клингоны, достойный экземпляр для зоопарка. Агрессия и попытки шутить про ромуланцев. Ничего существенного. И главное - ничего нового. И отдельного упоминания заслуживает сама кардассианский координатор. Несмотря на историю, она имеет совершенно противоположную позицию и играет на стороне проекта. Это точно.
-Ракар, - строго сказал коммандер, - Не давай этой клингонской женщине обвести тебя вокруг пальца своим вызывающим поведением. Она там с той же миссией, что и ты, и ведет свою игру. Как я вижу - вполне успешно. Не спускай с нее глаз, нам еще может понадобиться использовать клингонов в будущем.

- Ни одной женщине не удавалось до сих пор, и не удастся в будущем обвести и обыграть меня, - серьезно ответил улан, - не сомневайтесь в моей подготовке и способностях. Все, что происходит - пойдет на пользу Империи, так или иначе.

-И еще две вещи, Ракар, - кажется, слова улана вполне удовлетворили его начальника, и он перестал хмуриться, - До нас дошла информация, что Федерация может закрыть или временно заморозить проект. Если это произойдет, мы лишимся важного наблюдательного поста. Не допусти этого.

- Велика вероятность, - коротко кивнул улан, - много зависит от троих арестованных, из которых только одна доверяет мне в полной мере, Уильямс. Но это временно. Задачу понял, – несмотря на ровную невозмутимую интонацию, Ракар напрягся. За неудачу его не похвалят, мягко говоря, и эта  задача стояла далеко вне его компетенции. Но, видимо, ему следовало превзойти самого себя в дипломатии и донесении ценности диалога Федерации, Кардассии и Ромуланской Империи. Ну ладно, еще и Клингонской. Так уж и быть. А строго говоря, фактически, ему самому вовсе не хотелось, что бы все это кончилось. Ему здесь понравилось и у него было уже слишком много планов на это все. Следовало оставить привычное высокомерие и надменность, выбрать другой способ взаимодействия, и нельзя было сказать, что бы это было неприятно или сложно.
- Что второе?
-Это не должно нуждаться в напоминании, но тем не менее, я слишком хорошо тебя знаю. Не давай им причин усомниться, что Ромул заинтересован в проекте. Иначе они начнут задавать вопросы о том, что ты действительно там делаешь. Стань одним из них, найди подход к каждому. В следующий раз выйдешь на связь после окончания этого задания, и я спрошу с тебя об успехах.
- Нет причины сомневаться во мне, - почтительно склонил голову Ракар, - инструкции приняты к исполнению.
Отключив связь, Ракар быстро разобрал все свои сторонние подключенные устройства, отключил помехи, закрыл все обратно под двойной кодовый замок и так остался стоять у шкафа, прислонив лоб к его прохладной поверхности. В каком-то смысле беседа с непосредственным руководством вернула его к реальности бытия. Всегда возвращала, всегда напоминало о том, о чем он и так никогда не забывал. Но всякий раз он ощущал дискомфорт, вместе с удовольствием видеть соотечественников. Дискомфорт какого-то внутреннего конфликта. И всегда напоминал себе после этого - зачем он все это делает, зачем все это нужно. Ради того, что бы жила его цивилизация, самая лучшая и совершенная из всех. Ради тех обычных ромуланцев на Ромуле и колониях, ради защиты от врага прошлого, настоящего и будущего. Один из многих. Все ради Империи, ничего личного.
 А затем пришло время прочитать отчеты других участников.
_____
И коммандер ромуланской разведки


loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
04 05 2016, 08:02:57 #76
Утара Рилл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа, обеденное время
Станция ДС9, Реплимат


Когда советник Рилл покинула каюту мистера Лайтмана, она остро ощутила, что кружка чаю – это гораздо меньше, чем нужно ей в данный момент. В данный момент ей хотелось есть, причём чего-нибудь плотного и калорийного. Два больших бутерброда. Или кусок пирога величиной с полтарелки. Или большое блюдо канапе. Это была не самая здоровая версия обеда, зато самая подходящая к её настроению. Итак, пирог с кисло-сладкой корочкой или два бутерброда с «томлёным» мясом? По пути болианка так и не сумела определиться, чего именно ей больше хочется и решила остановиться на канапе: тут в одном блюде можно было получить чуть ли не все вожделенные вкусы!
В реплимате было людно. В стороне от входа Утара заметила Иламу Толан, без всякого энтузиазма сидящую над тарелкой. Точнее – над паддом, потому что тарелке доставалось гораздо меньше внимания. Болианка взяла из репликатора кружку безалкогольного болианского пунша и тарелку канапе и подошла к коллеге:
– Не возражаете?
Услышав, что ее зовут, Толан без видимого удовольствия отложила падд – по ее выражению лица было сложно понять, читает ли она очередной отчет или увлекательную детективную историю, - и подняла глаза на источник звука.
– Присаживайтесь, советник Рилл, я все равно уже скоро ухожу.
Блюдо на ее тарелке – нечто зеленоватое с узнаваемым запахом соуса ямок – было едва тронуто.
– Кажется, у всех сегодня плохой день, – констатировала Утара. – Как я хотела бы увидеть хоть кого-то, кому посчастливилось дожить до обеда и не испортить себе настроение!
– У вас тоже что-то случилось? – поинтересовалась кардассианка и чуть смягчила тон. – Вы правы, это тяжёлый день, и это только начало. Я знаю, что вы уже говорили со всеми нашими заключенными. Надеюсь, им это помогло? И нам, - усмехнулась она.
– Девушка была самой открытой, – отозвалась Утара. – и, соответственно, разговор с ней был проще всего. Но у неё и ситуация не такая неприятная. К тому же мужчины... – она сделала жест, ясно дающий понять, что мужчины гораздо сложнее в общении. Нет-нет, – у меня ничего не случилось, спохватившись, добавила болианка, – Но я ещё на совещании заметила всеобщую нервозность и трения между участниками проекта. С одной стороны это понятно: мелкие пакости частенько исчезают в момент настоящих бедствий и вылезают, когда уже всё хорошо, с другой, я надеялась, что это проявится в гораздо меньшей степени.
– Вот только конфликтов нам еще не хватало, - пробормотала Толан, отодвигая тарелку с практически не тронутым блюдом. – Рагу сем’хал, - прокомментировала она, проследив взгляд Утары, - час назад было вполне съедобным – пока не остыло. Советник, если вы увидите, что среди кадетов будут нарастать конфликты или возникать неприятные ситуации, сообщайте мне об этом. Сейчас все на взводе, и ситуация неопределенности все только ухудшает. Мистер Лайтман готов сам себя во всем обвинять и сам же – казнить, мисс Перим пребывает в странном настроении, а мистер Тенек и вовсе… Так, - прервалась кардассианка, допивая стакан воды и собираясь уже вставать. – Я не хотела мешать вашему обеду.
– Вы нисколько мне не мешаете, – успокоила её Утара, – если бы я не любила компанию, я не стала бы советником. С ума сойти! Про мисс Перим я слышу уже от второго человека, да и сама заметила, что она расстроена, а что же выкинул мистер Тенек?
– Вместо приятной беседы я выливаю на вас свое плохое настроение. Тяжелое у вас работа, если ежедневно приходится терпеть подобное ворчание, - и все же Толан улыбнулась. – Мисс Перим страдает от своей ответственности и, похоже, она на пределе. Она чем-то немного напоминает меня в юности… - но это вы лучше забудьте. Несмотря на отсутствие у нее объективных серьезных проблем, она выглядит расстроенной и взвинченной. Ее состояние вселяет в меня опасения, как долго она еще продержится. Что касается Тенека… - она нахмурилась и отвела взгляд. – Я сообщила ему, что у него все шансы покинуть проект. Пока он на испытательном сроке, но я не уверена, что его место здесь.
– Что же он всё-таки натворил? – полюбопытствовала Утара.
–  Долгая история, - уклончиво проговорила кардассианка. – Когда я окончательно сформулирую, я отправлю свое обоснование руководству проекта и вам, как советнику, - она кивнула на падд, в котором, по всей видимости, это обоснование и писалось. – В общих словах, он подорвал мое доверие своими действиями на Волане II и умолчал кое о чем важном в отчете. Его интерес к работе на станции также внушает сомнения в том, что ему действительно стоит оставаться в проекте, а не строить свою карьеру отдельно, - Толан старалась, чтобы ее голос звучал спокойно и не выдавал истинных эмоций.
Кажется, вызов в кабинет кординатора вылился в тяжёлую беседу! Утара сочувственно посмотрела на координатора и не менее сочувственно подумала о вулканском стажёре.
– Погодите, погодите, но какой смысл ему был что-то скрывать? – удивилась она. – Он же почти всё время был на глазах двух других участников проекта, а они ничего не скрывали и наверняка всё подробно описали в своих отчётах! Он что же отрицал их показания?
Такой поворот совсем не укладывался у болианки в голове. Вопрос об интересе к работе на станции она пока благоразумно отложила на потом: ровно то же самое было предложено мисс Перим в качестве поощрения, и кажется, никто не говорил, что её надо за это отчислить.
– Я не знаю, - коротко ответила кардассианка. – Мне еще предстоит разбираться со всеми мотивациями. Вероятно, он сам лучше вам ответит. Разумеется, у него были на то свои причины, - раздраженно хмыкнула она и вновь сбавила тон: - Вы думаете, я слишком резко с ним поступила? В другой ситуации я сказала бы так же, но сейчас он нарушил договоренность и поставил под угрозу свою жизнь, за которую я отвечала. Не говоря уже о таких мелочах, как субординация и зона ответственности. И еще я не люблю, когда мне врут. Но сейчас я бы не хотела об этом говорить – этот участник и так получил сегодня достаточно моего внимания и моих нервов. У нас есть более серьезные проблемы, а именно – Артур Лайтман и мистер Корам.
«А ещё он почти наверняка был свято уверен, что поступил самым логичным образом, о чём не преминул заявить со всей безапелляционностью, – подумала Утара, – а это так бесит!». Она пока ещё не поняла, с чего бы это запирательство и отрицание показаний других очевидцев могли быть логичными, но если вулканец выкинул такой номер, значит, в его упрямой голове так это и было. Впрочем, судя по настроению координатора, тему совершенно точно следовало сменить.
– Вы правы, это не к спеху, – согласилась она. – Мистер Лайтман не возражает против извинений в адрес Корама, и уже обдумал эту проблему. Я посоветовала ему извиняться только за то, в чём он действительно считает себя виноватым, и в то же время щадить самолюбие мистера Корама. Надеюсь, у него это получится.
– Вы так думаете? – Толан немного недоверчиво посмотрела на советника. – Вчера он готов был сознаться во всех грехах и принять смерть – по крайней мере, так это выглядело. Как бы он все не испортил… Возможно, следует отправить с ним кого-нибудь из более старших представителей. Ситуация осложняется тем, что мистер Корам уже знает нас и относится к нам не лучшим образом. Может быть, попросить коммандера Мори помочь уладить эту ситуацию дипломатически?
– Я тоже думала об этом, – призналась болианка, – Если он не успел разругаться заодно и с коммандером Мори, это был бы наилучший выход.
Толан переглянулась с болианкой.
– Тогда попробуем использовать этот козырь. Вы свободны перед ужином? Возможно, нам стоит заглянуть к коммандеру и сделать ей увлекательное предложение. Ведь что может быть привлекательнее, чем общение с вредным и злобным бывшим мэром! И не забываем, что ко всему прочему он еще и кардассианец, как бы неприятно мне ни было это сознавать.
Утара утвердительно кивнула:
– Я совершенно свободна в своих планах, возможно благодаря привычке без необходимости не загадывать вперёд больше чем на час-другой. От души надеюсь, что мистер Корам понимает, что его будущее на этой станции зависит в том числе и от этой конкретной баджорки, и будет держать себя в рамках приличий. Мне жаль, что вам приходится терпеть поблизости такого, с позволения сказать, соотечественника. У себя на Родине мы позволяем себе пренебрегать теми, кто нам неприятен, но когда такой тип встречается вовне и портит репутацию целой расы... – Утара вздохнула, – будь это болианец, не знаю, кого пришлось бы судить – мистера Лайтмана или меня!
– Вы бы сдержались, - серьезно заметила Толан. – Порой я завидую вашей выдержке и спокойствию. Но без них вы бы и не стали советником, не так ли? А к репутации кардассиан в Федерации я уже привыкла, - пожала плечами женщина, - и плохим отношением меня не удивить. Мистер Корам – только маленькая часть этой мозаики. А теперь мне действительно пора, иначе за разговорами о всех наших бедах ваш обед остынет, как и мой.
Она коротко кивнула и поднялась со своего места.
– Удачного дня, – пожелала ей советник, – хотя бы второй половины!
__________________
с Иламой


«Есть только два способа прожить свою жизнь. Первый – так, будто никаких чудес не бывает. Второй – так, будто все на свете является чудом». Альберт Эйнштейн
Offline  
04 05 2016, 17:32:16 #77
Тенек

Re: Сезон 3, Эпизод 3

Станция ДС9. После полудня.
Каюта Артура.


Времени действительно было мало, а дел много, и, избавившись от посуды, Тенек поспешил закончить с последним на сегодня медицинским делом – направился в каюту Артура Лайтмана, чтобы сделать контрольное сканирование.
Тенек застал кадета Лайтмана подтягивающимся на перекладине от верхней койки. После ухода советника, Артур набросал список необходимых для фуршета по своему проекту продуктов, отправил его координатору, переоделся в гражданское и приступил к тренировке, одновременно обдумывая голографический сюжет о Земле.
Когда охрана пустила Тенека в его каюту, Лайтман спрыгнул на пол, показал вулканцу вулканское приветствие и сказал:
- Добрый день, Тенек.
Тенек ответил на приветствие и объяснил причину своего визита:
– Мне нужно провести контрольное сканирование после вашей выписки. Это тем более необходимо, что я до сих пор не получил данных о состоянии вашего здоровья с «Саратоги».

Артур подошел к вулканцу, наблюдая за его действиями. Тенек был бесстрастен и сосредоточен. Как и всегда.
– Я в порядке, целиком в норме. А … как ваши дела, Тенек? Вам удалось хотя бы нормально отдохнуть после всего этого?
– Разумеется, – Тенек извлёк сканер и трикодер и приступил к сканированию. – В то же время у меня вызывает озабоченность непрозрачность информации после возвращения на станцию, но вероятно, в скором времени всё разъяснится.
– Наверное, потому, что здесь  на станции нет главного врача, они могут отправить данные в Академию, и их нужно будет потом запрашивать с Земли, - сказал Артур. – А может … не знаю, Тенек, что и сказать. Может быть, разгонят скоро всех, кто арестован. Оттого все и так.
– Мы все относимся не к станции, а к группе «Альфа», – возразил Тенек, вспомнив отповедь глинна Толан на собрании, – а у группы «Альфа» есть врач.
Он не стал развивать эту тему дальше и говорить о том, что если в заблудившейся по инстанциям информации есть что-то важное, что-то, что не поддаётся выявлению при стандартном сканировании, именно ему – Тенеку – придётся в критических обстоятельствах импровизировать, и нельзя исключить, что неудачно.
– То, что до сих пор вам и мистеру Саталу не предъявлено официальных обвинений также настораживает. Я ожидал услышать их на общем собрании... Вы волнуетесь или занимались физической активностью перед моим посещением?
Было похоже, что Тенек возмущен ситуацией, несмотря на свой ровный тон, без тени эмоции. Это был интересный опыт, пробовать понимать вулканца, исходя лишь только из его речи.
– Я тренировался, все нормально. Собственно, нет, не волнуюсь. Все хорошо. Тенек, было бы все серьезно, они не вернули бы меня на станцию, и остальных, кого лечили. Как это, в частности, с Кейрой произошло, - Артур сделал паузу, раздумывая стоит ли говорить, - на самом деле почти что предъявлено. Вы еще не в курсе, наверное. На катере, пока вы были на планете, я успел избить мэра Волана II. Он заблокировал телепортацию с планеты и отказался давать пароль. Иной раз, Тенек, мне кажется, эмоции – главное зло, и бывают моменты, когда я по-настоящему понимаю причины выбранного вулканцами пути.
Тенек действительно ещё не слышал о причинах ареста Артура: услышав о нём, вулканец стал ждать официальной информации, и лишь не получив её, решил выяснить положение вещей у самого арестованного.
– Вот как? – задумчиво сказал стажёр, причём было не понятно, относились эти слова к избиению мэра или к словам о вулканском пути. – Насколько я знаю, у землян существуют эффективные методики самоконтроля, если у вас есть с этим проблемы, вы могли бы воспользоваться одной из них.
- Спасибо, Тенек. Нет, с этим проблем нет. Я уже решил это, оно называется – надо вовремя читать все отчеты о произошедших событиях, - неловко улыбнулся Артур, - отчетов об Аномалии я не читал, это оказалось зря. Но мне уже все рассказали. Тенек, раз уж вы зашли, я хотел спросить: вы не едите мяса, я знаю. А другая земная еда вам подходит?
– Любая, которая не сопряжена с убийством.
– А, хорошо! Тогда вы не останетесь голодным на фуршете, посвященном планете Земля, – довольно ответил кадет.
– Я посещал Землю во время обучения, – заметил Тенек, убирая сканер и трикодер, – Ваша кухня очень разнообразна и способна удовлетворить самые разные вкусы. Что касается нашей кухни, то при всём разнообразии, большинство инопланетян считают её слишком пресной. Исключение составляют некоторые свежие растения, но доставить их с Вулкана к завтрашнему дню невозможно.
– Да, Тенек, это так, видимо, большинство будет реплицировано и в вашем, и в моем случае. Я с удовольствием посмотрю на Вулкан в вашем его представлении, и надеюсь, вам понравится то, что хочу рассказать о Земле.
Тенек подумал о Вулкане в своём представлении, и снова ему пришло в голову, что для того, чтобы показать Вулкан именно своим, таким, каким он  жил в душе, пронизывал всю его сущность, придётся преодолеть к’о-нар: раскрывать мир своей души через образ родного мира ему совсем не хотелось. Но таким было задание. Оно создавалось в интересах проекта, и личные предпочтения Тенека не имели никакого значения.
– Как я понимаю, вы уже решили, что покажете, – сказал он.
– Да, - Лайтман говорил с энтузиазмом, как будто и не было у него впереди конца пути, – идея родилась почти сразу. Задание очень в духе проекта. Оно поможет нам в понимании друг друга, покажет, что дорого каждому из нас. Мы все такие разные, и мы сможем увидеть, что дорого каждому из нас. Начало пути к общему взаимопониманию и взаимоуважению. Если вам нужна будет помощь с детализацией программы или еще чем-то – обращайтесь. Я мало использую стандартные голографические шаблоны, обычно перерабатывая их почти целиком, потому что часто нужна высокая детализация под конкретную индивидуальность.
– Вы имеете в виду зрительную детализацию или сюжетную? – уточнил Тенек.
Против зрительной детализации он ничего не имел, а вот какие-либо сюжеты показывать совершенно не планировал.
– А это по вашему желанию, Тенек, можно придумать и то, и другое. Если надумаете, я к вашим услугам.
Тенек ненадолго задумался.
– Возможно, – подвёл он итог своим мыслям. – Если, конечно, это не помешает вашему собственному проекту.
Лайтман кивнул, глядя на некоторое замешательство Тенека. Хотел ли тот не показывать свою идею до представления, или, напротив, не хотел вмешательства – было не совсем ясно.
– К полуночи я скорее всего закончу со своим и потом буду свободен.
– После полуночи рекомендую вам спать, – возразил вулканец. – Визуальные эффекты в голопрограмме не стоят нарушения режима.
– Когда-нибудь мы все успеем выспаться, рано или поздно, каждый в свой срок, - загадочно усмехнулся Лайтман.
– Или наоборот, – сухо заметил вулканец – Не успеете привести себя в рабочее состояние, когда в этом возникнет нужда.
Складывалось впечатление, что в проекте принимали участие сплошь злостные нарушители режима, причём нарушали его без каких-либо веских оснований.
– Я успею, - серьезно ответил Артур, - иногда слишком расточительно терять время на сон. Время – ресурс слишком драгоценный.
– У вас есть основания полагать, что ваше время ограничено? – поинтересовался Тенек.
– Времени никогда не бывает слишком много, время – такая субстанция, которая всегда кончается, которой всегда недостаточно для живых существ, по сравнению с вечностью. Это философская категория, Тенек. И на Волане II все мы познали это сполна, как, впрочем, и в той истории с Аномалией.
Тенек пожал плечами:
– Если это всего лишь философская категория, и кроме меланхолического настроения у вас нет других причин работать ночью, не вижу причин вам в этом способствовать.
Лайтман опустил голову и удержался от жеста развести руками. «Как пожелаете», хотелось сказать, но ничего не ответил.
__________________
с Артуром


– Погасите огонь!
– Как?
– Думайте! Погасите пламя в своих мыслях!
_
Капитан Пикард и рядовой; 1:6 «Куда не ступала нога человека»
Offline  
05 05 2016, 14:23:02 #78
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

Станция ДС9. После полудня.
Стыковочное кольцо, каюта Тенека.


Ракар прочитал все отчеты участников “Альфы”, бывшие на текущее время в открытом доступе. Это первое, что он сделал для подготовки к исполнению задания, которое дало ему командование. Впрочем, он и без задания прочитал бы их, но теперь его поведение и стратегия действия требовали корректировки. Корректировка должна была быть плавной, не резкой, не заметной для окружающих. Размышляя над тем, что ему делать теперь, ромуланец выстроил некоторое подобие плана. Не допустить закрытия проекта “Альфа” – не менее и не более того, задача, превосходящая все его возможности и компетенции, для ее исполнения следовало превзойти все свои возможности. Но первым делом следовало выяснить намерения вулканца, и, может быть, научить его кое-чему. Его отчет вызвал не просто недоумение улана, но и возмущение до определенной степени. Выяснив еще ранее, что ему доступны ответы компьютера станции на вопросы о местонахождении участников проекта, спросив местопребывание Тенека, Ракар вышел в коридор и, заложив руки за спину, стал дожидаться вулканца у двери в его каюту.
Тенек увидел Ракара издали. Пожалуй, ромуланец был последним, кого Тенек мог представить у своих дверей. Впрочем, он не рассчитывал застать возле них никого, а ромуланца почти со стопроцентной вероятностью должно было привести сюда дело. Тенек без лишних слов пропустил Ракара в каюту.
– Проходите. Как я понимаю, вы пришли по делу. Я слушаю вас.
Ракар молча прошел в каюту первым, как было предложено, остановился у двери. А после, когда вулканец прошел дальше и автоматические двери закрылись, Ракар дождался когда Тенек обернется и увидит происходящее. Без лишних слов, невозмутимое выражение лица Ракара изменилось на жесткое, он медленно поднял руку и нажал на кнопку внутренней блокировки дверей каюты. Исподлобья глядя на Тенека, он прошел чуть дальше и ближе к нему, встал лицом к вулканцу, спиной к дверям. Ему подумалось, будь на месте Тенека  Сатал, уже давно бы пошла реакция. Внутренне он даже усмехнулся, что никак не отразилось на внешнем. Но реакции от Тенека пока не было.
- Именно. По делу. Есть две вещи, которые нужно обсудить. Первое - я прочитал ваш отчет. И он сильно отличается от моего. Понимаете?
– Прекрасно понимаю, – ответил вулканец, – так и должно быть.
Блокировки двери он словно бы не заметил.
- Что именно должно быть? Вы намеренно опустили часть событий, которые описал я. События, которые вы опустили – наблюдали федеральные офицеры службы безопасности с “Саратоги”. Их было трое, под руководством лейтенанта Кортеза. Что вы делаете, Тенек? Это какая-то намеренная интрига и провокация, или вопиющая безответственность граничащая с вселенской глупостью? Кого вы подставляете? Я должен знать.
– Себя, – спокойно отозвался Тенек. – Вас интересует что-то ещё?
- Тогда я должен признать, что если вы не высококвалифицированный специальный сотрудник – то вы просто дурак, мистер Тенек, - с какой-то особенной экспрессией выпалил Ракар, отвел глаза, сделал двухсекундную паузу, и продолжил.
- Второе – ваше предложение о работе на станции. Вы хорошо осознаете, что оно применимо только для федератов? Если не понимаете, сейчас объясню.
– Объясните, –  согласился вулканец.
Ракар вытащил падд и включил подсветку, файл с договором был открыт на нем еще с момента совещания. Он точно процитировал вулканцу пункт договора между проектом и Ромуланской Империей, в котором говорилось, что любое подозрение на шпионаж или действия, способные принести вред одной из сторон проекта приведут к немедленному исключению участника, уличенного в этих действиях, из проекта.
- Я мог бы действовать согласно своим умениям, и я даже спросил коммандера Мори Джанир об этом, и получил дипломатически уклончивый стандартный ответ. Так вот, мистер Тенек, не стройте из себя святую наивность. Никто из тех, кто не принадлежит Федерации – не сможет работать на станции. Ни я, ни Тенма Джез, ни Курш, ни М'Кота. Потому что эффективная наша профессиональная деятельность подразумевает доступ к вашим текущим новым разработкам. И это не критическая ситуация, в условиях которой мы должны любой ценой соединить обрывок плазмопровода. Как минимум, мы не будем допущены до станции с уровнем доступа на пункт выше гостевого. По договору нам предполагается для работы устаревшая техника, тактико-технологические характеристики которой уже давно всем известны. А иначе – любого из нас вы можете подставить. Разве проект “Альфа” – проект по дискредитации отличных от Федерации государств? Или вы отвели нам роль станционных уборщиков?
– Эффектная речь, – сказал Тенек, – но она не несёт в себе новой информации. Тот, кто хочет работать, найдёт себе дело, не имеющее отношения к шпионажу и при этом соответствующее знаниям и умениям; тот, кто не хочет, всегда найдёт причину не работать.
- Вы даже не желаете понимать, - с сожалением покачал головой Ракар, - конечно никакой новой информации эти слова для вас не несут, ведь вы прекрасно знаете, что это так и все равно настаиваете на своей провокации. Что, Федерация настолько ослабла, что вынуждена путем подставных проектов привлекать специалистов из других государств для работы на своих станциях? Маловероятно. Или технологии, здесь применяемые, настолько устарели, что Федерация отдает станцию под кадетские эксперименты? Ваше предложение, мистер Тенек, не для всех. Оно только для федератов. И вы прекрасно это понимаете. Нефедеральные представители прибыли сюда не для того, что бы заниматься обслуживанием станции Дип Спейс 9. Отчего вы не желаете видеть альтернативных негативных сторон своей идеи? Вы имеете своей целью дискредитировать нефедератов? Или что? Можете объяснить?
Взгляд вулканца некоторое время изучал Ракара, словно спрашивая, действительно тот не понимает или притворяется.
– Могу, – сказал Тенек после паузы. – Я не считаю, что не федераты не смогут принять в этом участие, и коммандер Мори, как вы слышали, подтвердила мои слова. Когда они прибыли на данный проект, они уже заявили о своём желании изучать друг друга и сотрудничать друг с другом, а моё предложение позволяет создать дополнительные площадки для такого сотрудничества. Такое сотрудничество могло бы принести много взаимной пользы, но если сузить перспективу только до границ проекта, то оно позволяет не на тренировке, а в реальных условиях доказать, что проект имеет смысл и может быть эффективен, что его участники способны к диалогу и заинтересованны в совместной работе, а это в свою очередь повысит шансы избежать его закрытия. Если вы заинтересованы в продолжении проекта и способны разглядеть в этом шанс на укрепление его позиций, вы найдёте способ принять участие в этой деятельности, не нарушая правил проекта... только, обдумывая это, не стоит совершать логических ошибок и приравнивать всю Федерацию к одной станции, а работу без допуска к секретности к работе уборщика.

- Хм… в том то и дело, в том и дело, что я не хочу закрытия проекта, но вы не желаете обдумать моих слов. Знаете, я понял, Тенек. Вы доктор, а не политик. Вы доктор, а не тот, кто мог бы строить глобальные планы и стратегии. И именно поэтому вы не можете конкретно назвать мне область деятельности, в которой я мог бы работать на вашей станции, ограничиваясь общими побуждающими фразами. И именно поэтому вы допускаете ошибку. Как допустили ее с вашим отчетом. Я защищал вас на планете, я готов был там сражаться до самой гибели, защищая вас и ваш пацифизм. Из искреннего желания наладить с вами диалог и взаимное понимание. И мне ясно, по какой причине вы скрыли информацию в отчете. Но этим – вы проявили недоверие ко мне. Нам следовало обсудить вместе объем докладываемой информации и общую версию для отчета. Я мог бы лучше вас придумать, как скрыть то, что нужно было скрыть, если это важно. Но вы предпочли действовать в одиночку, чем навредили и себе и вашему делу, и нашему делу – тому, ради чего этот проект создан. Мне жаль, мистер Тенек. Я хотел бы помочь, но уже поздно. Это величайшая глупость была.
___________________
И Тенек


loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
05 05 2016, 14:44:31 #79
Тенек

Re: Сезон 3, Эпизод 3

Станция ДС9. После полудня.
Стыковочное кольцо, каюта Тенека.


– Безусловно, я – врач, – согласился Тенек, – и я никогда не претендовал на большее. Но вы неправы в том, что мне следовало вступить с вами в сговор. Подумайте сами: цель нашего последнего дела на планете была разглашена ещё до того, как была достигнута. Предположим, каким-то способом мне удалось бы заставить вас и Сатала молчать, чего я этим добился бы? Только того, что вы двое были бы дискредитированы. Ваши показания в данных обстоятельствах весят не больше, чем показания офицеров «Саратоги» и имеют значение только для вашей репутации. Мои показания – другое дело. Только мне известно, что произошло в действительности, только я могу подтвердить или опровернуть вашу оценку происходящего, но я не намерен делать ни того, ни другого. Весь смысл процедуры был в том, чтобы спасти мистера Клейборна от огласки. Да, всего лишь в рамках небольшого сообщества, но вы лучше меня знаете, что тайна соблюдается тем лучше, чем меньше людей в неё посвящено. В данных обстоятельствах информация уже слишком распространилась и распространится ещё больше: отчёты глинна Толан её начальству, отчёты коммандера Мори и советника Рилл федеральному начальству, ваш отчёт вашему командованию и, полагаю, отчёты некоторых других – своему. Все они разойдутся многочисленными копиями, умножая вероятность фатальной для моего пациента случайности, к примеру, в том случае, если маки сильнее, чем кажутся, и у них есть в Федерации свой человек, вроде небезызвестного Эддингтона. На этот случай все эти отчёты будут лишены одного – моих показаний, показаний врача, выполнившего или не выполнившего то, что от него ожидалось. Ни вы, ни мистер Сатал, ни офицеры «Саратоги» не знаете, видел ли я Лору Эвансон до того, как она прибыла в клинику, но после того, как мистер Сатал видел её на ферме. У вас есть доказательства того, что она несколько часов добиралась до города? Нет. Можете вы доказать, что она не говорила со мной без свидетелей? Не можете. Можете вы быть уверены, что всё это было действительно операцией по подавлению памяти, а не инсценировкой для офицеров «Саратоги» и других чужаков? Тоже нет. Лора Эвансон могла просить меня обследовать разум мистера Клейборна с целью установления истины или с любой другой целью с таким же успехом, как и с целью подавления участка памяти. А раз так, то при утечке информации сохраняется шанс, что он не будет обвинён.

– Какая шикарная теория и реализация конспиративного маневра, - серьезно ответил ромуланец, и не было понятно, сарказм ли это, или что-то иное, - но ваша логика имеет изъян. А именно – ваши действия может быть и спасут того человека, но ваша судьба при этом становится незавидна. И в угоду этого одного человека вы ставите под угрозу международный проект. Сейчас выгонят вон тех двух арестованных, потом выгонят вас. Потом распустят и всех остальных за ненадобностью и неудачей. Именно этого вы в итоге добьетесь, Тенек. А все могло бы быть по иному, если бы вовремя обсудить эту проблему. Целых 7 часов было на это, пока “Саратога” сюда летела. Поступив по одному вам понятному пути, вы решили все пустить вспять, даже не задумавшись о последствиях. В то время как вместе мы могли найти лучший выход  из этого. И что теперь? Теперь следует выпутываться.
Тенек сделал отрицательный жест.
– Я хорошо обдумал последствия. Сговор кажется вам предпочтительнее, потому что вы рассматриваете оптимистический исход для него. Если же рассмотреть неудачу, результат был бы намного хуже имеющегося: кроме меня в сокрытии информации оказались бы замешаны вы и Сатал, то есть из трёх арестованных положение одного усугубилось бы, и к троим добавились бы ещё двое обвиняемых, а не один. Напротив, в данный момент Сатал значительно улучшил своё положение благодаря своей искренности, вы не обвиняетесь, что до меня… – Тенек несколько секунд смотрел в окно, затем, снова обернувшись к Ракару, закончил:
– Что бы ни решили в отношении меня, пока я следую врачебной этике, я останусь врачом. Исключение из проекта нежелательно, но выбирая между сохранением своего места в проекте и исполнением своего долга, я выберу последнее.

– Слишком много вы думаете о себе, - сказал ромуланец, выслушав до конца. – И об одной личности в истории. Куда большее значение имеет общее благо. Мне известно, что вы декларируете принцип «благо многих превышает благо нескольких или даже одного». И следует понимать, что ваши действия ставят под угрозу не только вас, а всю эту попытку диалога нескольких ранее враждовавших государств. Та же самая Федерация не будет тасовать своих участников проекта, как разменные карты, когда они один за другим совершают столько ошибок. Координатор – кардассианка, как думаете, ей понравится такое расхождение в данных и какие-то непонятные ей мотивы за ее спиной? Как минимум – то, что должно было быть секретным, должно было стать известным с высоким уровнем доступа, и только потом по взаимной договоренности могло быть уничтожено. Но время уже потеряно. Вам не надо было молчать, хотя бы со мной. Я вам не враг, Тенек. В интересах моей Империи – сохранение диалога и мира, а не культивирование взаимного обмана и следующего за ним недоверия. Поэтому, я буду вас защищать, и впредь – я бы попросил обсуждать сложные вопросы, во избежание… Хотя бы со мной.
– Будет сложно говорить с вами, если вы будете слушать так же невнимательно, как сейчас, – возразил вулканец. – Настаивая на необходимости своей помощи в этом случае, вы проигнорировали возможность её отрицательного эффекта, хотя я и привёл вам аргументы – отрицательного эффекта не только лично для вас или других участников, но и для проекта в целом. Вы сейчас сказали об интересах вашей Империи и проекта «Альфа», так вот именно в их интересах, чтобы вы оставались незамешаны в этом инциденте. Ромул впервые участвует в подобном проекте, и одного ромуланского участника проект уже потерял; потерей второго участника рисковать было нельзя, даже если этот риск был невелик.
– Я не сказал, что первый вариант, мной предложенный – мог бы быть единственным. Но вы аннигилировали все варианты своим единоличным решением вместо решения коллективного. И все, что я хочу до вас донести – что необходимо договариваться, а не умалчивать свои единоличные решения.
Тенек снова посмотрел на ромуланца своим непроницаемым взглядом и ответил:
– Зависит от обстоятельств. Вы не хуже меня знаете, что единоличных и неоднозначных решений не избежать. Относительно данного случая я остаюсь при своём мнении, в отношении будущего – будущее покажет. Нельзя спрогнозировать алгоритмы действий на все случаи жизни.

“Как я могу быть спокойна, когда все катится к черту?” однажды сказала Квинтилия Перим в ответ на его слова. И действительно, это было сложно. Тупое вулканское упрямство, нежелание диалога и чего-то совместного – выводило из себя. Задача, поставленная командованием – была почти невыполнима. Его миссия была почти невыполнима. Но тем не менее Ракар остался спокоен.
– Как пожелаете, мистер Тенек. Удачного дня, - коротко кивнув головой в прощании, ответил улан. Разблокировал дверь каюты и вышел в коридор.
____________________
с Ракаром


– Погасите огонь!
– Как?
– Думайте! Погасите пламя в своих мыслях!
_
Капитан Пикард и рядовой; 1:6 «Куда не ступала нога человека»
Offline  
05 05 2016, 17:19:17 #80
М’Кота

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа, ближе к вечеру
Станция ДС9, бар “Кварк’с”, голокомнаты.


Посещение клингонского ресторана оказалось для М’Коты неожиданно эффективным. Во-первых, она написала отчёт и даже успела отправить его до назначенного времени. Во-вторых, задумчиво поглощая гагх, она внезапно поняла, что сидит посреди решения проблемы с фуршетом.
Любая клингонская женщина умеет готовить... за исключением разве что особенных антиталантов. Мужчины - тоже, но у женщин на этот счёт куда больше обязанностей. Нужно уметь приготовить массу вещей, чтобы не ударить в грязь лицом, почтить традиции и завоевать благосклонность леди клана. Кровавый пирог на День чести. Свечи вархама на собственную свадьбу. Если подумать, для кулинарных подвигов М’Коте не хватало только кухни. Но кухня была, и ещё какая! А хозяин ресторана был отличным мужиком с большим сердцем и столь же большим чувством юмора. Наверняка он с энтузиазмом отнесётся к идее поддержать честь Кроноса и позволит ей поколдовать на его кухне!
Блюд М’Кота наметила четыре – каждое со своим особым смыслом. Если уж угощать, то от души! Легкое брéгита – для тех, кто хотел бы попробовать что-нибудь, но не рискнёт связываться с экзотикой. Кровавый пирог – для тех, кто рискнёт. Гладст и зилм’ках – для вегетарианцев и вообще для всех. Подбирая с дна миски последнюю щепотку гагха, М’Кота от души рассмеялась: всё это хорошо, но надо же и ожидания оправдать!

Вот клингон! Он кто такой?
Гагх, бат’лет и мордобой!
Если твой ответ таков,
Ты из клана дураков
И не видишь ничего
Дальше носа своего!

Такой куплет по рассказам отца распевали на «Пагхе» ожидая прибытия коммандера (а теперь уже капитана) Райкера. Райкер оказался свойским человеком – храбрым и умным, но разве мало в Галактике тех, кто при мысли о клингонах сразу вспоминает червяков, и кто не знает, что клингон – это скорее д’к-таг, чем бат’лет – в первую очередь кинжал чести, а уж затем меч войны. Поэтому в качестве небольшой шутки девушка решила добавить пятое блюдо – блюдо, которое должно было не только оправдать, но и превзойти ожидания.
После долгой и продуктивной беседы с владельцем ресторана (наполненной весёлыми идеями для фуршета вперемешку с байками и смехом) М’Кота прогулялась до каюты, чтобы поговорить с матерью. Наара славилась не только умением держать в руках дом, мужа и пятерых детей, но и множеством кулинарных секретов. Итак, с фуршетом проблем не было. Оставалась голопрограмма, и тут М’Кота решительно терялась. Глинн Толан упомянула что в программу надо включить что-то важное для себя. Что-то важное... Всякая экзотика, о которой любят болтать и которую все ждут – это далеко не самое важное. Важное у М’Коты было: такое же важное, как заноза в сердце, но если это показать...
В результате к моменту встречи с Освальдом М’кота подошла в философском настроении: уже не таком раздёрганном как с утра и не таком весёлом, как после клингонского ресторана – смесь сомнений и решимости, так это можно было назвать. В 18-30 она вызвала Макдауэлла.
– Не передумал? – спросила она вместо приветствия.
- Не дождёшься! - проворчал Освальд в ответ. - Я как раз в "Кварк'с", так что подходи, голокомнату сейчас арендую.

В итоге М’Кота пришла на всё готовое: событие нечастое, но тем более приятное. Поднявшись в забронированную голокомнату, она огляделась.
- Ну, как тебе? - развёл руками стоявший недалеко от входа Освальд. - Я подумал: да ну их к чёрту, эти стандартные тиры!
Землянин с клингонкой стояли посреди руин некоего города, всюду валялись какие-то трубы, куски арматуры и обрывки бумаги, ни одного целого здания поблизости не наблюдалось, как будто этот город бомбили, причём настолько усердно, что никому из живших тут не пришло в голову оставаться. Серый цвет доминировал во всём: в развалинах домов, в толстых слоях пыли на улице, и даже небо над головой, казалось, было серым.
Внезапно, откуда-то слева из-за перевёрнутого торгового ларька появился ромуланец и выстрелил из дизраптора, после чего в одном из окон развалин справа мелькнуло что-то серое, и прозвучал выстрел уже из фазера. Цвет соответствовал кардассианскому оружию.
- Пауза! - скомандовал кадет. - Ромуланцев буду бить я, а кардассы - твои. Цели бывают разные, по кому-то попасть проще, по кому-то - сложнее, подсчёт очков ведёт компьютер. В случайные моменты времени будут появляться летающие дроны, шустрые, как пикирующий сокол. За них больше очков дают, но их ещё разглядеть надо успеть.
- Компьютер, покажи-ка особую мишень, - скомандовал Освальд, и вдалеке, почти сливаясь с местностью, пролетел небольшой шарообразный дроид.
- Первый раз вижу этот пейзаж, но так даже интереснее, не находишь? - с ухмылкой спросил кадет.
– Как неполиткорректно! – рассмеялась М’Кота. – Признайся, как часто ты стреляешь по клингонам?
- Ну-у-у... - протянул Освальд, пытаясь удержаться от смеха.
- Компьютер, федеральный фазер второго типа и клингонский дизраптор, - скомандовал он и сделал приглашающий жест рукой - ваше, мол, оружие.
– Если бы ты сказал «часто», это был бы правильный ответ, – подколола М’Кота, принимая оружие и грамотно занимая укрытие.
- Следишь за моей активностью в голокомнате? - не уступал Освальд. - Ваш интерес, коллега, мне, признаться, льстит!
– Не обольщайся! Просто-напросто это был бы комплимент, а не оскорбление.
- Комплимент я тебе скажу после, - с усмешкой ответил Освальд. - Если заслужишь!
Ещё раз взглянув на клингонку и на автопилоте поставив на фазере максимальное оглушение, хотя в голокомнате это было не нужно, он дал команду:
- Компьютер, начать программу!
Тут же дали о себе знать их враги. Программа действовала достаточно шаблонно: один выскакивал совсем рядом и стоял в полный рост, второй - уже в отдалении, и его было видно по пояс, а третий вообще прятался за укрытием, выглядывал лишь на секунду, чтобы выстрелить, и тут же прятался обратно. Попасть в такого неприятеля было довольно непросто.
Первые две волны стрелки шли нос к носу, но потом Освальду пару раз повезло, и он снял противников за преградой, тогда как выстрелы клингонки попали очень близко, но всё же мимо цели.
- Ха! - самодовольно выкрикнул он.
– Рано радуешься!
М’Кота нахмурилась и решила рискнуть: три раза подряд самый юркий из её противников оставался невредимым, это нужно было прекратить. Рискованно высовываясь из укрытия, девушка исхитрилась трижды «снять» осторожных кардассианцев, лишь раз позволив противнику ускользнуть, и счастливо избежав условных ранений (а значит и штрафных очков).
Следующая волна началась тоже ровно: враги появлялись и тут же падали под их с М'Котой обстрелом, но потом Освальд краем глаза увидел летящего дрона и решил во что бы то ни стало сбить его. Проигнорировав ромуланца в укрытии, он трижды стрелял в летящий шар и все три раза луч фазера попадал куда угодно, но только не в цель.
- Чёртов дрон! - крикнул он буквально за миг до того, как разряд дизраптора этот дрон сбил.
Землянин ошарашенно посмотрел на клингонку, упустив ещё одного ромуланца в укрытии и с искренним восхищением пробормотал:
- Ну ты даёшь!
М’Кота испустила залихватский клич и прицелилась в следующего врага. Пару раз ей удалось обойти Освальда, но под конец она допустила досаднейший промах, тогда как землянин выстрелил с ювелирной точностью. Она отпрянула от выстрела противника назад и собиралась уже сделать новый выстрел, как программа завершилась, и клингонка вышла из укрытия, чтобы вместе со своим товарищем и соперником заслушать результат.
- Результаты. Первый участник - семьдесят два очка, второй участник - семьдесят семь очков, - автоматически произнёс компьютер, после чего Освальд расхохотался.
- Компьютер, а сколько очков дают за дополнительную мишень? - спросил он.
- Пять, - бесстрастно ответила машина.
- Вот оно! - воскликнул кадет. - Орлиный глаз у тебя, М'Кота! Впрочем, чего ещё ожидать от настоящего клингонского воина? Какой бладвайн предпочитаешь?
– Собственный, – искренне призналась М’Кота. – Его уж точно не разбавляли. Но ты что-то говорил про андорианский эль?
- Как угодно, - кивнул Освальд. - В этом баре неплохой эль. Я возьму бутылку и занесу её тебе чуть позже. Если, конечно, не хочешь вдвое больше или ничего.
М’Кота прищурилась и кивнула:
– Ты умеешь делать интересные предложения, куда лучше, чем здешние ференги. Не удивлюсь, если сумеешь меня обойти: ты хорошо шёл, и у меня был серьёзный повод беспокоиться.
- Компьютер, перезапустить программу, - скомандовал кадет, и двое снова принялись стрелять по врагам.
История повторилась. В этот раз Освальд тоже смог подбить дрон, но он также очень часто отвлекался и упускал достаточно лёгкие цели.
- Чувствую, теперь с меня целый ящик выпивки! - снова расхохотался землянин. - Могу познакомить тебя с земными напитками и традициями, раз уж бладвайн ты предпочитаешь свой.
М’Кота почувствовала угрызения совести: она отлично видела, что Освальд – хороший стрелок, её выигрыш два раза подряд был скорее везением, чем закономерностью. К тому же она хорошо понимала, что вся эта затея была для того, чтобы поднять ей настроение.
– А ты точно не поддавался? – с подозрением спросила она.
- Нет, не поддавался, - помотал он головой, а потом с усмешкой добавил. - Разве что твоей искусной стрельбой залюбовался и пропустил цель! Хочешь ещё?
– Хорошенького понемножку! – рассмеялась клингонка. – Завтра мне вставать ни свет, ни заря и готовить на целую ораву любопытных. Но хороший противник – это лучшее, что можно пожелать для состязания, поэтому предлагаю проставиться поровну: мой бладвайн, твой андорианский эль.
- Рад видеть тебя в хорошем настроении, - без намёка на юмор ответил землянин. - Ну что же, - он было призадумался, но нужные слова довольно быстро нашлись, - твоё благородство безгранично, М'Кота, и я почту за честь разделить с тобой выпивку.
Улыбка М’Коты на секунду стала грустной:
– Ты хороший друг, Освальд.
Но тут же она взяла себя в руки и уже веселее повторила его слова:
– Почту за честь выпить с тобой, землянин!
_____________________
+ Освальд
« Последнее редактирование: 27 05 2016, 17:58:00 от М’Кота »

Гуннар был так спокоен, что его держал всего один человек. <Сага о Ньяле>
Offline  
05 05 2016, 17:23:12 #81
Освальд Макдауэлл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа, ближе к вечеру
Станция ДС9, бар “Кварк’с” -> каюта М’Коты и Самриты.


Попрощавшись с клингонкой, Освальд задержался в баре, намереваясь разжиться лучшей бутылкой андорианского эля. Намерениям этим, правда, пришлось столкнуться с упрямством бармена, посчитавшего, что целая бутылка - это перебор для одного молодого кадета. Впрочем, самому Освальду показалось, что дело было в федеральных кредитах, а может быть ференги было просто скучно, ведь в баре было подозрительно малолюдно для этого времени суток. Пообещав ещё вернуться позже вечером, он взял бутылку и направился в реплимат.
Там он воспользовался старым земным трюком, позволяющим замедлить опьянение, заказал примерно двадцать миллилитров оливкового масла и, поморщившись, выпил, стараясь не привлекать внимания других посетителей кафе. Затем, разжившись ещё и закуской, он направился к каюте М'Коты.

М’Кота воспользовалась одиночеством в каюте нетипично. Нет, конечно, она зашла по дороге за едой, а добравшись до каюты, вытащила и поставила на стол предпоследнюю бутылку бладвайна, но главное, что она поспешила сделать – это избавиться от улики в виде обрывков подушки. Раз уж в каюте ожидается столпотворение, другого момента до возвращения соседки по комнате могло и не представиться.
Освальд быстро дошёл до каюты клингонки и сразу позвонил в дверь. Та быстро открылась и явила кадета, демонстративно поднявшего бутылку синего эля и большой пакет с, очевидно, чем-то съедобным.
- Держи, хозяйка! - бодро продекларировал он, входя в каюту. - Чёрт, чувствую, завтра я буду себя проклинать, но сейчас мне кажется, что оно того стоит!
– Ты же не выпьешь обе бутылки один, – сказала М’Кота принимая дары и расставляя их на столе. – Кто ж тебе такое позволит! Что до меня, я буду только эль.
- Никогда не пил бладвайн, - сразу призналася кадет. - Дашь какой-нибудь совет, чтобы голова не уехала после первой же кружки?
– Ешь больше! Так моя мама говорит. Впрочем, моего отца и брата и так уговаривать не приходится.
- Да, это универсальный совет, - усмехнулся землянин. - Межрасовый, интернациональный, общегалактический правильный совет.
Открыв обе бутылки, он наполнил оба стакана и поднял свой в руке.
- За лучшего стрелка по результатам сегодняшнего состязания - М'Коту, дочь... э-э, короче, за клингонскую воительницу М'Коту!
– Дочь Наары, – сообщила М’Кота осушив бокал с элем. – Следующий тост будет за тебя: красиво ты срезал своего дрона!
Хорошо было посидеть с добрым приятелем за кружкой чего-нибудь этакого, но, когда М’Кота назвала имя своей матери, сердце её на миг заныло от мысли, что другому человеку ей навряд ли придётся назвать это имя, да и посидеть с ним вот так по-дружески тоже не придётся. Но думать об этом было совсем не нужно!
– А где ты нашёл эти серые декорации, – полюбопытствовала она. – в жизни не видела такой унылой помойки!
- Искал что-нибудь заковыристое, - пожал плечами кадет. - Зелёных ромуланцев и серых кардассов на таком фоне плохо видно, и так получилось интереснее! Кстати, буду признателен, если об этом не узнают ни Ракар, ни Тенма, ни тем более глинн Толан. Ещё неправильно всё поймут, и в проекте по межгосударственному сотрудничеству возникнет межрасовый конфликт.
– Без-ус-лов-но, – с улыбкой пообещала клингонка и добавила, – У них просто нелады с чувством юмора и здравым смыслом, – она, конечно, имела в виду не глинна Толан, Тенму или Ракара, а ромуланцев и кардассианцев вообще, – Если твой народ выбирают условным противником, значит признают, что это – достойный противник.
Она щедро плеснула себе эля, а Освальду бладвайна и подняла бокал:
– За тебя. И за метких стрелков Федерации.
В тот момент, когда их стаканы встретились в тосте, дверь каюты открылась, явив вторую ее обитательницу – кадета Самриту Баккер. Она застыла на пороге и картинно округлила миндалевидные глаза. Переведя взгляд с М’Коты на бутылки на столе, затем на Освальда, затем снова на бутылки, и, наконец, на закуски, она не нашла ничего лучше, кроме как поинтересоваться:
- Дайте угадаю… Вы готовитесь к фуршету? – брови девушки взлетели вверх.
М’Кота снова подумала о том, что в соседки ей досталась подруга Жантарин, но… это ни в коей мере не делало её плохим человеком.
– Присоединяйся, – решительно сказала она, – Настоящий фуршет будет завтра, но идея неплохая – будем считать это репетицией.
- Если я ещё и завтра пить буду, то сосед меня точно до петли доведёт! - фыркнул Освальд. - Да, Сэм, присоединяйся! Твоя очаровательная персона мало кого оставляет равнодушным.
- А это, вообще, что? – она подозрительно осмотрела бутылки на столе. – И почему в нашей каюте? Что тут вообще… Ой! – ее глаза стали совсем круглыми от внезапного осознания и неловкости. – Я вам не помешала? Может, я попозже зайду? У меня еще дела, эээ… с репликаторами. Точно, с репликаторами!
- Да стой ты! - прошипел Освальд, подлетая к Самрите и хватая её за руку. - Мы тут просто радуемся жизни, несмотря ни на что, верно, М'Кота?
– Вот-вот, не выдумывай! – М’Кота уже ставила на стол третий бокал, – Освальд проиграл мне две бутылки андорианского эля, но одну мы решили заменить бладвайном.
Подбоченившись, она огляделась в поисках третьего сидячего места, потом одним движением придвинула стол с угощением к кровати.
– Садись, – кивнула она на койку, – и выбирай, что будешь пить. – Лично я пробую эль.
- Да? Ладно, не хочу ничего знать! – Самрита все еще выглядела несколько удивленной. – А ты помнишь, что тебе сегодня вечером еще предстоит радоваться жизни? Побереги лучше… радость! – шепнула она Освальду и повела бровью. А потом уже громче объявила: - Раз уж это все равно моя каюта, то не могу пройти мимо такого предложения. И в чем это тебе Освальд проиграл, интересно? – она хитро посмотрела на кадета Макдауэлла и присела на край кровати. Обе бутылки выглядели как-то очень подозрительно и не слишком походили на синтеголь, поэтому после минутного раздумья Самрита призналась: - Вообще-то я никогда ничего подобного не пробовала, так что я бы ограничилась апельсиновым соком.
– В споре, – ухмыльнулась М’Кота, вспомнив, что именно пари и положило начало их состязанию. – Никаких соков у меня нет, – призналась она, – разве что у тебя самой найдётся.
- Сэм, ты шутишь, да? - искренне удивился Освальд. - Трезвые в пьющей компании мало того, что создают дискомфорт остальным, так ещё и сами себя некомфортно чувствуют! Так что это даже не обсуждается. Если хочешь что-то полегче, то я предложил бы эль.
Он осторожно налил девушке немного синей жидкости в стакан и демонстративно пододвинул в её сторону - пробуй, мол.
- У меня на сегодняшний вечер есть планы, я должна доделать проект, - заметила Самрита, но затем все же согласилась, когда стакан уже стоял возле нее. – Разве что совсем немного.
Впрочем, только понюхав эту жидкость, она пришла к выводу, что стоило все же ограничиться соком.
- Итак, значит, спор. И о чем же? Раз уже я все равно здесь, то я хочу все узнать. 
- В стрельбе мы состязались, Сэм, - с усмешкой ответил Освальд. - Я продул. Дважды, - потом, рассмеявшись, добавил. - Но учти, М'Кота, я просто так не сдаюсь и уже жду следующего раза.
М’Кота одобрительно улыбнулась: она не ожидала, что мужчина признает свой проигрыш в присутствии женщины своего вида, и не хотела говорить об этом Самрите сама, но раз уж он признался...
– У тебя есть шансы, в последний раз разница составила всего четыре очка, – ободрила она землянина, – я даже думаю, что ты был в худших условиях: твои противники были одеты в серое, мои – в чёрное; чёрное на сером фоне проще заметить.
 - Стрельба? – с интересом переспросила Самрита. – И вы не позвали зрителей? Надеюсь, в следующий раз вы предусмотрите трибуны в вашей программе. А, Освальд, я, кажется, вспомнила, - она хитро улыбнулась. – Вы соревновались после собрания, я правильно угадала? Я как раз хотела зайти в голодек и протестировать некоторые идеи для задания, но ференги в «Кварк’c» сказал мне, что помещение занято неким кадетом Макдауэллом!
– А у тебя сегодня была обширная программа! – расхохоталась М’Кота, глядя на Освальда. – Нет, мы только что отстрелялись и пришли сюда, – ответила она затем Самрите. – После собрания у меня была чёртова куча дел.
Немного одурманенный бладвайном Освальд рассмеялся.
- Нет, Сэм, после собрания я развлекал двух наших почётных гостей с Волана II.
- Это кого же? Неужто мэра Корама и его повара? – почти на полном серьезе поинтересовалась Самрита. Она вновь поднесла к губам стакан и даже обмакнула в эле губы, но резкий запах заставил ее поморщиться и отставить напиток подальше.
- Нет, миссис Яккат с сыном, - мотнув головой, совершенно серьёзно ответил Освальд. - Повар, похоже, невероятно счастлив прислуживать своему господину-мэру и ни в чьей компании не нуждается, а с самим мэром я так и не познакомился.
Он плеснул себе ещё бладвайна, но пить пока не стал, сосредоточенно разглядывая свой напиток.
– Я не думаю, что ты много потерял, – сказала М’Кота, затем сочувственно посмотрела на Самриту, – Может, всё-таки каплю бладвайна? Он крепче, но не так своеобразен на вкус.
Самрита неуверенно кивнула соседке: может, хотя бы от этого клингонского вина волосы не будут вставать дыбом?..
- Твой интерес к кардассианской культуре поистине безмерен, - обернулась она к Освальду. – Координатору бы это понравилось. Ты ведь не забыл, что собирался продолжить свои изыскания на эту тему сегодня вечером? – она очень выразительно посмотрела на его стакан и с улыбкой обратилась к М’Коте: - А ты уже определилась, что будешь делать завтра?
- Сэм, прояви же хоть немножко сочувствия! - фыркнул в ответ Освальд. - Ей и так досталось: дома лишилась, все друзья остались на планете, муж, возможно, совершил предательство или вообще погиб, а ещё группа отморозков хотела её изнасиловать на глазах у собственного сына.
М’Кота тем временем заменила Самрите бокал – на дне нового была едва ли столовая ложка бладвайна – и заметила:
– А, ты развлекал Кариссу! Смелая женщина. Не ожидала такой внутренней силы от кардассианки, по крайней мере от гражданской.
- Оу, я… не знала, - смутилась Самрита и отвела взгляд, грея в руке стакан, - Да, смелая, - автоматически согласилась она, - надеюсь с ней как-нибудь познакомиться. Ладно, я не хотела мешать вашей беседе и переводить ее в такое русло, так что, пожалуй, мне лучше уйти. М’Кота, сообщи, когда вы здесь закончите!
- Погоди, - буркнул Освальд, ставя стакан на столик и преграждая Самрите путь. - Всё в порядке? Я вообще собирался уже скоро уходить, хотел только точку поставить в этом разговоре. Не уходи, ладно?
– Да что ты дёргаешься? – удивлённо поддержала Освальда М’Кота. – Ты никому не мешаешь, и разговор совершенно нормальный – разговор о смелости всегда уместен.
- Это не только о смелости, - заметила Самрита. – Это о Волане II, а об этом я бы хотела забыть. Мы можем поговорить о чем-то более веселом? О завтрашнем фуршете, о наших проектах, о помощи Тенеку, в конце концов? – она уселась на свое место и скрестила руки на груди.
– Тогда произнеси тост, – предложила М’Кота: разговор о Волане II её не смущал, но ей совсем не хотелось выживать соседку из комнаты. В общежитии Академии клингонка привыкла жить «в тесноте, да не в обиде» и хорошо усвоила некоторые «правила уживаемости».
– Произнеси тост, и поведём разговор от него.
 - Да, Сэм, последний тост с тебя, и я пойду, - поддержал клингонку Освальд.
Самрита одарила соседку взглядом, средним между «я тебе еще это припомню!» и «Ну ладно, ладно, уговорила!» и подняла свой бокал, на дне которого плескался бладвайн.
- Тогда… Тогда за то, чтобы мы успешно справились с заданием, проект не разогнали, а Артура и Сатала отпустили! Вроде все основное вспомнила, - рассмеялась она.
___________________
С М'Котой и Самритой


Есть у Федерации начало, нет у Федерации конца
Offline  
12 05 2016, 00:02:18 #82
М’Кота

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа, ближе к вечеру
Станция ДС9, каюта М’Коты и Самриты.


- За сим разрешите откланяться, - весело проговорил Освальд, допивая бладвайн. - М'Кота, был очень рад с тобой пообщаться. Захочешь ещё пострелять - зови, не откажусь. Сэм... - он ненадолго замешкался, словно не зная, что тут можно сказать. Первой мыслью было: "Ты такая красивая", - но кадет отогнал её, приняв за признак опьянения, - не скучай, в общем!
Поставив стакан на стол, он развернулся и вышел, стараясь контролировать свои движения, хотя со стороны, конечно, было заметно, что землянин немного выпил. К счастью, до их встречи с Тенмой оставалось ещё несколько часов, и можно было хотя бы немного привести себя в порядок.
Когда за Освальдом закрылась дверь, – М’Кота покосилась на Самриту и спросила:
– Вы что поссорились? Только мы уговорили тебя остаться, так теперь ему вздумалось сбежать!
- Что, прости? – Самрита удивленно вскинула брови. – Нет, конечно! Просто мы работаем над одним совместным проектом, и в общих интересах, чтобы он был сделан! Но пока это секрет, - она загадочно улыбнулась.
– А, так ты выгнала его работать! – расмеялась М’Кота. – Сказали бы сразу, я бы отобрала у него последние две порции вина. Много он наработает полутрезвым!
- Ну, можно и так сказать, – уклончиво покачала головой Самрита. – Думаю, он справится. А теперь давай все это отсюда уберем, - она оглядела остатки пиршества. – Не хочу обнаружить заблудившегося гакха у себя на подушке.
– Гакх будет завтра. Точнее – рахт. Но обещаю, что не только он, – М’Кота принялась тщательно закупоривать бутылки и собирать со стола. – Освальд – хороший парень, но на этот раз я рада, что посиделки закончились пораньше: я чертовски не выспалась сегодня, а завтра нужно будет встать и приготовить всё для фуршета до того, как откроется клингонский ресторан. Меня обещали пустить на кухню – так что держитесь все!
 - Да, ты плохо спала? – между делом поинтересовалась Самрита, помогая соседке убрать со стола. – Я слышала какой-то шум сквозь сон… Хм, ну ладно, тогда оставлю тебя здесь отдыхать, а я еще планировала встретиться с Хеной.
М’Кота бросила на соседку подозрительный взгляд: было непонятно удался её манёвр или нет. На первый взгляд, Самрита вела себя так, словно не заметила утром ничего необычного.
– Передавай ей привет. Правда, мы ночевали в одной комнате всего одну ночь, но тоже соседка как-никак!
- Непременно! – уже на выходе Самрита задержала взгляд на заправленной постели М’Коты, хмыкнула про себя и исчезла за дверью.

И как это понимать? – спросила себя клингонка, глядя на закрывающуюся дверь. Впрочем, сейчас ей больше всего хотелось лечь в постель и ни о чём не думать. Иногда быть невыспашейся очень полезно: провалишься в сон и до утра забудешь обо всём... Вот только сперва надо вызвать Перим и поговорить с ней про эту самую очерёдность. А потом непременно поставить будильник: проспать во второй раз М’Кота уж точно не хотела.
– М’Кота вызывает Перим, – сказала она, коснувшись коммуникатора.
-Перим на связи, - голос Квинтилии звучал холодно и официально.
М’Кота мысленно досчитала до пяти. Не очень помогло, но молчать дольше было глупо. Пожалуйста, ей не жалко признать свою вину, но неужели обязательно надо так выделываться? Нормальный клингон первым делом рявкнул бы, что она там себе думает, и где её носит, а она бы так же непосредственно ответила, что в такой дерьмовый день не до политеса… Нет, нормальный клингон, наверное, вообще, встал бы в дверях и выпускал бы охломонов по одному, после того, как запишутся. Так или иначе, по ту сторону связи была девочка-трилл, со всеми её федеральными заморочками, а вовсе не соотечественник.
– Да, – сказала М’Кота, сконцентрировав все свои способности к дипломатии. – Я неправа, признаю, было чертовски невежливо уходить прямо сразу. Так или иначе, сейчас я пытаюсь это исправить. Можем поговорить?
-Я работаю, М’Кота, и у меня нет времени на глупости. Просто скажи, что ты хочешь быть первой в программе презентаций… или последней… или “где-нибудь в середине”, - Квинтилия говорила так, что становилось понятно, что она ведет подобный разговор не в первый раз за последние часы и даже не второй, и не третий, - Так делают все остальные. И покончим с этим.
М’Кота вспыхнула: определённо некоторые слишком много о себе возомнили! Когда перед тобой извиняются – это вам не глупости! Это либо честь, либо слабость. Как посмела эта девчонка принять её слова за слабость?
– Играешь в начальника? – не сдержавшись, огрызнулась клингонка, – Смотри не заиграйся! Можешь назвать мне любой номер и идти к… своей работе.
-Если тебе так все равно, то я не понимаю, зачем ты тратишь время на то, чтобы специально звонить и сообщать об этом, - отозвалась Квинтилия, - Номер ты все равно получила бы к вечеру, - она помолчала, - В середине, после презентации Сатала.
– Мне не всё равно! – ответила М’Кота немного снижая обороты. – У меня голозапись отвратного качества, которую шлифовать и шлифовать, но лучше я использую её как есть – со сбоями, провалами кадров и зависаниями, чем буду выпрашивать удобное место у человека, который вздумал разговаривать со мной как с регульским кровяным червём.
 __________________
+ Самрита, Освальд и Квинтилия
« Последнее редактирование: 12 05 2016, 00:04:19 от М’Кота »

Гуннар был так спокоен, что его держал всего один человек. <Сага о Ньяле>
Offline  
12 05 2016, 00:05:26 #83
М’Кота

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа, ближе к вечеру
Станция ДС9, каюта М’Коты и Самриты.


-Знаешь что, М’Кота? - процедила Квинтилия, - Организация - это не игра в начальника, и у меня ничего не надо выпрашивать, я не хожу тут с планшеткой и не указываю, кому что делать и кому когда уходить или оставаться на месте. Я снова и снова пытаюсь собрать ваши же пожелания и идеи, все эти рандомные кусочки, чтобы потом сложить их в один общий красивый план, который будет учитывать слабые и сильные стороны и интересы каждого, чтобы в итоге мы выиграли, как целое. Это сложно, даже если люди не разбегаются в разные стороны! Я пыталась сделать это с “Эльбой”, но все предпочли лётный тест и случайные модификации. Я пыталась сделать это на Волане II, но все предпочли план Артура, о котором даже не были до конца в курсе. Я пыталась сделать это сегодня, но даже глинн Толан меня не поддержала и просто распустила всех. Если ты не хочешь сообщать, что для тебя удобнее, чтобы я могла помочь тебе и сделать распределение, которое устроит всех, это классифицируется как “все равно”. Почему ты просто не можешь сказать, чего хочешь, и всё? Иначе я не понимаю, ЗАЧЕМ ты со мной связалась.
– Я связалась, чтобы извиниться перед тобой, идиотка! – выпалила М’Кота, снова не успев сдержаться. – И чтобы потом вместе решить, куда поставить мою презентацию. Так, чтобы удобно было всем. А тебе понадобилось изображать из себя вулканскую орхидею, посреди кучи навоза. Если и дальше будешь так себя вести, все нормальные люди будут обходить тебя по широкой дуге, а не то что после совещаний разбегаться.
Одновременно М’Кота вдруг ощутила острое сочувствие по отношению к девушке: Перим была упрямой, на свой манер грубой и заносчивой, но она ни перед кем не заискивала. Это чего-то стоило.
– Слушай, – сказала клингонка миролюбиво, – давай мириться, нам целый год ещё работать вместе. Хочешь, в следующий раз, я просто встану в дверях, и скажу, что бездельники уйдут с совещания только через мой труп? Это будет чертовски забавно!
-Тебе не за что извиняться, - упрямо ответила Квинтилия, - Ты же клингон, другая культура, я допускаю, что у вас это может быть нормально. У вас же можно просто вызвать на поединок старшего по званию, победить и занять его место. Ты не обманула моих ожиданий, в отличие от тех, кто принадлежит к моей культуре и должен разделять мои ценности и представления о допустимом и недопустимом поведении. Например, представление о том, что наши рабочие отношения не должны основываться на личном впечатлении. Мы должны делать это общее дело, этот проект, и распределять в нем роли, исходя не из страха перед теми из нас, кто сильнее других, как ты, и не из дружбы или неприязни. Это было бы непрофессионально. Поэтому мне не нужны друзья и не нужна помощь.
– Тогда зачем ТЫ сюда пришла? – присвистнув, поинтересовалась клингонка. – Как ты можешь построить «рабочие отношения», каждую минуту показывая, как все вокруг тебе не нужны? Если бы ты с таким настроем стала послом на Кроносе, с тобой просто не стали бы разговаривать! У нас ценят большое сердце и искренний интерес. Мы не ценим тех, кто не умеет понять и оценить нас, но тот, кто сумел нас понять и стал нашим другом, может рассчитывать на нашу жизнь и нашу смерть.
-Люди не обязаны быть друзьями, чтобы хорошо друг к другу относиться и вместе идти к одной цели, - фыркнула трилл, - Когда ты служишь на большом корабле, невозможно дружить со всеми коллегами. Достаточно быть вежливым и доброжелательным с каждым и хорошо делать свою работу, эмоциональная привязанность совершенно не обязательна. И не пытайся заводить ту же песню, что и Ракар - мол, никто вашу расу не понимает. Если тебя это так волнует… так научи меня. Научи меня быть клингоном. Не для презентации, а в личном порядке.
– Как это никто? – изумилась М’Кота ещё сильнее. – Один только Курзон Дакс стоил всех тех, кто не понимает! Если бы в Федерации все были такими как он, мы стали бы союзниками на добрую сотню лет раньше.
Она немного подумала с интересом разглядывая потолок, словно там было нарисована роскошная батальная сцена, и сказала:
– Ну, если ты хочешь всерьёз и в личном порядке, то давай. Только имей в виду, клингоном нельзя стать формально, без сердца. Уверена, что сможешь впустить это в себя?
-Уверена, что ты - достаточно хороший учитель? - в ответ спросила Квинтилия таким тоном, будто брала клингонку “на слабо”, - У меня мало времени теперь, но наверное, я смогу впихнуть тебя куда-нибудь… завтра вечером.
– Я – никудышный учитель, но другого у тебя нет, и всё зависит не от меня, а от тебя, – сообщила ей М’Кота. – И «впихну куда-нибудь» меня не устраивает – это тебе не лекции и не уроки. Это – состояние души. Пробуем прямо сейчас и продолжаем при каждой личной встрече. Идёт?
-Я не могу сейчас, я и так слишком много времени потратила на этот разговор, - возразила Квинтилия, - Я же теперь работаю на станции, а это будут личные переговоры в рабочее время. Это неправильно.
– Что ты думаешь, я собираюсь делать? Нараспев читать тебе легенды о Кейлесе? – спросила М’Кота. – Ручаюсь, у вас в Федерации найдётся иллюстрированное издание с комментариями. Я хочу, чтобы ты сейчас, не откладывая на завтра, хоть на минуту почувствовала себя клингоном. Потому что главное, что составляет нашу суть, это то, что каждый день мы живём так, словно он последний. Только тогда получается хороший день, чтобы умереть.
-И что же именно ты имеешь под этим в виду, М’Кота? - голос Квинтилии звучал слегка раздраженно, очевидно, потому, что разговор никак не заканчивался, но все же трилл была слишком любопытна, чтобы оборвать его вот так, - Ты уже все успела закончить сегодня, чтобы тебе не было обидно, если у тебя не будет завтра? Лично я - начала эту работу, и у меня еще есть планы до вечера, но если я сумею их выполнить, то это будет значить, что я сделала все, что в моих силах сделать сегодня. И завтра будет уже совсем другой день. В который я снова буду пытаться выполнить все, что от меня зависит.
– Ну так закончи этот разговор, что тебе мешает? – поддразнила её М’Кота, – Клингон бы давно уже рявкнул, что ему некогда точить лясы!
-То, что клингоны грубят, мне и так известно. Конечно, если это самое важное… - протянула Квинтилия, - то нам и правда надо закончить этот разговор... Или есть что-то еще, чего я не понимаю?
М’Кота снова возвела глаза к потолку, но уже совсем с другим чувством и хлопнула себя ладонью по колену:
– Если бы дело было в грубости, тебя УЖЕ можно было премировать как почётного клингона! – воскликнула она. – Почти всегда мы говорим то, что чувствуем, и так как чувствуем. Мы не считаем свои мысли и чувства постыдными и поэтому не понижаем голос. Мы не прикрываем своих истинных побуждений фиговым листом показной вежливости и не оправдываем лицемерие общественной необходимостью. Так понятнее?
-Все это здорово, - хмыкнула Квинтилия, - Но разве и я не говорю то, что думаю и чувствую? Разве лицемерю и таю обиды? И… когда я тебе грубила?
М’Кота принялась загибать пальцы:
– Во-первых, ты заявляешь, что нужно быть вежливым и доброжелательным, независимо от твоих чувств, сразу после того, как была прямой и грубой. Это не годится. Либо ты выбираешь одно, либо другое, иначе ты врёшь либо другим, либо самой себе. А если ты решила быть клингоном, то ты выбираешь только одно – понятно что!
-Так когда я была грубой? - потребовала ответа трилл, - Что я такого тебе сказала? Это ты сразу начала огрызаться.
– Прямо сразу? – прищурилась М’Кота, – А кто назвал моё предложение поговорить глупостями? Это было грубо. Или честно. Зависит от того, что ты чувствовала на самом деле. Если бы не дурацкий офцициоз перед этим и не заявление, что нужно быть вежливым после, я бы не спрашивала себя: где же была настоящая Квинтилия? В первый раз? Во второй? В третий? Если в первый, то почему не осталась официальной ледышкой? Если во второй, зачем декларировала лицемерную вежливость? А если в третий, зачем были эти выверты в начале: уж была бы омерзительно-сладкой и вежливой с самого начала!
-Так это из-за твоих извинений? Но это действительно глупость, М’Кота, тут не о чем разговаривать. Я не могу принять извинения того, кого не считаю в чем-то виноватым, это было бы неправильно и нечестно, как будто я взяла тебя в оборот. Я ведь уже объяснила, почему не считаю, что именно ты сделала что-то не так. Если уж кому извиняться, то не тебе, а ты не можешь делать это за всех. И я знаю, что всегда нелегко признавать, что ты не права, поэтому не хочу акцентировать на этом внимание - это и означает, что все ерунда и проехали, что я даже не заметила и не обижена.
М’Кота хлопнула себя ладонью по лбу и пробормотала несколько непереводимых слов.
– Неуд, – сказала она со вздохом, – Неуд за первый урок. Домашнее задание: понять, почему я признала свою вину, почему предложила помощь и почему до сих пор с тобой разговариваю. Когда там у тебя запланирован Сатал, в первый день или во второй? Первый день никуда не годится!
-Неуд? - воскликнула Квинтилия с нотками паники в голосе, - Откуда? Я не могу получить неуд! Это нечестно, мы даже не обсуждали твои реакции. Это я тут раскрывалась и говорила о себе и как я чувствую, а ты даже не задумалась над этим! Для тебя это все не серьезно, ты на самом деле не хочешь, чтобы я чему-то научилась, поэтому не стараешься. Если бы ты старалась и хотела, ты бы взяла время, чтобы подумать, как это лучше организовать, как лучше объяснить, чтобы именно Я поняла, и сделала бы это тогда, когда нам обеим было бы удобно. Наверное, это была глупая идея, и нам изначально следовало разговаривать только о работе. Не беспокойся, очередь до Сатала не дойдет в первый день, и, может, даже и во второй, так что у тебя полно времени. А теперь этот разговор - окончен. Перим, конец связи.

– Я не могу получить неуд! – повторила М’Кота, подбрасывая на ладони коммуникатор и откладывая его на тумбочку. – Иногда весь смысл в том, чтобы получить неуд…
В этом году ей жизненно важно было получить свой собственный неуд: испытать всю боль и горечь поражения, именно для того, чтобы сохранить при этом несломленный дух. Если проект не закроют, её семья и друзья приедут сюда, на станцию, чтобы она прошла этот путь, как и подобает, на глазах у близких людей – самых строгих судей на свете.
__________________
+ Квинтилия


Гуннар был так спокоен, что его держал всего один человек. <Сага о Ньяле>
Offline  
12 05 2016, 17:00:03 #84
Сатал

Re: Сезон 3, Эпизод 3

Станция ДС9. После полудня.
Каюта Сатала.


Покинув Тенека, Ракар отправился в Кварк’с. Нет, вулканец скорее всего не был провокатором, но диалога с ним построить было невозможно. Свято уверенный в собственный правоте, ни разу не сомневающийся ни в чем упертый представитель одного из гуманоидных родов – был совершенно непробиваем. Дипломатия слов – бессильна, здесь будет работать только жесткая дипломатия дизраптора и плазменных торпед. И разве же узнал он что-то новое о федератах? Никак нет. Ничего не изменилось, и не изменится до конца времен, и только ему одному что-то было надо. Что именно – не лишиться поста наблюдения. А среди тех, кто не собирается договариваться – лишиться этого – было действительно нельзя. Прав был предшественник, они не готовы слушать, они не слушают. И право было командование, как всегда. Потому что оно всегда право. Федерация умеет ударять в спину, легко и непринужденно, после совместного дела, ничуть не признавая собственной вины. По сути дела, Федерация ничем не отличается от бриннов, спиной к которым поворачиваться и вовсе было давно заказано. Так в чем же суть этого проекта по версии федеральной верхушки? Действительность была такова, что рассчитывая на совершенно противоположный эффект, адмиралы Звездного флота на самом деле показывали свое истинное лицо, сделав ставку на тех, кому хотели доверять, но категорически ошиблись в выборе кандидатур.
Спустя полчаса Ракар стоял на пороге каюты Сатала с двумя непрозрачными бумажными пакетами, охрана пустила его, и, переступив порог, ромуланец теперь интересовался у обитателя каюты, можно ли ему войти.
- Долгой жизни, и … процветания, - перехватив оба пакета левой рукой, неловко сложил пальцы правой в вулканский жест, что давалось ему явно с трудом, - как это у вас делается.. Не будете против моего визита?

После визита Тенека Сатал вернулся к работе с библиотекой. За этот час он успел найти два разных рецепта фол-хо-ра, впрочем, один из них оказался неполон. При виде гостя в первую секунду вулканец не смог скрыть удивления на лице, однако быстро с этим справился, встал и сделал несколько шагов навстречу.
- Долгой жизни и процветания, - ответил Сатал, демонстрируя привычный жест, после чего, опустив руку, не очень уверенно продолжил: - Или, если не ошибаюсь, у вас принято говорить джолан тру?
- Верно, - улыбнулся ромуланец, - благодарю за взаимное традиционное приветствие. Приятно знать, что вам известны некоторые наши обычаи.
И все еще остался стоять на пороге.
- Вы почтили мои традиции, ответить взаимностью было логично, - ответил вулканец и сделал приглашающий жест. - Проходите. Я работал с библиотекой над подготовкой к презентации, но я не тороплюсь. Должен признать, я не ожидал визита. Располагайтесь, - Сатал бросил взгляд  пакеты в руках ромуланца. - Что вас привело?

- Благодарю, хорошо, что не сильно отвлекаю, - улан прошел к столу и поставил на него свои пакеты, принялся доставать содержимое. Первой на стол встала прозрачная бутылка с синей жидкостью, затем он извлек два не очень глубоких блюда и принялся раскладывать по ним красные, синие и зеленые фрукты. И наконец, выставил два прозрачных пластиковых закрытых контейнера, с содержимым измельченного характера, сильно похожего на салат. Пока он все доставал, продолжал говорить:
- На Волане II у нас с вами что-то не заладилось, мы друг друга не поняли и не успели толком познакомиться. Так что, в некотором роде я пришел мириться и знакомиться. К сожалению, я не специалист в вашей еде, но по некоторым признакам вы едите только растительную пищу. Поэтому я попросил помощи у ференги, и – вот это вот что-то такое земное. Красные фрукты называются яблоками, синие – сливами. А вот это – настоящий вулканский салат из нереплицированных продуктов, но немного больше приправленный для вкуса, нежели чем на Вулкане обычно.
А потом Ракар повернулся к Саталу лицом.
- И, несмотря на то, что середина дня, я принес настоящий ромуланский эль. Несмотря на эмбарго Кварк’с все время возит контрабанду, и, в настоящий момент, вопреки всему это очень кстати. Надеюсь, вы разделите со мной пару стаканов этого уникального напитка.

Сатал несколько растерянно посмотрел на бутылку. Ему нравилось предложение ромуланца наладить диалог, и ему не хотелось обижать Ракара отказом пить с ним, но правда была в том, что при всём желании Сатал не мог согласиться. Это нужно было объяснить, найти компромисс…
- Я признателен вам за ваше намерение и старания, - произнёс он, - но должен предупредить, что никогда раньше не употреблял алкоголь. Поэтому составить вам компанию в вопросе выпивки могу разве что символически, иначе, боюсь, последствия могут быть непредсказуемыми.
Сатал почти сожалел, что вынужден был это сказать, но это было необходимо: вряд ли кого-то из них порадовало бы, если бы вулканец выпал из беседы до того, как та успела начаться.
- Однако я не откажусь попробовать ваш эль, - добавил юноша, надеясь, что слово “попробовать” будет истолковано верно.
Ракар хмыкнул, заинтересованно посмотрев на Сатала.
- Я предвидел такой вариант, - сказал он, поставив на стол два стеклянных стакана, - и поэтому предусмотрел альтернативу.
С этими словами он вынул из пакета еще одну бутылку с содержимым синего цвета, но несколько бледнее эля.
- Это безалкогольный напиток ка-ли-фал. Ну… не совсем. Очень близко к оригиналу, но слегка не хватает аромата. Настоящий ка-ли-фал должен заставить ваши носовые пазухи открыться перед первым глотком. Этот же либо реплицирован, либо разбавлен. Неизвестно точно. Зато у вас есть выбор. Я, с вашего позволения, все же выпью. Не самый простой день сегодня. Присядем?
Сатал кивнул и жестом указал Ракару на стул, заняв второй.
- Я попробую оба напитка, но отдам преимущество ка-ли-фалу, - ответил вулканец. В конце концов, ему было даже любопытно. - Вы хотели бы поговорить о чём-то конкретном или?.. - Сатал неопределённо развёл руками. - Кстати, насколько мне известно, мы с вами соседи по каюте. Надеюсь, мы сумеем выработать удовлетворительные для обоих правила общежития… когда меня отсюда выпустят, я имею в виду.
Другие возможности он оговаривать не стал: и без того было ясно, что пока вулканец находится под арестом, может произойти всякое. Однако надеяться хотелось на положительный исход.

Ракар открыл бутылку с элем, налил Саталу чуть, а себе полный стакан, пододвинул стул и сел, взяв свой стакан в руку.
- Да, мы будущие соседи, когда вас выпустят, надеюсь, скоро. Ужиться – не проблема, достаточно уважать право друг друга на личное пространство и индивидуальность. Я хотел поговорить и о конкретном и не о конкретном. Должен признать, вы вызываете интерес. Я прочитал ваше личное дело, доступное для участников проекта. Там написано, что вы родом с Вулкана, но, тем не менее, вы – человек. Как случилось, что ваша родина теперь Вулкан? Расскажете о себе?
Ракар с интересом наблюдал за землянином-вулканцем по имени Сатал.
- Ах да! За ваше скорое освобождение! – и отпил свой напиток.
- Благодарю. Надеюсь, оно действительно скоро произойдёт.
Сатал неспеша поднёс свой стакан ко рту и аккуратно пригубил. В нос ударил резкий запах, но вкуса напитка вулканец почти не почувствовал из-за слишком малого количества, разве что некоторое жжение. Отодвинув стакан, он облизал губы, сосредоточенно изучая его содержимое, потом сделал второй глоток, побольше, и невольно закашлялся. Пододвинув салат, он некоторое время ел, прежде чем ответить на заданный вопрос.
- Я приёмный сын. Мои родители нашли меня на месте крушения частного космического корабля, когда мне было восемь месяцев. Сначала они даже точно не знали мою расу, исследования подтвердили, что я землянин. Поскольку никакой информации обо мне не сохранилось, у них было лишь два варианта: отдать меня в приют или вырастить самостоятельно. Они выбрали второе. Мама назвала меня в честь дедушки, её отца, я имею в виду. Я учился и рос вместе с вулканскими детьми, окончил вулканскую академию наук. Конечно, родители учитывали, что воспитывают земного ребёнка, и знакомили с земной культурой тоже, но всё-таки своим домом я считаю Вулкан. Собирался проходить Колинар, но родители посоветовали не торопиться и познакомиться с другими культурами, так я попал в этот проект.
Сатал снова взял салата и заметил:
- Несмотря на большее количество приправ, чем обычно принято, приготовлено очень хорошо. Ну а вы? Я, конечно, читал ваше личное дело тоже, но послушать рассказ самого человека - это совсем другое.
Ракар принял более расслабленную позу, чем обычно, свободно откинувшись на спинку стула. Он с интересом слушал землянина с Вулкана, с удивлением отметив его доверие и откровенность. По сравнению с тем же Тенеком в настоящий момент Сатал предоставлял четко выраженный контраст, и контраст самому себе прежнему, каким он видел его тогда на Волане II. Удивление было приятным.
- Позвольте прежде один короткий вопрос, как вы определяете, то есть называете себя, считая Вулкан своей Родиной?
- Я вулканец с физиологией землянина, - просто ответил Сатал. - Случается, это составляет сложности, но такова реальность. Вулканская философия для меня всегда была естественной и понятной, это не то, чтобы меня против воли заставляли следовать по вулканскому пути. Напротив, предъявляемые ко мне требования были мягче того, что обычно предъявляется вулканским детям, кахс-ван я проходил по собственному выбору, и я убеждён, изъяви я желание следовать земным путём, родители бы точно так же меня поддержали.
Сатал умолк. Мысль о родителях, как всегда, вселяла в него уверенность. Он действительно знал, что они примут его любым. Знать, что тебе, что бы ни случилось, есть, куда вернуться, было важно.
_______________
С Ракаром


Чтобы запихнуть зубную пасту обратно в тюбик, нужно создать отрицательное давление.
Offline  
12 05 2016, 17:02:07 #85
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

Станция ДС9. После полудня
Каюта Сатала


Ракар коротко кивнул.
- Знаете, Сатал, у нас на Ромуле тоже есть те, кто не совсем ромуланец. Полукровки. Разные бывают пути для этого, но таковые, выросшие на Ромуле тоже считают себя ромуланцами. По духу. И я это понимаю. Но вы – уникальны. Однако, я способен представить вашу позицию. Колинар… - не уверен, что понимаю что это, но насколько мне известно - процедура уничтожит большую часть того, чем вы являетесь. Поэтому я удивлен. Вот взять тот же салат, который вы оценили – он имеет больше вкуса, чем вам привычно. И вам понравилось, ведь понравилось же? – Ракар внимательно следил за реакцией Сатала на свои слова, - это как вкус к жизни, которая не является пресной. Зачем лишаться таких возможностей? – он сделал короткую паузу.
 - Что до меня – я родился, вырос и учился на Ромуле. Путешествую лишь последние 1.5 года. И я не встречал ничего прекраснее моей Родины. Впрочем, некоторую ее часть я покажу на презентации задания. Но это будет слишком малая часть всего того великолепия. Вид, который открывается с самой верхней точки обсерватории на окраине столицы – невозможно описать словами. Я сожалею о ваших родных родителях, Сатал. Наверняка они были достойными, раз сумели сохранить жизнь вам при крушении корабля. Но старшие – мудрее и опытнее. Всегда. Их следует слушать.
Сатал задумчиво опустил взгляд. Пусть другими словами, но Ракар сейчас говорил о том же, о чём они так недавно беседовали с советником и о чём, возможно, думали и его родители, советуя повременить с ритуалом. Ракар был прав: ему понравился салат, но всё же суть Колинара ромуланец представлял не совсем верно. Хотя со стороны… наверное, можно было сказать и так.
- Колинар - это ритуал полного отказа от эмоций и посвящения себя логике, - пояснил вулканец, снова невольно вспоминая рекомендацию советника наоборот научиться себя слушать. - Поэтому его адепты могут казаться совсем другими людьми… - окончание фразы на мгновение повисло в воздухе. “Казаться или всё-таки быть?” - мелькнуло у Сатала в голове. Он поспешил продолжить: - Я на своей презентации собираюсь рассказать немного об этом, показать монастырь и приготовить ритуальные хлебцы фол-хо-ра, дословно это означает “ритуальный камень” как отказ от разных благ, твёрдая воля, незамутнённость сознания. Эмоции часто бывают причиной ошибок и неверных суждений, ссор, вражды…
“Кроме того, зачастую они неприятны”, - добавил вулканец мысленно. Последнее время действительно иногда казалось предпочтительным не чувствовать ничего. Хотя визиты Тенека и Ракара оказались приятным исключением. И если со стороны соотечественника это было закономерно, то в случае с Ракаром Сатал был приятно удивлён. В плане этикета с Тенеком, конечно, было проще. Впрочем, обычная вежливость, внимание к собеседнику и стремление обеих сторон наладить диалог работали сейчас вполне успешно.
- Мне будет интересно посмотреть на Ромул, я сам тоже до сих пор был не из тех, кто путешествует, по большому счёту, это мой первый серьёзный контакт с представителями других культур.
- Я так и думал, - сказал Ракар в ответ на объяснение этого вулканского ритуала. Разные бывают отклонения разума во вселенной, подумалось улану. Кто-то рисует ромуланок в форме из одних только ремней в одной камере с прекрасными, не сдерживающими эмоций вулканками, а кто-то калечит собственную личность, низводя в небытие любое подобие чувств и эмоций, пытаясь отдаться вулканской логике. И ладно бы это было вулканское личное дело, но нет, они пропагандируют свой образ жизни и увлекают туда другие расы. И некоторое, типа этого землянина, сидящего перед ним – отравлены подобной философией.
О том, что причиной ссор и вражды государств на самом деле являются не эмоции, а тщательно продуманные коварные намерения, ничего не имеющими общего с эмоциональностью, он тоже решил пока умолчать.
- «Альфа» интересный проект, - сказал улан, - первый и единственный в своем роде, должный быть ценным не для отдельных личностей, но для куда более глобального. Потеря участников отрицательно скажется на диалоге. Поэтому я хочу спросить, как можно помочь вам в связи с вашим заключением? Мне слабо известны законы Федерации, но может вы в курсе, что могло бы оправдать вас при разбирательстве?
- Вы хотите мне помочь? - переспросил Сатал. При том, что половину участников проекта составляли федераты, многие из которых были кадетами звёздного флота, первым, кто предложил ему помощь, был улан ромуланской империи, в то время, как свои - свои его осуждали… От волнения он даже встал из-за стола и прошёлся туда-сюда по каюте. Снова сев на место, он взял с блюда синий фрукт, упомянутый как слива, и надкусил.
- Я даже не знаю, - сказал вулканец через некоторое время. - Против меня пока что не выдвинуто никаких обвинений и, как мне объяснили, со мной просто не знают, что делать. Оператор транспортерной, которого я обездвижил, ничего не выдвигал, Кардассия - насколько я понимаю, тоже. Если же говорить непосредственно о проекте, то мне лишь было сказано описать всё в отчёте так, чтобы было ясно, какие мной двигали мотивы, так что я просто подробно рассказал всё, как было.
- Не знают, что делать, хм… - Ракар загадочно улыбнулся. – Федерация забавна.
Что делать с ромуланцем на Ромуле в схожей или подобной ситуации – затруднений никогда не стояло бы.
- Да, я прочитал ваш отчет, и все же не все понял. Был бы благодарен, если бы вы объяснили, отчего вы так привязались к тому человеку на Волане II? Может быть, это поможет мне в стратегии вашей защиты.
Почему привязался? Это казалось естественным - желание помочь, защитить того, кто не может защитить себя сам, с кем поступают несправедливо…
- Мне сложно это объяснить, - ответил, наконец, вулканец. - Этот человек не может защитить себя сам, и он не виноват в том, что с ним. Он нам помог, и будет неправильно, если он за это пострадает. Кроме того, если бы мы все проходили мимо чужой беды, потому что это не наше дело, то двадцать четыре года назад могли бы точно так же пройти мимо меня…
Сатал помолчал. Мысль о том, чтобы озвучить столь личную ведь, вызвала в нём некоторое смущение, и всё-таки он подумал, что должен попытаться это объяснить: может быть, это позволит ромуланцу понять не только своего собеседника-вулканца, но и Федерацию.
- Вы сказали, Ракар, что мои родные родители были достойными людьми, раз сумели сохранить мне жизнь во время крушения. Безусловно, это так. Однако и приёмные сделали для меня не меньше: они дали мне семью, образование, воспитали меня… Всем, что я есть, я обязан тому, что они в тот день не прошли мимо.
- Вы пытаетесь отдать долги, - не то вопросительно, не то несколько неопределенно сказал Ракар, глядя на Сатала. Затем он залпом опустошил свой стакан, поставил его на стол и налил себе еще, занес руку с бутылкой над стаканом Сатала и вопросительно посмотрел на него.
Сатал посмотрел на остатки эля на дне своего стакана и отрицательно качнул головой: лёгкое головокружение уже давало о себе знать.
- Благодарю, похоже, настало время попробовать ка-ли-фал, - ответил он ромуланцу, после чего прокомментировал высказанную ранее мысль: - Долги? Возможно. Но пусть даже так, это не то, что можно отдать раз и навсегда. Я склонен считать, что таковы должны быть правила успешного взаимодействия в обществе: если никто не будет проходить мимо чужой беды, какой бы она ни была, то никто никогда и не останется со своей бедой один на один. Не важно, какой ты расы, возраста или с какой ты планеты. Каждому будет оказана помощь, и я стараюсь жить согласно этим убеждениям.
Ракар молча поставил на стол ромуланский эль, поднялся, опустошил второй стакан, откупорил вторую бутылку и налил Саталу, сел на свое место со своим стаканом, откинулся на спинку стула и смерил Сатала взглядом с головы до ног.
- Я понимаю ваши гуманистические рассуждения. Действительно, человека из враждебного мира, который вам помог, следовало забрать. Это единственный способ обеспечить его безопасность после тех действий, которые он сделал, – Ракар не стал выражаться терминами «информатор» или «предатель», не стал упоминать также разработку легенд и иных алиби для такого случая, - но он не дееспособен и не принимает собственных решений.
Приподняв стакан в подобии тоста и выпив, он продолжил:
- Я благодарен вам за откровенность, это многого стоит, – здесь он припомнил вулканца Тенека, который не только не хотел быть откровенным, но и вовсе еще час тому назад отринул доверие между собой и тем, кто его защищал. Сатал был полной ему противоположностью.
- Я буду защищать вас на разбирательстве, которое предстоит. Проект сделал нас союзниками. И я хотел бы, что бы так продолжалось и впредь. Но вот еще один момент, Сатал, - Ракар взял синий фрукт с наименованием «слива», покрутил его в пальцах и откусил, - когда вы пройдете свой колинар, и обоснуетесь в вулканском монастыре со всеми этими «ритуальными камнями» - вы потеряете возможность и желание следовать этим вашим гуманистическим принципам и убеждениям. Потому что с точки зрения вулканской логики ряд ваших действий может оказаться нелогичным. Когда вы потеряете вкус жизни, - Ракар снова загадочно усмехнулся, продемонстрировав земной фрукт, - многое станет не важным.
Он поднялся со своего стула, заткнул ромуланский эль пробкой и положил бутылку в непрозрачный бумажный пакет.
- Я это заберу, вы все равно не пьете, а мне еще понадобится. Не обижайтесь, Сатал. День клонится к концу, еще нужно многое успеть. Не отчаивайтесь. Все решится.
Сатал кивнул.
- Я благодарен за ваш визит и также надеюсь на успешное сотрудничество, - он взял стакан и попробовал напиток. Терпкий привкус неизвестных трав вызвал ассоциацию с засушливыми степями Вулкана, но было в нём и что-то неуловимо инопланетное. Сатал подумал, что для фуршета стоит подобрать что-нибудь аналогичное, вулканское. Например, сок каасы, сине-зелёного фрукта, достаточно популярного на Вулкане. Вероятно, его даже удастся найти в оригинале. Юноша указал на бутылку ка-ли-фала: - Полагаю, эту вы оставите? - его спокойное выражение лица было настолько близко к улыбке, насколько вообще может быть близко к улыбке выражение лица вулканца. - Кстати, вы только что подали мне одну идею для завтрашнего мероприятия. И - если у вас будет желание ещё что-либо обсудить, заходите.
Вулканец подумал о том, как странно развиваются его взаимоотношения с сидящим напротив человеком: изначально он был к нему нейтрален - как, впрочем, ко всем участникам, - потом неудачное столкновение на Волане 2 заставило его подумать о том, что им будет непросто взаимодействовать - и вот теперь он уже почти ждёт следующего визита! Сатал оценил дипломатичность ромуланца и его шаг навстречу, это хотелось оправдать.
- Конечно, я возьму только Эль. Всем остальным наслаждайтесь, - сказал Ракар, улыбаясь уголками губ, - на ваши идеи я с интересом посмотрю на презентации. Если что – я на связи, - он показал на свою федеральную дельту, и я еще зайду. Джолан тру, Сатал.
Эта фраза была и приветствием и прощанием одновременно.
- Джолан тру, - слегка склонил голову Сатал. - Мира и процветания.
_______________
И Сатал


loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
12 05 2016, 17:07:05 #86
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа, ранний вечер.
Станция ДС9. Коридоры станции и Променад


На выходе из каюты Сатала, Ракар с улыбкой вручил яблоко его охраннику. Время от времени ему доставляло удовольствие развенчивать вулканскую логику, и он пришел в хорошее настроение от нескольких удачных смысловых оборотов, которые, как ему казалось, были хороши. Но из двух разговоров один закончился неудачей. Радоваться, по сути дела, было нечему. Пока все висит на волоске над краем, не следовало отвлекаться.
Ракар пошел по стыковочному кольцу, затем свернул в темные длинные безлюдные переходы. Так он шел, гуляя и размышляя о хитросплетениях закономерностей, в которые необходимо было вмешаться и повернуть в нужное направление.
Спустя некоторое время он решился. Основной проблемой проекта были все-таки арестованные, возможно еще вулканец. Но реакция на его отчет не известна. Зато координатор. Координатор. Он определил ее как играющую на стороне проекта. Станет ли она говорить с участником вне общего совещания? Он нажал на федеральную дельту, прикрепленную к его форме:
- Ракар вызывает глинна Толан.
- Слушаю, улан, - практически сразу отозвалась кардассианка и затем произнесла немного в сторону: - Нет, лейтенант Авем, я уверена, что столы не будут мешать проходу!.. Мистер Ракар, вы что-то хотели?
- Да, глинн Толан, - продолжил улан, прислушиваясь к сторонним звукам окружения кардассианки, попадающих в область чувствительности микрофона средства связи, - я прошу беседы с вами. Сейчас. Это возможно?
- Я сейчас немного… Хм, а, хотя, почему бы и нет, - отозвалась Толан. – Вы найдете меня на Променаде, возле таможенных офисов.
- Понял, буду через 10 стандартных федеральных минут.
Теперь Ракар ускорил шаг, пытаясь понять, верно ли он оценил время прибытия на променад из этого конца станции, где находился.
Офисов таможни он достиг строго, как и предполагал, в означенное время. Он возник за спиной кардассианки и немедленно сдвинулся в поле ее зрения. Еще не приходилось ему стоять рядом с координатором проекта, и теперь он видел, что она немного пониже его.
- Глинн, - склонил голову улан вооруженных сил Ромуланской Империи, - по всей видимости, я отвлек вас от дел, и, тем не менее, может быть, мы уйдем из коридора, что бы не всякий первый встречный вострил свои уши в нашу сторону?
Когда Ракар подошел, Толан, активно жестикулируя, объясняла младшему лейтенанту Авему, что и как планирует расположить на фуршете – тот с кислым видом кивал ей в ответ, пытаясь вставить слово. Судя по всему, их разговор длился уже достаточно долго, успев вымотать их обоих.
- А, мистер Ракар! – с видимым облегчением произнесла кардассианка. – Мистер Авем, мне необходимо вас покинуть. Давайте согласуем расстановку позже?
Не дождавшись ответа, который начинался с «Да, но…», она сделала шаг к Ракару.
- У меня не очень много времени, поэтому давайте решим ваш вопрос здесь и сейчас, - она неторопливо двинулась по Променаду, приглашая ромуланца присоединиться.

Ракар сложил руки за спиной и последовал вслед за координатором. Полуобернувшись к ней, он принялся негромко излагать:
- Проблема, из-за которой наш с вами проект имеет неопределенное будущее, по моему мнению, состоит из двух пунктов: действия троих арестованных и тот факт, что мы не смогли проявить себя как единая команда. И в наших с вами интересах, глинн координатор, что бы ничего не закончилось. Должен сказать, что Империя Ромула впервые участвует в нечто подобном, и в наших интересах содействовать этому взаимодействию и диалогу.
Спустя короткую паузу, он продолжил.
- Поэтому, я хотел бы предпринять ряд действий, явно или неявно убеждающих руководство в небезнадежности всей этой затеи. А именно – я хотел бы защищать троих арестованных на разбирательствах по их обвинениям не просто как свидетель, но как нечто большее. Думаю, у меня есть ряд аргументов, которые были бы удачны для применения. В том случае, конечно, если кадетов Лайтмана и Уильямс не будет судить закрытый федеральный военный трибунал. Но и в этом случае хотелось бы туда попасть. Насколько это возможно?
Толан с непроницаемым выражением лица слушала ромуланца, и лишь когда он закончил говорить, улыбнулась.
- Приятно слышать, что вы так сильно заинтересованы в продолжении проекта, - она обернулась к Ракару и замедлила шаг. – Удивительно, ведь на собрании у меня сложилось несколько другое впечатление. Что заставило вас так быстро изменить свои взгляды? Можете не отвечать, у меня нет причин не верить в вашу искреннюю заинтересованность.
Кардассианка остановилась возле магазина с аксессуарами, сейчас закрытого из-за восстановления станции, задумчиво блуждая взглядом по полупустой витрине.
-  Но вы не адвокат и не знакомы с федеральной или кардассианской судебной системой. Несмотря на то, что я ценю ваш порыв, я не могу назначить вас официальным представителем троих участников проекта «Альфа». Все, что я могу сделать, это дать вам слово на заседаниях, если они будут иметь место. Мне самой еще неизвестно, что их ждет – например, против Сатала до сих пор не выдвинуто ни одного обвинения. Однако мне интересно, мистер Ракар, - женщина подняла голову и встретилась взглядом с ромуланцем, - какими же аргументами вы собрались убеждать потенциальных обвинителей? Как бы вы убедили мистера Корама с невиновности Лайтмана или представителей Звездного Флота – в том, что Уильямс не имеет отношения к террористической организации маки?
________
С глинном Толан


loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
12 05 2016, 17:08:43 #87
Илама Толан

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа, ранний вечер.
Станция ДС9. Коридоры станции и Променад


Ракар вполне искренне удивился, и в то же время отметил про себя, что его поведение ранее все-таки вызвало не тот эффект, который был желаем.
- Хм, - сказал он, слегка улыбнувшись,  - представители моего народа имеют репутацию высокомерных, и это вполне заслуженно. Но согласитесь, трудно удержаться от выражения превосходства, когда участники совещания начинают без регламента, без всякого порядка галдеть и вести себя так, как будто они не являются лучшими из лучших, отобранных специально для такого проекта. Кроме того, предложения вулканца вызвали ряд размышлений и я не успел доказать ему некоторые вещи. Но это уже дело прошлое.
А дальше Ракар услышал нечто новое, полные выводы делать было рано, зато теперь было понятно, что находящийся на станции мэр Волана II не просто так сидит в федеральном убежище. Мэр Волана II не забывает обид.
Ракар стоял спиной к магазину акссесуаров, лицом к глинну Толан, и пользовался удобным положением. Ему был виден коридор Променада и он следил за тем, чтобы никто проходящий мимо не подслушал их слова. Вот и теперь, он быстро скользнул взглядом в стороны и снова посмотрел на кардассианку. Еще там на Волане II он понял, что ей можно доверять, до определенного предела. Потому что доверять полностью нельзя было никому.
- Хорошо, слово на заседании – тоже неплохо, но вернувшись в каюту – я примусь за изучение судебных систем ваших и Федерации, и может быть потом мы вернемся к этому снова. Случай Сатала самый легкий, молодой гражданский, руководствуясь гуманистическими соображениями бросился спасать по своему разумению недееспособного человека, находящего под угрозой гибели. Это обоснование настолько легко, учитывая, что офицер транспортерной не в обиде, что не стоит обсуждения.
Теперь Ракар внимательно следил за мельчайшими изменениями на лице кардассианки.
- Энн Уильямс не маки. Я провел с ней достаточно времени, что бы убедиться в этом. Я живой свидетель большинства того, что с ней происходило. К чему приведет ее будущее – не известно, но сейчас – она не маки. И от наших действий будет зависеть станет ли она этим понятием. Может быть даже от ваших, глинн Толан, или Тенмы Джеза. Но это дело будущего, не прямо сейчас. А вот насчет Корама… - Ракар еще раз скользнул взглядом по коридору. Со стороны они выглядели вполне безобидно, ромуланец и кардассианка, мирно и почтительно беседующие у магазина аксессуаров. Ракар молчал секунд 15, затем вернулся взглядом к координатору.
- Значит убеждением Корама следует заниматься? – Ракар не стал говорить, что если бы на катере Корам попал в его руки, то даже без специального читающего память оборудования – он смог бы выбить из него пароль в течение максимум двух часов. Как минимум он сам был в этом однозначно убежден.
- Я бы применил технологию ответного обвинения. Много часов целая «Саратога» наверняка пыталась уговорить его разблокировать телепортацию, да, я читал разные отчеты, разное видел, и я в курсе, что он здесь, на станции. Если он так упорствовал – значит у него была какая-то иная цель помимо страха и мести, я не верю в трусость и мелочность мэров различных планет. Верить в такое может наивный ребенок, не обладающий вообще никаким опытом, никакими знаниями. Если найти на Корама компромат, который по-настоящему будет для него болезненным, то он резко перестанет обижаться на звездофлотского кадета, который потерял над собой контроль, будучи уверенным, что жизнь членов его команды под угрозой. Под угрозой по вине Корама, он спровоцировал и удерживал это. Федеральный корабль по его вине пробыл на Волане II больше положенного, а именно Кардассия обозначила сроки. И это мне сказал лейтенант  СБ Саратоги – Кортез. Понимаете, к чему я веду, глинн Толан?
- Итак, мистер Ракар, - кардассианка сложила руки на груди и внимательно посмотрела на кадета. На ее лице промелькнула тень улыбки – улыбалась она явно каким-то своим мыслям, потому что с ромуланцем говорила совершенно серьезно. – Вы не спрашиваете и не уточняете, в чем же обвиняются ваши коллеги – значит, вы уже изучили все, что вам было доступно. Это похвально. Я не знаю ваших мотивов, поэтому предположу, что они совершенно искренние, и вы действительно хотите им помочь ради них самих и ради общего блага проекта. Изучайте доступную информацию, прецеденты, стратегию защиты – все это пригодится.
Она еще раз смерила ромуланца пристальным взглядом и усмехнулась.
- Что касается мэра Корама, - тихо и серьезно произнесла женщина, – то я не советовала бы вам вмешиваться. Здесь вы представитель третьей стороны, и внимание ромуланцев – или кого-либо еще – к этому… инциденту никому не нужно. Если вы понимаете, о чем я, - в тон ему ответила Толан и формально добавила: – Я учту ваше мнение по этому вопросу.
- Да, глинн Толан, - склонил голову Ракар, - я все понимаю. И я не буду вмешиваться,  пока не требуется мое  вмешательство. Мои мотивы просты – мне важно то, что здесь происходит. Если бы не было важно, мы бы не присоединились к проекту. Я буду рассчитывать, в таком случае, на предоставление мне особого слова на стороне защиты как свидетеля по части Уильямс и Сатала.
Мелькнула мысль и он испугался ее, что глинн Толан теоретически может работать вместе с Корамом.  И тогда он подставился. Такая маленькая толика вероятности. Такая большая цена за просчет. Но ничего не отразилось на лице. А еще Федерация могла иметь имела к этому отношение. Но этого он не мог пока знать.
- Благодарю вас, - сказал улан координатору.
- Можете не беспокоиться по этому поводу, я учту ваше желание давать свидетельские показания, - кивнула Толан
Она, наконец, перестала изучать витрину и направилась дальше по Променаду в режиме неторопливой прогулки, так что ромуланцу ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.
- Ракар, - произнесла она после недолгого молчания. – Я понимаю, что вы хотели мне сказать по поводу господина Корама. Я не буду никак это комментировать, просто напомню вам, что мы находимся на федеральной станции. Неважно, что вы – или я – думаем, но я не хотела бы больше слышать подобные разговоры. Они могут дискредитировать вас, меня и весь проект. Но это не значит, что я вас не услышала. Это все, о чем вы хотели поговорить? Если у вас есть вопросы относительно завтрашнего задания, можете воспользоваться возможностью и задать их сейчас, иначе – мне пора возвращаться, я еще не закончила, - она кивнула в сторону младшего лейтенанта Авема, все еще стоящего на отдалении от них. 
Ромуланец шел рядом и слушал, внимательно, вслушиваясь в интонацию. Его слишком поспешная мысль вполне могла быть данью паранойе. Может быть так и было. В конце концов подозревать абсолютно всех было его профессией.
- Комментарии не требуются. Я понял уже давно, что вы заслуживаете доверия, иначе ничего такого бы не сказал. - Улан замолчал, показывая тем самым, что разговор на данную тему окончен, и через несколько секунд продолжил:
- Завтра утром будет решена проблема с голографической презентацией. А что касается фуршета, то здешние репликаторы не умеют ничего ромуланского. Зато есть Кварк’с, который регулярно возит контрабанду, и теперь, с моими присутствием здесь – очевидно еще удвоил свой оборот. Поэтому, надеюсь, не будет нарушением правил, если фуршет по ромуланской части будет из Кварк’са?
«Доверия!» - кардассианка хмыкнула и покачала головой, но ничего не сказала. Интересно, что подумали бы ее кадеты, если бы знали о вчерашнем сообщении от легата Толана?..
- Нет, вы вправе самостоятельно решать вопрос с доставкой продуктов и прочим оформлением. Я полностью полагаюсь на вашу фантазию… Только давайте обойдемся без контрабанды. Не люблю это слово, - женщина хитро посмотрела на кадета. – Найдите ему какую-нибудь более приемлемую замену или хотя бы не произносите вслух.
Ракар сделал несколько шагов вперед, обогнал координатора,  повернулся к ней лицом.
Он улыбался во всю ширь.
- Ну да, названия этому я еще не придумал, поэтому пусть будет без названия. Ведь я и не против, что бы я без них делал, собственно. Глинн Толан! Больше не имею права вас задерживать! Хорошего вам дня. – И он остановился, ожидая, что кардассианка пойдет назад.
- Тогда до завтра, улан, - кивнула Толан. – Мне не терпится увидеть результат ваших трудов.
Они с ромуланцем разошлись, и стоило ей повернуться и сделать несколько шагов к Авему, как баджорец уже сам направился к ней, потрясая паддом.
__________
Совместно с Ракаром
Offline  
13 05 2016, 15:59:35 #88
Утара Рилл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

26 августа, ранний вечер
Станция ДС9, каюта советника, коридоры станции и офис командующего.


После обеда Утара отправилась читать отчёты кадетов, выложенные в общий доступ. Отчёты наводили на мысли в том числе и о том, почему глинн координатор так взъелась на некоего стажёра Тенека. Хвала небесам, стажёр всё-таки не отрицал показаний остальных участников событий, но его молчание было на первый взгляд красноречивым, непонятным и возмутительным. Во всяком случае, координатору Утара посочувствовала от души: кардассианка впервые в жизни имела дело с такой разношёрстной компанией (как в переносном смысле, так и в буквальном, если учесть каитианца), и Утара спрашивала себя, не идёт ли у неё ещё кругом голова от всех этих милых особенностей. Федератам с этим как-то всё же привычнее!
«Надо будет поговорить с ней об этом, – сказала себе болианка. – Обо всём этом - и об упёртом стажёре, и о трудностях работы в проекте вообще».
Надо было также вытащить из вихря развлечений мисс Хену, которую так поспешно увлекла за собой Самрита Баккер (как показалось болианке, вовсе не с целью психологического анализа минувшей миссии). В первый день пусть уж отдохнёт, решила Утара, а завтра пора приниматься за работу: может советник проекта и Утара, но советник группы «Альфа» – Хена. Хорошая девочка, умница и смелый человечек, но раз уж не боится ужасных огромных кардассианцев, надо перестать бояться и по специальности работать.
 
Утара оторвалась от отчётов, посмотрела на часы, и невпопад подумала о том, что с замужеством в её жизнь вошла любовь к старинным вещам: книжным изданиям, часам, предметам обихода. В каюте на станции у неё на столе стояли водяные часы, стилизованные под начало эпохи индустриального развития на Боларусе. Рядом с часами, как советник в своё время и обещала себе, теперь стоял портрет капитана Кирка. Капитан был похож на человека, любящего жизнь и умеющего наслаждаться каждым её мгновением, и Утара подумала, что совсем не воспринимает эту голографию, как портрет давно умершего человека. Утара отсталютовала капитану шариком горького шоколада, и положив конфету в рот, направилась на встречу с координатором и командующей станцией.

– Рада вас видеть и рада, что вы в хорошем настроении, - Толан уже ждала ее у турболифта. – И надеюсь, оно не испортится от разговоров о мистере Кораме, - кардассианка позволила себе быструю улыбку. – Ну и вы расскажете нам, каких успехов удалось добиться с кадетом Лайтманом.
Двери турболифта открылись, и женщины проследовали в кабину.

Прибыв на нужный уровень и пройдя через операционный центр станции, женщины вошли в офис командующего. Когда двери перед Толан и Утарой открылись, баджорка как раз заканчивала разговор, на коммуникационном экране на столе был виден ее собеседник - круглолицый баджорец средних лет в федеральной форме.
– ...Конечно, Холем, я получила всю информацию, - говорила Мори, - Но эти коды… это просто произведение искусства по сравнению с теми, с которыми я имела дело раньше. У меня просто руки чешутся поработать с ними.
– Нет, Джанир, еще не время. И ты там не для этого. Я знаю, как тебе нравилось заниматься этим во времена Сопротивления, но теперь мы должны все делать по-федеральному. А они хотят ждать и собирать информацию.
Судя по тому, что эти двое называли друг друга по именам, а не по фамилиям, как предпочитали все баджорцы, они было давно знакомы и каким-то образом близки.
Коммандер Мори кивнула, нехотя соглашаясь. Она подняла глаза от экрана, заметила посетительниц на пороге, быстро попрощалась со своим собеседником и поднялась из кресла навстречу Толан и Утаре.
– Добрый вечер, - поприветствовала она их и указала на два кресла, - Присаживайтесь. Признаюсь, я ждала вас несколько раньше, сразу после утреннего собрания.
Толан присела на свободное кресло, сделав вид, что не обратила внимание на разговор, кусочек которого они с Утарой застали.
– Надеюсь, мы не отвлекли вас? – нейтрально-вежливо поинтересовалась кардассианка. – После собрания я была занята организационными вопросами… - поймав себя на том, что начинает оправдываться, Толан резко остановилась. – В любом случае, сейчас мы здесь. Вы хотели начать с чего-то конкретного, или мы с Утарой можем перейти к нашей теме? – она обменялась выразительным взглядом с советником.
Мори обернулась на уже погасший экран на своем столе.
– Нет, не отвлекли, - быстро сказала она, - Прошу прощения, что не сразу поприветствовала вас. Я действительно хотела поговорить о чем-то конкретном, но у меня есть некоторое ощущение, что ваша тема совпадает с моей, поскольку положение кадета Лайтмана - самое серьезное дело, в котором наши интересы пересекаются. Не так ли?

Всё было именно так. Утара повторила для коммандера то, что уже рассказывала координатору – тот выход, который они с Артуром Лайтманом нащупали для того, чтобы извинения были искренними, а также свои опасения насчёт провокаций со стороны Корама.
– Однако даже если мистер Лайтман будет вести себя идеально… – Утара вздохнула, – … что вряд ли, поскольку он совсем не дипломат, мистер Корам может истолковать любое его действие негативно. В то же время, если при этом будет присутствовать собеседник, комфортный для мистера Корама, он может и сдержаться ради того, чтобы произвести на этого человека положительное впечатление и расположить его в свою пользу. Надежда на это, слаба, но лучше подстраховаться. Откровенно говоря, – сказала она, обращаясь к коммандеру Мори, – я думала о вас, если конечно, у вас ещё не сложилось с бывшим мэром негативных отнощений.
__________________________
с Мори и Иламой


«Есть только два способа прожить свою жизнь. Первый – так, будто никаких чудес не бывает. Второй – так, будто все на свете является чудом». Альберт Эйнштейн
Offline  
13 05 2016, 16:03:44 #89
Илама Толан

Re: Сезон 3, Эпизод 3

6 августа, ранний вечер
Станция ДС9, каюта советника, коридоры станции и офис командующего


-Подождите-подождите, - Мори подняла ладони, будто защищаясь от слов советника, - О каких извинениях речь? Мне кажется, мы тут перескакиваем слишком далеко вперед. На данной стадии речь об этом даже не может идти, господину Кораму не нужны извинения, он жаждет кардассианского правосудия. И у него есть достаточно серьезные основания для этого - он официальный представитель кардассианской власти, и нападение на него было совершено на орбите кардассианской колонии. Это очень неприятный прецедент. Мы же, к сожалению, не можем спорить, что были на федеральной территории, поскольку, хотя Волан II и населяют выходцы с Земли, нашей колонией они не являются. Следует начинать с того, чтобы убедить господина Корама позволить судить кадета Лайтмана на ДС9 и в рамках наших процедур, а не кардассианских. И сделать это должны именно мы, а не сам кадет. Вот почему я хотела вас видеть - мне нужно знать, что за человек этот Корам, чтобы найти к нему подход. Что вы можете рассказать о нем?
- Вы уже говорили с ним? – Толан выпрямилась в кресле. – Даже если он и говорит, что извинения ему не нужны – это всего лишь слова. Он производит впечатление человека, который любит, чтобы перед ним рассыпались в извинениях и лести. Впрочем, если даже федеральным офицерам с «Саратоги» не удалось ничего добиться… - она многозначительно промолчала. Почему-то мысль о том, что и Нечаева не расколола этот орешек, ее радовала. – В общем, растопив его сердце, мы сможем просить и о других поблажках – а смена процедуры является очень серьезной поблажкой. Уже имелись прецеденты, когда офицеров Звездного Флота судил именно кардассианский суд, без выдачи Федерации, и хотя те случаи были более серьезными, нет официального повода выдавать Лайтмана Федерации. Но вернемся к Кораму, - женщина вздохнула. – С ним можно найти общий язык, если играть по его правилам, и во время нашего визита в резиденции нам с советником это удавалось. Но больше всего он печется о своей безопасности, и не менее – о своем, кхм, эго, которые мы достаточно сильно задели. Любит роскошь, - добавила Толан, припоминая, что еще можно сказать о бывшем мэре Джеймстауна. – Возможно, советник Рилл заметила что-то еще, что может нам пригодиться?

– Любое прямое упоминание его негативных действий или непохвальных эмоций мистер Корам воспринимает как оскорбление, – дополнила Утара. – Я испытала это на себе, когда показала ему, что вижу его притворство, растерянность и страх, а также, когда описала ему своё понимание ситуации. Это была моя ошибка. Он оказался не из тех людей, кто может отбросить игру и поговорить прямо, и не из тех, кто умеет быстро переключиться и сыграть по новым правилам – опровергнуть одно, подтвердить другое и начать взаимовыгодный диалог. Как мне кажется, суть здесь в том, что этот своеобразный спектакль он разыгрывает не только и не столько перед нами, сколько перед самим собой. Он не может признать ни одной своей ошибки, потому что это обрушит здание его иллюзорного благополучия.

Мори медленно кивнула.
-Это хорошо… - прознесла она, - А то я боялась, что он совсем непробиваем. Что ж, сыграем в лесть, я могу это сделать. К счастью, то, как мы уже приняли его на станции - выделили каюту ему и его личному повару и вели себя с ним как с любым другим высокопоставленным чиновником или послом - не будет этому противоречить. Ведь если бы наше поведение резко изменилось, он бы понял, что нам что-то от него надо. Федеральное признание мы уже обеспечивам, но как насчет признания его собственного государства? - Мори посмотрела на Иламу, - Я могу просить вас поговорить с ним?

- Поговорить с Корамом? – переспросила Толан. Эта идея ей не нравилась. – Я уже говорила с ним на орбите, когда он нас телепортировал на катер, и этот разговор… - она замолчала, подыскивая наиболее приемлемую форму для описания, – нельзя назвать успешным с дипломатической точки зрения. Он отказывался сотрудничать, и тогда нам всем было не до лести. Ну а инцидент с кадетом Лайтманом и вовсе поставил точку в наших переговорах. Так что я лишь вызову его раздражение, - «как и он мое», - подумала про себя Толан, но вслух этого не произнесла. Подумав немного, она добавила: - Однако, если это необходимо для общего дела, я могу сделать все от меня зависящее и поговорить с ним, как официальный представитель Кардассии на этой станции.

– От лица Кардассии больше некому, – грустно подтвердила Утара. – Вот если бы мы могли вытащить откуда-нибудь, как фокусник из шляпы, высокопоставленного кардассианца, который не любил бы Корама, мечтал бы сохранить наш проект и совсем не мечтал бы проучить Лайтмана… Увы, об этом остаётся только мечтать. – Утара виновато посмотрела на кардассианку. – Глин Толан, думаю, в каком стиле вам разговаривать с мистером Корамом, вы разберётесь лучше меня. Навряд ли в этом вопросе вам понадобятся мои советы.
- Есть еще один момент, - как бы между делом добавила Толан. – Являясь координатором проекта, я защищаю его интересы в целом и интересы конкретного кадета Лайтмана в частности. И в данном случае интересы Кардассии и интересы проекта не совпадают. Как представитель Кардассии я бы сказала, что судить Лайтмана за его действия должен наш суд… Но как координатор проекта я бы этого крайне не хотела.
Взгляд советника стал ещё грустнее.
– А как человек? – спросила она. – Что вы сказали бы как человек? Впрочем, – оборвала она себя, – я уже давно хочу прояснить один вопрос. Орбита Волана II – это не территория Федерации, разумеется. Но наши корабли всегда считались нашей территорией. Следовательно, катер «Анадырь» – это территория Федерации, разве нет? Следовательно, нападение на Корама произошло отнюдь не на территории Кардассии, а на территории Федерации.

-Хороший аргумент, советник, - согласилась коммандер, - Так же как и вопрос о том, могут ли части Демилитаризованной зоны вообще считаться принадлежащими кому-то. Но отношение к этому космическому пространству всегда было высоко политизированным, и все, что его касается - крайне чувствительная точка для обоих наших государств, - она снова посмотрела на глинна, - Я понимаю, как вся эта ситуация сложна для вас, госпожа Толан, поэтому стараюсь говорить как можно более осторожно. Вы можете отказаться помогать нам, и это будет мне понятно. Но, насколько я вижу, у вас - больше всего шансов повернуть запросы господина Корама вспять. Одобрение Кардассии в вашем лице будет для него важно, вы лучше понимаете его, поскольку принадлежите к одной культуре и имеете опыт общения с ним. То, что этот опыт не совсем удачный - может оказаться нам даже на руку, если правильно подать его. К тому же, у вас есть… и другой козырь.
Толан задумчиво уставилась в одну точку на столешнице, погруженная в свои мысли. Так и не придя ни к какому решению, она подняла голову и оглядела своих собеседниц.
- То, что мы происходим из одной культуры, видится мне скорее проблемой. Но куда большей проблемой я вижу то, что в нашей иерархии я не имею над ним ни малейшей власти, а мое звание не позволяет мне обращаться к нему с позиции старшего. Я могу блефовать, но вот посчитает ли он меня достаточным важным для его персоны «представителем Кардассии», - Толан хмыкнула, а затем повернулась к Мори. – Но вы, мне кажется, что-то не договариваете. Какой козырь вы имеете в виду?
Мори криво улыбнулась.
-Позволите говорить прямо?.. Иногда привлекательная женщина может добиться большего, чем высокопоставленный мужчина. В любом случае, если я правильно понимаю, вы с господином Корамом примерно равны. Вы - глинн, что в федеральной цепочке командования примерно соответствует коммандеру. И как раз коммандер может управлять небольшой станцией или колонией. Так я могу считать, что вы в деле, госпожа Толан?
На лице Толан, до этого достаточно спокойном и беспристрастном, за пару секунд промелькнула вся гамма эмоций от смущения до гнева, и ей понадобилось некоторое время, чтобы «переварить» предложение коммандера. Она бросила на Утару быстрый взгляд, полный мольбы о помощи, но затем уже совершенно спокойно посмотрела на коммандера.
- Я надеюсь, что это вы сейчас пошутили, - кашлянув, заметила Толан. – Или я не поняла, о чем именно вы говорите. Поэтому, оставив вашу первую фразу за скобками и подводя итог: разумеется, я в деле. Это в первую очередь именно мое дело и моя задача – снять обвинения с кадета Лайтмана. Итак, какие наши планы? Вы собираетесь первой поговорить с мистером Корамом и подготовить почву?
Мори отвела взгляд, обрывая напряженный момент.
-У нас мало времени до отлета господина Корама со станции, и будет только один шанс поговорить с ним. Мы должны быть очень осторожны, чтобы не спугнуть его. Какую бы стратегию убеждения вы ни выбрали, глинн, я поддержу вас. Я в любом случае намерена сделать все, чтобы защитить кадета Лайтмана, чего бы мне это ни стоило. Пусть он не часть моей команды на этой станции, но он часть Звездного Флота, и я больше не позволю…
Коммандер отвела взгляд на звезды за окном и после некоторого молчания продолжила.
-Я подготовлю отказ от запроса, который господин Корам должен будет подписать. И организую встречу.
– А когда отбывает мистер Корам, – поинтересовалась болианка. – И хотелось бы знать, куда именно. Он возвращается в Кардассианское пространство?
-Мистер Корам сообщил, что отбывает послезавтра утром и возвращается на Кардассию. Поэтому я полагаю, что завтрашний вечер наиболее предпочтителен для разрешения этого вопроса.
Толан сосредоточенно кивнула:
- Как скажете. Для господина мэра я освобожу любое время в своем расписании, - хмыкнула она, уже пробуя новую тактику. – У нас же будет время подготовиться и выбрать тактику, которая не ухудшит ситуацию. Советник, вы можете навскидку сказать, как нам с коммандером лучше себя вести? Только без упоминаний о том, что могут добиться две привлекательные женщины, - серые щеки кардассианки немного потемнели, что можно было бы счесть проступившим румянцем.

_______
С Утарой и Мори
Offline  
Страниц: 1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10 11 ... 38
Перейти в:  

MySQL PHP Powered by SMF 1.1.16 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS