* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
26 04 2019, 05:11:04 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 19 сентября 2384 г., день
« предыдущая тема следующая тема »
Страниц: 1 ... 28 29 30 31 32 [33] 34 35 36 37 38
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.   
10 01 2017, 11:30:52 #480
Артур Лайтман

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., ранний вечер
Возле голокомнат

Презентация про Орион закончилась, и кадеты снова вышли из голокомнаты на время очередного перерыва.
Сначала невольно, а потом уже намеренно Ракар во время презентации подслушал разговор Лайтмана и М'Коты. На финальной фразе землянина он едва не рассмеялся, но главное что ему стало понятно – федеральные, и некоторые прочие кадеты намереваются пойти в лазарет. В этот раз он с ними не пойдет. Если и мог кто-то сделать еще что-то дельное в этом вопросе – то это были ее звездофлотские сослуживцы. А если у них ничего не получится, то она улетит в самое ближайшее время. Ракар захотел увидеть коммандера Планкса. Трилла, который очень однозначно на слушании Сатала определил себя в отношении Ракара своим сарказмом. Это было уже не так важно, на самом деле. Враг или нет – он хотел и должен был с ним поговорить. Ромуланец остановился в начале лестницы второго этажа, оперся о перила и обозревал Кварк'с сверху.

Необычный мир Ориона оказался интересным и для Акриты, которая вообще не очень много знала об этой культуре и ее представителях, и даже несколько побаивалась их. Поэтому она с удовольствием слушала презентацию и участвовала в обсуждениях. Но где-то минут за десять до окончания все же отошла на пару шагов и углубилась в падд – ей хотелось сделать одно маленькое дело, которое пришло в голову буквально пару часов назад.
Еще в прошлом перерыве андорианка сохранила и переписала себе конечную версию собственной презентации про Андорию, с тем набором сцен и переходов, какой получился в итоге. И теперь она записывала ее в виде интерактивного видеоролика – такой программы, которую можно было бы смотреть на обычном падде или экране компьютера, не в голокомнате. Ведь вполне может быть, что Квинтилии и сейчас, и потом будет не до того, чтобы ходить куда-то и специально смотреть ее презентацию. А так оно всегда под рукой... И вдруг где-нибудь ей захочется глянуть, а потом послушать или даже поиграть на удивительном инструменте? Может быть, ей это поможет справиться с испытанием, с внутренней войной, как оно помогло в свое время Акрите?..
Андорианка закончила конвертацию как раз к началу перерыва и оглянулась на товарищей – когда они соберутся идти в Лазарет.
Артур вышел из голокомнаты и прислонился к стене в коридоре. Сначала камера будет выключена, когда кадеты придут к Квинтилии, но он приготовился ждать разрешения виртуально участвовать в посещении. Случившееся с Перим волновало его, он тоже должен был поговорить с ней и надеялся, что Перим не откажется.
После презентации Освальд пребывал в состоянии глубокой задумчивости и на какое-то время даже забыл, что у него были определённые планы. Вспомнил он о них совершенно неожиданно и сразу же отыскал глазами всех кто хоть какой-то интерес проявил.
- Ну что, желающие навестить Перим не передумали? - спросил он так, чтобы его услышали все, кому это могло быть интересно. - Если нет, тогда пойдёмте.
Кадет тут же направился к выходу из "Кварк'с".
Самрита молча направилась вслед за ним и остальными, желающими навестить Перим – весь ее вид говорил о том, что эта инициатива вызывает у нее все, что угодно, кроме восторга.
М’Кота присоединилась к маленькой процессии с решительным видом, словно отправлялась не навестить заболевшего товарища, а в лобовую атаку на джем’хадар.
  
Тенек подошёл к координатору.
– Глинн Толан, – обратился он к кардассианке, – кадет Лайтман выразил желание пройти обследование сегодня же после презентаций. Вы позволите?
Толан проследила взглядом направляющихся прочь из голокомнаты кадетов, а затем обернулась к Тенеку:
- Из-за его слушания? Вы можете провести обследование сразу после презентации, но это исключение только для мистера Лайтмана.
– Тогда я извещу его. Возможно его охрана затребует у вас подтверждение, – сказал вулканец, снова не замечая, как в вербальном эквиваленте пропустил часть подразумеваемой информации. Это была одна из основных проблем его общения с невулканцами: не следя за речью, он часто пропускал информацию, которая из-за культурной разницы для него самого читалась между строк, но была существенным пробелом в речи для других. Когда же он следил за своей речью, его объяснения становились пространными и избыточными. Стажёр коснулся коммуникатора и вызвал Артура, не зная, как далеко тот уже ушёл вместе со своей охраной.
 Артур нажал на свою дельту, но ничего не ответил. Вместо этого он вернулся в голокомнату и подошел к Тенеку.
- Да, мистер Тенек, можно и не по связи.
– Я думал, вы уже ушли, – обернулся к нему вулканец. – Я передал глинну Толан вашу просьбу, и она разрешила провести ваше обследование сегодня после презентаций. Однако это – исключение ввиду ваших обстоятельств, и оно не распространяется на остальных участников проекта.
- Да нет, Тенек, простите, я не настаиваю, прошу прощения, что отвлек. Это не важно когда, можно и завтра. Приказ есть приказ, - ответил Артур.
 – Вы уже получили разрешение, – с оттенком удивления сказал стажёр. – Возможно, глинн Толан согласилась, предполагая, что может возникнуть необходимость представить результаты вашего обследования на суде – иногда любой факт может оказаться существенным. Так что, думаю, нам стоит всё же воспользоваться её разрешением.
Артур глянул на координатора, стоявшую неподалеку, и снова посмотрел на Тенека.
- К суду это не имеет отношения. То, что я сделал и без того было произведено в здравом уме и трезвой памяти, не под наркотиками или стимуляторами. А теперь – я просто не знал, что такие условия у приказа. Не нужно отдельных исключений, я пройду обследование в порядке общей очереди, как все.
Толан с некоторым любопытством наблюдала за беседой кадетов, а рассуждения Тенека о ее мотивах и вовсе вызвали улыбку – правда, не веселую, а саркастичную. Но поскольку свое распоряжение она высказала предельно четко и ясно, вмешиваться в их разговор она не собиралась.
Тенек перевёл взгляд с координатора на Артура и обратно в полном недоумении. Он их не понимал, совсем не понимал. Он сам никогда не обращался с просьбой, если без этой просьбы можно было легко обойтись, и не стал бы отказываться от результата, уже получив разрешение. А то, что глинн Толан сразу же связала просьбу Артура со слушанием, заставило стажёра думать, что каким-то образом он сам не увидел того полезного воздействия, которое заблаговременно проведённый медицинский тест мог оказать на ситуацию Артура. Но почему тогда координатор молчит? И что означает выражение её лица?
– Вероятно, я неправильно понял вас, и должен принести вам извинения за то, что напрасно отнял ваше время, – сказал он одновременно и Артуру, и координатору. – Однако, если разрешение координатора всё ещё в силе, и если у вашей просьбы была какая-то значимая для вас причина, вы можете связаться со мной после презентаций, – добавил он уже конкретно обращаясь к кадету.
 - Я собирался успеть до суда просто для того, чтобы успеть. После него – вероятно, уже будет не нужно. Это не существенно, на самом деле, Тенек. И в крайней степени не логично, забудьте, - сказал Артур, коротко кивнул и отошел.
- Я думаю, вы в состоянии разобраться с этим вопросом самостоятельно, - вставила Толан, обращаясь к обоим кадетам, а затем обернулась к Лайтману: - Напоминаю, что ваше слушание не является освобождением от обследования, и у вас есть возможность пройти его сегодня.
Координатор сделала шаг в сторону, давая понять, что сказала все, что хотела, и посмотрела на часы.
Что ж, так или иначе вопрос был решён, и Тенек направился в сторону лазарета. К мисс Перим направлялась большая группа людей, и, говоря откровенно, после всего что вулканец услышал в перерыве, он был озабочен результатом этого посещения.
Лайтман посмотрел на глинна Толан. Она говорила так, будто была уверена, что он еще останется в проекте после суда, а не полетит в тюремную федеральную колонию для заключенных. Кадет ей не ответил, но коротко поклонился.
Артур развернулся, чтобы снова выйти в коридор. Но кадеты еще не дошли до лазарета, или еще не попали к Перим в палату, или Перим была против камеры, в любом случаи – трансляции на падд еще не было. Сделав шаг в сторону коридора, кадет развернулся на месте и подошел к координатору, которая пока никуда не собиралась уходить.
- Мэм, я благодарен за поддержку, и вашу уверенность в том, что завтра я все еще буду тем, кто я есть сейчас, - сказал он, - суд конечно не является освобождением от вашего приказа. Но дело в том, что сегодня я еще кадет Звездного флота и член проекта "Альфа", а завтра вечером – я могу перестать им быть. Я думаю, что вероятность этого – велика. Я очень сожалею о том, что так вышло. Проект очень важен для меня, и для нас всех. Я дернул Тенека только потому, что любые мероприятия связанные с проектом имеют для меня ценность. Но я не хочу быть исключением из правил и приказов.
- Пока вы в проекте, вы подчиняетесь его распорядкам, - заметила Толан. В ее голосе не чувствовалось особого сочувствия, она говорила нейтрально и официально, как и обычно. – Я ничего не могу сказать по поводу вашего завтрашнего слушания, так как незнакома с распорядками Звездного Флота. Я дала вам возможность пройти обследование сегодня в качестве исключения и исходя из вашей ситуации, чтобы завтра вы могли сконцентрироваться на подготовке к слушанию и оставшихся презентациях. Ваше дело – использовать эту возможность или нет. Я крайне надеюсь, что вы отказались от обследования сегодня не потому, что вам есть, что скрывать, - женщина чуть приподняла надбровный гребень.
- Не поэтому, мэм, - улыбнулся Артур с некоторым облегчением, - в любой момент. Как скажете, конечно. Если Тенек теперь не против. Он следовал приказу. Я благодарен за эту возможность.
- Вы неправильно поняли, - качнула головой Толан. – Я не уговариваю и не заставляю вас проходить обследование сейчас – вы и мистер Тенек можете разобраться с этим вопросом самостоятельно. Более того, я бы предпочла, чтобы мне не приходилось сначала отвечать на вашу просьбу согласием, а затем еще и объяснять вам, почему я это сделала.
- Да, мэм, это я глупость сделал, - склонил голову Артур, - мы разберемся, конечно. Не повторится больше.
Толан едва заметно кивнула, внимательно глядя на кадета.
____________
написано вместе с Ракаром, Акритой, Освальдом, Самритой, М'Котой, Тенеком и глинном Толан
Offline  
13 01 2017, 17:27:23 #481
Илама Толан

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., ранний вечер
ОПС, кабинет командующего станцией


Через несколько минут после того, как госпожа Рилл покинула офис, командующая станцией получила еще одно сообщение. Сам этот факт не был неожиданным, баджорка ждала его и даже надеялась, что оно придет быстро, но содержание сообщения заставило ее нахмуриться.
-Глинн Толан, - произнесла коммандер Мори, коснувшись своего коммуникатора, - Нам снова нужно поговорить. Прошу вас, поднимитесь в мой кабинет как только сможете.
Толан никак не ожидала еще одного вызова от коммандера, и когда та вышла на связь, кардассианка внутренне напряглась - ни одной хорошей причины она придумать не могла.
- Скоро буду, - коротко ответила она и быстро покинула голокомнату.
Перед дверью кабинета Мори она сделала небольшую паузу, чтобы собраться с мыслями и поправить форму, а затем решительно зашла внутрь.
Мори как будто бы ее ждала, и даже встала со своего кресла, когда глинн вошла.
-Госпожа Толан, - произнесла баджорка официальным тоном и протянула ей падд, - Вам лучше самой прочитать это. Здесь сообщение от Звездного Флота, согласованное с вашим начальством на Кардассии Прайм. Сообщение о вашим назначении обвинителем по делу кадета Лайтмана.
Мори сделала паузу, а затем добавила:
-Разумеется, вы имеете право отказаться, и тогда назначат кого-то другого.
Толан остановилась на пороге и удивленно посмотрела на коммандера. А затем молча прошла к ее столу и взяла падд.
- Не могу сказать, что это неожиданно, - заметила она, ознакомившись с материалом, а затем отложила падд и вздохнула: - И не могу сказать, что мне это нравится. Но я полагаю, что я справлюсь с этой ролью.
Кардассианка вспомнила свой разговор с Джарином: как бы он ей ни нравился, он был настроен в данной ситуации решительно против федерального кадета, и в своем обвинении попытался бы отыграться за то, что Корам снял свои претензии. Проблема Толан сейчас была в том, что и она сама не сможет обвинять его только вполсилы – она должна быть совершенно беспристрастна и отбросить в стороны личные симпатии и интересы.
- Хорошо, - наконец сказала женщина. – И что от меня будет требоваться? Как я уже говорила, я совершенно не знакома с вашей судебной системой.
Мори медленно кивнула. По выражению ее лица не было понятно, порадовал или расстроил ее такой ответ кардассианского глинна.
-В падде, который я вам дала, находится информация о протоколах и процедурах Звездного Флота. Наша система действительно отличается от вашей - в то время, как на Кардассии вина подсудимого не подвергается сомнению и юристы призваны помочь ее осознанию, мы исходим из презумпции невиновности. Это значит, что все обвинения против кадета Лайтмана еще должны быть доказаны, и судью нужно будет убедить в его виновности. И это будет… вашей работой, - баджорка поморщилась, как будто съела что-то кислое, - Полагаю, расследовать это дело нет необходимости, поскольку все заинтересованные люди уже читали все отчеты, но вы можете подумать, какие доказательства и свидетели лучше подтвердят ваши слова. Вы имеете право представить двух свидетелей, а также от вас ожидаются две речи - в начале заседания и в его конце.
- Презумпция невиновности? – чуть заметно усмехнулась Толан. – Да, я о ней слышала. И все же, это довольно странное решение – назначать меня. Ведь я также представляю интересы проекта и могу быть необъективна, а от меня требуется быть беспристрастной, - она вновь взглянула на Мори, следя за ее реакцией, и добавила чуть менее официальным тоном: - Вы знаете, что я была на стороне кадета Лайтмана, но вы же не ожидаете, что на суде мои симпатии будут хоть что-то значить? И еще один вопрос… Господин Корам покинет станцию ко времени слушания?
-Я не сомневаюсь, что вы будете достойно и адекватно представлять сторону своей страны, - холодно произнесла Мори.
Раньше в этот день в приватной, почти интимной обстановке баджорского кафе их беседа была почти дружеской, согретой паром, поднимавшимся от чашек с чаем, но теперь между ними снова пролегла пропасть их расовой принадлежности.
-Господин Корам покинет станцию сегодня. Это одно из условий нашей сделки. Поэтому вы не сможете использовать как свидетеля его лично, а лишь его медицинские записи в качестве доказательств.
Толан кивнула с заметным облегчением:
- В другой ситуации я бы настаивала на присутствии такого важного свидетеля… Но я рада, что господин Корам отправился на Кардассию, - в ее голосе прозвучало скрытое удовлетворение… и еще что-то едва уловимое. – И вы правы – я должна буду представить интересы своей страны в лучшем виде, - она сделала упор на слове «должна». – Могу я узнать, известен ли защитник?
-Это не секретная информация, - согласно кивнула Мори, - Функция защитника была предложена госпоже Утаре Рилл - и она согласилась.
- Это весьма интересно - назначить сразу двух человек из «Альфы» выступать друг против друга, - кардассианка покачала головой. – Я сильно удивлюсь, если это не станет концом проекта. Этот суд – ваша федеральная процедура, и вы лучше меня знаете, что если не я, то кто-нибудь еще на моем месте сделает все необходимое, согласно букве вашего закона. Но не буду ожидать, что вы пожелаете мне удачи, коммандер, - добавила она, растягивая губы в подобии улыбки.
-Полагаю, мы снова друг друга поняли, - подтвердила баджорка последние слова глинна, - У вас есть еще какие-то вопросы на этом этапе? 
- Я должна ознакомиться с вашими формальностями, - Толан кинула на падд. – Если вопросы возникнут, я обращусь к вам.
Она сделала шаг в сторону двери, а затем обернулась, точно что-то вспомнила.
- А вы сами будете присутствовать на слушании, коммандер?
-Если оно действительно не будет публичным, то нет, - покачала головой Мори, - И даже если будет - то не уверена, что посещу его. Я имею мало отношения к этому делу. Госпожа Толан, пока вы не ушли… вы сказали кое-что ранее… - коммандер посмотрела на Толан, будто сомневалась, продолжать ей или нет, - Господин Корам отправится не на Кардассию, а в любое место в Федерации по своему выбору, а оттуда продолжит путешествие за ее пределы на свое усмотрение. Наша защита - тоже была частью сделки. Я предполагаю, что он захочет как можно быстрее оказаться как можно дальше отсюда.
- Вот как… - задумчиво протянула Толан. – Значит, он действительно боится. Что ж, это уже не мое дело, и его судьба больше не должна меня волновать. Спасибо за информацию, коммандер.
-И кое-что еще, - добавила Мори, - Вы действительно считаете, что эти назначения для вас и госпожи Рилл положат конец проекту?
- Это назначение заставит меня выступать против моего кадета, - ответила Толан, выдержав паузу. – Как вы думаете, смогу ли я после этого вести себя с ним или его коллегами так, словно ничего не произошло? А советник Рилл будет моим оппонентом – кто бы из нас ни выиграл, нам невозможно будет вернуться на необходимый для совместной работы уровень доверия. Может быть это и не положит конец проекту, но… - женщина не договорила, и в воздухе повисла недоговоренная фраза «Но это положит конец мне в нем». Говорить этого она не стала – она и так собиралась увольняться, но Мори пока не следовало об этом знать.
-Будь они старше, будь они уже офицерами, я бы ответила на ваш вопрос утвердительно, - негромко произнесла Мори, она сказала это теплее всего за эту встречу с глинном Толан, - Они бы смогли отбросить эмоции и понять, что в вашем участии в этом суде нет ничего личного. Но боюсь, они еще дети, поэтому я не знаю ответа.
Толан согласно кивнула, но сказала другое:
- Но это не важно. Многие и без того относились ко мне предвзято потому, что я кардассианка, а теперь у них просто появится повод. Сейчас важнее то, что мое руководство хочет видеть меня в качестве обвинителя и считает меня подходящей для этой роли. Возражать у нас не принято, - усмехнулась Толан. – К тому же, всегда есть вероятность, что я проиграю.
Теперь уже что-то едва уловимое появилось в выражении лица Мори.
-Это все, что я хотела вам сказать. Не буду больше вас задерживать.
- Благодарю, - Толан вернула своему голосу официальность, посчитав, что и так сказала слишком много личного, и направилась к выходу, прихватив падд. 

________
С коммандером Мори
Offline  
18 01 2017, 18:11:59 #482
Самрита Баккер

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., ранний вечер
Лазарет


Кадеты пришли в лазарет. Осмотревшись по сторонам, Освальд подошёл к дежурному и произнёс:
- Здравствуйте, мы пришли к Квинтилии Перим. Её можно проведать? Мы очень быстро - минут десять, если не меньше.
Акрита понимала, что Тенеку сейчас нужно готовиться к презентации, а у ромуланца наверняка свои важные дела, но все-таки пожалела, что их здесь нет.
Дежурной в этот день была сестра Эвен. Она скептически оглядела всех присутствующих - землян Макдауэлла и Баккер, андорианку ш’Лечир и клингонку М’Коту.
-У мисс Перим сегодня было уже достаточно посетителей, - несколько недовольно сообщила баджорка, - Тут все-таки лазарет, а не гостиная вашего факультета. Пускай кто-то один из вас зайдет и передаст приветы от группы, еду, подарки или что там у вас еще. Решите между собой, кто это будет. Или вы можете подождать до завтрашнего утра, когда мисс Перим выйдет отсюда.
Самрита чуть нахмурилась, обдумывая, кто все эти посетители, табунами ходящие к Перим, а затем взглянула на медсестру, осененная догадкой:
- Это она сама сказала, что не хочет нас видеть, да? – а потом бросила взгляд на Освальда.
Пусть они и были в ссоре, и каждое его слово раздражало девушку, он был лучшей кандидатурой из присутствующих. Потому что сама Самрита не могла гарантировать, что сможет сдержаться и не сказать что-нибудь язвительное, Акрита со своей симпатией уж точно не выразит общее мнение группы, а М’Кота… Что ожидать от своей соседки, Самрита даже и не догадывалась, но пропускать такое и отправлять ее одну не хотела.
Эвен кивнула в ответ на вопрос кадета Баккер.
-Да. Но также это совпадает с моим мнением, что пациентке нужен покой. Также как и другим пациентам и персоналу лазарета, а постоянное праздное хождение посетителей этому совершенно не способствует.
- Получается, всем остальным можно было навестить Перим, а нам - нет? - попытался было возмутиться Освальд, но потом просто помотал головой. - Впрочем, как скажете, сестра Эвен.
Оглядев своих коллег, он устало вздохнул и спросил:
- Кто-нибудь горит желанием? Я бы с ней поговорил. В конце концов, именно я вас сюда позвал, но если кто-то очень хочет... - кадет слегка наклонил голову, давая понять, что готов уступить.
- И никаких шансов уговорить пустить нас всех нет? – Самрита склонила голову и хитро посмотрела на сестру Эвен, а затем подвела итог, совпавший с ее мыслями: - Значит, она нас боится! Ну, пусть идет Макдауэлл, я не возражаю…
– Или она ждёт от нас какой-то гадости, – сказала М’Кота, снова вспомнив недавний разговор с Квинтилией. – Я могу дать слово, что у меня никакой гадости не припасено.
- Как будто я тут гадости специально придумываю, - фыркнула Самрита. – И все равно пойти может только один. И если мы тут так и будем стоять и обсуждать, то ничего не решим до конца перерыва!
-Господа, если вам нужно время на обсуждение, я бы попросила вас покинуть лазарет и продолжить спорить на Променаде, - скрестила на груди руки Эвен.
Самрита посмотрела на Освальда и кивнула ему:
- Иди уже, иначе мы вообще ничего не добьемся!
– Освальд, у тебя есть к ней какое-нибудь личное дело? – спросила землянина М’Кота.
- Сейчас-сейчас, мы уже практически решили, - заверил Освальд баджорскую медсестру, после чего повернулся к клингонке. - Что ты имеешь в виду? Ничего жизненно важного, но я хотел с ней поговорить и поскорее, пока она не выкинула какую-нибудь глупость.
– У меня к ней помимо прочего есть личное дело, – призналась М’Кота. – Между нами было недоразумение, а я ненавижу затягивать такие вещи. Если бы пустили нас всех, я бы просто задержалась в конце и всё. А теперь, если она, как ты говоришь «выкинет глупость», оно может так и остаться нерешённым.
- Ты уверена, что сможешь говорить от лица нас всех? – Самрита обвела взглядом Освальда, Акриту и себя – все кроме М’Коты были кадетами Академии Звездными Флота. – Эта история началась в Академии, именно там она нас всех обманывала и жульничала на экзаменах, - пояснила землянка. - У меня тоже есть личный разговор, но он подождет - сейчас мы пришли с общей целью.
– Никто из вас тоже не может говорить за всех: даже у нас четверых для этого слишком разные мнения, тем более у всего проекта... Ладно если вы все считаете, что идти лучше Освальду, пусть идёт. В конце концов он знает Квинтилию намного лучше, чем я. И вообще федератов – тоже.
- Я считаю, что лучше всех справился бы Артур, - честно призналась Самрита (а еще ей хотелось немного уесть Освальда, чтобы он не думал, что она вдруг подобрела) и вздохнула: - но его тут нет…
 - Хорошо, я пойду, - кивнул Освальд, проигнорировав последнюю реплику Самриты, и посмотрел в глаза М'Коте. - Я скажу Квинтилии, что ты тоже очень хочешь её видеть. Может, она не будет возражать против твоего визита, а тогда и сестра Эвен подобреет. Может быть, - он слегка улыбнулся, вспомнив историю с ромуланским элем.
 Акрита тоже ободряюще посмотрела на Освальда:
- Конечно, лучше всего будет, если ты пойдешь. Времени уже осталось так мало…
Она поняла, что свою программу-презентацию сейчас передать не получится, да и, возможно, не стоит. А Квинтилии действительно в первую очередь наверняка нужно просто время – чтобы разобраться во всем. Конечно, андорианке хотелось как-то поучаствовать, помочь, но она теперь осознала – видимо, с запозданием, как всегда – что область ее ответственности и того, на что может повлиять, ограничена, что не все жаждут ее участия и внимания, что неумеренная активность может только навредить. И что иногда нужно просто отступить, отойти в тень, оставаясь, впрочем, в том же режиме готовности на случай, если участие действительно потребуется. Это было логично. Насколько здесь применима логика? И что она должна учесть?
– Я тогда вызову Артура, скажу, что всё пошло немного не так, – сказала М’Кота, подводя черту под обсуждением. – Освальд… – на секунду она усомнилась, стоит ли это говорить (слишком уж личная была это вещь), а отзывать землянина в сторону не было времени, да и для длинных объяснений тоже, поэтому нужно было говорить сейчас и коротко, как уж получится. – Освальд, я не зря сказала, что Квинтилия может ожидать от нас какой-нибудь гадости. Вчера у меня сложилось именно такое впечатление. И не только от нас – ото всех. Не мне раздавать дипломатические советы, но постарайся это учесть и не вляпаться, хорошо?
- Да, - кивнула Самрита. – Пойдем за дверь, не здесь же говорить.
И сама первой направилась к дверям. Она на пару секунд задержала взгляд на сестре Эвен, будто обдумывая, сказать что-то или нет, но потом оглянулась на М’Коту и Акриту, вздохнула и быстро вышла на Променад.
- Да, я примерно этого и ожидаю, - Освальд посмотрел на М'Коту и кивнул, - ещё два дня назад я сказал бы, что Квинтилия всегда была такой, но теперь сомневаюсь, что вообще правильно о ней думал всё это время... Не удивлюсь, если мой вклад в такое её отношение был весьма значительным. Несмотря ни на что, я постараюсь не сделать ещё хуже.
Землянин вздохнул и направился к палате.

Тенек подошёл к лазарету позже других, там и узнал о том, как изменился состав «делегации» коллег по проекту. Это уменьшило его озабоченность: он опасался того, что мисс Перим из ложно понятого чувства долга примет всех, и оставалось только гадать, во что это могло вылиться, учитывая её депрессивный настрой и разношёрстный состав группы посетителей. Теперь же к ней пошёл только один человек, и это в некотором смысле упрощало ситуацию, если не считать того, что этим одним человеком был Освальд Макдауэлл, о котором совсем недавно мисс Перим высказалась с явным осуждением.
Столкнувшись у дверей лазарета с Тенеком, Акрита вздохнула с облегчением. Она сама не знала, почему присутствие вулканца внушало ей надежду и определенную долю спокойствия – может быть, просто его всегда спокойное и разумное отношение к ситуации? По крайней мере со стороны оно выглядело именно так, а самой Акрите часто не хватало разумности и адекватности.
Она глянула на хронометр и, прислонившись к стене снаружи лазарета, приготовилась ждать.
_______
С Освальдом, М'Котой, Тенеком, Акритой и сестрой Эвен
Offline  
18 01 2017, 18:20:10 #483
Артур Лайтман

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., ранний вечер
У голокомнат

Кадеты хаотично покидали голокомнату, трансляции на падд из лазарета все еще не было, и Лайтман вернулся к собственным размышлениям. Он задумался на минуту, стоя по центру помещения, и, наконец, принял решение. Ладно, в конце концов, Квинтилия там не умирает, и он успеет поговорить с ней потом. Он опустил падд и оглянулся в поисках кадета Жантарин.
Андорианка сидела на ступеньках лестницы, ведущей на второй этаж бара Кварка, и о чем-то тихо разговаривала с Хеной. Заметив, что Артур направляется к ним, Хена вскочила, быстро вытерла глаза и убежала наверх. Андорианка осталась на месте, но ее поза стала более напряженной.
Артур подошел к андорианке. Проводив взглядом Хену, он сел на ступеньку рядом с Жантарин, неопределенно глядя в пространство.
- Похоже, Хена теперь избегает и меня тоже. Это всё из-за клингонской презентации, да?
-Да, - Жантарин с вызовом ухмыльнулась, - Теперь ты видишь, кого выбрал? Клингоны совсем другие, чем мы, и М’Кота никогда не ответит на твои чувства, а только разобьет тебе сердце. Сам увидишь, как она посмеется, стоит тебе только заикнуться, что она тебе нравится как женщина. Так что не говори потом, что я тебя не предупреждала, - андорианка хмыкнула.
Артур вздохнул и посмотрел на ступеньку перед собой.
- Наверное, я должен поговорить с ней, с Хеной, - поспешил уточнить кадет. – Да, было шокирующее. Другие… мы все другие, в истории каждой расы было такое, о чем не следует забывать, и все-таки у нас всех есть сходства. Тар Мари задал интересный вопрос, на него мало кто ответил. Ромуланец уклонился, но я все понял. Он в своей презентации ни словом не обмолвился о причинах без конца сменяемого на Ромуле правительства. Мы все помним из недавней истории последнюю галактическую войну. Битву при Тайри, например, когда вернулось всего 8 из 112-ти наших кораблей. 50-ти летнюю баджорскую оккупацию Кардассией, и еще не известно, что покажет Тенма. Есть вещи, которые мы не имеем права забыть. Есть то, что мы должны знать, и есть то, ради чего мы все собрались на этом проекте – чтобы подобное никогда не повторилось. И М'Коте придется пройти долгий путь понимания некоторых вещей. Я постараюсь. Впрочем, я хотел поговорить не об этом, если ты не против.
-При чем здесь Хена и ты-то? - фыркнула Жантарин, - Не ты же ее расстроил, не тебе и утешать. Твоя драгоценная М’Кота - как слон в посудной лавке, и ты сам в первую очередь пострадаешь, когда она отвергнет тебя и посмеется над мечтами слабого землянина. Я буду ждать того дня, когда ты объяснишься с ней и сам увидишь, что я права, - Жантарин натянуто рассмеялась.
- Притом, что я тоже ответственен за все то, что происходит на проекте. И то, что Хена до сих пор плачет из-за той записи, тоже относится ко мне. Это всё нужно исправить и помочь ей.
Лайтман повернул голову к Жантарин и некоторое время сомневался, стоит ли вообще это обсуждать.
- Я уже объяснился, она не посмеялась. И если я когда-нибудь пострадаю, что ж, это мой выбор, - все-таки сказал он.
-Вот как? - напускная дерзость мгновенно слетела с лица Жантарин, вместе с ней ушла и часть напряжения, теперь она выглядела просто усталой, - Хорошо, что вы, наконец, это сделали, потому что я устала хранить ваши тайны. Я знала о твоих чувствах и была практически полностью уверена насчет М’Коты, и… ты не представляешь, как трудно было не подавать вида вам обоим, как я боялась, что каким-то словом, каким-то взглядом выдам кого-то из вас другому раньше времени. Потому что самое приятное в отношениях - это когда ты волнуешься, пытаешься предугадать, мучаешься, а потом набираешься смелости и прыгаешь с обрыва, выкладываешь все как есть... и тебя принимают. Я просто не могла лишить тебя этого ощущения.
Артур внимательно и напряженно следил за Жантарин, пока она говорила.
- Спасибо… - наконец сказал он, потрясенно глядя на нее. – Спасибо тебе.
Он опустил голову и молчал еще пару секунд. Видимо это и есть один из вариантов самой настоящей любви, когда знаешь, что ничего не достанется тебе, и отпускаешь и радуешься счастью другого человека, бескорыстно.
- Слушай, - Лайтман зажмурился на секунду, - я не хочу терять твою дружбу, мы… мы сможем быть друзьями?
-Не сейчас, - устало сказала Жантарин, - Иногда ты не можешь получить все. Например, приходится выбирать между любовью и дружбой, и в сладкий вкус радости закрадывается кислинка. Ты выбрал любовь. Я бы тоже поступала так на твоем месте.
Лайтман кивнул и посмотрел вниз, в сторону Кварк'с. Люди внизу ели, суетились, разговаривали. У всех были свои дела. А он здесь, наверху, получил ответы на некоторые свои вопросы. Вопросы, которые он, наконец, смог задать. У всякого выбора есть своя цена и жизнь сложная штука.
- Понятно, - сказал он. – Всё так, да. Как-то всё это сложно, впрочем, никогда не было легко. Я очень благодарен тебе за твою идею, эту… с пикетом. Не мог даже представить, что он сработает, и никого не заберет служба безопасности. И теперь я не полечу на Кардассию, останусь на родине и живой. Все это еще надо обдумать.
-Это только идея, - нехотя сказала Жантарин, - У меня не слишком получилось ее воплотить, когда я ее предлагала, и когда действовала сама. Это М’Кота придумала спектакль, вот это было новая и смелая идея, она не побоялась взять инициативу и рискнуть, поэтому все и получилось. Поэтому ты должен благодарить ее.
- Не только, - сказал Артур, - в одиночку никто не справился бы. Вас всех, и каждого в отдельности, за все, что вы сделали вместе. Результатом этого всего вашего вместе, – Артур снова повернул голову к Жантарин, - стало то, что я продолжу бороться. Завтра вечером трибунал. Помимо прочего, меня обвиняют в нарушении Первой директивы, и я собираюсь не согласиться. Я буду защищаться и намерен победить.
-Я не сомневалась, что ты к этому придешь, - согласно кивнула Жантарин.
- А я не сомневался, что вы меня не бросите, - задумчиво сказал Артур, повертев руках падд с запущенной программой трансляции. На экране все также было написано "нет сигнала".
- Я тоже вас не брошу, чтобы ни случилось в будущем.
Затем он поднялся.
Жантарин проследила взглядом за Артуром на случай, если он еще что-то захочет сказать.
Артур посмотрел на Жантарин, задержал взгляд. Во взгляде было сожаление, понимание и завершенность. Больше не было никакой неловкости. Теперь не существует недоговоренности, теперь все решено и все сказано. Так и должно быть.
Кадет кивнул андорианской девушке и отправился обратно к дверям голокомнаты. Чем бы ни закончился завтрашний вечер, его коллеги по Академии сделали то, что он никогда не имел права забыть. Теперь, благодаря этим людям, к нему возвращалась уверенность и сила духа.
________________
совместно с Жантарин
Offline  
19 01 2017, 15:49:37 #484
Освальд Макдауэлл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., ранний вечер
Лазарет


Когда Освальд вошел в палату, Квинтилия сидела на своей койке, поджав под себя босые ноги и что-то быстро писала в падде.
-Энн? Ты что-то забыла? - проговорила она, услышав шаги.
Подняв голову от записей, трилл заметила Освальда. Ее темные глаза широко открылись от удивления, и она прижала падд к груди, защищая написанное.
-Ты? Что ты здесь делаешь и как сюда прошел? Я же просила сестру Эвен...
- Привет! - землянин проигнорировал направленный в его сторону негатив и
спокойной подошёл к койке. - Знаешь, тебя охраняют почти как государственную
тайну: нас было четверо, но пустили только одного, да и то не сразу... Судя
по всему, компанию тебе теперь составляет Уильямс. - Освальд задумчиво хмыкнул. - Ну, по крайней мере, у неё есть на это время. В общем, как ты тут?
Трилл недоверчиво посмотрела на кадета Макдауэлла и слегка пожала плечами.
-Нормально, - коротко ответила она, - Никто меня не охраняет, я просто хочу немного тишины и покоя. Тебе и остальным что-то от меня нужно?
- Нужно, - кивнул Освальд, - правда, подозреваю, что каждому из нас было нужно
что-то своё. Кому-то важнее всего было услышать от тебя объяснение
случившемуся, кому-то - загладить вину за недавнее непонимание, а мне
больше всего сейчас хочется узнать о твоих дальнейших планах. Толан сказала,
что о твоём дальнейшем участии мы узнаем только завтра утром, а значит ситуация
очень и очень серьёзная. Мы как никак одна команда, хоть и не всегда ладили, а
значит, должны быть озабочены проблемами друг друга.
-У меня есть кое-какие незавершенные дела на станции, - уклончиво ответила Квинтилия, крепче прижимая к себе падд, - И я останусь, пока не закончу с ними. А затем я улечу со станции, и вы больше никогда меня не увидите. Чтобы сэкономить всем время и нервы, можете сделать вид, что меня уже сейчас здесь нет. Вам это не будет сложно, потому что командой мы никогда не были.
- Ты сейчас серьёзно? - не смог скрыть удивления землянин. - Из-за одной
неудачи ты готова всё бросить? Ну хорошо, влипла ты в какое-то тёмное дельце, -
кадет решил пока не раскрывать, что знает правду о стимуляторах, - попала потом
в лазарет, а теперь тебе придётся напрячься, чтобы остаться в проекте, но разве
это достаточная причина, чтобы всё бросить? И что значит "не будет сложно"? Терять коллегу всегда неприятно. Мы уже потеряли Кейру, энсина Соммерса и Уильямс, да и судьба Лайтмана не решена до конца. Кстати, хорошие новости: его больше не выдают Кардассии. Пожалуй, тебе стоит знать, что небольшая группа участников постаралась приложить к этому руку. Не уверен, насколько большим был наш вклад, но мы попытались, хотя ситуация и казалась безнадёжной, о чём нам не переставал напоминать сам Артур. Если мы не бросили его, то с чего бы нам бросать тебя?
-Потому что я вам не нужна! - воскликнула трилл с неожиданной злостью, - Потому что я вам даже не нравлюсь! Потому что вы никогда ничего не делали со мной как коллеги и команда, никогда не слушали и не доверяли! Вы не позвали меня в регату, не позвали меня защищать Артура, сам Артур подставил меня на Волане II! Так зачем мне оставаться? Что я тут буду делать? Сидеть в углу для ровного счета участников?
- Тише-тише, успокойся, - негромко проговорил Освальд. - Артура защищать мы почти никого не позвали, ты тут не уникальна. К тому же, мы там обсуждали... разное... чем меньше людей об этом знало - тем лучше. Насчёт регаты говорилось всем, причём в то время, когда о составе ещё ничего не было известно, кроме самого наличия двух команд. Ну и я с Самритой договорился и ещё знал, что одну команду на проект мы точно соберём. Подожди... - кадет дёрнулся и посмотрел на девушку уже с любопытством, - а ты бы полетела? Я думал, ты терпеть не можешь любые развлечения. По крайней мере, ты в Академии всегда такая серьёзная была, а на остальных смотрела... нехорошо, в общем. Почему же ты ничего не сказала, если так хотела участвовать? Можно подумать, тебя бы на смех подняли за желание и простой вопрос... И, кстати, это неправда, что ты никому не нужна. Мне, например, очень понравилась твоя презентация, на Волане II ты проявила себя очень хорошо, и не забывай, что после того случая с Аномалией именно тебя выбрали лучшим кадетом. Причём другие кадеты выбрали, а не руководство.
Квинтилия яростно помотала головой.
-Волан II был катастрофой! Знаешь, о чем меня спросила адмирал Нечаева? Нет, потому что никому не пришло в голову поговорить об этом. Моя презентация была самой плохой, с всего одной сменой декораций, в отличие от тех, которые делали остальные, потому что у меня не было времени на большее, а все были только рады, что не им выступать первым. И может я не хочу лететь на регату, но я хочу чувствовать себя нужной. Что возвращает нас к моим вопросам, которые ты опять игнорируешь, Макдауэлл: что я здесь буду делать и ради какой роли оставаться? Если тебя или кого-то еще правда волнует мое участие - покажите, что мы можем что-то сделать как команда.
Освальд, однако, снова не ответил.
- Среди нас телепат только один - Тенек, - упрямо произнёс он, - да и тот не читает мысли у всех подряд! Откуда нам всем было знать, что ты хочешь быть частью коллектива и чувствовать себя нужной, если чуть ли не каждым своим словом и действием ты демонстрируешь обратное? Почему ты сама не подошла к любому кадету со своей инициативой, если тебе чего-то так сильно хотелось? Я ещё на первом курсе перестал предлагать тебе что-либо после того, как ты обругала меня последними словами в ответ на приглашение познакомиться поближе и выпить кофе, а потом ещё пожаловалась администрации, когда мы с теми третьекурсниками громко смеялись вечером, якобы мешая тебе учиться. Как будто подойти и попросить было так сложно! Мы бы спокойно перешли в другую комнату или вообще выбрались на улицу, благо было свободное время. Разумеется, после такого я тебя сторонился. Точнее, ещё несколько раз я пытался, как говорится, прощупать почву, но результат был всегда один - Квинтилия Перим настолько хороша, что другие кадеты ей не интересны. Или всё же были интересны?
Землянин на мгновение опустил голову, а потом посмотрел в глаза девушке.
- Чего ты хочешь на самом деле? - очень мягко, но требовательно спросил он. - Только честно, без этой дурацкой маски, которая всё и испортила! Представь, что сейчас первый день в Академии, и мы всё же пошли в кафе. Сидим, разговариваем, и тут я тебя спрашиваю, чего ты хочешь от жизни и от службы на флоте? Может это и нечестно, потому что я сам не могу ответить на этот вопрос с достаточной уверенностью, но то я, а разговор сейчас о тебе. Ответь мне, а потом мы поговорим о твоей роли в команде, я обещаю!
_____________
С Квинтилией


Есть у Федерации начало, нет у Федерации конца
Offline  
19 01 2017, 15:51:34 #485
Квинтилия Перим

Re: Сезон 3, Эпизод 3

Продолжение:

У Квинтилии задрожала нижняя губа.
-Хватит меня об этом спрашивать! Я не знаю, чего я хочу! За последние сутки для меня столько изменилось, что мне надо перепридумать весь смысл жизни заново, и никто не понимает, как это сложно, и только требуют, требуют, требуют… Это давление меня убивает! Может, я просто такой ужасный, никчемный, бессмысленный, ни на что не способный человек, и лучше бы меня вообще не было. Вот почему я хочу уехать и, может быть, начать все с начала, не оглядываясь постоянно на людей, которые знают обо мне столько плохого и постоянно напоминают об этом. Что в этом такого непонятного? Если кто-то хочет, чтобы я осталась - дайте мне причину, иначе я не понимаю, почему вы не хотите меня просто отпустить.
- А какой у тебя был смысл жизни до всего этого? - спросил было Освальд, но потом помотал головой. - Нет-нет, об этом мы ещё успеем поговорить.
Он сел на койку рядом с девушкой и тяжело вздохнул:
- Да, не самого подходящего человека ты об этом просишь: я даже в Академию на спор поступил! - кадет слегка усмехнулся, а потом опять посерьёзнел. - Впрочем, у меня есть мысль. Кажется совершенно очевидным, что и ты нас, и мы тебя всё это время оценивали неправильно. Что, если попробовать всё сначала, только в других условиях? Перезапуск отношений, так сказать: ты рискнёшь довериться хотя бы кому-то из нас и не станешь бесконечно задирать нос, будто мы все ничтожны и не заслуживаем твоего внимания, а окружающие взглянут на Квинтилию Перим по-новому и, возможно, примут её как свою - тут уж от тебя зависит. Точнее, я-то могу говорить только за самого себя, но не думаю, что все остальные тебя так уж сильно ненавидят, что не захотят дать тебе шанс, если ты об этом попросишь и покажешь свою готовность нормально взаимодействовать. Вот тебе и смысл на ближайший год: проверить, как всё могло бы быть в другой ситуации! Это всё равно что... всё равно что заглянуть в параллельную Вселенную, где события пошли немного иначе. Подумай об этом: может быть очень интересно! А цель всей жизни - это более глобальный вопрос, мы его потом решим. Может быть, что и все вместе. Если захочешь. Можем прямо завтра начать… - Освальд снова слегка улыбнулся.
-Если ты хочешь, чтобы я доверилась хотя бы кому-то из вас - покажите, что вы этого доверия заслуживаете, - негромко сказала Квинтилия, - Если вы хотите, чтобы я здесь осталась - первый шаг делать вам, потому что вам это нужно, а не мне. Включите меня хоть в какое-то командное дело, выслушайте и последуйте моему совету хоть раз, тогда я буду знать, что мое пребывание здесь будет иметь смысл.
- А тебе это совсем не нужно? - нахмурился молодой человек. - Прямо вот совсем-совсем? Чего же ты тогда так убиваешься, что тебе не дают почувствовать себя нужной! Не хочешь - не надо, но что-то мне подсказывает, что ты опять дуришь голову и мне, и самой себе. Хочешь быть частью команды - пожалуйста, лично я не против! Например, команде Джеза на регате очень нужен пилот. Он арендовал какой-то раритетный баджорский рейдер, а Рроу не очень хорошо с ним управляется. Справишься? Это будет очень важное дело, в которое половина проекта вовлечена и на которое многие очень надеются, включая глинна Толан. Не хочешь участия в регате - ладно, у нас ещё ведь будет катер медиков с Тенеком и его бригадой. Там тоже нужны люди, и это не будет даже выглядеть развлечением. Не хочешь и этого - ладно, завтра будет суд над Лайтманом. Не знаю, получится ли у нас что-то сказать, но вдруг кого-то из нас вызовут свидетелями? Разумеется, надо говорить правду, но эту самую правду можно очень по-разному преподнести. Я думал сегодня предложить всем заинтересованным собраться и подумать, на чём можно было бы сделать акцент. Хочешь - давай с нами, тем более, что ты с Артуром на планете пересекалась, и твои показания будут не менее ценными, чем показания Ракара, например. С поправкой на то, что ты всё же из Академии, а не из Тал Шиар, разумеется. Тебя не выпишут до утра, как нам сказали, но ты можешь быть на связи и участвовать в обсуждении на равных. Вот только "на равных" не подразумевает, что все будут тебе в рот смотреть и прыгать по первой твоей команде. Будешь права - с тобой согласятся, не будешь - не согласятся, всё просто. Например, я лично очень рад, что мы спасли Артура без той идеи, которую я предлагал на совещании, а то следом судили бы уже меня... В общем, во всяком общении нужны взаимность и равенство, иначе нет никакого смысла, а первый шаг тебе навстречу... считай, что я его только что сделал, теперь твоя очередь.
-Эта история может пойти двумя путями, - произнесла девушка, глядя мимо Освальда, - Кто-то обратится ко мне с конкретной просьбой или за советом - и тогда я останусь. Или никто не сделает ничего - и тогда я улечу. Вот так просто. Это мое последнее слово, поэтому уходи, иначе я позову сестру Эвен.
Землянин ещё раз вздохнул и поднялся с койки.
- А кто, по-твоему, меня сюда пустил, если не сестра Эвен? - хмыкнул он. - Кстати, тебя ещё хотела видеть М'Кота, говорила что-то про недоразумение, которое срочно надо решить. На твоём месте я бы не приводил клингонскую воительницу в дурное настроение и принял её, когда она придёт с тобой поговорить.
Кадет поднялся и направился к выходу, но потом остановился и очень серьёзно посмотрел на девушку.
- Да, вот ещё что, - серьёзным тоном проговорил он, - если тебя всё же заставят пересдавать экзамены - обращайся. К некоторым профессорам есть особый подход, зная который можно несколько облегчить себе жизнь: кому-то нравится, когда кадет стоит насмерть, кому-то - когда его работы цитируют, а кто-то задаёт всегда одни и те же дополнительные вопросы. Ты бы и сама об этом знала, если бы общалась с другими кадетами, и не понадобились бы тогда никакие стимуляторы. Да-да, я в курсе всего и, как видишь, не кидаюсь в тебя грязью. Хотелось бы, чтобы и ты смогла сделать то, о чем сама просишь, а не только требовала это от других. Хочешь бросить свою команду - очень жаль, но это твоё право. Ты только будь твёрдо уверена, что поступаешь правильно, иначе будешь об этом жалеть потом.

__________________________
Написано совместно с Освальдом


Ex Astris, Scientia
Offline  
20 01 2017, 14:04:14 #486
Освальд Макдауэлл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер
Коридоры станции -> Бар "Кварк'с"


Кадеты остались за порогом лазарета, ожидая возвращения Освальда с его «дипломатической миссии». Когда двери открылись и кадет Макдауэлл вышел на Променад, Самрита, которая до этого что-то очень внимательно и сосредоточенно изучала в падде, оторвалась от своего занятия и бросила на Освальда вопросительный взгляд.
- Ну как? – коротко поинтересовалась она, а затем добавила: - Можешь рассказать по дороге, перерыв скоро закончится.
Освальд устало потёр глаза, словно давно не спал, а потом посмотрел на девушку и так же устало вздохнул.
- Не так идеально, как хотелось бы, - буркнул он в ответ и направился в сторону голокомнат, по пути рассказывая о случившемся. - Она собралась всё бросить и улететь, потому что её не ценят, не слушают, она никому не нравится и так далее. Я предложил ей целых три возможных варианта, где она может пригодиться и быть частью команды, но она их, такое ощущение, проигнорировала и хочет, чтобы это к ней пришли и уговорили остаться, а не она показывала, что хочет этого, потому что это надо нам, а не ей. Последнее - почти дословная цитата. Мысли? Комментарии? - кадет посмотрел на спутниц и развёл руками. - Я не знаю, что и думать сейчас.
– Я правильно поняла, что меня там не ждут? – уточнила М’Кота. Она не планировала долгих бесед, для её целей и пять минут были достаточным отрезком времени.
- Я передал твою просьбу, - ответил землянин, - но не знаю, что Квинтилия решит - она ничего не сказала.
- Потрясающе, - хмыкнула Самрита. – Не знала, что так можно: сначала накосячить, а потом ждать, чтобы за мной бегали и уговаривали. Я, видимо, что-то не поняла, но почему это надо нам, а не ей?
Когда кадеты проходили через Кварк’c, то едва не столкнулись с Энн Уильямс, разносящей еду и напитки между посетителями. Что-то буркнув себе под нос, она увернулась от столкновения, но с кадетами даже не поздоровалась, будто их и не узнала. Те, кто уже видел ее вчера в роли официантки, могли заметить, что ее безвкусное яркое платье сменилось столь же безвкусным и ярким комбинезоном: на этот раз он был чуть более длинным и закрытым на руках и ногах, однако вырез все еще не оставлял простора для воображения, а переливающаяся в освещении Кварк’c обтягивающая ткань бросалась в глаза из любой точки бара.
- Дабо! – с радостным возбуждением вскрикнули за рулеткой, и Ракар проследил, как два его куска латины ушли к победителю. Ромуланец убивал время, пока кадеты Звездного флота и клингонка ходили в лазарет. Он видел, что большинство из них вышли в коридор, оставив посетителем одного Макдауэлла. Пока время шло, Ракар расслабленно, но внимательно слушал разговоры окружающих, делая ставки и вид, что следит за дабо-столом. На самом деле, он ждал возвращения кадетов, совмещая работу и личное.
Энн Уильямс была здесь же, Ракар избегал встречаться с ней взглядом. Ее весьма специфичная сегодняшняя просьба ставила его в граничащую с провалом ситуацию, и теперь он должен был избегать эту девушку с Волана II.
Кадеты наконец вошли в Кварк'с, и ромуланец, так удачно успевший закончить игровой сет, отошел от дабо-стола и, поравнявшись с группой кадетов, пошел вслед за ними на второй этаж к голокомнатам. Выражения лиц у всех были совершенно разные, они активно обсуждали свой визит в лазарет, и улан теперь понимал, что визит не принес нужного результата. Однако, он должен был узнать подробности.
Тем временем, Освальд продолжал говорить:
- Думает, что слушай мы её с самого начала - всё было бы хорошо, а мы такие плохие и не ценим нашего сокровища. Нет, я всё понимаю, ей было больно от такого отношения к себе, хотя почему тогда она считала допустимым подобное отношение к другим со своей стороны? Поди разберись теперь, что у неё в голове! Вот бы её выкрасть из лазарета, привязать к койке, подвергнуть слиянию разумов с Тенеком, а потом стереть ей память о последнем времени и вернуть в целости и сохранности, будто она просто спала! - по тону кадета не было до конца понятно, шутит он или нет, но было очевидно, что всё происходящее с Квинтилией его беспокоит не меньше, чем история Артура.
От слов Освальда ромуланец поморщился. Не было причин считать его слова ложью, а следовательно они были правдой. Похоже, Квинтилия перешла в фазу активной обороны с выдвижением требований. Он поморщился от видимой безысходности и тщетности усилий.
- Это не выход, - отреагировал он на слова землянина, - потому что не приведет к изменениям, оставив все как есть. Нужны другие результаты. Что там было? Я так понял, ваш поход не очень успешный?
- Да это не всерьёз было сказано, - буркнул тот. - Поход дал хоть какое-то представление о том, что с Квинтилией происходит, и даже подтвердил кое-что, но да, до счастливого примирения ещё далеко. Она хочет почувствовать себя важной и нужной, чтобы все к её словам прислушивались и ценили своё сокровище. Мы можем согласиться и быстренько включить её в какую-нибудь общую деятельность, после чего она решит остаться, либо мы можем дать ей уйти. Поскольку последствия этого решения коснутся всех, его не должен принимать кто-то один. Предлагаю играть в открытую и объявить об этой возможности всем. Пусть каждый скажет всё, что думает, а дальше посмотрим.
– Вы считаете, что наскоро придуманная фальсификация, иллюзия нужности, может принести положительный результат? – поинтересовался Тенек. – Чтобы было понятнее, я поясню, что подразумеваю под фальсификацией любую искусственно созданную ситуацию от мнимо востребованного дела до протекции в действительно необходимом.
Акрита молча шла в нескольких шагах от Освальда, пока он рассказывал о своем визите в лазарет. Опустив антенны и нахмурившись, она напряженно думала, но мысли не складывались, не сходились в решение, оставляя ощущение поражения и пустоты. С одной стороны, самой андорианке нечего было терять. Кроме, возможно, того, что она ошиблась, призывая коллег не осуждать Квинтилию и говоря, будто ее недостатки лишь следствие помутненного разума. Впрочем, разве это важно теперь? Нет, что-то здесь не так, и есть нечто, скрытое от поверхностного взгляда, и наблюдательный ромуланец не мог ошибиться, считая кадета Перим перспективным будущим офицером, которого нельзя терять. Значит, она действительно ценна – как личность, как кадет, как участник проекта, но по какой-то причине этого никто, включая ее саму, не видит с определенностью.
- Мне кажется, - тихо сказала Акрита, пока все пытались осознать непростую формулировку мысли Тенека. – что сейчас ее отношение к реальности меняется и будет меняться с каждым часом. Мы пытаемся получить от нее ответы, которые она не может дать... Нет, я не буду больше выгораживать ее, и предлагать варианты тоже, я, в конце концов, знакома с ней намного меньше, чем вы все. Поэтому простите за то, что так опрометчиво говорила о том, чего не знаю, - андорианка посмотрела на Освальда. - А она действительно не хочет участвовать в регате?
- Не знаю, Акрита, - помотал головой землянин, поднимаясь по лестнице, - я не уверен. Она говорит странно: её задело, что мы не позвали её участвовать в регате, но тут же заявила, что может и не хочет этого. Ей важно быть нужной. В общем, у меня пока нет ответа и, боюсь, не предложив ей поучаствовать, мы так и не узнаем, хочет ли она этого…
Кадеты уже подошли к голокомнате и теперь стояли около двери, ожидая начала презентации. Глинна Толан среди собравшихся видно не было, но значило ли это, что можно задерживаться?..
- Хочешь мнения каждого? Придется опросить всех участников проекта, – вздохнула Самрита. – Ну хорошо. Мое мнение такое, что, если она хочет в чем-то участвовать – пусть участвует, и тут, я думаю, никто не будет возражать. Да хоть в той же регате – в конце концов, всем предлагалось участие на равных условиях! Хочет быть нужной – пусть будет, я ее в этом только поддерживаю. Она же лишь еще раз подчеркнула, как на самом деле к нам относится. Она ведь и не хочет нигде участвовать, она просто хочет, чтобы за ней бегали и уговаривали. Да и Тенек прав: вся эта иллюзия нужности – просто обман и лицемерие, а я так не играю.

Ромуланец стоял у голокомнаты рядом с кадетами и думал. Постепенно, раз за разом, факты за фактами, до него доходили проявления и действия Перим. Ее методы. Он назвал бы текущее – способом манипуляции, который она применяла выборочно. Но он точно видел, что Квинтилия не применяла этого к нему. С ним – она говорила совсем не так. Он видел другую часть ее души. Он видел ее объективность по отношению к самой себе, перемешанную с субъективностью. Квинтилия Перим была сложной, и она умудрялась одновременно с собственным падением требовать ото всех того, что они не дали ей раньше. Последний аккорд, который удовлетворит ее личные амбиции, после которых она улетит. Девушка, отчаянно защищающаяся у последней границы, последняя насмешка в лицо всем тем, кому она хотела отомстить, и оставляющая глубоко в собственной душе свою честность и благородство, проявления которых предназначены лишь для немногих.
Еще несколько дней тому назад Ракар жестко высказался бы о неуместности подобного в международном проекте, где роли игроков должны быть совсем иными. Но все изменилось для него слишком сильно в отношении этой одной единственной федеральной девушки.
- Сложный у нас проект, да? – неловко улыбнулся он, обводя взглядом всех присутствующих, - я не готов ответить сейчас, но скажу, что Тенек – прав, нам не нужны иллюзии, и ей не нужны иллюзорные действия. Ее выпускают утром – и я скажу вам о своем мнении завтра. Есть разница, что вы хотите спасти – члена проекта, конкретного человека, или все вместе. Только иллюзии для этого не годятся, обман не годится, и тем более лицемерие. Мы одна команда, и она одна из нас – это единственное, что я пока знаю.
– У меня нет конкретных предложений, – слегка напряжённо сказала М’Кота. – Я попробую зайти к ней после презентации Тенека, только и всего. Если вещи, которые должны быть сделаны, что бы там ни было.
– Презентацию пора начинать, – заметил вулканец, открывая дверь голокомнаты.
– Подожди! – М’Кота оглянулась на остальных, – Может вызовем глинна Толан и советника Рилл и спросим, ждать их или уже начинать?
____________________
С Тенеком, Самритой, Акритой, М’Котой, Ракаром и остальными кадетами где-то рядом


Есть у Федерации начало, нет у Федерации конца
Offline  
20 01 2017, 14:04:46 #487
Самрита Баккер

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер

Пока остальные кадеты начали готовиться к началу презентации, Ракар поспешил задать один вопрос, пока ещё все не началось.
- Освальд, - сказал он тихо, но достаточно, чтобы слышали самые близкие окружающие, - вы можете воспроизвести точно, что она сказала? Бывают, знаете, разночтения в формулировках и их интерпретациях. Как звучали её слова о включении её в общую деятельность?
Всё это время молча думавший Освальд в ответ на вопрос Ракара слегка напрягся и попытался вспомнить.
- Я всё же не кардассианец, Ракар, но кое-что запомнил, тем более, что это случилось только что, - кивнул он. - Она сказала примерно так: "Хотите, чтобы я здесь осталась - первый шаг должны сделать вы, потому что вам это нужно, а не мне". И ещё перед этим что-то вроде: "Сначала покажите, что вы заслуживаете доверия". А в самом конце она сказала примерно так: "Кто-то обратится ко мне за помощью или советом - я останусь, никто ничего не сделает - я улечу". А, и добавила, что "это её последнее слово". Ещё раз скажу, что у меня не идеальная память, но это очень близко к её словам. Теперь нам предстоит решить, что делать дальше и надо ли что-то делать. И ещё... если это и будет иллюзией, по определению Тенека, то именно такой, где мы её вовлекаем во что-то серьёзное и ответственное. Как я и говорил ранее, это очень непростое решение, которое затронет всех нас и последствия которого будут с нами на протяжении всего проекта, поэтому у каждого должна быть возможность высказаться. Кроме того, вдруг кто-то сможет привести неоспоримые аргументы в пользу одного из решений - это будет даже лучше, потому что избавит от мук выбора.
– Иллюзия в любом случае остаётся иллюзией, – возразил Тенек. – Почему бы вместо этого не предложить мисс Перим настоящее дело, в котором её нужность неоспорима? У нас есть три квалифицированных пилота, включая и её. Двое в любом случае примут участие в регате, третьего – кем бы он ни оказался – я планировал попросить пилотировать медицинский катер. Сейчас тут есть только одна проблема – неизвестно, будет ли отдельный медицинский катер вообще. В этой ситуации озвучивать подобное предложение преждевременно.
Ракар кивнул Освальду и отвел взгляд. Он смотрел куда то сквозь стены голокомнаты и постарался не отразить на своем лице ничего из того, что почувствовал, что резануло его больнее стали или дизрапторного огня.
- Этот проект нужен всем, Федерации, Ромулу, Кроносу, Кардассии, Ориону, Ференгинару… каждому. Отрицать это бессмысленно и неразумно. Вовлечение в деятельность должно быть каждого члена проекта. Но имеем ли мы право насильно принуждать того, кому это не нужно? Я согласен с Тенеком, и у нас на самом деле нет иллюзорных дел. Но как я уже сказал, свое мнение я скажу утром. Благодарю за информацию.
- Речь не идёт о насильственном вовлечении, - устало произнёс Освальд. - Когда участие в регате предлагалось всем и на равных, Квинтилию это обидело, потому что никто к ней не прибежал и не стал уговаривать. Фактически, сейчас она от нас этого требует, угрожая уйти, если мы не сделаем, как она говорит. Вопрос в том, будем ли мы так делать. Если будем, то мы вынуждены прийти и уговаривать её отдельно, а не на равных со всеми. Чем не создание иллюзии нужности? Нам нужны все, но остальным просто предлагалось, и дальше дело было за ними, а вот Перим надо отдельно упрашивать. Думаете, она настолько нам нужна? Не стоит отвечать прямо сейчас, тут думать надо. Много думать. И других спросить тоже не помешает.
-Может, нам собраться всей группой и обсудить это вечером, в спокойной безопасной обстановке? - предложила Хена.
- А не много чести? - фыркнул Тар Мари, - Сидеть и говорить об одном человеке. Давайте просто проголосуем и дело с концом: хотим мы, чтобы она осталась или нет. Если да - будем что-то делать, если нет - и вопросов нет.
Акрита, молча и мрачно разглядывающая носки своих ботинок, посмотрела на Освальда.
- Ты прав, мне кажется, - сказала она, проигнорировав резкий выпад Тара Мари, она уже привыкла к его манерам. – Думать надо. Но я в любом случае не буду высказываться относительно того, как поступить нам всем. С учетом того, что я попала в вашу команду только вчера, не считаю себя вправе вмешиваться в ваши отношения, и, если представится возможность, попробую поговорить с Квинтилией и выстроить свои... Поэтому моего мнения пока не будет, - она неуверенно покачала головой.
- Я собиралась весь вечер заниматься катером, - призналась Самрита в ответ Хене, - регата же уже совсем скоро, а у нас ничего не готово… Но вообще Тар прав – мы слишком много говорим о Перим! Я совершенно не возражаю, чтобы она осталась, но бегать и уговаривать не буду. Раз ей самой это не надо – мне не надо тем более.
-Настоящий вопрос в том, может ли она быть нам полезна в перспективе, - лениво произнес Тенма, - Если да, то для команды будет лучше не упускать ценный ресурс. Если нет, то лишний балласт нам не нужен. Цель этого проекта - создать команду. Иногда для этого нужно сплачивать людей и находить каждому дело по его талантам, но иногда - следует срезать мертвый вес ради эффективности. Но я совсем не знаю эту вашу задаваку, поэтому полагаюсь на ваше мнение, особенно на твое, Освальд.
- Все важны и все могут быть полезны, - вздохнула Самрита, мельком взглянув на Тенму. – И Кейра, и Соммерс, и Сатал, и Уильямс. Вопрос в том – какой ценой обойдется участие. Перим не хочет участвовать, она хочет почувствовать свою нужность, хочет, чтобы ее слушались, чтобы ее уговаривали и доказывали, как сильно она нам нужна. У меня есть сомнения, что с таким ее отношением получится успешная командная работа. Я считаю, что в ее ситуации именно она должна нам доказать свою нужность и полезность, а не наоборот. Так что, если мы уж будем голосовать, то не за то, хотим ли мы, чтобы она осталась или нет – тут едва ли есть сомнения, - а за то, хотим ли мы играть по ее правилам. Устройте анонимное голосование для честности, но мой ответ вы уже знаете.
Освальд посмотрел на кардассианца и кивнул.
- Да, если она и правда настолько нужна нам и будет полезна в перспективе, то мы должны прийти к ней и в ноги кланяться, раз уж ей так хочется, а потом уже пытаться изменить её поведение, когда она раздумает всех бросать. Или заткнуться и не пытаться изменить её. Ведь будь она старшей по званию - нам бы пришлось так поступить. Вот только заранее ведь о её ценности в будущем не узнать, можно только предположить. Мы с тобой, Джез, кажется, не так давно спорили по поводу возможной ценности человека в будущем. Да, тогда всё казалось куда проще. Что же делать: пойти на поводу у той, которая из кожи вон лезет, чтобы стать во всём лучше остальных, и ни перед чем не остановится ради достижения своей цели, или позволить уйти той, которая, положа руку на сердце, не только в Академии была одной из лучших, но и признана таковой нашей же командой? Дать обиженной, возможно что и несправедливо, коллеге почувствовать, что её ценят и уважают, или уберечь самих себя и окружающих от той, которая, не задумываясь, точно так же обижала всех вокруг? Дать шанс исправиться той, которая об этом не просит и, возможно, не слишком-то этого заслуживает с подобным отношением, или разрушить последние надежды на исполнение хотя бы части её мечтаний ради великой справедливости? Милосердие или наказание - что же мы выберем?
-Давайте голосовать! - воскликнул Тар Мари восторженно.
Освальд мотнул головой и привлёк к себе внимание.
- Только перед тем как голосовать, подумайте ещё вот о чём: если мы сейчас решим избавиться от Перим, то назад дороги не будет, если же мы уговорим её остаться, то у нас сохраняется пространство для манёвра. В конце концов, если мы поймём, что не можем смириться с её… особенностями, то решение проблемы нам будет известно - делать то, что делали до этого.
Самрита молча оглядела остальных собравшихся, с любопытством оценивая, сможет ли кто-то еще высказаться прямо сейчас, или все будут ждать, что решат за них.
Лайтман молча стоял рядом с кадетами, скрестив руки на груди и хмурясь. Он ждал презентации, считая уместным решать все важные вопросы после.
– Глинн Толан не отвечает, а советник уже входит в Каврк’с, – сообщила М’Кота, возвращаясь к общей группе. Действительно, к голокомнатам сквозь пёструю толпу посетителей бара продвигалась приметная фигура советника.
– Тогда, вероятно, нам всё же лучше начать, – сказал Тенек, первым входя в голокомнату.

___________
+ остальные кадеты
Offline  
10 02 2017, 16:43:50 #488
Тенек

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер
Голокомнаты, презентация про Вулкан


Презентация Тенека началась буднично. На фоне решётки голокомнаты появился планетарный катер, и стажёр пригласил всех зайти в него. На сидениях внутри аккуратными стопками было сложено снаряжение: светлого песочного оттенка халаты, бинокли и фиксирующиеся на голове очки – всё надписанное именами участников презентации. Особое внимание Тенек обратил на очки.
– Инопланетным посетителям рекомендуется надевать их хотя бы в околополуденные часы, а жителям планет с заметно меньшей освещённостью и большей влажностью лучше носить их в течение всего светлого времени суток. Из визуальных впечатлений вы почти ничего не потеряете, если используете экземпляр предназначенный для вашего вида – стёкла-хамелеоны будут затемняться, когда свет станет для вас слишком ярким.

Пройдя в катер, Ракар накинул поверх формы предложенное Тенеком снаряжение, надел очки и сел на сиденье, приготовившись к полету над планетой Вулкан.
Акрита тоже взяла предназначенный для нее комплект, хотя пока не стала надевать очки. И еще подумала про себя, что Тенек, как и она, в своей презентации решил прилететь на планету, а не сразу оказаться на ней.
Вулканская презентация с самого начала настраивала на некую серьезность и почтительность. Кадеты занимали свои места в несвойственной им тишине и послушно ждали, что же будет дальше. Самрита села в середине катера, быстро надела халат и очки, и приготовилась к началу действия. После того, как они посмотрели уже так много презентаций, можно было предполагать, что будет дальше… А, может быть, вулканец их удивит и покажет нечто совершенно неожиданное?
Освальд тоже взял предназначавшееся ему и занял самое дальнее ото всех остальных место - общаться сейчас ему ни с кем не хотелось. Точнее, хотелось, но только с теми, кто не горел желанием общаться с ним.
"Наверное, вулканцы в чём-то правы - эмоции надо контролировать", - подумал кадет, но потом представил себя медитирующим два раза в день, занудно реагирующим на обычные весёлые разговоры и соблюдающим почтительную дистанцию со всеми. "Это был бы уже не я", - совершенно логично заключил он.
На глаза попался Тенма, и Освальд подумал, что было бы здорово, позови он его ещё на один вечер с канаром и дабо-девушками. Пожалуй, именно это сейчас было бы самым простым и надёжным решением - сделать то, что Освальд всегда делал в подобных ситуациях раньше. И это наверняка сработает, как работало уже не раз и не два.
Усилием воли отогнав все мысли о личном, землянин заставил себя сосредоточиться на презентации.

Пока участники виртуальной экскурсии снаряжались и рассаживались, пространство за бортом катера изменилось – теперь всюду, куда мог достичь взгляд, простирались солончаки, и лишь с одной стороны в дрожащем мареве с настораживающей чёткостью вырисовывался город на странном основании, напоминающем сваи. Что-то неестественное было в этом образе – слишком близкий, слишком настоящий – можно было разглядеть даже людей, и в то же время именно неестественный своей близостью, как при плохом монтаже старинной киноплёнки.
- Мы сейчас пойдем в этот город? – уточнила Самрита. – Это что-то известное?
Пока она говорила, город внезапно исчез… нет, не исчез, отступил – теперь на горизонте смутно виднелись его очертания. Или это были холмы?
– Да, мы поедем туда, – подтвердил Тенек. – Это столица провинции Кхоми, прародины моего клана. Сейчас мы видели её фантомное изображение, мираж. Однако, прежде чем отправиться в путь, я предлагаю вам выйти наружу и получить максимально близкое к реальности впечатление от пребывания на планете в заданное время года в этих координатах. Температура и влажность внутри катера настроены так, чтобы свести к минимуму стресс от перехода, однако, сейчас мы находимся в искусственном микроклимате, рассчитанном на туристов.
По приглашению Тенека, Ракар поднялся из кресла, оставив на нем накидку песочной расцветки, поднял очки на лоб и вышел на поверхность голографического Вулкана.
- Мираж? - спросил он, - отражение и преломление изображения в атмосфере. Часто так бывает в этих пустынях?
– Зависит от сезона, – ответил вулканец, так же выходя из катера. Одежда на нём была та же самая, в которой он пришёл с перерыва (впрочем, её верхний слой почти не отличался от выданных коллегам экземляров), очков же не было изначально; когда резкий полуденный свет хлестнул вулканцу в глаза, они как у кошки затянулись третьим веком, придав ему совсем уж чужацкий и жутковатый вид.
– Сейчас задан Год Спокойного Моря – время, когда планета-соседка находится на максимальном удалении от Вулкана. Для этого периода характерны фантомы дальнего видения, как тот, что мы только что видели. В другие периоды можно видеть и другие виды миражей.

М’Кота выпрыгнула из катера вслед за Ракаром. От её внимания не укрылись его манипуляции с халатом и очками. «Опять рисуется», – подумала она, но ничего не сказала, только чуть слышно хмыкнула. Сама она из принципа осталась в экипировке.
За М’Котой катер покинула Самрита: она уже поняла, что попытки слиться со стенкой и никак не участвовать в презентации вызовут только больше удивленных взглядов, поэтому решила делать то же самое, что и остальные. В отличие от Ракара, Баккер не стала пренебрегать экипировкой, и не пожалела об этом – яркий свет неприятно слепил, и она развернулась в другую сторону, одновременно выискивая взглядом своих подруг: для Жантарин здесь наверняка было жарковато, а Хена не привыкла к такому количеству солнца.
Ракар кивнул Тенеку, показывая, что понял объяснение, и присел на корточки. Ромуланец зачерпнул песок в пригоршню и медленно просыпал его сквозь пальцы. Затем повторил этот жест, щурясь от яркого вулканского светила. В этот момент он не думал ни о чем, отдавшись ощущению.
Освальд, как и Самрита, не стал игнорировать снаряжение, потому что представлял себе, чем может неприятно удивить пустыня. На Вулкане ему бывать не приходилось, но даже на Земле без светлой накидки, головного убора и тёмных очков в пустыню соваться было безумием - солнечный удар никто не отменял.
- Понятно, почему традиционная вулканская одежда такая закрытая и... объёмная, с кучей складок, - пробормотал он, становясь чуть в стороне от группы и стараясь не пересекаться взглядом ни с кем, особенно с Самритой, - для пустыни лучше всего подходит.
Ракар поднялся и обернулся к остальным покинувшим катер кадетам. Он растер в руках песок и отряхнул руки.
- Да, песок, - сказал он, - мелкий, въедливый, вездесущий. Он проникает всюду.
Ромуланец внимательно смотрел на реакции других кадетов на голографический Вулкан, отмечая не самое лучшее настроение многих. Особенно Самриты и Освальда, которые выглядели с самого утра не так как обычно.
Акрита поежилась, щурясь от слепящего солнца и вдыхая сухой горячий воздух, поднимавшийся волнами от разогретого песка. Очки, конечно, защищали, и созданная медиком-вулканцем имитация ни в коем случае не угрожала ни здоровью, ни даже самочувствию андорианки, просто этот мир – он был почти полной противоположностью ее собственному, холодному и почти всегда пасмурно-темному. Она с интересом оглядывалась, проникаясь атмосферой чужой для нее, но оттого еще более впечатляющей и завораживающей планеты, отдаваясь этому ветру и свету... И внезапно поняла, что, несмотря на внешнее отличие, роль Вулкана и Андории для их обитателей во многом аналогична: это та среда, которая бросает вызов, которая обнажает и закаляет душу.
- Как снег на нашей планете, - ответила она ромуланцу, тоже зачерпнув горсть песка и задумчиво рассматривая его в ладонях.

Тенек предложил выйти из катера, как он сам сказал, чтобы получить «максимально близкое к реальности впечатление». Максимально близкое впечатление было малоприятным, по крайней мере для большинства: сухой жар и осязаемо сухой колкий ветер – несильный, но достаточно неприятный – сразу же показали себя с худшей стороны.
Странным образом всего несколько шагов изменили и восприятие. Изнутри катера весь наружный мир казался частью какой-то постановки, голоромана, теперь же мир обрёл осязаемость, а вместе с ней и беспощадную реальность. Именно теперь стало особенно заметно, что рыжеватый оттенок кристаллов соли – это не только отсвет красновато-оранжевого неба, но и результат примесей, нечистоты многих кристаллов; в остальном причудливо разбросанные соляные «фракталы» напоминали смёрзшийся и закаменевший снег (кристаллы соли даже хрустели под ногами). Воды в обозримом пространстве не было, однако смесь песка и пыли, которую просеяли сквозь пальцы Ракар и Акрита, была наполнена осколками мелких ракушек, а порой даже целыми экземплярами.
- Тенек, - спросил вулканца Освальд, очевидно, пытавшийся всеми силами заставить себя думать о презентации и только о презентации, - мне кажется, или эта пустыня когда-то давно была морским дном? Уж не по этой ли причине город выглядел так, словно построен на сваях? Неужели его начали строить ещё до того, как море окончательно пересохло?
– Это место становится зоной прилива каждое противостояние с планетой-соседкой, – пояснил вулканец. – Сейчас середина цикла, приливные силы между планетами минимальны, и мы не можем видеть море отсюда. Тектоническая активность планеты также сильно понижена. Зато в период противостояния планеты проходят настолько близко друг к другу, что зона морского прилива многократно увеличивается в размерах; настолько же дальше моря отступают во время отлива. Озёра же и вовсе перемещаются по долинам, как капля ртути по блюдцу. Тектоническая активность планеты в этот период возрастает – на этот период приходится основная масса землетрясений и извержений вулканов.
- Занятно, - кивнул землянин, после чего отошёл подальше и, отвернувшись от группы, стал рассматривать пустынный пейзаж.
Ромуланец надел очки, предложенные еще в начале презентации. Теперь он провел аналогию между собой и реманцами, которые плохо себя чувствуют на свету.
- И как далеко отсюда море, Тенек? Оно за линией горизонта? – спросил Артур, который тоже вышел из катера со всеми остальными и теперь вертелся в надежде увидеть хоть что-то, что показалось бы морем издали. Он вспомнил курс по федеральным экзопланетам, где, в частности, изучали Вулкан. Здесь был разреженный воздух, немного другая гравитация и сильная сухая жара.
- Из того места, которое принадлежит вашему клану, оно видно в период прилива?
– Я не интересовался точными расстояниями, – ответил Тенек, и прозвучало это так, словно он считает это со своей стороны существенным и мешающим презентации недосмотром, – но если говорить о приблизительных расстояниях, то от города до моря примерно столько же, сколько от этого места до города. В текущий момент цикла оно видно на горизонте, однако, когда мы прибудем в город, я перемещу презентацию в другой отрезок цикла, и мы увидим прилив во время противостояния.
_________________
+ кадеты и советник


– Погасите огонь!
– Как?
– Думайте! Погасите пламя в своих мыслях!
_
Капитан Пикард и рядовой; 1:6 «Куда не ступала нога человека»
Offline  
10 02 2017, 16:44:18 #489
Самрита Баккер

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер
Голокомнаты, презентация про Вулкан


- Ааа, хорошо, - улыбнулся Артур и подошел к одиноко стоящей Самрите. - Сэм, - спросил он тихо, пока все остальные наблюдали вулканскую пустыню, иногда бывающую дном моря, - мне нужен совет. Я так понимаю, вы с Хеной вроде как дружите, и… как ты думаешь, она согласится поговорить со мной про презентацию М'Коты?
- А, что? – Самрита вздрогнула и обернулась. Казалось, что она просто погрузилась в созерцание пустынного пейзажа, но на самом деле пребывала где-то глубоко в своих мыслях. - Об этом лучше спросить саму Хену, разве нет? Но зачем об этом говорить тебе, если это презентация М’Коты, и то, что случилось там, лучше обсудить им между собой? Или думаешь, что твоя клингонская подруга не справится? – вскинула бровь Баккер.
- Я думаю, что и я тоже должен, потому что … но не важно. А у тебя что случилось? Ты тоже сама не своя какая-то, - спросил Артур развернувшись к девушке всем корпусом.
- Потому что… - Самрита выжидательно посмотрела на Артура. – Потому что она не сможет? Потому что ты хочешь сделать это за нее? Потому что ты ей не доверяешь? Потому что считаешь, что за нее ответственен? Это не твоя история, и единственное, что ты можешь сделать, намекнуть М’Коте, что неплохо бы извиняться перед людьми. Или им надо для этого сначала в лазарет попасть с передозом? А у меня… у меня все в порядке! – землянка слабо улыбнулась. – Просто устала. И… поссорилась кое с кем. Но это неважно. После этой презентации смогу, наконец, заняться катером для регаты – это меня отвлечет.
- Потому что ответственен, да, стал ответственен. За нее, и за всех нас тоже. И за ту сложность межрасовых отношений, в которую мы ввязались. Раз уж мы не одиноки во Вселенной, значит надо что-то с этим делать, чтобы жить нормально. Про это у нас проект.
Лайтман нахмурился, задумавшись, что еще случилось между Квинтилией и М'Котой, но решил выяснять это позже. Он опустил голову, но снова посмотрел на Самриту.
- Жаль… Не расстраивайся, придет время, я надеюсь, вы сможете помириться.
Артур не знал с кем Самрита успела поссориться, лично или по подпространственной связи, но она не сказала с кем, и тоже обозначила это не важным. Так всегда обозначают именно то, что важно.
- Работа отвлекает, это да, - немного грустно улыбнулся он, - мне интересно, что в итоге получится из катера. Вечером я тоже присоединюсь по связи, у меня была пара мыслей насчет систем безопасности и щитов, еще с тех пор, как мы летали на "Эльбе".
Лайтман замолчал, рассматривая лицо Самриты.
- С кем-то важным для тебя поссорилась? - спросил он, снова вернувшись к этому.
- Может быть помиримся, - Самрита растянула губы в улыбке, но ее взгляд оставался серьезным – даже грустным. – А если не помиримся – то я смогу с этим справиться. Это лучше, чем… чем позволять себя обманывать. Раньше мне казалось, что этот человек был важным. А теперь я не уверена, - она закусила губу и отвернулась как раз в тот момент, когда почувствовала предательский комок в горле. А когда вновь обернулась к Артуру, то продолжила как ни в чем не бывало: - У Акриты была мысль по поводу одного маневра пилотирования, так что твоя идея тоже придется к месту. А потом, наконец, я смогу заняться настоящим делом, а не смотреть на голографическую симуляцию катера, - мечтательно добавила она.
Артур сочувственно поморщился, слушая Сэм. Ее кто-то обманул, и было похоже, или наверняка похоже, что именно так девушка может страдать и объяснять свои чувства, когда поссорилась со своим парнем. Но если у Самриты и был парень, то он наверняка был на Земле. Вряд ли где-то в пределах станции.
- Хм.. – сказал кадет, - обманываться хре.. плохо, да. Но всякое, знаешь, бывает. Я не знаю что случилось, но обычно многое можно решить, если поговорить еще раз и не жечь мосты сразу и навсегда. Люди иногда врут, знаешь, никто не застрахован от этого. Даже самым дорогим для них, и иногда для того, чтобы этих самых дорогих не обидеть, именно потому, что они дороги. А потом все может измениться, если первая сторона сможет понять.
Лайтман внимательно смотрел на Самриту, стараясь понять, не несет ли он чушь, которая не относится к ее случаю и будет категорически не уместна для Самриты сейчас. Он коротко глянул на то, что делает Тенек и другие кадеты. Коротко вздохнул.
- Маневр – это здорово. "Анадырь", как и "Эльба" – имеет некоторую задержку руля управления импульсным двигателем, кажется 0.3 секунды. Но я думаю, ты это легко поправишь.
- «Дорогих», конечно же, - поморщилась Самрита и быстро перевела тему: - Отлично, что ты это заметил. Я имею в виду проблему с рулем, а не мое настроение, разумеется. С этим можно будет поработать, - сосредоточенно кивнула она и тоже посмотрела на Тенека. – Мы и так уже отвлеклись, пора возвращаться ко всем. Надеюсь, скоро нам покажут тот самый город!
Лайтман проследил как Самрита поморщилась, и еще некоторое время смотрел на нее, не отрывая взгляд. Вряд ли он смог помочь и ободрить Сэм, вряд ли сумел сказать, что ей было нужно. Это всегда сложно, когда не знаешь конкретного происшествия. И Лайтман решил не продолжать эту тему, тем более, что сейчас было не время, была презентация Тенека, и он посмотрел в ту же сторону, куда смотрела Самрита.
- Да, город, полный серьезных и безэмоциональных вулканцев. Но я держу пари, что Тенек чертовски любит эту пустыню, и она для него много значит, поэтому мы здесь высадились, чтобы разделить и проникнуться, - с улыбкой сказал Лайтман и стал ждать дальнейшего развития событий.

Они закончили разговор как раз вовремя: те, кто отходил, чтобы поближе разглядеть тот или иной фрагмент однообразного пейзажа, успели вернуться, и Тенек предложил вернуться в катер и отправиться в город.
___________
И все-все-все
Offline  
10 02 2017, 16:45:22 #490
Освальд Макдауэлл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер
Голокомнаты, презентация про Вулкан


Когда кадетов пригласили наружу, Утара дисциплинированно последовала за ними, но далеко не отходила, и едва Тенек закончил отвечать на вопросы, снова забралась в «микроклимат для туристов» – наблюдение за этой гигантской соляной сковородкой через окно вполне её устраивало, одного взгляда на этот пейзаж ей хватало, чтобы вспомнить, что на некоторых планетах в горячем песке пекут яйца. Эти мысли немного отвлекли её от непроизвольной сосредоточенности на завтрашнем суде и всех тех делах, которые она успела спланировать до начала презентации.

Тем временем, кадеты тоже потянулись к катеру. Когда последний устроился на своём месте, Тенек сел за штурвал и поднял машину вверх. Катер набирал высоту неспешно, медленно раскрывая перспективу; стажёр вёл его не напрямик, а по широкой дуге, словно совершая над пустыней круг почёта.
Через некоторое время он нарушил молчание:
– Сейчас мы идём над руслом реки, протекающей под толщей песка. Воды этой реки питают Нефек-лар, город к которому мы направляемся. Большая часть растений в этой части пустыни получает влагу, благодаря туманам и выпадениям росы, и растение тела’ат – не исключение. Тенек снизился, чтобы объект его рассказа был виднее; на экранах, расположенных перед сидениями пассажиров появилось изображение этого растения: растение было приземистым, с огромными неряшливо обтрёпанными листьями. – Однако, у этого растения есть длинный корень, который на основном пространстве пустыни выполняет роль якоря. Если же семя тела’ат прорастает над водами реки, его корень вырастает более длинным и принимает участие в питании растения. По более насыщенному оттенку листьев вы можете отличить такое растение и понять, что находитесь над руслом реки. В древности вдоль таких рек проходили длинные участки караванных путей, выкапывались колодцы. Все эти колодцы до сих пор поддерживаются в рабочем состоянии, так что если вы пойдёте вдоль русла реки, рано или поздно обнаружите один из них.
- А на какой глубине протекает река? – спросила Акрита, разглядывая растения и пустыню, и пытаясь представить себе, как корень пробивает метры горячего сухого песка.
– Твёрдая порода располагается на глубине около тридцати метров, – ответил Тенек, – но река достаточно полноводна и смачивает мягкие породы водой на большую высоту, так что тела’ат не обязательно выращивать корень такой длины. Выше по течению, в предгорьях, можно спуститься к воде через расселину и пройти через систему пещер, выточенных водой. Как все водоносные объекты, река считается священной, а пещеры являются местом паломничества.
- У вас всегда был такой климат? – поинтересовалась Самрита, незаметно стряхивая капельку пота со лба. – Или он изменился из-за внешних обстоятельств, и вам пришлось адаптироваться? И… мы же пойдем куда-нибудь, где используется климат-контроль, правда? – с надеждой добавила она.
Ответ Тенека насчёт климат-контроля был разочаровывающим:
– Климат-контроль используется здесь в катере, хотя для вас он скорее всего неудовлетворителен, поскольку направлен на то, чтобы при относительном комфорте скачок температуры и влажности при выходе из катера был как можно меньше. В гостинице для инопланетян можно настроить климат по своему вкусу, а ступенчатая система микроклимата на выходе из номера выполняет буферную функцию, чтобы гости планеты по незнанию не навредили себе, но посещать гостиницу я не предполагал. Впрочем, если хотите, я затребую у компьютера термокостюм. Это несколько уменьшит информативность экскурсии, зато повысит комфорт. – На этом месте Тенек сделал паузу, чтобы дать Самрите возможность принять или отклонить предложение.
- Нет-нет, все в порядке, - замахала руками Самрита. – Я просто понадеялась, что у вас в городе будет прохладнее…
- Это Вулкан, Самрита, - улыбнулся ромуланец. – Здесь жарко, и, как я понимаю, полностью аутентично. Держитесь. Мы вряд ли адаптируемся, но мы точно продержимся.
- Полное погружение, - усмехнулась Самрита и добавила с иронией: – Кадеты Академии и не такие трудности учатся выдерживать!
– Относительно климата… – Тенек сделал паузу, сосредоточившись на управлении, катер слегка тряхнуло, видимо на пути попалась «воздушная яма». – Один климатообразующий фактор сопровождает нашу планету с момента её зарождения – это планета-соседка. Возмущения, которые вызывает её приближение, всегда влияли на нашу планету и на смену сезонов в том числе. Но, конечно, как и всякая другая планета, Вулкан обладает внушительным списком геологических эпох, каждая из которых была непохожа на другую в плане климата. К моменту зарождения разумной жизни наша планета была уже очень близка к тому, что вы можете видеть сейчас. Было несколько областей с условиями заметно более благоприятными, чем в целом по планете, именно эти области изначально были колыбелью цивилизации и культуры, но сейчас там едва ли комфортнее чем здесь. Из-за того, что это были не только культурные, но и политические центры, именно они в первую очередь пострадали от войн, происходивших перед началом эпохи Пробуждения. В тех войнах применялось атомное оружие; жертвы и разрушения были беспрецедентными.
Отвлекшись от созерцания пейзажа, Акрита повернулась с рассказчику:
- А эта война, и все, что тогда происходило, не сильно повлияло на климат и экологию? Или вам удалось восстановить все?
– Повлияла, – коротко ответил Тенек. Некоторое время он молчал, должно быть считая ответ исчерпывающим, затем всё же уточнил: – На планетарном уровне экологический баланс восстановился за последовавшие столетия, но, как я уже сказал, несколько уникальных экосистем были утрачены безвозвратно. Погибли многие эндемичные виды, изменилась конфигурация горных систем, расположенных рядом с эпицентрами ядерных ударов, а вместе с ними изменились и направления потоков воздуха. Вы легко можете представить себе последствия. И это, не считая радиоактивного заражения воды и почвы. На том этапе развития технологий эти проблемы не имели удовлетворительного решения, а учитывая количество жертв лучевой болезни, они занимали даже не первое место.
- Как давно была эта война, мистер Тенек? - спросил Ракар.
Тенек назвал дату – более двух тысяч лет назад, ещё до попытки инопланетного вторжения.
- На Земле тоже была ядерная война, - мрачно подал голос Освальд. - Её жертвой стали шестьсот миллионов человек, не говоря уже об инфраструктуре городов и живых существах, находящихся рядом с ними. Однако, нам, как виду, удалось восстановить планету и извлечь важный урок. Полагаю, вулканцы тот же путь прошли, только... со своей спецификой. Вы ведь стали от эмоций отказываться именно после войны, не так ли? А вам никогда... не казалось, что это немножко... чересчур?
– Во время войны, – поправил Освальда Тенек. – Это началось ещё во время последней междоусобной войны. И нет, мне не казалось. Если судить объективно, представители любой расы тем или иным способом подавляют свои эмоции. Что правильнее: абстрагироваться от них, научившись осознавать их сиюминутность и незначительность, или скрывать их иногда даже от себя самого, подменяя подлинные эмоции ложными – это, я полагаю, вопрос, требующий консультации специалистов по психологии и культуре. Я не принадлежу к их числу. Я только знаю, как моя собственная культура отвечает на этот вопрос, и этот ответ меня полностью устраивает.
Ракар улыбнулся чему-то сам себе, опустил голову и скрестил руки на груди, решив не комментировать пока ничего.
 - Свободные чувства и эмоции вулканцев, как я помню из курса экзобиологии, в несколько крат сильнее, чем у землян. Они выбрали свой путь их подавления и ограничения именно из-за разрушительности их по сути своей, все так, Тенек? – спросил Артур.
– Не вполне точно, но в целом верно, – подтвердил вулканец.
То, какой оборот приняла эта беседа, ему не нравилось, однако ни голос, ни выражение его лица никак не отразили это недовольство.
Самрита не участвовала в беседе, молча глядя в окно катера на бескрайнюю пустыню и пытаясь угадать, что же еще им покажет Тенек и изменится ли у нее мнение об этой жаркой, суровой и негостеприимной планете.
Акрита тоже отошла к окну; несмотря на то, что тема была ей интересна, и даже очень, обсуждать ее сейчас и вот так – ей не хотелось. Может быть, потом, отдельно, если будет возможность и если Тенек захочет… Наверное, эти вопросы казались ей слишком серьезными и личными, чтобы между делом спорить о них на презентации. Она нашла глазами М’Коту. Будет ли клингонская девушка вступать в разговор? С ней бы Акрита тоже поговорила. Но, опять же, не сейчас.

Пока длился разговор, катер приблизился к городу.
Город действительно располагался на сваях, покрытых остовами ракушек, и был совсем непохож на столицу. Он был достаточно протяжён в ширину и достаточно высок, но высота эта набиралась не стрелами небоскрёбов, а прихотливо разбросанными террасами. На первый взгляд расположение террас и домов было хаотичным, но внимательный наблюдатель быстро понял бы, что оно подчинено определённой цели, а именно продуманному затенению улиц, мостов и внутренних двориков. А внимательный наблюдатель хотя бы с базовыми инженерными знаниями заметил бы повсюду генераторы силовых полей – они не бросались в глаза, но присутствовали во множестве. Опять таки беглый взгляд оставлял ощущение, что город построен из природного камня, но здравый смысл подсказывал, что роль «камня» выполняет гораздо более современный материал.
Всё это можно было рассмотреть, пока Тенек искал свободную посадочную площадку – не любую, а находящуюся на окраине и обращённую на юго-восток. Наконец свободное место нашлось и катер опустился.
– Сейчас мы переместимся в период Противостояния, – прокомментировал стажёр, – смена периодов произойдёт, как только мы выйдем из катера.
Внимательно рассматривая постройки города с высоты полёта катера, ромуланец размышлял о причинах нелюбви вулканцев к высотным зданиям,устремленным вверх шпилям, и прочим атрибутам стиля, который был дорог в частности ему лично. Дождавшись посадки, Ракар поднялся и первым прошёл к шлюзовой двери шаттла, открыл её. Дверь с характерным звуком отошла в сторону.
- Интересно посмотреть на смену погоды в так называемый период противостояния, - сказал он.
- Сколько же лет этому городу? - удивлённо пробормотал Освальд. - Должно быть, его несколько раз полностью перестраивали. Период Противостояния - это же сколько, три или четыре тысячи лет назад?
___________________
Со всеми причастными


Есть у Федерации начало, нет у Федерации конца
Offline  
10 02 2017, 16:47:02 #491
Артур Лайтман

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер
Голокомнаты, презентация про Вулкан


Тенек повернулся к нему и поправил:
– Вовсе нет. Противостояние Вулкана и планеты-соседки происходит каждые семь лет, нам не нужно отправляться в прошлое на тысячелетия, чтобы это увидеть. Но вы правы в том, что Нефек-лар в том виде, в котором его можно видеть сейчас, с исторической точки зрения существует недолго. Из-за нестабильных природных условий на полуострове Кхоми его жители бόльшую часть известной нам истории вели кочевой образ жизни. Как и другие кочевники на многих других планетах однажды они предприняли завоевательный поход и создали огромную по меркам одной планеты империю, которая просуществовала менее одного поколения и закономерно распалась, как только ушёл из жизни вождь-объединитель. Оседлый образ жизни здешние жители смогли вести только тогда, когда появились технологии, способные противостоять стихиям. Пока эти технологии были недостаточно совершенны, периодически случались катастрофы, сопровождавшиеся жертвами и разрушениями, поэтому модернизация построек производилась постоянно. Это происходит даже сейчас, хотя уже не так интенсивно, как раньше.
Ромуланец с интересом следил за ответом Тенека Освальду, затем спрыгнул из катера на посадочную площадку, и завертел головой обозревая окрестности.
Артур тоже вышел из катера, разглядывая вулканский город.
- Да, - сказал Лайтман, - интересно.. Империи, держущиеся только на одном вожде – не жизнеспособны, есть нет объединяющей идеологии и общей цели. Интересный момент вашей истории, Тенек.
Артур оглянулся на Освальда.
- На обломках одной из империй таких кочевников на Земле возникло несколько крупных государств, и ещё некоторые окрепли именно в конфликте с кочевниками, - задумчиво произнёс Освальд. - Интересно, так ли повлияли вулканские "монголы" на своих соседей, как и наши, или всё же нет?
Поймав взгляд Артура, он подошёл и спросил тише:
- Что-то случилось?
Все кадеты покинули катер и Лайтман посмотрел  на кардассианца Тенму. Лайтману было известно, что некоторое время назад на Вулкане, в изгнании жил кардассианец. Эта теплолюбивая раса, и вулканская жара, даже не взирая на некоторую разреженность атмосферы, должна была быть ему вполне подходящей, хотя неизбежная тоска по родине, наверняка мучила его. Также, как Гарака, изгнанного с Кардассии, некогда жившего на станции Дип Спейс 9.
- Сейчас, Освальд, - прошептал кадет, - Тенек запустит Противостояние и … я, хотел поговорить, я тут думал..
– Это типичный результат подобных завоеваний, – подтвердил догадку Освальда Тенек, – в своей основе он повторился и здесь. – Стажёр посмотрел, все ли взяли с собой оптику дальнего видения, и продолжил: – Теперь мы переместились в день максимального приближения планеты-соседки к Вулкану. – Тенек слегка покосился куда-то через плечо. Чтобы увидеть упомянутый им объект, не нужно было приглядываться – золотистый диск планеты занимал едва не полнеба. Само небо стало вечерним, насыщенно-багровым, только облака на западе тянулись тонкими рыже-золотыми нитями. Жара немного уменьшилась, но разительнее всего изменилось окружение города – теперь Нефек-лар стоял на воде, лишь немного не достигающей нижней платформы.
– Сейчас полная вода, – прокомментировал вулканец.
- Неплохо, - сказал ромуланец, снова сложив руки на груди, - она называется Т’Хут? – кивнул он на планету-соседку. Ощущаете ли вы колебания гравитации в периоды ее максимального приближения или это отражается только на том, что раз в семь лет у вас здесь наводнение? И кстати, Тенек, а вы покажете население города? Чем занимаются обычные вулканцы. Я бы хотел это увидеть.
– Вы хорошо осведомлены, – сказал Тенек. – Имя Т’Хут, как и настоящее имя Вулкана редко упоминается в разговорах с чужаками. Как я уже говорил, помимо увеличения амплитуды приливов и отливов, её приближение вызывает изменения в циркуляции атмосферы, в том числе возрастает частота ураганов, пыльных и электрических бурь… впрочем, для этого региона электрические бури нехарактерны. Усиливается также сейсмическая и вулканическая активность, так что повышение уровня воды, которое вы несколько некорректно назвали наводнением – наименьшая из проблем для прибрежных поселений, настоящим испытанием прочности для них становятся землетрясения и цунами. А население города вы увидите, когда мы поднимемся выше.
Ракар довольно улыбался. Но это удовольствие было неполным, частичным. Он заставлял себя отвлечься и отдаться ощущениям вулканского антуража, планеты, которую любили вулканцы, и которая, как бы он ни хотел отрицать это, имела отношение к его народу в очень далеком прошлом, уже исчисляемом тысячелетиями. Настойчивую мысль в своей голове он пытался подавить на эти полтора часа презентации о Вулкане. Заполнявшую его тоску он отодвинул чуть подальше, в укромный уголок собственной души, и теперь довольно улыбался словам Тенека о его собственной хорошей осведомленности.
- Понятно, это хорошо, - сказал он, в ответ на то, что вулканцев они тоже увидят, - что ж, прошу прощения, да. Пусть будет повышение уровня. И еще вопрос – генераторы силовых полей – это щит города? Вы включаете их для каких целей? Случается ли так, что уровень воды повышается настолько, что приходится включать их для защиты от воды?
– Нет, это – защита от штормов и цунами, – объяснил Тенек. – Кроме того, некоторые силовые поля – те, что расположены между нижним ярусом и поверхностью – используются в исследовательских целях, например, чтобы на время изолировать часть приливной зоны.
- То есть действительно от воды, – кивнул Ракар, глядя на разлившееся море в период прилива. Затем он заинтересованно посмотрел на Тенека, пытаясь отыскать в его лице намеки хоть на какие-то эмоции, рассказ о собственной планете и презентация важного для него – должна была хоть как-то отражаться. Не найдя искомых, Ракар повернулся спиной к морю и посмотрел на кадетов. Ему было интересно как каждый из них относится к одним из основателей Федерации. Мисс Баккер была явно не в лучшем настроении, Ракар задумался – почему?

Когда территорию "затопило", Освальд едва-едва вздрогнул. Оказавшись вне катера, он подумал, что на Вулкане могло понравиться Кариссе, и в тот момент неприятно кольнуло осознание того, что ему не удастся показать им с Дамаром эту планету. Появившаяся же вода отвлекла от этих мыслей, но землянин всё же бросил быстрый взгляд в сторону Тенмы, попытавшись угадать, что тот думает по поводу смены обстановки, и насколько среднестатистическому кардассианцу в таких условиях комфортно.
Вздрогнув ещё раз, он помотал головой и устало потёр глаза, после чего повернулся к Артуру и спросил:
- Всё нормально? О чём ты хотел поговорить?
Лайтман посмотрел на Освальда, затем в пол и сделал пару шагов по площадке, подальше от остальных кадетов, позвав с собой Освальда.
- Прежде чем что-то сказать в перерыве, мне пришлось немного поразмыслить. Но теперь я пришел к ясности и пониманию. Это я о Квинтилии, - решил уточнить он. – Так вот: да, она не идеальна, местами высокомерна, местами заносчива, местами чертовски упряма, и вообще. Но тем не менее – в истории с той Аномалией – они вдвоем с Кейрой справились с отключением щитов. Я прочитал отчеты, Кейра без нее не смогла бы. Кейру здорово ударило по голове. Перим привела ее в сознание и помогла. На Волане II Перим вместе с остальными справилась с охранником того ангара, где их заперли, а потом справилась с еще одним местным. Ты бы видел, как она орудовала винтовкой.. Она может. Кроме того.. знаешь, я вспоминаю все, что происходило конкретно с ней здесь, в проекте. Как она пыталась что-то предлагать, но ее идеи редко и даже никогда – не находили поддержки. Она все еще не может отстаивать и настаивать на чем-то, и быстро отчаивается если у нее не удается что-то. Взять хоть тот брифинг утренний, перед фуршетом. Она что-то хотела предложить и попросила всех остаться ненадолго после брифинга. Но все разбежались слишком быстро. Я предложил вернуть всех еще раз настойчиво, но она, считай послала меня с этой идеей куда подальше. Но дело в не в этом. Дело в том, что вот это ее текущее требование, чтобы к ней обратились, спросили совета, дали участие в общем деле  – это жест какого-то отчаяния, даже если формулировка была немного жесткой. Кажется, она видит просто полное пренебрежение к ней самой от всех нас. И это, знаешь, реально обидно действительно. Потому что как ни посмотри – каждый хочет быть востребованным, нужным и ценным. Это естественное желание любого человека, потому что когда ты не нужен – руки опускаются, и просто уходишь. Видимо, с ней происходит именно это. И конечно, история с этими чертовыми стимуляторам – это жуткий косяк. Но есть одно понятие, которым никогда не должен пренебрегать капитан корабля или старший офицер – когда заблудшая овца отбивается от стада – пастух оставляет стадо и идет возвращать обратно эту заблудшую овцу. Мы действительно должны поставить ее в ситуацию, где она реально увидит, что она нужна и не безразлична. И для этого не нужно никаких иллюзий. Если мы можем спасти ее – мы должны это сделать. И плевать на все эти дилеммы о милосердии или наказании, заслуживает или не заслуживает. Это принцип, наш, человеческий, и Звездного флота. А там уж будет как будет. Что думаешь? – Лайтман внимательно смотрел на Освальда, пока негромко говорил  все это, и наконец умолк.

__________
С Освальдом и остальными кадетами
Offline  
10 02 2017, 16:48:26 #492
Освальд Макдауэлл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер
Голокомнаты, презентация про Вулкан


- Знаешь, у меня было достаточно времени, чтобы подумать обо всём, - ответил тот, наконец. - Я не буду оправдываться за то, как вёл себя с ней временами, я знаю, что несколько раз, как говорится, перегибал палку, и со стороны это могло выглядеть очень... по-разному, в общем. У меня были свои причины, а у неё была куча возможностей всё исправить. Возможно, не ставь она себя выше остальных - всё было бы иначе. Также возможно, что, не подбей я её делать презентацию самой первой - всё тоже было бы иначе. Я был уверен, что она справится, потому что кому ещё, как не одному из лучших кадетов в рейтинге, сделать качественную работу в кратчайший срок! Знай я, что для этого потребуется - никогда бы не поступил так, но прошлое не изменить. Путешествия во времени - не самая лучшая затея, на самом деле... Ладно, не важно. В общем, скажу тебе то же самое, что говорил ей: команде Джеза на регате нужен пилот, команде Тенека люди тоже нужны будут, а ещё могут понадобиться свидетели защиты на твоём слушании, и хорошо бы подготовиться и всем вместе освежить в голове самые важные факты, которые могут помочь вытащить тебя из беды и оставить в Проекте и в Академии. В ответ на это она и сказала, что мы сами к ней должны обратиться, потому что это нужно нам, а не ей. Какое бы решение мы ни приняли - оно будет иметь последствия для всех нас, поэтому его нельзя принимать кому-то одному. Но надо постараться учесть все факторы, которые в этом деле замешаны. Ты знал, например, что она общалась с адмиралом Нечаевой, и та ей что-то сказала? Признаться, это всё прошло как-то мимо меня. На борту "Саратоги" я был ужасно уставший, и у меня мысли путались. Я помню, что она была чем-то обеспокоена, и даже попытался подбодрить, но она как всегда проигнорировала меня и отвернулась, - кадет посмотрел в глаза Артуру и нахмурился. - А ещё она сказала, что ты её подставил на Волане II. Я не знаю, что думать про всё это, знаю только, что это как раз тот самый моральный вопрос, на который очень непросто ответить.
Лайтман потер висок и вздохнул, потом тихо продолжил:
- Вот за это я и не люблю все эти шутки и прочие подшучивания. Шутки предназначены для того, чтобы быть смешными, чтобы было весело, но иногда они начинают кого-то обижать. И это все уже становится совсем не смешно. Оправдываться непродуктивно. Ты будешь смеяться, но это сказал мне Валардис, тем самым утром, перед полетом "Эльбы". Он прав был. Нет никакого смысла. Что сделано – то сделано. И прошлое не изменить, и даже если бы у нас были средства – все равно темпоральная директива. Я не уверен, что это ей и впрямь не нужно. Что если она просто не знает наперед что именно это и нужно? И сомневается все время. Подставил… - Лайтман опустил голову, - я писал в отчете, немного формальными фразами, но если проще говорить – то было так – я настаивал, что пойду на площадь выручать Энтони и Тенека. Она была против именно такого способа, пыталась убедить поискать иные альтернативы, нежели чем просто туда вломиться и начать переговоры. Но я сильно настаивал, и она решила просто меня не бросить. Да, она должна быть свидетелем у меня на суде, и не обязательно в защиту. Я не буду против, если она будет обвинять. В конце концов – нужно просто рассказать правду как есть. И она может это сделать. Нечаева… - Артур задумался, - я валялся в медотсеке и не очень помню, что было на Саратоге. А потом.. я знал что у нее из-за меня проблемы с начальством, но о разговоре с Нечаевой я либо не помню как она это говорила, либо … О…- Лайтман поднял глаза вверх, прямо в вулканское небо. – Я был слишком занят собой...Я ответственен за проблемы у Перим, и я хочу их исправить. Да, это так. И этот моральный вопрос мы должны решить – не посрамив больше мораль. Давай завтра утром соберем народ и выскажем им наши аргументы. Я слышал, еще не все приняли собственное решение. Тенеку я даже не знаю зачем будет нужна Перим. Она же не медик. А регату наверняка будут обслуживать медики станции, с штатным пилотом. Но как минимум сегодня мы можем еще спросить Тенму, согласен ли он будет взять Перим пилотом на свой корабль. Он сказал что-то о ценности личности для команды в будущем. Но на самом деле – ценность ни одного из нас точно не определена. Ценность проверяется делами и реальными заданиями.
- Ох уж этот Тенма, - усмехнулся Освальд. - Он как раз мне говорил, что невозможно знать наверняка, кто может быть полезен в будущем, поэтому молодых солдат и офицеров можно бросать на погибель, спасая важную персону. Кардассианский взгляд на вещи такой... непривычный! Но, знаешь, в них есть что-то такое, что... кхм, - кадет замолчал, словно понял, что сболтнул что-то лишнее, но теперь уже поздно - надо было как-то выкрутиться, - интригует, да, именно интригует. Они смотрят на всё несколько иначе, чем принято в Федерации. Это иногда всё осложняет, но ведь ради этого же мы и здесь - чтобы знакомиться с другими видами. Хотелось бы верить, что Перим тоже пошла на флот ради этого. Не хочу думать, что она просто решила похвастаться перед кем-то из родных! - тут он презрительно фыркнул. - Да уж, и это говорит тот, кто поступил в Академию на спор...
Кадет снова погрустнел и посмотрел по сторонам, словно вспомнив о чём-то важном. Когда Артур тронул его за плечо в попытке вывести из ступора, Освальд дёрнулся, но через секунду продолжил, словно ничего не случилось.
- У меня есть свои сомнения насчёт Перим: например, стоит ли назначать командиром кого-то, кто не умеет строить нормальные отношения с коллегами? Да, она отлично проявила себя во время того инцидента с Аномалией и на Волане II тоже всё сделала правильно, но ведь лидер должен внушать уважение каждым своим словом и действием. В общем, это всё очень сложно, и, кажется, я опять не могу сделать выбор, потому что меня словно разрывает на две части... Не важно, в общем. Да, давай узнаем у Джеза, что тот думает, а завтра утром надо будет собрать у тебя в каюте всех причастных, кто мог бы выступить свидетелем. Мы должны действовать согласованно, если хотим вытащить тебя из неприятностей. Ту же правду можно очень по-разному преподнести, поэтому координация не помешает. Давай завтра утром позовём Перим на совещание. Как бы только всем у тебя в каюте поместиться...
Освальд отвлекся, задумавшись о чем-то Лайтману неведомом. Лайтман нахмурился, глядя на него.
- Это разные углубления в то или иное. Но и мы тоже, в Звездном флоте … иногда нужно отдать жизнь за своего командира. Иногда бывает наоборот. Но также я знаю, что есть тест перед получением звания коммандера, где офицера иногда ставят в условие, где он должен смочь послать человека на задание, в котором тот не выживет. Ради спасения корабля и всего остального экипажа. У кардассианцев свой взгляд на вещи, но они наши соседи и мы должны знать и понимать их, ради мира между нашими народами. Не важно сейчас, на спор или нет ты поступил. Ты теперь идешь этой дорогой и главное то, что ты знаешь и понимаешь сейчас, а не то что было в прошлом. И ты будешь отличным офицером, я в это верю.
Артур прервался на пару секунд, и снова продолжил:
- Уважение – да, но уважение как и доверие тоже заслуживается со временем. Кроме того, в команде Тенмы – именно Тенма будет командовать, а для Перим главное сейчас не командное назначение, а важная и нужная должность, где она сможет принести реальную пользу остальным. Сразу после презентации, если у меня будет пара минут, и меня не сразу поведут обратно в каюту – подойдем к Тенме и спросим его. Насчет свидетелей – да, позовем Перим, и я знаю, что сказать суду. Важно, чтобы правда, которую они скажут – была правдой. Но, мы попозже об этом поговорим. Спасибо за поддержку. И еще – слушай, ты сегодня тоже не такой как обычно. У тебя случилось что-то? Что тебя напрягает? Или это вся эта ситуация в целом?
- Тоже? - изобразил удивление Освальд, стараясь придумать правдоподобный ответ. - Просто тема поступления напомнила мне кое о ком, кого давно не видел, только и всего. Именно в дальнем космосе начинаешь ценить семью, не так ли? Не бери в голову, это всё не имеет значения, просто личные проблемы. Да, нам тоже объясняли бремя командования и то, что любому из нас может быть дан прямой приказ, который может стоить нам жизни. И мы должны будем подчиниться, потому что от этого может зависеть жизнь коллег или гражданских, существование корабля или станции, а может даже и мирные отношения с соседним государством. Вот только надо быть готовым не только отдать такой приказ, но и выполнить его. Станет ли кто-то сверхамбициозный, желающий прежде всего прославиться и стать самым главным, жертвовать собой ради других? С другой стороны, в Академии ведь сидят куда более опытные люди. Если они считают, что Перим справится, то, возможно, они правы... с другой стороны, она ведь обвела всех там вокруг пальца с этими стимуляторами, - кадет раздражённо помотал головой. - Я не знаю! Не проси дать ответ сейчас, над этим надо думать и думать много! Как будто без этого у нас проблем мало!
Слушая Освальда, Артур чуть склонил голову, не отрывая от товарища взгляда. В словах Освальда было много правды, много важных вопросов, ответы на которые не были однозначны. Правда, однозначностью мало где и когда можно было похвастаться. Даже квантовая механика и все прочие законы природы – имели разные варианты, и даже взрыв варп-ядра был не всегда однозначным процессом, который иногда с различными вероятностями удавалось отменить.
Лайтман кивнул и грустно улыбнулся.
- Не важно что думают в Академии, не важно что мы наблюдаем сверхамбициозность. Важно то, что мы наблюдаем кое-что еще. Перим фактически пожертвовала собой и своей командой из трех человек, чтобы поддержать меня на той площади, и тех двоих, которых мы пытались вытащить. Я не прошу ответа сейчас… но, если у тебя будет время и желание, и возможность, зайди ко мне вечером сегодня, после всех мероприятий и что там будет с катером. Мы поговорим, я очень хотел бы этого. Нужно обсудить многое, и важное. И это не обо мне.. Это о нас всех, проекте, и Перим. Потому что мою жизнь вы уже спасли. Теперь нужно.. позаботится о другом.
Освальд чуть подумал и кивнул.
- Хорошо, только это уже будет довольно поздно: надо сделать несколько дел. Но я зайду, не сомневайся, нам есть что обсудить. И есть кого спасать, - он демонстративно покрутил головой. - Ну а теперь нам пора возвращаться, а то пропустим всё самое интересное!
Лайтман кивнул, совершенно серьезно и коротко сказал:
- Ага, спасибо. Пойдем, нельзя пропустить самое интересное.
______________
С Артуром и остальными где-то там


Есть у Федерации начало, нет у Федерации конца
Offline  
10 02 2017, 16:51:50 #493
Тенек

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер
Голокомнаты, презентация про Вулкан


Пока Освальд и Артур говорили, остальным было предложено понаблюдать в бинокли за морскими животными, большей частью за существами отдалённо напоминающими медуз. Ажурно-прозрачные создания качались на волнах и, кажется, слегка светились в преддверии сумерек, демонстрируя полнейшую безобидность, однако Тенек развеял эту иллюзию предупредив, что яд этих существ способен на некоторое время парализовать руку или ногу взрослого вулканца, а на инопланетян действует по-разному: есть виды совсем невосприимчивые к яду, а есть и такие, для которых этот яд смертелен. Определённо, желающим искупаться в этих водах следовало пройти инструктаж и позаботиться о сопровождении.
– Сейчас я хотел бы показать вам отлив, а затем мы поднимемся на несколько ярусов выше, – сказал вулканец, когда группа снова собралась вместе. – Отлив длится долго и компьютер до определённого момента покажет его в ускоренном режиме. Затем, когда ход времени нормализуется, можно будет увидеть один из отголосков глубокой древности и получить некоторое представление о том, какой образ жизни вели мои предки.
Акрита, как и на презентации про Райзу, сначала почувствовала себя несколько неуютно при виде такого количества жидкой воды, но быстро прониклась планетарным масштабом этого природного явления. Впрочем, появление на небе огромного диска ей как раз показалось вполне привычным.
- А вода соленая, как в земных океанах? – спросила она, повернувшись к рассказчику.
– Более солёная, – ответил Тенек. – Если пользоваться строгой терминологией, крупнейший массив воды на Вулкане даже нельзя считать океаном, поскольку он занимает не бόльшую часть поверхности планеты, а меньшую. Если на Земле и подобных ей планетах суша окружена водой, то у нас вода окружена сушей, даже там, где её много.
- А есть на Вулкане места, где температура ниже точки замерзания воды? На полюсах где-нибудь?
Тенек кивнул:
– На севере есть полярная шапка, также снег есть на вершинах приполярных гор.
- А что насчёт пресных водоёмов? - спросил неожиданно подошедший Освальд, встав рядом с Акритой.
– Почти все пресные водоёмы под землёй. Есть места, где обрушение свода пещеры сделало их доступными с поверхности, но засаливания избежали только те из них, которые оказались защищены от солнца остатками свода. Остальные либо испарились – если у них не было постоянного притока влаги, либо превратились в солёные озёра. Исключение – опять же небольшие области вблизи полюсов. Есть ещё родники в горных ущельях.
-Серьезно? - услышавший вопросы Освальда и Акриты Тар хлопнул себя по лбу, - Вас серьезно интересует, есть ли на Вулкане пресные водоемы и какая температура на полюсах? Это же общеизвестная информация, которую каждый детсадовец может найти в описании планеты в Большой Федеральной Энциклопедии и атласе карт. А мы тут имеем уникальную возможность узнать о Вулкане и вулканцах все, о чем раньше боялись спросить. Неужели ни у кого нет по-настоящему интересных вопросов, на которые можно получить по-настоящему шокирующие и меняющие наше восприятие ответы? Уж у меня-то точно есть.
– Ага, ты ещё Тенека не спрашивал, случалось ли ему кого-нибудь убить, – съехидничала М’Кота.
М’Коте в этот момент подумалось, что жара, пыль и катаклизмы – это то, что все и так ждут от Вулкана, а вот нисхождение к подземному водоёму могло бы быть штукой по-настоящему захватывающей.
- Задайте свой вопрос, Тар, - сказал Артур, который тоже уже подошёл ближе к остальным, и, теперь, крепко сжимал плечо М’Коты в ответ на её комментарий  и привычку язвить.
Освальд удивлённо посмотрел на райзианца, словно не веря, что это именно тому захотелось узнать что-то новое. Вновь заметив Самриту, Освальд и правда представил себе несколько мест, где ему сейчас хотелось бы оказаться. И эпицентр ядерного взрыва был далеко не самым страшным из них.
- У меня нет никаких интересных идей, - печально помотал он головой, - дневная норма моего любопытства, кажется, израсходована. Но интересные вопросы - это всегда хорошо. Что же интересует тебя?
Тар посмотрел на клингонку и подмигнул ей.
-Для разных рас у меня разные вопросы. Про клингонов все знают стереотип, что вам только бы кого-то убить и сложить об этом песню. Вулканцы же… - Тар поднес указательный палец к своему лицу и слегка постучал по губам, будто обдумывая и формулируя что-то, - Тенек, ты сказал, что Противостояние с вашей планетой-соседкой происходит раз в семь лет. А любой посетитель голокомнат Кварка знает о таком вулканском… кхм… состоянии, как пон-фарр. И хотя в эротических программах у местной вулканки он перманентный, образованные люди помнят, что на самом деле это происходит у вулканцев тоже раз в семь лет. Неужели это связанные события? Да, Тенек, не стесняйся отвечать, ты же не нежный цветочек Квинтилия, эта тема делает твою расу уникальной и не похожей на других, поэтому разумеется всем это интересно, хоть они и молчат.
-Ой, Тар… - Хена прижала ладони к щекам, - По-моему, это сейчас была твоя самая длинная реплика за все время проекта!
Взгляд Тенека на секунду остановился, кровь отхлынула от его лица. Не то, чтобы этот вопрос был для него совсем неожиданным, скорее таким, к которому невозможно подготовиться.
– Я полагал, что все одержимые праздным любопытством уже удовлетворили свой интерес, прочитав соответствующую статью в медицинской энциклопедии Федерации, – сказал он, – но если нет, у вас есть возможность прочитать её в любой момент, точно так же, как статью о состоянии ледников.
-Ваши ритуалы и особенные состояния покрыты завесой тайны, и единственный способ узнать правду - спросить у живого вулканца, - признал Тар, - Разве мы здесь не для того, чтобы узнать о друг друге новое, доселе скрытое и по-настоящему интересное?
Голос Тенека тем не менее так и не сменил холодную тональность на нейтральную.
– Я уже не в первый раз слышу этот вопрос, и в конце концов у меня возник собственный: почему люди, которые так мало знают о нашей культуре, так часто спрашивают именно об этом и почти никогда не интересуются тем, что мы считаем предметом гордости, и о чём узнать объективно ничуть не проще?
Ракар с большим, и в то же время очень настороженным интересом переводил взгляд с Тенека и на Тара Мари, скользил взглядом по остальным кадетам, некоторые из которых выглядели притихшими, другие заинтересованными. Потом он понял, что время пришло, и тронулся с места. Сделав несколько шагов вперед он встал так, чтобы загородить вулканца от вопрошающего его райзианца.
- Это не происходит у них одновременно с противостоянием, иначе это был бы массовый падеж вулканского населения в недееспособность. У всех разные даты, даже у рожденных в один год и в один день, - начал он говорить, глядя прямо на райзианца, - закономерность прослеживается лишь в численном выражении обращения спутника, и этого их периода. Возможно, закономерность глубже, и есть и иные процессы, имеющие такую периодичность. Но по крайней мере то, о чем вы спросили – это их табу. Они об этом не говорят, даже между собой обычно.
Ромуланец склонил голову и отступил на шаг в сторону, повернувшись к Тенеку:
- Вы хотели показать, мистер Тенек, вулканцев и ваши древние вулканские традиции. А если вы покажете и нынешние – мы будем благодарны. Похоже, мы все этого с нетерпением ждем, да? – спросил он, снова глянув на остальных кадетов.
- А почему бы просто не ответить на заданный вопрос? - негромко проворчала Самрита откуда-то из-за спин более высоких кадетов. - Спрашивают ведь о том, что действительно интересует... И не обязательно посылать всех читать энциклопедию вместо ответа, - хмыкнула девушка, сложив руки на груди.
-Я уверен, Тар не хотел никого обидеть или оскорбить, - примирительно сказал Брол, - Это действительно интересный и занимательный вопрос… с точки зрения ученого, конечно. Позволите порассуждать и выдвинуть теорию, мистер Тенек?
– Я предпочёл бы, чтобы вы от этого воздержались, – ответил болианцу Тенек, – во всяком случае здесь и сейчас.
- Как насчет спрятать подальше свою собственную гордость и вытерпеть крайний позор ради уникальной дипломатической ситуации, которая может никогда больше не повториться, мистер Тенек? – тихо спросил ромуланец, стоя рядом с вулканцем, - в бою и не такое иногда делают. Я тоже приготовил кое-что о себе и иных ромуланцах, куда собираюсь позвать вас всех. То, что никогда и никому из других видов не было показано, и не должно быть показано. Я это покажу всем. Тенек, сделайте над собой усилие, разрешите им. Это нужно.

Взгляд Тенека, стал не просто непроницаемым, а словно бы обращённым внутрь себя, лицо утратило даже подобие выражения, превратившись в маску.
– Для вулканцев никогда не было проблемой перенести личный дискомфорт ради действительно необходимой и логичной цели, – сказал он, не понижая голоса. – И вы правы в том, что сейчас уникальная дипломатическая ситуация, а именно – прецедент. До сих пор всё, что участники проекта привносили в свои презентации, было добровольным: например, мистеру Мари не предлагали включить в свою презентацию исповедь, а мисс Баккер – проводить показ обнажённой. Будет ли наш проект по-прежнему основываться на доброй воле и взаимном уважении, или любой из нас в любой момент будет обязан поступиться своей гордостью не только ради подлинной необходимости, но ради прихоти и праздного любопытства, зависит в том числе и от решения этого прецедента. – Вулканец обвёл взглядом толпу кадетов и подчёркнуто спокойно произнёс: – Я готов ответить на любой ваш вопрос прямо, ясно и откровенно, но прежде я хотел бы, чтобы каждый из вас ответил самому себе, какой из названных принципов он хотел бы положить в основу проекта «Альфа», и хочет ли он сам в недалёком будущем оказаться на моём месте.
Освальд, до этого недовольно смотревший со стороны за развивающейся дискуссией, невольно улыбнулся, почему-то представив себе Самриту, медленно и под музыку снимающую с себя одежду, чтобы провести презентацию о земных праздниках. Посмотрев на девушку, кадет почувствовал себя так, словно это у него вот-вот начнётся пон-фарр, поэтому через несколько секунд перевёл взгляд на вулканца.
- Тенек, у вулканцев всё самое интересное является глубоко личным, что ли? - проворчал он. - Телепатия - личное, эмоции и контроль над ними - неприятная тема, от одного упоминания пон-фарра контроль теряете, словно у вас этот самый пон-фарр вот-вот начнётся! Например, Квинтилия нам всем дала возможностей поугадывать, как они с симбионтами своими соединяются, а ведь это тоже тема весьма... э-э... физиологичная! Мы ведь и правда здесь, чтобы узнать друг о друге побольше. В конце концов, вы могли дать всем желающим возможность порассуждать, а потом сказать, какие мы бестактные и глупые, если уж так хочется, но не прерывать на полуслове и рубить начинание на корню.
_____________
+ кадеты и советник


– Погасите огонь!
– Как?
– Думайте! Погасите пламя в своих мыслях!
_
Капитан Пикард и рядовой; 1:6 «Куда не ступала нога человека»
Offline  
10 02 2017, 16:52:47 #494
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

29 августа 2384 г., вечер
Голокомнаты, презентация про Вулкан


На протяжении всего этого обсуждения Акрита хмуро буравила взглядом пол, с каждой секундой все сильнее мечтая сквозь него провалиться. Она уже поняла и передумала за сегодняшний день многое – в том числе то, что ей, как новому, пусть и полноправному, члену проекта не совсем уместно влезать с советами и суждениями по любому спорному поводу. И теперь отчаянным усилием воли, при котором ее антенны разве что в узел не завязались, подавила в себе поток еще не до конца сформулированных мыслей. В тот момент, когда Тенек оглядел всех, задав не требующий прямого ответа вопрос, она наконец подняла глаза на вулканца, словно пытаясь воззвать к его телепатии и взглядом высказать ему всю эту смесь понимания, сочувствия, уважения, неловкости за товарищей... Но к середине комментария Освальда, мотнув головой, снова уткнулась в пол и на всякий случай отошла в сторону. Если представится возможность, она ответит Тенеку относительно основы проекта, и с удовольствием поговорит о многих деталях вулканской философии - потом, когда-нибудь.
Самрита краем глаза поймала взгляд Освальда и поплотнее сжала губы, чтобы никак себя не проявить и тем более не улыбнуться.
- А я бы с удовольствием послушала теорию Брола, - громко заявила она, подходя поближе к болианцу и касаясь его плеча в знак поддержки. – На прошлых презентациях всем давали высказаться, почему же теперь нашему коллеге не дают слово? Это всяко лучше нотаций и чтения морали, - добавила она чуть тише, но все же достаточно громко, чтобы Тенек уловил ее слова.
-Я не хотел, чтобы кому-то было сильно некомфортно и чтобы все настолько поспорили, - виновато признал Брол, - Теперь уже и мне неприятно. Лучше я не буду говорить, давайте продолжать по плану мистера Тенека.
- А я больше не буду задавать вопросы, - вставил Тар, - В этом нет никакого интереса, если меня постоянно отфутболивают вместо того, чтобы раскрываться. Пойду вздремну в катере, разбудите, если начнется что-то занимательное.
– Я вам признателен, – серьёзно сказал Тенек болианцу. – Если вы действительно нуждаетесь в том, чтобы обсудить вашу теорию с научной точки зрения, я попытаюсь вам помочь в приватной беседе, но я бы не хотел, чтобы этот вопрос обсуждался публично и для развлечения.
Окончание этой моральной пытки стало для вулканца подлинным облегчением. Если бы перед презентацией ему предложили на выбор вступить в подобный разговор или быть до полусмерти избитым, он без колебаний предпочёл бы второе. Понимание и такт, проявленные болианцем, стали для него неожиданностью; гораздо привычнее была реакция Мари, Макдауэлла и Баккер. Тенек хорошо помнил, какую вспышку беспокойства вызвало у Освальда подозрение, что Тенек мог прочитать запись в его падде, хорошо видел, как Самрита весь день упорно пытается скрыть дурное расположение духа, и опять-таки помнил, что сам Тар Мари, призывающий окружающих раскрыться, не предоставил на своей презентации не только личной информации, но какой-либо информации вообще. Тем не менее эти трое, так тщательно оберегающие свои маски и свои тайны, демонстративно осуждали Тенека за нежелание при всех делиться глубоко личным и столь же глубоко болезненным.

– Компьютер, с отметки 4, – сказал Тенек, и картина по ту сторону ограждения снова изменилась. Это была первая четверть отлива. Отступающая вода была всё ещё хорошо видна, освобождённый от воды берег был покрыт водорослями и прочим «морским мусором», превращая зону отлива в «пиршественный стол» для местных обитателей суши. Территория, казавшаяся в начале презентации необитаемой, сейчас оказалась предельно оживлённой – членистоногие, ракообразные, рептилии, птицы торопились найти пищу и сами становились пищей, а среди всей этой далеко не гуманной суматохи медленно брело стадо массивных млекопитающих, покрытых длинной шерстью. Эти создания обладали той вальяжностью и обманчивой медлительностью, которой первый взгляд легкомысленно наделяет белых медведей, однако были явно травоядными. Бивнями, длиной около 30 сантиметров они ворошили мусор, а небольшим хоботом отправляли в рот пучки красноватых водорослей. Это крупное во всех отношениях стадо сопровождали пастухи; в бинокль можно было увидеть, что все они не старше Тенека, и лишь двое в этом отряде отличаются солидным возрастом.
“Что же вы наделали, мистер Тенек” думал ромуланец, глядя на отлив. “И что наделал я сам…”
Прихоть и праздное любопытство – это не то, чем руководствовались Мари, Арко, Баккер и Макдауэлл, задавая свои вопросы. Почему он посчитал это развлечением? Почему он привык считать эти вопросы развлечением? Вопросы о сути его расы, его вида, вопросы о закономерностях. Вопросы о природе вещей и о вулканцах, обусловленные искренним интересом понять. Научные вопросы.
Ракара пронзало понимание глубинной сути проекта, к сожалению, категорически запоздалое. Проект требовал от них всех принять существующие стереотипы, и преодолеть их путем совместного поиска истины в обсуждении. Все границы должны были быть стерты в итоге, границы, не позволяющие достичь понимания и доверия. Доверие нужно заслужить. Это всегда так. Доверие заслуживается открытостью, действиями, которые иногда, очень редко, следует совершить вопреки всем собственным стереотипам. Уникальный момент, когда требуется перешагнуть все то, что составляло твои собственные барьеры. Барьеры гордости и самолюбия. Ради той общей уникальной цели, которую иначе не достичь.
Вулканец упустил момент искреннего интереса группы к его расе и планетарно обусловленных закономерностях. Он не смог поступиться собой ради большой цели, он не смог переступить через собственный иллюзорный, субъективный позор, для того чтобы поддержать интерес и вызвать доверие, объединить их всех, где можно было найти общий язык и понимание.
Как и он сам, ромуланец, еще ни разу толком не переступал через свою собственную гордость и высокомерие, недоверие и отчужденность. Как и он сам, который должен был спасти этот проект – ни разу до сего момента не понимал, что проект можно спасти изнутри, следуя его настоящей цели. Отвергнув все то, что всегда было стереотипами, и попытаться найти что-то новое, уважая всех и каждого, кто находится здесь. Что.. наделал я сам… Я должен все это исправить. Я должен исправить все. Все должно быть иначе, и теперь – так будет.
 
Ромуланец смотрел на отлив.
- Отлив, это время для уходящих кораблей. Отлив никогда нельзя пропускать судну, которое отплывает. А нам с вами, мистер Тенек, пришло время прекратить разбрасывать камни. Нам пора начать собирать. Пока не поздно. Мне жаль, что вы не смогли. Однажды кто-нибудь из них смог бы спасти вас, если бы вы сегодня смогли переступить через собственные стереотипы. Все, что происходит здесь – далеко не праздно. И совершенно отлично от развлечения. Но главное – чтобы было не поздно.
Ромуланец отошел от границы силовых полей и присоединился к группе.

Самрита бросила разочарованный взгляд на Тенека: мало того, что он прервал интересную дискуссию и не ответил на те вопросы, которые действительно волновали группу, так еще и заставил ее друзей замолчать не самым тактичным образом. Если даже Тар Мари пришел к выводу, что попытки сделать презентацию более живой и интересной бесполезны, то кадету Баккер и вовсе ничего не оставалось, кроме как отойти подальше за спины коллег и ждать окончания голопрограммы.
Освальд недовольно посмотрел на своего соседа по каюте. Раньше Тенек не затыкал коллег столь резко и не проявлял такого безразличия к чужим мыслям. Конечно, землянин не ожидал от вулканца, что тот отшутится, но подобная реакция не выглядела типичной. Освальд мог бы попытался как-то смягчить ситуацию: сказать пару слов, чтобы Тенек с Бролом друг на друга не обижались, пойти в катер и вытащить оттуда Тара, даже если тот будет пинаться и вырываться, а потом призвать всех забыть о случившемся, - но отвратительное настроение привело к тому, что у молодого человека просто опустились руки.  Слишком много за сегодняшний день было неприятного: Карисса, ссора с Самритой, сложная ситуация с Квинтилией, а теперь ещё и конфликт в группе на презентации Тенека. Кадет подошёл к ограде и задумчиво уставился вдаль, не желая больше ввязываться в разговоры.

Тенек некоторое время молчал. Ромуланец отошёл, явственно показав своё нежелание продолжать разговор, кто-то из кадетов также отстранился, потеряв интерес  к презентации, кто-то остался… Так или иначе презентацию нужно было продолжать. Тенек сказал:
– Сейчас вы видите занятие, которое было на полуострове основным на протяжении тысячелетий. В то время как на большей части планеты набирал силу технический прогресс, здесь ещё долгое время жили жизнью почти первобытной. В те времена мы зависели от сил природы и от этих животных полностью. Год Спокойного моря был безопасным с точки зрения угрозы катастроф, но это были годы, когда животные погибали от голода – линия отлива была слишком мала, чтобы прокормить их всех. Противостояние, как вы видите, становилось временем изобилия, но следовать за морем в этот период становилось опасно, требовалось хорошее знание всех примет, чтобы вовремя уйти от опасности. Сейчас это – лишь небольшая часть нашей жизни, но всё же значимая. Почти все пастухи – это студенты и практиканты зоотехники, так же среди них есть экологи и метеорологи.
Смена декораций вернула Акриту в реальность. Что бы там не говорили коллеги, и как бы глупо это ни смотрелось, но ей действительно нравилось узнавать о других мирах не только читая базу данных, а задавая вопросы, слушая рассказы тех, кто там бывал. Да и она сама с удовольствием отвечала на аналогичные вопросы про Андорию…
- А что вам дают эти животные? – спросила она с искренним интересом. – Вы ведь не едите их? Одежда из шерсти?
– Нет, конечно не едим, – подтвердил Тенек. – Хотя из-за экономической отсталости этот регион и принял учение Сурака позже других, в наши дни животных не убивают ни для пропитания, ни для того, чтобы регулировать численность стада и вести селекцию. Они дают нам шерсть и небольшое количество молока. Шерсть забирают мастера прикладного искусства и используют для изготовления различных изделий, чаще всего – одежды. При правильном изготовлении ткани такая одежда хорошо защищает и от холода, и от жары. Ваша верхняя одежда сейчас – это как раз имитация одного из таких изделий, а моя – один из вполне реальных образцов.
__________
и кадеты


loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
Страниц: 1 ... 28 29 30 31 32 [33] 34 35 36 37 38
Перейти в:  

MySQL PHP Powered by SMF 1.1.16 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS