* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
28 11 2020, 13:44:14 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 19 сентября 2384 г., день
« предыдущая тема следующая тема »
Страниц: 1 ... 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 ... 38
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.   
15 07 2016, 16:10:11 #210
Освальд Макдауэлл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, вечер
Каюта Артура Лайтмана


Лайтман выдохнул несколько облегченно. Он уже начал беспокоиться за М'Коту, если та возьмется осуществлять свою идею. Ее нужно было остановить, в любом случае.
- Я должен дать интервью Кристаль Харт, да? – спросил он.
- Не забывай, что ты все еще в проекте, - напомнила Самрита Ракару. – И, как мы видим, действия одним участников проекта сказываются на других. Мы все завязаны друг на друге, и всё касается всех. Конечно, если мы хотим не только спасти Артура, но и проект. – А затем обернулась к Артуру: - Да, и ты, и все мы, и может быть не раз. Заставить ее говорить то, что надо нам. Привлечь общественность, перестать быть тихими и молчаливыми. Нам ведь всем есть, что сказать?
- Не только все еще, но планирую быть тут еще целый год по вашему исчислению, - сказал Ракар, - но вы правы.
-Думаю, лучше, чтобы начал не Артур, а кто-то другой, - задумчиво сказала Жантарин, - Кто-то, кто тоже был там и смог бы описать ситуацию со стороны. Прости, Артур, но твоя точка зрения может показаться слишком личной.
– Здорово звучит! – сообщила М’Кота, вероятно, потолку, потому что смотрела она именно на него. Голос её зазвучал зло. – Только почему тогда я уже пару раз услышала, что я всё испортила? Я же сделала именно это – публично объявила правду. Или вы сейчас имеете в виду не правду, а какую-то толерантную брехню? Если так, то мне, видимо, не хватает мозгов понять, как вы собираетесь поставить общественное мнение на сторону Артура, не рассказав всё как есть и не раскрыв причин, по которым он набросился на Корама.
Артур с трудом подавил желание взять М'Коту за руку и начать ее успокаивать.
- Хорошо, я дам интервью, но простите, что ты понимаешь, Жантарин, под личной точкой зрения? Я разве не объективен? Да, я допускал ошибки, но я вижу ситуацию целиком как она есть.
Услышав реплику клингонки, Самрита не удержалась, чтобы не закатить глаза.
- Такую правду, которая поможет Артуру, а не еще больше ухудшит его положение! – вздохнула она. – И которая не подразумевает оскорблений Корама – пусть даже он этого и заслужил, - а объяснит и даст возможность проникнуться сочувствием к ситуации, проекту и Артуру. А твой поступок едва ли помог поставить общественное мнение на нашу сторону.
– У нас считается, что бывает только одна правда – неважно, насколько она неприглядна, – угрюмо возразила М’Кота. – Но даже если это вам не нравится, с чего вы взяли, что важно только общественное мнение внутри вашей драгоценной Федерации? Разве только вы участвуете в проекте? Клингоны тоже имеют право знать, что случилось, и имеют право высказать своё мнение на этот счёт, и уж они-то поймут мои слова правильно. Если хотите знать, вашими гладенькими интервью, которые насквозь пропитаны лицемерием, вы только вызовете презрение большинства наших, и тогда уже я получу право сказать, что своей недалёкой дипломатией вы оттолкнули от проекта целое государство. Так что включите голову, и вспомните наконец, что в ближайших двух квадрантах и в этом проекте существуете не только вы.
 - М'Кота, - с какой-то особенной нежностью Лайтман посмотрел на нее. "Милая моя эмоциональная девушка", подумал он, но не высказал, чуть позже, а не сейчас, еще немного позже. У него теперь был шанс успеть это сказать, у него теперь была надежда и смысл не сдаваться просто так. – Конечно мы имеем право, и ты тоже, и мы все расскажем, только воздержимся от сильных эмоций и оскорблений, потому что ни к чему хорошему это не приведет. Правда не пострадает от того, если высказывать ее вежливо и компетентно. Правда, это такая штука, что если смешивать ее с негативом – она может быть искажена. У нас все получится, правда. Я обещаю.
-Пожалуйста, не ссорьтесь, - попросила Хена, - Как сказал Ракар, это тоже стратегия. И мы не обязаны обсуждать ее прямо сейчас…
-Верно, - бросила андорианка, - Просто скажите, кто хочет мне помочь?
Ракар кивнул андорианке.
- Я уже обещал давать интервью, и собираюсь это сделать.
- Коллеги, - снова подал голос Освальд, - давайте мы все интервью тоже будет друг с другом согласовывать. М'Кота, ты можешь быть тысячу раз права, но есть две проблемы: во-первых, ты обратилась к федеральной аудитории, а у них клингонская... э-э-э... манера подачи информации может вызвать отторжение ко всей этой истории и лично к Артуру. Во-вторых, мы все опять действовали несогласованно! Это не твоя вина, но это лучше объясняет, почему твоё выступление могло принести неприятности. Незадолго до него мы с Кристаль договорились об интервью сегодня вечером. Я хотел представить проект в лучшем виде, привлечь внимание к нашим положительным сторонам, чтобы зрители нам симпатизировать начали. Даже боюсь представить, что теперь подумает публика. В общем, это будет непросто, и тут нам придётся аккуратно относиться к каждому слову, которое мы собираемся сказать. Я бы хотел предложить всем нам собираться каждый день, например, и делиться впечатлениями об интервью и корректировать планы на будущие встречи с Кристаль.
- Федеральная публика, скорее всего, подумает, что перед ней клингонка, - заметил Сатал. - Которая ведёт себя соответственно характеру своей расы. Скорее, люди удивятся, если клингон будет спокоен и доброжелателен в такой ситуации.
– И будь спокоен, клингоны это тоже увидят! – добавила М’Кота, а затем неожиданно подмигнула Ракару: – Мы, конечно, ребята прямые, но собирать информацию, тем более ту, которая лежит на ладони, мы тоже умеем!
В это время федеральный комбейдж Ракара подал сигнал, и ромуланец отошел чуть дальше от остальных. Выслушав сообщение, он вернулся на прежнее место и сказал:
- Я вынужден вас покинуть прямо сейчас, не говорите без меня тут … ничего лишнего, - произнес он, - благодарю за все высказанные мнения, метод Жантарин – на мой взгляд – очень хорош. Увидимся позже.
С этими словами он незаметно выключил свой прибор подавления звукозаписи в рукаве и покинул каюту.
Проводив взглядом Ракара, Самрита вновь взяла слово. Она решила не вступать в конфликт с М’Котой, к тому же Артур и так все ей объяснил – удивительно, но от его слов она не взорвалась так же, как от слов Баккер, хотя говорили они, по сути, одно. Они оба вообще вели себя сегодня…. странновато, но это Самрита решила обсудить с Жантарин и Хеной попозже.
- Хороший план, - кивнула она Освальду. – По крайней мере это то, что мы можем сделать! А действовать совместно – это ведь и есть то, для чего мы здесь, не так ли?
-Жалко, что Ракар ушел, - вздохнула Хена, тоже обернувшись на дверь, - Ну, так что еще мы будем делать, кроме подготовки к интервью?
Освальд улыбнулся Самрите и посмотрел по сторонам.
- Наверное, можно расходиться, - произнёс он. - Если надо, могу прямо сегодня неофициально сказать Кристаль, что М'Кота подумывает о поединке. Если мы тот план со счетов не списываем, конечно. Ну и кто-то мог бы в "Кварк'с" посидеть и громко это пообсуждать, - кадет снова посмотрел по сторонам. - А то там всегда есть лишние уши, которые что-то могут услышать и донести кому не надо.
-А М’Кота правда подумывает? - с сомнением уточнила Хена.
– Да я же сказала, у меня нет достаточных оснований, – нетерпеливо ответила клингонка, – именно поэтому проекту ничего не угрожает. Никаких заговоров и убийств, только непроверенные сплетни. И чья-то нервозность на этой почве. Ну, а если не прокатит, тогда обсудим другие варианты. И разумеется никто не мешает вам одновременно создавать ваше благоприятное впечатление. Что появится в наших новостях, я завтра вам покажу, если кому-то будет интересно.
 - Клингонские новости! – Самрита округлила глаза, пытаясь вообразить, как они вообще могут выглядеть. – Значит, мы решили? Мы делаем то, что в наших силах, а наши ромуланские и клингонские коллеги пробуют свои, кхм, методы? – уточнила девушка, вставая.
- Надо бы завтра утром ещё собраться и обсудить, как всё продвигается, - сказал Освальд. - У меня точно будут новости об интервью с Кристаль, надеюсь, вам тоже будет, что рассказать. Во сколько у нас первая презентация? Можно собраться минут за двадцать до неё. Можно даже прямо в голокомнате.
-Первая утренняя презентация в 10, - ответила Жантарин, тоже вставая, - Это будет Райза и, может, Тар даже не слишком обидится, если мы будем слушать его не очень внимательно.
«Она думает, мы живём в изоляции? – подумала М’Кота покосившись на Самриту. – О, да! Мы дикие варвары, а значит, у нас нет ни связи, ни службы информации!»
Вслух, впрочем, она сказала совсем другое:
– В голокомнате могут подслушать. Голокомнаты принадлежат Кварк’с, кто знает что туда могли напихать!
-Тогда здесь нас тоже могут подслушать, - поёжилась Хена, - Что, если за нами везде наблюдают? Как мы общаемся, как вместе принимаем решения, все такое… Исследуют и собирают информацию в рамках проекта.
- Ну, тогда, наверное, нас очень скоро вызовут на ковёр глинн Толан с коммандером Мори и скажут, чтобы мы ничего не предпринимали, - с усмешкой сказал Освальд.
Потом он задумался и, заметно помрачнев, добавил:
- Так, нет, завтра утром я буду занят с раннего утра и до самых презентаций. Что если мы здесь соберёмся в шесть утра за завтраком и всё обсудим?
- Да, нам надо завтра готовить презентацию, - кивнула Самрита, - но ради общего дела, я думаю, все будут в состоянии встать пораньше и потратить полчаса своего времени на координацию планов. Ой, я говорю, как Квинтилия, - удивленно добавила она.
- Завтра с утра начинается слушание по моему делу, - сообщил Сатал. - Если мы соберёмся в шесть… сколько времени нам понадобится на обсуждение? Вечером будет моя презентация, к которой мне нужно будет ещё кое-что подготовить.
- Минут двадцать, не больше, нам тоже надо презентацию готовить же, - помотал головой Освальд. - Я собираюсь просто бегло рассказать, чего вам следует ожидать от Кристаль и что я успею ей сказать. Это, наверное, даже половины всего времени не займёт. Надеюсь, кому-нибудь придёт в голову гениальная идея, как всё исправить, и мы её завтра обсудим за завтраком.
Сатал кивнул. В этом случае он успевал приготовить фол-хо-ра и хотя бы полчаса помедитровать перед слушанием.
___________________________________________________________
С Артуром, Ракаром, Самритой, М'Котой, Саталом, Хеной и Жантарин
« Последнее редактирование: 20 07 2016, 11:48:48 от Мори Джанир »

Есть у Федерации начало, нет у Федерации конца
Offline  
18 07 2016, 12:43:00 #211
Квинтилия Перим

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, вечер
Каюта Энн Уильямс


Сперва Квинтилия Перим честно ждала вызова от Ракара, потому что они ведь договорились пойти к Энн Уильямс вместе. Но вызова не было слишком долго, на взгляд трилла, а ожидание быстро начало действовать на нервы - девушка представляла будущий разговор в не самых оптимистичных красках, он висел над ней, как занесенный меч, и мешал сосредоточиться на очередном поручении младшего лейтенанта Авема. Такие ситуации Квинтилия не любила, и если могла, предпочитала не откладывать неприятное на потом, а пойти и “отстреляться” сразу.
Примерно с такими мыслями кадет Перим подходила к каюте Энн Уильямс. Еще издалека она увидела, как оттуда выходит советник Рилл и удаляется по коридору, но было хорошо или плохо то, что она уже поговорила с девушкой с Волана II, Перим не знала.
Какое-то время она медлила, не решаясь нажать на кнопку звонка, под безразличным взглядом охранницы каюты. Если бы кто-нибудь еще был здесь… пусть даже и Ракар, который вел себя в последнее время достаточно подозрительно… Девушка обернулась через плечо, почти готовая снова увидеть ромуланца рядом. В общем, если бы кто-нибудь еще был здесь, он мог бы сглаживать углы в грядущем разговоре, но никого не было. Наконец, вздохнув, Квинтилия нажала на вызов.
- Кто там еще? – раздался из-за двери голос Энн. – Советник, это вы? Можете входить, но я же сказала, что хотела бы собраться с мыслями.
-Это не госпожа Рилл... - сказала Квинтилия, осторожно заходя в каюту, когда СБ-шница отперла дверь, - Это я, кадет Уильямс. Я хотела поговорить с вами на ту тему, которую мы начали на Волане II. Точнее, я хотела узнать, последовали ли вы моим рекомендациям.
Когда она зашла, Энн сидела за своим компьютерным терминалом, а на экране за ее спиной было увидеть открытую форму для сообщения. Но как только она услышала голос Квинтилии, она резко обернулась и уставилась на трилла со смесью злости и недоумения, будто не понимая, как она вообще могла сюда явиться.
- А вот и сама Квинтилия Перим! – воскликнула Энн. – У меня тоже есть к тебе пара тем. Мне сообщили, что твой отчет был очень подробным. Гордишься, да?
-Да, конечно, - непонимающе ответила Квинтилия, - Хороший отчет всегда должен быть подробным.
- Тогда давай начистоту: из-за того, что ты написала, у меня сейчас огромные проблемы, и не делай вид, что ты об этом не догадывалась!
-Я писала только правду о том, что видела, - нахмурилась Квинтилия, скрещивая руки на груди, - И если у вас проблемы, то из-за того, что вы делали, кадет Уильямс, а не из-за моего отчета. Но вообще-то я как раз и пришла для того, чтобы узнать, как продвигаются ваши дела.
- Ты всегда так уверена в своей правоте, - медленно проговорила Энн, вставая со своего места и подходя к Квинтилии. – Значит, твоя правда в том, что я вас заперла? Я – вас заперла? И ты предпочла забыть, что я с самого начала была против, чтобы с вами хоть что-то случилось! И не лезь в мои дела и мои проблемы – как будто тебя это волнует!
Квинтилия отступила на шаг под напором Энн.
- Ты не слишком-то возражала своему отцу и выполняла его приказы, - ответила она, защищая свою точку зрения, - Ты держала в руках оружие, и нам пришлось разыгрывать спектакль и драться, чтобы выбраться из того ангара! Ты могла бы… могла бы… да много чего!
 - Да вам даже ничего не грозило! – воскликнула Энн. – И это не меняет того, что ты исказила факты: я вас не запирала, я возражала против любых враждебных действий против вас и, в конце концов, я вас отпустила. Видимо, зря. Теперь пришла поиздеваться, да? Это и был твой план изначально – затащить меня сюда уговорами, а потом сдать под суд?!
-Ты действовала вместе со своим отцом и отпустила нас только после того, как мы тебя вынудили, - фыркнула Квинтилия, - Ты могла бы возражать громче, могла бы взбунтоваться, могла бы сказать отцу, что он поступает неправильно, и если он хочет посадить нас, ему придется посадить и тебя тоже. Может, если бы он увидел такое поведение родной дочери, он бы задумался, и на площади ничего бы не случилось! Ты могла бы сама справиться со своим бойфрендом и выпустить нас! Могла бы подать нам какой-то знак, что ты на нашей стороне! Если бы ты действительно на ней была… Постой, какой суд? То есть… постойТЕ, кадет Уильямс.
- Тогда он бы запер и меня тоже, - произнесла Энн сквозь зубы, глядя прямо на трилла. – И лучше бы от этого никому не стало. А так у меня была возможность оценить ситуация и вас отпустить! Попробуй хоть иногда думать наперед, Перим.
Она перевела дыхание, раздумывая, отвечать ли ей на последний вопрос Квинтилии.
- Уверена, тебя туда пригласят. Сможешь дать показания против меня и сказать всю свою однобокую «правду». Что-то еще хотела обсудить? – с насмешкой спросила Уильямс.
-Лучше бы стало - для вас в Федерации, - тихо сказала Квинтилия, - Потому что сейчас вас будут оценивать за ваши реальные действия, а не за то, что вы “могли бы”, “хотели бы”, “имели возможность”, “собирались, но упс! не успели”. Я писала о том, что видела сама, а не о том, что у вас в голове, тем более, что у вас там явно все слишком сложно. И даже сейчас я не до конца уверена, что вы говорите правду и что я не совершаю большую ошибку, даже разговаривая с вами. Но я решила дать вам шанс, и поэтому я все еще здесь, хотя вы явно плохо ко мне относитесь. Так скажите, кадет Уильямс, вы хотите, чтобы я сейчас ушла?
- Ты писала, что я вас заперла, а это неверно! – воскликнула Энн, чувствуя всю безысходность ситуации. – Но именно этому поверят, поверят тебе и твоим друзьям, а не мне!
Она закусила губу, пытаясь успокоиться. В глубине души Энн понимала, что в словах Квинтилии есть доля правды – и может быть даже довольно большая доля, - но не была готова это признавать.
- Да какой еще шанс, - скривилась Энн и с грустной усмешкой оглядела стоящую перед ней девушку – такую идеальную и правильную, такую федеральную. – Зачем мне твой шанс, если со дня на день меня исключат из Академии и проекта, а может быть и вовсе… - она не договорила.  – Почему тебя вообще волнует, как я к тебе отношусь, если для меня тут все закончено?
-Прямо сейчас я очень стараюсь, чтобы твое отношение ко мне меня не волновало, - буркнула Квинтилия, - И, если уж на то пошло, чтобы мое отношение к тебе тоже не влияло ни на что. Поэтому ты можешь просто рассказать, о каком суде ты тут кричишь?
- Зато твои слишком подробные отчеты уже повлияли, - проворчала Энн, возвращаясь к своему столу.
Она не спешила говорить, оценивая, стоит ли вообще доверять этой федеральной зазнайке, но в итоге желание выговориться взяло верх.
- Меня сегодня уже начали допрашивать, - нехотя начала Энн. – Это была только первая часть, завтра продолжат. Они спрашивали… в общем, неважно, пока это никак не касалось событий на Волане II, но завтра перейдут непосредственно к ним. И к тому, что делала я. И если мои ответы им не понравятся – а врать я не собираюсь, что бы ты там себе не думала! – то меня ждут определённые последствия. И исключение из Академии еще не самые страшные, - криво усмехнулась она.

___________________________
совместно с Энн Уильямс
Продолжение следует...


Ex Astris, Scientia
Offline  
18 07 2016, 12:43:09 #212
Квинтилия Перим

Re: Сезон 3, Эпизод 3

Продолжение:

-А что, я должна была написать плохой отчет и выгораживать тебя? С какой это стати? - надулась Квинтилия, окончательно перейдя на “ты”, - Но, подожди… Ты ходила на какой-то допрос? А… эээ… зачем?
- Ты могла… - начала Энн, но не закончила, потому что Квинтилия была в общем-то права. Снова! А затем в интересом оглядела девушку: - Ты что, издеваешься или правда не понимаешь? Ты не заметила, что с момента прибытия на ДС9 я нахожусь под охраной? Или ты думаешь, что быть здесь, - она обвела взглядом каюту, - мое желание, а та вулканка у дверей – мой личный лакей? Ну так вот, началось расследование событий на Волане II, поэтому я и не смогла сегодня быть на этих ваших презентациях. Пока вы там развлекались, меня спрашивали… разное. И это было только начало.
-Это ты издеваешься! - воскликнула Квинтилия, хватаясь за голову, - Ты вообще слышала, что я говорила тебе на планете?! Почему никто никогда меня не слушает? Этот мир был бы куда лучше, если бы все просто заткнулись и делали, как я скажу!
- Да-да, конечно, ты лучше всех знаешь, - махнула рукой Уильямс. – Жаль, что не все живут в твоем идеальном мире. И что же ты имеешь в виду? Чтобы я сделала свой выбор? Ну так и выбрала остаться в вашем проекте, только вот не знала, что меня сразу же возьмут под стражу! Хороший совет был, ничего не скажешь.
-Значит, ты больше не хочешь вернуться домой к своей драгоценной семье? - с удивлением спросила Перим.
- Знаешь, до того, как меня посадили под арест, я собиралась быть такой же участницей этого проекта, как и ты, - немного обиженно ответила Уильямс. – И вернуться в Академию, и закончить учебу… Зачем бы иначе я вообще с вами полетела? Но теперь я в этом уже не уверена, - она стиснула зубы и отвернулась, потому что на глаза опять начали наворачиваться предательские слезы.
Перим присела на край нижнего яруса кровати.
-Ты полетела с нами, потому что это было правильно. Иначе ты бы стала дезертиром, и рано или поздно тебя бы поймали и судили за предательство, - твердо сказала она, - Ты говоришь - закончить учебу. А что потом? Как ты в идеале видишь свою жизнь через… ну, скажем, пять лет?
- Академию можно бросить, - хмыкнула Энн. – Как будто из нее никто никогда не уходил добровольно! Только вот я этого не хотела. И уж тем более я никого не предавала, - вспыхнула она. – Но какой смысл рассуждать теперь? Вряд ли меня просто так отпустят, если я не соглашусь шпионить и выдавать своих. А я не соглашусь. Так что неважно, уже никак я ее не вижу…
-Нет, нет и нет! - Квинтилия снова вскочила на ноги, - Твой подход в корне не верный! Тебе нужен план! Большой план с идеальными целями. Ты должна задать себе самую высокую планку и стараться ее достичь, а уж снизить ее ты всегда успеешь. Знаешь, если ты не будешь ничего просить от жизни, ты ничего и не получишь. Ты можешь мечтать вернуться домой, построить свой собственный большой дом, работать на земле, завести семью… А можешь хотеть быть офицером и когда-нибудь стать капитаном...
- А могу через неделю оказаться в тюрьме! – воскликнула Энн. – Очнись, это ты в своем идеальном мире можешь себе напланировать все, что хочешь, и оно даже сбудется, а я стою в одном шаге от обвинений в предательстве и действиях против Федерации!
Квинтилия снова села и уронила голову на руки в жесте отчаяния.
-Хорошо… - сквозь зубы пробормотала она, - Продолжай быть негативной, если тебе так нравится. Тогда максимальная цель будет в том, чтобы ты не попала в тюрьму. Тебе уже выдвинули обвинения официально?
- Неплохая цель, - Энн даже улыбнулась, хоть и довольно невесело. – Пока еще нет. Но они ясно дали понять, что обвинения будут, если я откажусь сотрудничать. А под сотрудничеством они понимают предательство!
-Нет, ты что-то путаешь, - нахмурилась Квинтилия, - Это не-сотрудничество означает предательство. Предательство Звездного Флота и Федерации, потому что предполагается, что ты должна работать на них, помогать им и следовать их целям. О каком еще предательстве может быть речь?
- А как насчет свидетельствовать против своих родных и близких, сообщаться информацию о стратегических объектах на моей родине, о ресурсах и контактах? Разве это не предательство?
-Какая разница, кто поступает плохо - незнакомые люди или близкие? - пожала плечами Квинтилия, - Преступления это преступления, и если ты их выгораживаешь, ты сама становишься сообщником. Если ты на самом деле считаешь, что они неправы, но они же твои близкие, а потому ты как бы обязана их защищать, то ты идешь против своей совести и предаешь сама себя, а это глупо и неправильно. Никто никому ничего не обязан, твои родственники - просто люди, совершенно отдельные от тебя, которые тоже легко могут быть неправы. А вот если ты находишь им оправдания и в душе согласна с тем, что они делают… тогда… тогда ты с ними заодно. У тебя что?
- Это неважно, - Энн снова закусила губу. – Я только считаю, что это не касается Федерации, и они не должны туда лезть! У Ракара же не требуют сдавать секреты Ромула, или у Тенмы – выкладывать все про Кардассию. И еще я считаю, что они не имеют права шантажировать меня тем, что было на Волане II, и тем более тем, что было 10 лет назад! И… И я люблю своих родственников, неужели это так странно у вас в Федерации?
-Это не то же самое! - воскликнула Квинтилия, - Ракар и Тенма не работают на Федерацию, а ты - предполагается, что работаешь!
Энн сложила руки на груди и посмотрела на Квинтилию:
- Ты что-то там говорила про совесть – ты бы пошла против своей?
-Я просто объясняю, почему к тебе относятся так, как относятся, - закатила глаза Квинтилия, - Твоя жизнь сейчас принадлежит Звездному Флоту, как и моя. Мы не свободны. Поэтому от нас ждут определенного поведения, дисциплины, подчинения, следования общей заданной идеологии и готовности защищать своё - то, что лежит по эту сторону границы, в не по другую, как твой Волан II. Сейчас им нужна твоя информация, и как верный Звездному Флоту и Федерации кадет, ты должна ее предоставить. Ты не можешь требовать к себе особого отношения - мол, вот эти правила мне подходят, а вот здесь сделайте мне, пожалуйста, исключение, потому что я не такая, как все. Ты же будущий офицер, а офицеров распределяют на корабли и отправляют на миссии не по их собственному выбору. Что, если твой будущий корабль отправят в Пустоши преследовать маки, среди которых будут еще твои знакомые? Ни тебе это не понравится, ни твоя команда никогда не сможет полностью во всем на тебя полагаться. Нет, ты, конечно, можешь написать заявку и попросить о переводе, но это не значит, что адмиралы сразу сорвутся и побегут выполнять твои желания. Или им все время придется думать - а можно ли поставить сюда Уильямс? А стоит ли поручать ей что-то ответственное? А выдвигать ли ее на повышение или отдать это место тому, в чьей верности мы уверены в 100% ситуаций, без исключений? И если тебе это не нравится… если ты к такому не готова... тогда ты сама знаешь, что делать, - трилл поджала губы, - Просто стань такой же, как Тенма и Ракар. Когда мы говорили на Волане II, мне казалось, что ты это понимаешь.

_________________________
совместно с Энн Уильямс
Продолжение следует...


Ex Astris, Scientia
Offline  
18 07 2016, 12:43:31 #213
Квинтилия Перим

Re: Сезон 3, Эпизод 3

Продолжение:

- Если бы все было так просто, - грустно пробормотала Энн, глядя куда-то в сторону. – Может быть, я вообще зря все это затеяла. Завтра узнаем, что они на самом деле от меня хотят, и идет ли речь только об исключении из Академии.
-Ты что, собралась сидеть и ничего не делать до завтра? - возмутилась Квинтилия, - Плыть по течению и смотреть, что с тобой будут делать другие? Если завтра тебе предъявят официальные обвинения, твой статус изменится, как ты не понимаешь? Ты станешь кадетом Звездного Флота, обвиняющимся в пособничестве маки. Конечно, обвинения - это еще не приговор, но в твоем случае особо напрягаться с доказательствами не надо. А это вплоть до 18 месяцев в исправительном поселении. Что сложного в том, чтобы перестать работать на Звездный Флот?
- О, похоже, ты наконец-то поняла, о чем я говорила с самого начала, - усмехнулась Энн. - И что же ты мне предлагаешь делать? Бежать со станции под покровом ночи? Неплохая идея, между прочим! Может у тебя и корабль есть?
Квинтилия смотрела на Энн круглыми глазами.
-Я предлагаю, - медленно произнесла она, - написать заявление об отчислении из Академии по собственному желанию. По-моему, это должно было быть очевидно с самого начала. Обязательно заставлять меня все раскладывать для тебя по полочкам? Ты выполняешь приказ на Волане II и прибываешь на место службы, как послушный кадет, а не дезертируешь, отказавшись явиться. Отчисляешься и становишься просто гражданкой Волана II. Все законно и чисто.
Энн задумчиво посмотрела на трилла. Это звучало довольно просто. Слишком просто.
- Заявление я могла написать и на «Саратоге», но тогда я была готова продолжать. Это же значит – сдаться, предать свою мечту. Да, знаю, сейчас это звучит глупо, но на Волане II я решила пойти с вами именно из-за этого. Тогда я думала, что у меня еще есть шанс остаться в Академии в этом проекте. Даже до сегодняшнего слушания я бы уверена, что это простая формальность, и меня сразу же отпустят, ведь я ничего не сделала! К тому же, зная бюрократию в Звездном Флоте, нет никакой гарантии, что это заявление не рассмотрят уже после слушания!  – а затем усмехнулась: – То есть ты бы так просто сдалась?
-О какой мечте речь? - поморщилась Квинтилия, - Пятнадцать минут назад ты не могла сказать, чего хочешь от будущего, и что для тебя главное избежать суда и тюрьмы, а теперь какая-то мечта всплыла? И ты все время так странно говоришь - “остаться в Академии в этом проекте”, как будто это одно, но это же две разные независимые вещи.
- А ты не можешь понять, что у «маки», - Энн изобразила кавычки пальцами, - тоже могла быть мечта? Зачем, по твоему, я вообще поступала в Академию и училась там три года? Чтобы с позором оттуда вылететь? И да, представь себе, сегодняшнее слушание перевернуло мой мир и мое восприятие, и теперь я больше не уверена в том, что мне там место – в том числе благодаря тебе и всем твоим друзьям из проекта. Но ты действительно права, - нехотя признала Энн – она знала, что это польстит самолюбию Перим, чего ей совсем не хотелось. – Если у меня не появится идей лучше, завтра я именно так и сделаю. Пора с этим покончить, раз мне не место в вашей Академии. А что касается проекта, то я попала сюда как кадет Академии и исключительно за свои заслуги там. Что мне тут делать теперь?
-Когда ты сам принимаешь решение уйти откуда-то или от кого-то - это не считается “вылететь с позором”. Потому что ты контролировал это сам и сделал то, что хотел, или должен был, - тихо сказала Квинтилия с непонятной грустью в голосе, но затем на ее лице появилось обычное высокомерное выражение, - Ты, конечно, входишь в топ 5%, Уильямс, но если кого-то и взяли сюда за заслуги и оценки, то это меня. Насчет тебя у руководства могли быть совершенно иные концепции.
- Считается, - покачала головой Уильямс. – Может быть не для других, но для себя. И до завтрашнего слушания у меня есть время решить, хочу ли я так просто сдаться или буду бороться дальше.
Когда Квинтилия вернулась к своему привычному тону, Энн показательно возвела глаза к потолку:
- Мы тут, конечно, все уникальные и все такое, но и Лайтмана, и Макдауэлла, и  Жантарин, и всех остальных кадетов Академии - даже меня - взяли за то, что мы лучшие по результатам – иначе бы мы сюда не попали. Так что поумерь свою гордость! Или ты думаешь, что мне сделали исключение из-за того, что я с маленькой затерянной в ДМЗ планетки? Типа как раньше баджорцев брали по упрощенной системе? Как бы то ни было, если меня исключат, то никакого права участвовать в проекте у меня уже не будет.
-Вообще-то - да, я так и считаю, что дело в твоей планетке! - фыркнула Квинтилия, - И то, как с тобой трудно общаться, доказывает, что вот именно в твоем случае нам есть куда развивать межпланетное взаимодействие и дипломатию. Ты же будешь гражданкой другого государства, как Тенма, Ракар и М’Кота. В любом случае, если ты захочешь остаться в проекте, не тебе решать, можешь ты или нет, а координатору Толан… или даже адмиралам. Но знаешь что? Думай дальше сама, - девушка поднялась на ноги, - Но вот лично мне кажется, что тебе лучше вообще не ходить ни на какое слушание.
Энн скептически слушала рассуждения Перим, стараясь скрыть обиду за усмешкой.
- Так вот какого ты обо мне мнения, Перим. Обо всех остальных тоже, да? То есть вроде как только ты тут по реальным заслугам? – хмыкнула она.  – Ладно, неважно, думай себе, что хочешь, если тебе это поднимает самооценку. Но что ты имеешь в виду – не ходить? «Эй, я тут подумала и решила, я не хочу никуда идти, и на суд тоже не хочу», а они такие: «Ну раз не хочешь, то, конечно, не ходи», - и все довольны? Ты так себе это представляешь? – Энн даже рассмеялась и тоже встала, чтобы не смотреть на трилла снизу вверх.  
-Все тебе объяснять надо, да? - хмыкнула Квинтилия, - Сделай так, чтобы Звездный Флот не мог тебе приказать, а потом привлечь тебя за невыполнение прямого приказа. Заяви, что ты гражданка другого государства и у них нет права тебя судить. Хотя пока ты их будущий офицер - оно есть, но это мы уже обсудили. Просто сядь и сиди - не поволокут же они тебя силой? Они… то есть мы - не такие. По-крайней мере, у тебя появится отсрочка, пока они будут решать, как на это реагировать. И подумай о том, кто мог бы тебя защитить. На ДС9 когда-то было несколько посольств, где можно было бы укрыться, и пока Бэйджор не входил в Федерацию, можно было попросить защиты в их храме, но теперь я не знаю, сработает ли это. А из послов на станции только кардассианский… он приехал раньше, чем все думали, Авем срочно готовит для него каюту… но боюсь, тебе это не подойдет.
- Кардассианский посол… А ты изобретательная, Квинтилия! – рассмеялась Энн, но было заметно, что она обдумывает предложение Перим. – Не ожидала от тебя такого: я думала, ты можешь только играть по правилам.  Это ведь… неплохая идея! Не оптимальная, но неплохая.
-Я играю по правилам, - холодно заметила Квинтилия, - Просто я стараюсь знать их все, а не только те, которые играют на меня… то есть на Федерацию.
- Конечно-конечно, - усмехнулась Энн. Ей показалось, что именно эти слова про правила почему-то особенно задели Перим. – Только скажи, зачем ты вообще мне помогаешь? Я думала, ты хотела, чтобы я присоединилось к проекту, это было твоей целью, что-то вроде галочки в списке… Но теперь ты предлагаешь мне способы избежать суда… зачем? Что это тебе даст?
Квинтилия уже двинулась было к двери, но слова Уильямс ее остановили.
-Дело не в том, что я хотела, чтобы ты присоединилась к проекту. Еще на Волане II я решила, что просто не хочу, чтобы ты пустила свою жизнь под откос. Я думала, что мне удалось это сделать, но кое-кто напомнил мне, что это не так, и что я все еще несу ответственность за это дело, которое начала.
- И при этом теперь ты хочешь, чтобы я ушла из Звездного Флота, - Энн сложила руки на груди, изучая Квинтилию, и усмехнулась: – Знаешь, я как-нибудь справлюсь. Наверное. Можешь снять с себя эту ответственность и заниматься своими делами! И… спасибо за совет. Возможно, у тебя появится еще один шанс говорить, что ты была права, а тебя снова не послушали.
-Значит… ты уже решила не слушать меня? - пораженно спросила Квинтилия, - Но почему? Да, я правда считаю, что Звездный Флот - не для всех. Но и ты послушай сама себя - ты говоришь о “закончить Академию”, “остаться в Звездном Флоте” как будто это сами по себе конечные ценности, но это не так! Как будто ты закончишь Академию - и твоя цель будет достигнута. А Академия, и Звездный Флот - это же всего лишь инструменты или ступеньки на пути к чему-то большему, а у тебя нигде не звучит, что ты хочешь именно то большее, к которому готовит именно Академия. Ты не производишь впечатление человека, который страстно хочет быть капитаном своего корабля, быть лицом Федерации и представлять наши ценности в дальних уголках Галактики. Хотя бы потому, что эти ценности - не твои, твои сограждане только что это показали, и ты, похоже, согласна с ними. Зачем тебе быть с людьми, с которыми ты не согласна и которые не доверяют тебе?
- Но почему ты считаешь, что лучше меня знаешь, что мне нужно? – Энн уже даже не возмущалась, ей действительно было интересно, что от нее хочет Квинтилия. – Ты считаешь, что я недостаточно хороша для вашего Звездного Флота, и поэтому хочешь, чтобы я ушла? Так вот для чего это все было! Я не укладываюсь в представления Квинтилии Перим об идеальном офицере! А я-то думала, ты действительно за меня переживаешь, - расстроенно закончила она и тут же вернулась к защитному тону: - Не волнуйся, если это будет в моих интересах, я напишу заявление об отчислении, и ты будешь собой гордиться! Не буду тебя больше задерживать!
-Я просто думаю, что ты была бы счастливее, - тихо сказала Квинтилия, - Иногда ты делаешь что-то всю свою жизнь, стремишься к чему-то, у тебя даже что-то хорошо получается… и понимаешь, что это всего лишь привычка, что на самом деле ты не счастлив и хочешь совсем другого. И нет ничего позорного в том, чтобы признаться в этом и повернуть свою жизнь в совершенно перпендикулярном направлении, бросив то, что тебе на самом деле не подходит. Потому что смысл именно в том, чтобы найти то, что подойдет, от чего у тебя возникает яркое ощущение предназначения и правильности происходящего. Я знаю, что это требует честности по отношению к себе и смелости выйти из колеи, и было бы здорово, если бы рядом нашелся человек, который это понимает. Но я не буду тебя больше беспокоить, Энн Уильямс.
Развернувшись, девушка вышла из каюты.
- Ты точно сейчас говоришь обо мне? – тихо спросила Энн у закрывшейся двери. Вздохнув, она вновь активировала свой терминал и приступила к тому, что упорно делала последние несколько дней: попытке связаться с домом.

_________________
совместно с Энн Уильямс


Ex Astris, Scientia
Offline  
20 07 2016, 11:48:09 #214
Мастерский произвол

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, вечер
Коридоры станции


Когда все разошлись, Самрита вышла из каюты Артура вместе с Жантарин. Оглядевшись и убедившись, что все направились по своим делам и из никто не слышит, Баккер обратилась к подруге:
- Что это вообще было? Я имею в виду, Артур и М'Кота - мне же не показалось?..
Жантарин покосилась на Самриту.
-Не понимаю, о чем ты говоришь, - сказала она с внезапной холодностью, - Что тебе показалось?
Самрита удивленно взглянула на андорианку, продолжая идти вровень с ней.
- Ты что, не заметила? Все эти взгляды, и как он ее обнял… По-моему, это очевидно, хоть и странно!
-Это… и правда странно, - подтвердила Жантарин, - Но может, для клингонов это нормально? У них там иногда мужчину от женщины только по бороде и отличишь - с их формой и длинными волосами. Кто их знает, что у них там с отношениями полов, может, они такие жесты воспринимают спокойно? Это может ничего не значить.
- Но Артур-то не клингон, - не унималась землянка. – И он так на нее смотрел! А ты видела, как она ополчилась на мои слова, зато, когда Артур сказал то же самое, сразу же успокоилась? – в голове Самриты начала строиться стройная теория, которой она теперь искала подтверждения. – Представляешь, если из них получится пара?
Самрита замолчала на мгновение, пытаясь это всерьез представить, но затем помотала головой, прогоняя навязчивые образы.
-Может, Артур просто лучше знает традиции клингонов и в заключении у него было время поработать над теорией межрасовых взаимодействий? Может, он просто ведет себя по-дружески? Потому что будь на месте М’Коты другая девушка, она бы не потерпела такой фамильярности при всех, а значит, для нее это нормально, либо… либо они уже пара.
Пораженная своими же собственными словами, Жантарин замолчала.
- Оу, - только и сказала Самрита, встретившись взглядом с андорианкой. – Похоже на то. И теперь я не смогу заснуть, пока не узнаю, что между ними происходит. Но, с другой стороны, это ведь ожидаемо, что на проекте начинают складываться пары? Просто Артур и М’Кота!.. – она до сих пор не могла уложить это в голове. – Ну, значит, тогда они отлично справляются в задачей знакомства с другими культурами!
-Нет, Самрита, нет! - воскликнула андорианка, - Прошу тебя, не пытайся ничего узнавать и не рассказывай никому больше о том, что видела. Даже не думай об этом! Просто потому что… потому что вдруг мы… то есть ты, не права? Если между ними ничего нет? Или если они еще не успели поговорить об этом? Я не хочу, чтобы… то есть в принципе нехорошо будет, если о них пойдут слухи до того, как они сами все решат. Я не знаю, как это должно быть в идеале, как люди показывают всем, что они вместе или нет, обычно это происходит как-то естественно и вопросов не возникает… Но в этом случае давай просто немного тихо понаблюдаем и пусть этот наш разговор будет секретом.
- Хорошо-хорошо! – Самрита примирительно подняла руки. – Хотя, мне кажется, сегодня было именно это – они всем показали, что между ними что-то есть. Но ладно, обещаю, я больше ничего никому не скажу! Но почему ты вдруг так стала волноваться за них? В Академии уже все со всеми успели перевстречаться, и из этого обычно не делали больших секретов…
-Потому что это проект, - ответила Жантарин, - Да, все дело именно в этом. У нас с дружбой-то не очень получается, а уж с межпланетной любовью тем более надо быть особенно осторожными. Кстати, о дружбе - спасибо, что поддержала мою идею. Хотя, признаться, я рассчитывала и на остальных тоже.
«Именно в этом?» - Самрита внимательно посмотрела на подругу, но решила оставить этот вопрос при себе. Андорианке очень уж хотелось перевести тему, и Самрита решила ей не мешать.
- Это была самая здравая мысль сегодня! – закивала она. – И все наши ее поддержали, так что не волнуйся, все получится. Думаю, и остальные кадеты бы нас поддержали, будь они там – насколько я знаю Тара или Брола, они тоже за мирное решение проблем.
-Что могут Тар и Брол! - отмахнулась Жантарин, - Нет, конечно, если мы придумаем митинг или пикет, они пригодятся, но если речь об интервью… Признаться, я рассчитывала на М’Коту и Сатала, потому что они больше всего времени провели с Артуром в той миссии.
- Помощь никогда не будет лишней, - покачала головой Самрита, но тут же добавила: - Никуда они не денутся, помогут. Ну, может, кроме М’Коты, я бы побоялась выпускать ее перед камерой, если она не согласится играть на нашей стороне. Кстати, что там было с этим поединком, ты поняла? Я ничего не смыслю в клингонских обычаях и даже не представляю, что она имела в виду.
-Это же клингоны, - фыркнула Жантарин с наигранным пренебрежением, - У них на каждый чих найдется обычай, и больше чем в половине случаев это будет поединок. Не обращай внимания. Меня больше волнуют обещанные ею клингонские новости - я готова допустить, что у нас могут быть проблемы с Кардассией, этого вряд ли получится избежать, но если на Федерацию еще и Клингонская империя одновременно наедет… - девушка передернула плечами.
- Думаешь, М’Кота устроит нам проблемы? – нахмурилась Самрита. – Значит, она вообще не понимает, зачем мы здесь и зачем всё это! И это сейчас, когда нам надо объединиться… Почему с этими клингонами все так сложно! Ладно, - вздохнула она, - поговорим с ней еще завтра утром, может в шесть утра она более миролюбивая.
-На что ты всегда можешь рассчитывать - так это на клингонскую несдержанность, - туманно заметила Жантарин.
Самрита молча кивнула, предвкушая, что ей с этой клингонской несдержанностью еще и жить.
- Увидимся завтра, - проговорила она у входа в свою каюту. – Надеюсь, тебе понравится завтра наша презентация… Правда, мы ее еще даже не начинали!
Offline  
20 07 2016, 16:56:02 #215
Освальд Макдауэлл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер
Бар “Кварк’с”, голокомнаты


После совещания Освальд прошёл немного по коридору и встал у стены, давая остальным уйти, после чего нажал на коммуникатор.
- Макдауэлл вызывает Тенму. Я направляюсь в голокомнату. Ты свободен? Сможешь выделить хотя бы полчаса, а лучше час?
Темна ответил утвердительно и сообщил, что как раз сейчас находится в баре у Кварка, недалеко от голокомнат.
Освальд пришёл в бар, арендовал голокомнату и заказал кружку рактаджино, чтобы побороть усталость. А потом осмотрелся, надеясь увидеть кого-нибудь нужного: Тенму, Перим, Кристаль Харт или рептилоида, которого они собрались опознавать.
Освальда тоже заметили - Тенма стоял возле самого дальнего конца барной стойки и активно махал ему рукой. В другой руке у него была большая плоская коробка, украшенная блестящей розовой фольгой. И конечно же, рядом была одна из дабо-девушек, в пестром полупрозрачном платье и с блестящими кристаллами страз, наклеенных на скулы. Непонятно было только, на кого она смотрела с большим интересом - на кардассианца или на коробку в его руках.
-Похрани это пока для меня, Алуура, - попросил Тенма, а потом погрозил девушке пальцем, - Но если тронешь хоть одну - я замечу. Все-таки это подарок. Освальд! Ты закончил со своим сборищем быстрее, чем я думал.
- Надеюсь, мы тоже быстро управимся, - землянин пожал плечами, торопливо поглощая рактаджино. - Что, у кого-то день рождения скоро? Впрочем, не важно. Пойдём. А то у меня ещё одно дело есть, а я уже с ног валюсь, и не удивлюсь, если у тебя тоже имеются планы на вечер.
Кардассианец отдал коробку дабо-девушке и вместе с коллегой по проекту направился к голокомнатам.
-Полагаю, речь пойдет о моделировании внешности того зеленого, которого мы видели вчера?
- Да, - кивнул кадет в ответ, - мы ведь об этом и договаривались. У тебя что-то ещё было на уме?
-Пара вещей, - беспечно ответил Тенма, но когда они подошли к дверям комнаты, выражение его лица и тон голоса стали серьезными, - Послушай, Освальд… Я хочу быть честным и предупредить тебя заранее. Моя фотографическая память, она… Нет, я горжусь своими способностями и тем, на что способен дисциплинированный кардассианский мозг, но иногда… Иногда я делаю ошибки. Полагаю, дело в том, что я начал тренироваться слишком поздно, уже после шести лет, а обычно в хороших семьях образование начинается раньше. Не думаю, впрочем, что в данном конкретном случае у нас будут проблемы, потому что тот инопланетянин был весьма… кхм, запоминающимся. Но на всякий случай, я подумал, что тебе следует знать.
- Если возникнут трудности, нам ещё компьютер с федеральной базой данных сможет помочь, - безразлично пожал плечами Освальд. - В конце концов, количество рептилоидов, да ещё с такими отличительными чертами, не может быть слишком большим. Хотя бы пары запоминающихся черт уже будет достаточно, чтобы машина подсказала вариант. Ну, наверное.
-Наверное, - с оттенком сомнения согласился Тенма.
Они вошли в голо-комнату, создали гуманоидную болванку, подключили федеральную базу данных и потихоньку начали добавлять запомнившиеся черты.
-Что ты собираешься делать, когда смоделируешь, как он выглядит, и узнаешь, к какому виду он принадлежит? - спросил Тенма после того, как они выбрали правильный оттенок зеленого цвета для кожи.
- Сначала попытаюсь выяснить, кто это такой, а дальше... - он с сомнением посмотрел на кардассианца, - что-нибудь придумаю, в общем. Так, у него, кажется, был вертикальный гребень, идущий через всё лицо... такой? - Освальд вставил элемент, больше всего запомнившийся ему.
-У него еще были такие сегменты, похожие будто их вылепили пальцами, - добавил кардассианец, - Компьютер, добавить. Да, что-то вроде того, - он отошел на пару шагов, оценивая результат, - По-моему, теперь нам нужно больше черных пятен вдоль гребня… Послушай, если тебе так интересно, в чем там было дело, ты можешь просто обыскать ее комнату.
Освальд удивлённо посмотрел на своего коллегу.
- Во-первых, не факт, что это что-то даст, а во-вторых, формально, это будет незаконное проникновение. Не хотелось бы нарушать правила без действительно веской причины, особенно сейчас, когда судьба всего проекта висит на волоске и когда рядом вездесущая Кристаль со своей камерой и желанием делать далеко идущие выводы.
-Значит, всего лишь надо, чтобы никто не узнал, - пожал плечами Тенма, - А если не выйдет - списать все на юношескую шалость. В конце-концов, ты и так уже лезешь в ее личную жизнь - поэтому мы здесь. А поскольку ты подозреваешь, что у нее могут быть проблемы, то все это ради ее же блага. Иногда людям сложно понять, что для них хорошо, и им нужно помочь.
- Поверь мне, - усмехнулся Освальд, - Квин не из тех, кто нормально воспринимает поддержку, желание помочь или вообще любой направленный на неё позитив. Уверен, что за такое она будет добиваться моего исключения из проекта, а может и из Академии. К тому же, я пока не знаю, есть ли у неё какие-то проблемы, мне просто показалось, что она немного дёрганая. Может этот тип - друг семьи Перим, сообщивший какое-то грустное известие. Тогда мне не придётся никак пересекаться с нашей пятнистой зубрилкой, и обо всём этом можно будет просто забыть.
-Ну да, конечно, друг семьи, - насмешливо повторил Тенма, - Глаза у этого друга были посажены глубже, кстати. К вопросу о помощи. Вы ведь придумали, как избавиться от Корама, не так ли?
- Мы просто ужинали вместе и общались, - сказал Освальд и сосредоточенно посмотрел на формирующееся лицо. - Что-то не то... глаза... не думаю, что ты разглядел их цвет с того расстояния. Ладно, может компьютер потом подберёт правильный.
-Ну знаешь, цвет глаз было сложно разглядеть с такого расстояния, тем более, что на них правда падала тень, - заметил Тенма, - Ужин в каюте приятеля по проекту, чтобы поддержать его - какие вы молодцы. Полагаю, мое приглашение затерялось где-то в почте? Других причин я просто не вижу, вы же собирались не ради того, чтобы поливать грязью мою страну, не так ли? - шутливым тоном спросил кардассианец, - Кому как не тебе знать, что я - хорошая застольная компания.
- А ты бы стал Артура поддерживать или говорить, что он виноват и должен понести наказание? - будто бы безразлично спросил Освальд. - Хм... а ты не помнишь, какие у этого типа были уши?
-Ушных раковин у него точно не было. А Артуру я сказал бы правду, впрочем, как раз у него нет проблем с ее принятием, и мне это нравится. Это ты хочешь, чтобы я помог ему избежать наказания, но, признаться, я до сих пор не услышал причины, которая убедила бы меня помочь вам.
- Ну, очевидно, ты за пару дней лучше узнал Артура, чем я за остальное время на проекте и до этого в Академии, - саркастически заметил землянин. - И я тебя о помощи с его ситуацией не прошу, мне достаточно было узнать твою позицию.
-Ты хотел узнать о компромате, спрашивал о кардассианских юристах… Что это было, как не просьба о помощи?
- Хорошо, перефразирую: я раньше просил тебя о помощи, но твой ответ заставил меня понять, что я во всём был неправ, и теперь я тебя ни о чём не прошу.
-Справедливо, - согласился кардассианец, - В конце концов, моя помощь могла бы означать, что я иду против своего государства, и это было бы весьма некрасиво с моей стороны, так что я рад, что ты это понимаешь. Однако, поскольку мы друзья, я все-таки кое-что скажу, надеюсь, это придаст твоим мыслям новое направление. Когда вы избавитесь от Корама… что помешает Кардассии просто прислать нового официального обвинителя на его место?
- Если ты уверен, что кто-то собирается, как ты выразился, избавиться от Корама, то тебе стоит сообщить об этом в службу безопасности, чтобы наш почётный гость не пострадал, - немного раздражённо проговорил Освальд. - Я, как ты можешь видеть, не служу там, и мне обо всём этом говорить смысла нет.
-Я просто говорю, что об этом стоит подумать, - развел руками Тенма, - Если ты думаешь дискредитировать его с помощью компромата, служба безопасности ему не поможет, и ты избавишься от него, но что дальше? Как я это вижу, красота этого дела в том, что оно политическое, а значит - государство против государства. И чтобы изменить это, вам нужно… что?
- Никаким "нам" ничего не нужно, - нахмурился Освальд. - А вот мне лично кое-что нужно. Мне нужно, чтобы ты прекратил эти инсинуации в адрес меня, моих друзей и всей Федерации заодно. Понятия не имею, что о федератах рассказывают в кардассианских школах и военных академиях, но заговоры, шантаж, махинации и заказные убийства - это не наш путь, и мы ничего такого предпринимать не станем.
-Но ты же сам меня об этом спрашивал! - изумился Тенма, - О том, есть ли что-то, за что Корама “по головке не погладят”. И ты сам считаешь, что “Лайтман - дурак и должен быть наказан”. Кроме зрительной, у меня и другие виды памяти хорошие. Что с тобой сегодня такое?
- Спрашивал, - кивнул кадет. - А ещё я тебе сказал, что оставил эту затею. Мне тогда ситуация казалась отчаянной, поэтому я много кого много о чём спрашивал. Больше она мне такой не кажется, и я не хочу возвращаться к этой теме лишний раз.
Настороженность на лице Тенмы сменилось улыбкой.
-Как пожелаешь, - признал он, - Дело твое. Кажется, мы здесь закончили?
Он оглядел стоящего перед ними зеленого инопланетянина с гребнем через все лицо.
- Компьютер, создать двухмерное изображение на базе модели и сохранить в моих личных файлах. Перенесу потом на падд, - скомандовал Освальд, а потом посмотрел на кардассианца. - Спасибо за помощь, а теперь я пойду. Привет Глидии или с кем ты там сегодня собираешься резвиться.
-Сегодня это не Глидия, - лукаво улыбнулся Тенма, - Послушай, несмотря на то, что ты не работаешь в службе безопасности, ты можешь попросить у них проверить наше изображение. Если это кто-то опасный, они могут его знать.
- Вот как, уже не Глидия? Ни за что бы не подумал, - усмехнулся землянин. - Да, я подумывал обратиться к службе безопасности, но сначала хочу кое-что проверить самостоятельно.
-А что? У меня есть свободное время, так что я мог бы пойти с тобой, - с готовностью откликнулся кардассианец.
- Я не собираюсь заниматься этим сейчас, - мотнул головой землянин. - Как я и говорил, у меня есть ещё планы на вечер.
-Ну тогда вызывай меня в любое другое время, - Тенма с улыбкой хлопнул Освальда по плечу.
- Если понадобишься, - уклончиво ответил кадет.
_________________
С Джезом Тенмой


Есть у Федерации начало, нет у Федерации конца
Offline  
26 07 2016, 13:41:22 #216
Сатал

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, вечер
Голокомнаты - каюта Сатала


Когда стало ясно, что собрание окончено, и кадеты начали расходиться, Сатал подошёл к М’Коте.
- Похоже, у нас будет очень плотный график, - сказал он. - Завтра с утра, сразу после нашего собрания, перед слушанием, мне нужно будет воспользоваться кухней. Это возможно?
– Именно так и будет лучше всего, так я сделала сегодня, – подтвердила М’Кота. – Интересы ресторана тоже ведь не должны пострадать, и к открытию всё должно быть готово. Сейчас мы разберёмся с моей презентацией, и я схожу поговорить с Кагой.
- Интересно, где весь вечер была Энн? - произнёс Сатал, направляясь к “Кваркс”. - Она тоже под арестом, думаешь, её могли не пустить? - в голосе юноши явно звучало сомнение. - Или сегодня было её слушание? Если так, хотел бы я знать, чем всё закончилось! Честно говоря, вся эта история с её арестом кажется мне немного странной. Нельзя же, в самом деле, судить человека за то, кто его родители! А если её посчитали в чём-то виноватой, то почему взяли под стражу только здесь, на станции?
– На Саратоге мы все и так были под колпаком, – возразила М’Кота. – Без обид, но ты дал отличный повод присматривать сразу за всеми, никого особенно не выделяя.
Несколько шагов клингонка сделала в молчании, потом заговорила снова:
– Странно, что ты не знаешь про Уильямс. Мне казалось, все федераты держатся друг за дружку. К тебе заходил кто-нибудь из ваших? Я имею в виду – из федератов.
Сатал неопределённо качнул головой.
- Сразу по прибытии я созванивался с Артуром. На другой день ко мне заходили Тенек и Ракар. Ну и ты. В целом, конечно, это объяснимо: они осуждают мой поступок и считают, что я напал на своего. Формально они правы. И, следовательно, быть своим я в каком-то смысле перестал. Не стану говорить, что меня это радует или что я не надеялся на большую степень понимания, но ведь именно за это я, как говорится, боролся, когда записывал то официальное обращение и сделал всё именно так, а не иначе. Так что, кроме себя, мне не на кого жаловаться, это логично.
– И всё-таки, к тебе зашли аж трое. Правда, из вашей Федерации только один… – М’Кота хмыкнула, – Сейчас я пыталась представить себе, по каким причинам я могла не заглянуть к другому клингону, будь он в проекте. Такие вещи есть, но это вещи совсем другого порядка. Наверное, мы действительно очень разные. Скажи, а ты не пробовал сам связаться с Уильямс и расспросить её? Она не совсем ваша, конечно, но всё-таки имеет прямое отношение к Звёздному Флоту, а значит и к Федерации. То есть для тебя в каком-то смысле своя.
- Я её почти не знаю, да и думал, честно говоря, о других вещах, - признался Сатал. - Ну и потом, не в моём положении навязывать кому-то своё общество.
– И тут у вас сложности, – хмыкнула М’Кота.
Тем временем, они пришли к голокомнатам. Сатал вставил в проектор кристалл с презентацией клингонки и какое-то время работал молча, хотя мысли одолевали его всё сильнее. Наконец, юноша не выдержал и обратился к спутнице:
- У вас все вопросы решаются подобным образом?
М’Кота посмотрела на него то ли с иронией, то ли испытующе.
– Многие. Зато мы не ахаем, услышав, что детей отправляют в пустыню без оружия, пищи и воды. Мы понимаем, что такое вызов. И уважаем тех, кто способен его бросить и принять.
- Однако, похоже, это уважение распространяется не на всех и в разной мере? - заметил Сатал. - Если делать вывод из итогов демонстрации?
Помолчав, вулканец уточнил:
- А сама ты как к этому относишься?
М’Кота посмотрела на стоп-кадр, с которым они в этот момент работали и сказала, немного помедлив.
– Если ты говоришь обо всём событии, то оно много значит для меня. В нём есть смысл. Может быть, не такой как хотелось бы тебе, и не во всём такой, как хотелось бы мне, но он есть. Если же ты говоришь о результате, то я всё ещё жду окончательного решения. От того, что в конечном счёте будет решено, будет зависеть и моё отношение.
М’Кота не сказала, к чему или к кому именно, ей не хотелось говорить, о том, что решение повлияет на её веру в правильность существующего в империи порядка.
Сатал несколько мгновений пристально смотрел на клингонку, потом кивнул, словно получил ответ на невысказанный вопрос, и вернулся к работе над презентацией.

К себе в каюту Сатал вернулся за полночь. Он устал, а следующий день обещал быть тяжёлым: кроме презентации и приготовления с утра хлебцов, ему предстояло слушание, от которого он совершенно не знал, чего ожидать. Он подумал о беседе М'Коты с Освальдом - в шумной комнате она не была полностью слышна, однако, некоторые слова МКоты долетели до его слуха, и это наводило на мысли о характере разговора, и о последующей беседе с клингонкой по пути в голокомнату. Её простой и, вроде бы, закономерный вопрос, не связывался ли он с Энн, тем не менее заставил его почувствовать неловкость. Хотя в словах М'Коты не было упрёка, он почувствовал отголосок вины, возможно, по той причине, что сам втайне надеялся на большее участие со стороны коллег по проекту. Однако заданный ему вопрос заставил задуматься о том, что сам-то он никакого участия не проявил, так что те слова, что сказала Освальду М'Кота и от которых так потеплело на душе - и так было много, очень много. Впрочем, осуждение Освальда беспокоило не так сильно, как отношение к его поступку Артура. Землянин после того разговора так и не перезвонил, а это, с учётом того, на какой ноте они закончили беседу, не означало ничего хорошего. Видимо, Артуру также неприятно с ним общаться. И если уж это неприятно ему - то что говорить об остальных?
Сатал невольно вздохнул. Насколько было бы проще просто не сдержать слово! Просто забыть. И не было бы никаких проблем. Вот только он сам потом не смог бы жить с этим. Но самое главное - что в этом и заключается высшая справедливость. В некоторых случаях ты обязан заплатить, даже если поступаешь по совести. Потому что от преступления эти случаи отделяет слишком тонкая грань. Потому что только тогда, когда ты знаешь, что будешь наказан, и всё равно делаешь то, что считаешь нужным, ты можешь говорить, что выполнял свой долг, а не прихоть. И сделав выбор, не тебе жаловаться на последствия.
Проведя короткую медитацию, юноша лёг, готовый завтра встретить всё, что бы его ни ожидало.
_______________________
Я и М'Кота


Чтобы запихнуть зубную пасту обратно в тюбик, нужно создать отрицательное давление.
Offline  
26 07 2016, 16:03:54 #217
М’Кота

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер
Каюта М’Коты и Самриты


Когда М’Кота вернулась в каюту, Самрита лежала на своей койке с паддом. Было не совсем понятно, читает она или уже задремала над чтением, но ночник горел, освещая кровать кругом мягкого уютного света.
М’Кота села в кресло у стола и задумалась. Она наверняка не заснёт. Ей надо подумать, подумать! Подумать над тем, почему всё вдруг стало так сложно, почему она не может и шагу ступить, чтобы не сделать какую-нибудь глупость, а главное, почему Лайтман ведёт себя так настойчиво и странно. Он не проявлял вполне естественной агрессии, которая ясно обозначила бы его намерения, но смотрел при этом совершенно недвусмысленно. И не только на неё! Он не удосужился даже поговорить с ней хотя бы раз с глазу на глаз, зато при людях повёл себя так, словно уже имеет на неё право… Или не повёл? Что это вообще было? Друзья, конечно, могут обняться в порыве радости (а вероятнее всего они просто стукнут друг друга по спине), но какой-то дремучий женский инстинкт подсказывал клингонке, что это объятие было не дружеским или не совсем дружеским. «Надо было его приложить, – тоскливо подумала она, – только тогда пришлось бы прервать собрание и тащить его в лазарет: земляне просто неприлично хрупкие!»

– Баккер, – мрачно спросила клингонка. – Ты уже спишь? Если да, можешь не отвечать.
- Сплю, - раздалось с верхней полки, а затем М’Кота услышала шевеление, и Самрита перегнулась вниз, чтобы увидеть причину, не дающую ей дочитать последнюю главу перед сном. – Что тебе?
М’Кота немного помедлила, потом спросила:
– Что это вообще было сегодня?
- Что ты имеешь в виду? – нахмурилась землянка, откидывая с лица прядь волос. – Мы пытаемся спасти Артура, если ты не заметила. Формулируй лучше, или я пойду спать!
– Я имею в виду Лайтмана! – сердито отозвалась М’Кота. – Это нормально у землян? Это принято между друзьями – такие телячьи нежности? Или это такой ритуал ухаживания? Или это… что-то оскорбительное? – Мысль о том, что это могло быть что-то оскорбительное, а она, как идиотка, растаяла и даже не догадалась об этом, вызвала у клингонки вспышку ярости, и на этой волне М’Кота всё-таки озвучила свою недавнюю мысль: – Hu'tegh! Надо было всё-таки врезать ему на всякий случай! Только тогда пришлось бы закончить собрание и начать медцинские процедуры. Почему вы так легко ломаетесь? На вас даже дышать страшно!
-Между друзьями? - Самрита с интересом изучала клингонку. - Спроси у Артура, он сам тебе скажет! Или начнет отпираться. А что, тебя это смутило? Может, ты ему нравишься! Мало ли, какие у него вкусы…
Эти слова о вкусах… М’Кота сверкнула на Самриту гневным взглядом:
– То есть я, по-твоему, уродка? – девушка откинулась в кресле и рассеянно пробормотала: – Плевать. Пусть гордятся своей «красотой», гладколобые…
Что она знала о вкусах Артура? Судя по тому, что она видела, вкусы у него были очень разнообразными. Но раз землянка так пренебрежительно отозвалась о его возможной симпатии к ней, значит, с точки зрения землян М’Кота была некрасивой. Может быть даже более некрасивой, чем синяя андорианка. Цвет ведь тоже имеет значение? Или нет?
– Я не хочу спрашивать Лайтмана, – сказала девушка. – Не хочу попасть в глупое положение. Я спросила тебя, а ты не отвечаешь. Вы всегда уклоняетесь от прямых вопросов и ведёте себя нечестно. Если бы ты спросила меня о клингонах, я бы рассказала тебе, чтобы бы ты знала, как отвечать, если вдруг в твоём присутствии начнут кидать на пол мужчин или если попросят рассказать о подвигах твоих предков за пару тысячелетий. Что сказать, если ты согласна, как поступить, если ты хочешь отвергнуть ухаживания. Но, наверное, у землян принято не говорить ничего толком, а потом издеваться над чужими ошибками. 'Iv jay'! Это подло!
- Да успокойся ты, что ты так взвинтилась? – Самрита убрала прямо лезущие в глаза волосы и присела на своей постели: она понимала, что прямо сейчас поспать ей не придется. – Никакая ты не уродка, у нас тут полное бесконечное разнообразие… Почему тебя это волнует, вообще?

Самрита уже сама перестала что-либо понимать в красоте. Почему Тенма наговорил столько гадостей о милашке Хене и почему все считают красавицей эту Кариссу? Все внезапно встало с ног на голову! Но одно она знала наверняка: просто так, без повода, девушка не станет задавать такие вопросы. Даже клингонская девушка. Наверное. Хотя кто их знает, что у них там красотой считается? Может, если ты не можешь сдвинуть ховеркар одной рукой, то ты навсегда будешь изгнана из пантеона клингонских красавиц?..
- Ай, ну хорошо! – Самрита закатила глаза, осознавая, что лучше отвечать прямо, иначе от нее не отстанут. – Этот жест может означать что угодно: дружескую привязанность, поддержку, симпатию, романтический интерес, в конце концов. Слушай, М’Кота, давай начистоту: все видели, как он на тебя смотрел, да и как ты поглядывала. Так что давай обойдемся без драм: если тебе нравится Артур – вперед. Можете даже использовать эту каюту, когда меня тут нет!
М’Кота вытаращилась на Самриту в искреннем изумлении, и даже, кажется, с оттенком шока:
– Ты что? Я же не… Нет, ну у нас тоже бывают такие, которым лишь бы перепихнуться, но это не я! Хочешь сказать у вас все такие? Или это вы про клингонов так думаете? Или это Лайтман такой? Если он такой, я знать его не хочу! В жизни бывает всякое, но если ты отдаёшь себя, ты отдаёшь всего себя до капли, если ты кого-то берёшь, ты берёшь сразу всё: тело, душу, ответственность. А если не готов, если горит только тело, а душа холодна, как дохлая змея, лучше пойди развейся – свали дерево, убей тарга, влезь на отвесную скалу…
Самрита с громким стоном повалилась на подушку.
- М’Котаааааа…. – она изо всех сил сдерживала смех и старалась звучать очень серьезно, но до клингонского пафоса ей было далеко. – Он всего лишь положил тебе руку на плечо. Рука. На. Плечо. Ты что, уже представила себе счастливое будущее, свадьбу и медовый месяц на Райзе? Может быть, сначала просто подойти и поговорить? Ну, мы, земляне, так обычно делаем – если намеков и притяжения между двумя людьми оказывается недостаточно или кое-кто не в состоянии их понять! Или как там у вас это принято.. Неужели клингонский воин будет краснеть и мяться, как викторианская барышня? Где твоя решительность и смелость? Или ты боишься услышать его ответ?
М’Кота скрипнула зубами и стукнула по подлокотнику кресла (подлокотник всхлипнул и отвалился):
– Клингонский воин не будет заниматься ерундой! Он подойдёт и изольёт свою ярость на другого мужчину, чтобы женщина видела, что он готов сражаться за неё. Несколько раз, чтобы было понятно, к кому это относится. Если женщина не хочет его, она скажет ему это тихо и незаметно. Или это сделает её старший родственник, которому она доверяет больше всего. Если женщина решила взять мужчину, она проявит агрессию по отношению к нему, а когда станет ясно, что они поняли друг друга... Ну, это уже не важно. Это имеет отношение к физическому узнаванию и взаимной безопасности. Но всё это вообще происходит, когда мужчина и женщина хорошо знакомы и понимают, чего хотят. Или если их страсть оказалась внезапной, но глубокой, как у моих отца и матери. А если они мало знакомы, или не знают, чего хотят, или всё это вместе, они просто дружески общаются и не делают дурацких двусмысленных жестов, а в особенности…
М’Кота хотела сказать «а в особенности, не таращат глаза на двух девушек сразу», но вовремя остановилась.
- Нет-нет-нет, я не хочу знать, что там было у твоих родителей, избавь меня от этого! – Самрита не выдержала и рассмеялась в голос. – Знаешь, вы с Артуром идеально друг другу подходите: ни один не может нормально сказать, что ему нужно! И такими темпами вы не продвинетесь дальше тоскливых взглядов и намеков, которые даже не способны понять. Почему обязательно все так усложнять! Только что ты там сказала про агрессию? – землянка приподнялась на локте, отсмеявшись. – То есть ты собираешься избить Лайтмана? Захвати с собой голокамеру, я хочу это видеть!
– Ничего особенного у моих родителей не было, – немного обиделась М’Кота, но посмотрела на Самриту уже более миролюбиво. – Они поженились, только и всего. Просто не стали откладывать и просить разрешения у леди клана. Чего тут ненормального?
Она подняла с пола отломанную ручку кресла и нахмурилась.
– Глупости ты говоришь! Мы же совсем не знаем друг друга, какая может быть агрессия? Может быть, он вообще… распущенный. Знаешь, некоторые земляне отвратительно распущенные: они могут ухаживать сразу за двумя или тремя. Или вообще спать с кем попало в любом порядке и количестве. Это же мерзость какая! – клингонка издала какой-то глухой звук, невнятный, но явно выражающий отвращение. – А кроме того, я не имею права ничего у него спрашивать. Есть одна причина. Очень веская.
___________________
+ Самрита


Гуннар был так спокоен, что его держал всего один человек. <Сага о Ньяле>
Offline  
26 07 2016, 16:06:59 #218
М’Кота

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер
Каюта М’Коты и Самриты


- Какой ужас! Просто отвратительно! – с наигранным возмущением в голосе отозвалась Самрита и накрыла голову одеялом, чтобы соседка не слышала, как она борется со смехом. Но любопытство было сильнее, и девушка, стараясь не терять серьезного и трагического звучания, осведомилась: - И что за причина, что не дает вам быть вместе?
– Вообще-то, твои потуги скрывать смех выглядят тупо! – сообщила М’Кота, бросая ручку кресла за спину. – Хочешь смеяться – смейся… хотя это тоже не умнее. Но тебе простительно, ты – землянка и ничего не понимаешь. Верность остаётся верностью, неважно, идёт ли речь о Родине, о друзьях или о любви! Нельзя быть верным в одном и неверным в другом, потому что это – всего лишь разные аспекты одной и той же доблести. А доблесть – это то, для чего мы живём, нет доблести – ни к чему и жизнь.
М’Кота опустила голову на сложенные замком руки. Стоило ли продолжать с Самритой этот разговор? Она и без того чувствовала себя глупо. Впрочем, чего уж там: сама напросилась, и если она доведёт разговор до конца, хуже уже не будет – куда уж хуже!
– Ты спросила… ладно, я скажу. У меня есть основания думать, что у Лайтмана есть обязательства перед другой женщиной. Правда, он, может быть, вообще не понимает, что они у него есть, но я-то понимаю! И я не могу сделать им обоим такую подлость! Пока он не разберётся сам и не заявит об этом прямо, я не должна с ним об этом говорить. По-хорошему, я должна вообще его избегать, но когда работаешь вместе, это довольно трудно.
Клингонка искоса посмотрела на Самриту и мрачно закончила:
– Ну вот, можешь ещё посмеяться. Только не лопни.
- Клингонам было бы неплохо научиться чувству юмора, - фыркнула Самрита. – Ты тут всю дорогу оскорбляешь землян и даже не замечаешь, но стоит сказать хоть слово против тебя, так ты начинаешь дымить, как сломанный репликатор.
Она сонно зевнула и поправила подушку.
- У Артура есть перед кем-то обязательства, но он об этом не знает, - констатировала землянка. – Кто же эта таинственная незнакомка? Интересно, а она сама вообще знает о существовании Лайтмана, или все происходит у тебя в голове? Потому что сейчас, я уверена, весь проект «Альфа» уже догадывается, что вы друг к другу неровно дышите. Знаешь, какими бы мы, земляне, не были ужасными в твоем представлении, мы такие вопросы решаем проще. Это называется «поговорить», если вам знаком такой концепт. Только не сейчас, ради Пророков, уже полночь, - Самрита потянулась к выключателю, погрузив верхнюю полку в темноту.
– Я не сказала, что все земляне такие, – проворчала М’Кота, – только некоторые. А ты лучше предупреждай, когда у тебя смех без причины, а когда ты высмеиваешь чужие убеждения! Тогда никто не подумает плохо ни о тебе, ни о других землянах.

М’Кота споткнулась обо что-то в темноте, выругалась и зашуршала, отодвигая кресло в сторону.
– «Она» существует, – продолжила она, явно пытаясь тянуть что-то зубами. – Но я не скажу, кто она, потому что это тоже недостойно. И говорить я с ним не буду, ни сейчас, ни потом. Пусть сам разбирается и сам говорит. И вообще, может быть, лучше всего мне просто убить Корама и свалить на Кронос. И Лайтман цел, и эта дурацкая проблема решена, что скажешь?
- М’Кота, спи! – возопила Самрита. – Ты никого не убьешь и никуда не вернешься, по крайней мере не сегодня. Иначе я сама тебя убью, и ты потом еще пожалеешь, что вообще в это ввязалась! Твои гениальные идеи меня просто поражают, - вздохнула землянка и уткнулась носом в подушку.
М’Кота рассмеялась, на удивление беззлобно.
– Купилась! Кажется, землянам тоже невредно раздобыть себе чувство юмора!
__________________
+ Самрита


Гуннар был так спокоен, что его держал всего один человек. <Сага о Ньяле>
Offline  
26 07 2016, 18:22:58 #219
Утара Рилл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер
Каюта Иламы Толан


Когда Утара позвонила в дверь, ответа не последовало, однако двери сами разъехались перед ней. Ступив внутрь, она оказалась в очень теплом, даже жарком помещении – очевидно, его обитательница решила воссоздать комфортную ей температуру, которая отличалась от станционной градусов на пятнадцать. Осмотреть его советнику не удалось – тусклый оранжевый свет двух ламп еле-еле освещал лишь некоторые части каюты, и обнаружить глинна Толан удалось не сразу. Та сидела на низком диване в углу около окна, практически слившись с окружающей атмосферой, и только ее черная форма неярко блестела в темноте.
– А, советник, - констатировала она, однако не предложила ни присесть, ни покинуть ее каюту.
Только сейчас Утара увидела, что перед кардассианкой на низком столе стоит высокая витая бутылка из темного стекла, уже заметно опустевшая. Если бы советник знала о сегодняшнем неудавшемся покушении на Велока Корама, она могла бы быть спокойна: несмотря на общую схожесть, эту бутылку отличала от отравленной этикетка и цвет напитка. Толан вертела в руке стакан с темной тягучей жидкостью и, похоже, потеряла всякий интерес к своей гостье сразу, как только та вошла.
– Я принесла вам записи сегодняшних презентаций, – сказала болианка, появляясь на освещённом пространстве. – Но, кажется, я не вовремя?
Помимо презентаций, Утара собиралась рассказать о том, как прошла беседа с Энн Уильямс, но что-то подсказывало ей, что сейчас для этого на редкость неподходящий момент. 
– Присаживайтесь, - Толан кивнула на кресло напротив, поставила перед Утарой второй стакан и выжидательно на нее посмотрела.
Утара села в кресло и, обозрев натюрморт, решительно кивнула:
– Наливайте. И снимите бремя с моей души, скажите, что разговор с Корамом закончился благополучно. Если ответ будет «да», я выпью двойную порцию без закуски!
Кардассианка изучающе оглядела советника и усмехнулась. Корам все еще жив – чем не благополучный исход?
– Тогда пейте, - ее губы сложились в улыбке. – У нас еще есть шанс.
Толан не стала вдаваться в подробности, а просто наполнила оба стакана коричневым напитком, отсвечивающим янтарем в тусклом свете, и подняла его в тосте.
– За правильные решения, советник! – рассмеялась Толан. Утара едва ли могла припомнить, когда видела ее смеющейся.
– И нам не придётся с боем отнимать у него коммандера? И вы не предлагали ему какого-нибудь столь же чудовищного обмена? – Утара взяла бокал, откинулась на спинку кресла и, прикрыв глаза, медленно выпила свою порцию. – Я всё ещё не могу в это поверить, – отметила она, снова поднимая взгляд на кардассианку. – Думаю, мне надо повторить.
Толан криво усмехнулась и осушила свой стакан, не торопясь отвечать Утаре.
– Давайте считать, что все так и было, - задумчиво проговорила она, вновь разливая канар. - Пока еще ничего не решено, и Корам может передумать, - мрачно добавила кардассианка и пробормотала сквозь зубы какое-то ругательство, которое универсальный переводчик не смог распознать. - Еще ничего не решено, - медленно повторила она, глядя куда-то мимо Утары, а затем обратилась к ней неожиданно серьезно: - Скажите, вам приходилось совершать то, о чем вы бы потом жалели всю жизнь?
 Утара посмотрела бокал на просвет, потом задумчиво начала перечислять:
– Выбрать профессию?.. Выйти замуж?.. Нарожать детей?.. Если бы мне заранее рассказали, чем это обернётся, я бы подумала, что пожалею, но рискнула бы всё равно. Суть в том, что я не жалею – нисколечко. Пожалуй, я бы пожалела, если бы не ввязалась в эти безумные авантюры.
Толан вновь рассмеялась.
– Федераты, - покачала она головой. - Вы всегда казались мне очень забавными. Это значит, Утара, - она впервые назвала болианку по имени, - что вам очень повезло. Вы ведь это понимаете?
Координатор замолчала, неторопливо потягивая свой напиток и поглядывая на советника поверх стакана. К счастью для них обоих, Толан умела хранить секреты, в каком бы состоянии ни находилась, а потому о случившемся сегодня у Корама никто не узнает. Кроме Мори и ее самой.
– Вы давно замужем? - кардассианка решила сменить тему.
– Почти двадцать лет, – болианка покачала бокал на ладони и улыбнулась. – Повезло ли мне? Я считаю, что да, но расскажи о моей жизни другим, и они бросятся меня жалеть или осуждать. «Мама, папа, я вас люблю, но мой ребёнок будет расти в нормальной семье», – так говорит моя старшая дочь. «Утара, милочка, но это же ужасно! Я понимаю, он привлекает тебя, но тебе нужен второй муж – надёжный, такой, чтобы всегда был рядом».
Советник прикрыла глаза ладонью, потом сделала отрицательный жест:
– Наверное, больше всего мне повезло с характером – я могу слушать всё это и смеяться над тем, как люди пытаются научить друг друга своим представлениям о счастье.
Толан слушала её со странным выражением лица, в котором советник могла угадать и тоску, и несогласие, и, может быть, даже зависть.
– Федераты, - снова повторила она и в один глоток опустошила свой стакан. - У вас странные понятия о семье. А как же долг, как же обязательства? - усмехнулась Толан. - Моя семья может закончиться на мне, - вдруг сказала она, и стало понятно, что этот вопрос ее давно мучает. - И моя обязанность перед семьей - этого не допустить. После того, как... - Толан замолчала на полуслове и вновь потянулась за бутылкой.
– У вас не принято усыновление? – мягко спросила Утара. – Или зачатие от мужчины-донора?
– Вопрос не в этом, - поморщилась Толан и вновь пристально посмотрела на Утару, словно обдумывая, говорить или нет. Канар в ее крови решил, что все же говорить. - Это мой выбор. Десять лет назад я должна была выйти замуж за человека, которого любила. Тогда я представляла свое будущее совсем не так. Но это было давно, и с тех пор слишком многое изменилось. У меня есть другие возможности отдать долг семье, - она отвернулась к окну.
– Простите, Илама, я... возможно это слишком личный вопрос, но если вы любили его, почему отказались от замужества?
Толан посмотрела на нее с искренним недоумением и лишь покачала головой в ответ. Она вновь наполнила их стаканы и кивнула Утаре, чтобы та пила.
– Вы плохо знаете историю, да? - грустно спросила она. - То, что стало для вас славной победой, уничтожило Кардассию. И тех, кто мне был дорог,  - женщина крепко сжала губы, и ее лицо приняло непроницаемое выражение. - Моим родителям повезло, они были далеко от Кардассии-Прайм, когда все случилось. Мои братья и... - она не назвала имя, но было ясно, кого она имеет в виду, - все погибли за несколько дней. И я должна была быть среди них.
___________________
с Иламой и канаром


«Есть только два способа прожить свою жизнь. Первый – так, будто никаких чудес не бывает. Второй – так, будто все на свете является чудом». Альберт Эйнштейн
Offline  
26 07 2016, 18:29:38 #220
Утара Рилл

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер
Каюта Иламы Толан


– Простите, – Утара опустила глаза и посмотрела на бокал в своих ладонях. – Я почему-то подумала, что вы говорите о другом. И мне хочется вам сказать... это не было славной победой. Это была мужественная борьба – ваша, наша, наших союзников, но... спасло нас всех чудо. И если верить слухам, спасло от гораздо большего зла, чем Доминион. От разрушения всего, от хаоса, из которого мы все могли бы долго, долго не подняться.
Толан выдавила из себя какое-то подобие улыбки. Было видно, что эта тема ей тяжело дается, но она не хочет терять лицо перед Утарой.
– Это уже давно в прошлом и совершенно не важно сейчас, - поговорила она, убеждая скорее себя, чем Утару. - Но я говорила о долге, а не о ваших сентиментальных штучках. И сейчас он зовет меня назад на Кардассию.
Это была еще одна вещь, которую Толан никогда бы не решилась сказать, будучи трезвой, но визит советника пришелся так кстати - или так некстати, - и кардассианка вывалила на нее сомнения, которые терзали ее последние дни.
– Я уже думала о том, чтобы оставить проект и вернуться назад. Это будет еще одно решение, о котором я буду сожалеть, но в конечном итоге так будет правильнее. Я не тот человек, который сможет удержать "Альфу" на плаву - думаю, это уже и так стало понятно.
– У меня сложилось о вас совершенно противоположное впечатление, – заметила Утара. – На мой взгляд именно вы и могли бы удержать проект от распада. Кадеты верят вам, многие – вопреки своим стереотипам. Это видно по их отчётам – таким разным, и таким похожим. Я верю вам. И совсем не потому, что психолог должен не иметь стереотипов и поддерживать своих коллег: всё время на «Анадыре» и «Саратоге» вы были у меня на глазах, и то, что вы делали было основательно и достойно. Если бы было иначе, вы стали бы первой, кто услышал бы от меня упрёк в ошибках или некомпетентности.
– Если проект закроют, это будет исключительно моя вина и мой провал, - пробормотала Толан, разглядывая на свет остатки густого напитка на дне своего стакана. Отставив его в сторону, она оперлась о столешницу, которая начинала медленно покачиваться вместе с каютой. - А все к этому и идет. И вы ошибаетесь, не все кадеты мне доверяют. В какой-то мере я согласна с руководством "Альфы", что назначать кардассианку координатором проекта было неосмотрительно. Я не могу рисковать навредить репутации Кардассии, и мне лучше вернуться туда, где у меня будет меньше возможностей все испортить, - мрачно закончила женщина.
«Девочка, девочка! – подумала болианка, ощущая пробуждение материнского инстинкта. – Как это часто бывает: неуверенность, манера винить во всём себя, желание убежать... И какой негодяй посмел оскорбить вас недоверием? Дайте его сюда, я надеру ему уши!»
Последняя мысль едва не вызвала у советника улыбку, но усилием воли Утара от неё удержалась.
– Пока репутация Кардассии в ваших руках, я бы не стала за неё беспокоиться, – сказала женщина со вздохом. – Если же вы уйдёте, проекту точно не жить. Одна мысль о том, что нужно будет пройти через все круги ада, чтобы определить нового координатора, способна отпугнуть многих из тех, кто пока ещё остаётся сторонником проекта. Мне и самой страшно думать о том, сколько дискуссий придётся преодолеть... снова! Боюсь, даже если проект продолжится, это произойдёт после большого перерыва, а нашу уже слегка побитую, но зато и в некотором роде опытную команду уж точно отправят по домам.
Толан пожала плечами: хоть слова Утары и зародили в ней зерно сомнений, она все равно была уверена в своей правоте - что сейчас, что на трезвую голову.
– Я все равно не уйду, пока не убежусь, что с Лайтманом все будет в порядке, - проговорила она, успокаивая себя и советника. - То, что с ним случилось - это тоже моя вина, и я не допущу, чтобы все так для него закончилось.
Женщина вновь вспомнила все события сегодняшнего дня и помотала головой, прогоняя воспоминания. Она разлила канар по стаканам, отмечая про себя, что эта бутылка уже практически закончилась, а она сама и так сказала советнику слишком много. Был ли шанс, что на утро Утара все забудет или хотя бы сделает вид, что забыла? Свою память Толан ненавидела за то, что та сохраняла все моменты, даже те, которые лучше бы было навсегда забыть.
– Я слишком много говорю о себе, советник. И я уверена, что утром об этом пожалею. Никогда не думала, что буду так откровенничать с федератами, - призналась Толан. - Теперь вы должны ответить мне взаимностью и рассказать что-то о себе, - она пододвинула болианке ее стакан. - На Кардассии считается, что только знание секретов собеседника убережет от того, чтобы твои собственные не были раскрыты.
Толан откинулась на спинку дивана и приготовилась слушать.
Утара развела руками:
– К вашим услугам, мэм. Правда, я не представляю, что вам могло бы быть интересно, поэтому... просто спрашивайте!
– Я рассказала вам о том, что Доминионская война значила для меня, - серьезно проговорила Толан. - А чем вы тогда занимались? Я ничего о вас не знаю, Утара Рилл, а ведь мы - наши народы - тогда были противниками. Расскажите мне вашу, федеральную точку зрения.
Она сделала глубокий глоток, с любопытством поглядывая на советника. Это была тяжелая тема, несмотря на прошедшие годы, - по крайней мере, тяжелая для любого кардассианца, - но Толан вновь и вновь возвращалась к ней с каким-то болезненным удовольствием, потому что так и не смогла пережить в свое время.
– Грустная тема, – сказала Утара и, не спросясь, налила себе в бокал канара. – Когда началась война, я попросила перевод в службу реабилитации для солдат, беженцев и военнопленных. Этим и занималась всю войну и первые годы после неё. Говорила с людьми... можно сказать, я просто говорила с людьми. Просто. – Утара залпом выпила свой напиток и продолжила: – Говорила с теми, кто отбивал колонии, вырезанные джем’хадар. С теми, кого сшивали заново после тяжёлых ранений. С теми, кому снились их горящие корабли и погибшие товарищи. С теми, кто побывал в плену у Доминиона и... ну вы знаете, не только у Доминиона. С теми, кто сходил с ума, и с теми, кто не сходил, с теми, кто сдавался и с теми, кто не сдавался. С теми, кто жертвовал собой, а потом выживал. Знаете, это страшно – отдать свою жизнь, принять собственную смерть, а потом выжить, это испытание для сильных – очень сильных людей. Но, наверное, страшнее всего мне было слушать бетазоидов, выживших после оккупации их планеты. Вы же понимаете, они все – телепаты, очень сильные телепаты, и каждый, кто был там, слышал боль каждого, до кого мог дотянуться своим разумом – каждую агонию, каждый безмолвный крик, каждый... – Утара остановилась. – Не надо об этом рассказывать. Вулканцам повезло больше, они могут слышать только смерть и только сородичей, на большом расстоянии – только массовую смерть. Благодарите ваших богов, что кардассианцы – не телепаты. Я благодарна Провидению, что болианцев миновала эта судьба.
Толан внимательно слушала ее, замерев и внимая каждому слову. Когда болианка закончила, в темноте каюты повисла тяжелая тишина, в которой слышалось только дыхание обеих женщин.
– Я вижу, вы через многое прошли, - проговорила, наконец, Толан, и в ее голосе скользнуло уважение. – Я этого не знала. Война оставила свой отпечаток на каждом из нас.
Она встала и, покачиваясь, направилась к письменному столу, откуда вернулась с еще одной бутылкой канара. В «Кварк’c», наверняка, был большой праздник, когда они смогли избавиться от такого количества «кардассианского пойла».
– Это будет долгий вечер, советник, - Толан откупорила ее и разлила по стаканам. Она заметила, что рука уже заметно дрожала, но только усмехнулась про себя. В конце концов, истории Утары Рилл стоили того, чтобы проснуться на утро с больной головой.
___________________
с Иламой и канаром
« Последнее редактирование: 06 08 2016, 18:33:57 от Илама Толан »

«Есть только два способа прожить свою жизнь. Первый – так, будто никаких чудес не бывает. Второй – так, будто все на свете является чудом». Альберт Эйнштейн
Offline  
02 08 2016, 11:49:27 #221
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер
Каюты на стыковочном кольце


Из каюты Лайтмана Ракар вышел по причине вызова по подпространственной связи с Ромула. Сигнал был перенаправлен в его каюту. Его вызывал отец, открытым, незашифрованным способом, а спустя несколько минут разговора он зашифровал сигнал и к экрану подошел субкоммандер Тал Шиар. Следующие полтора часа Ракар скурпулезно и подробно давал отчет о своей работе, о всем произошедшем за день и о некоторых частностях событий на Волане II. Командование было нетерпеливо. Они хотели знать как прошла презентация Ромула и каковы последствия. В свою очередь он запросил разведданные о личности кардассианца Велока Корама, но их не было. По крайней мере не было подтверждения его предположениям. Обсидиановый орден хорошо защищен, его состав и личности исполнителей операций не всегда легко узнать. Он не винил коллег, положение замаскированных ромуланцев, внедренных на Кардассию, легким не было. Уже наступал глубокий вечер, переходящий в ночь. Ракар нервничал, он обещал Квинтилии связаться с ней и вместе с пойти к Энн Уильямс, но служба не отпускала. Наверняка она его не дождалась, вероятно даже посчитала, что он не сдерживает свое слово. Когда наконец связь была завершена, он вызвал федерального кадета.
- Ракар вызывает Квинтилию Перим, - сказал он, нажав на федеральную дельту.
-Перим на связи.
- Квинтилия, я только освободился, прошу прощения. Мне звонили из дома, и я не мог прервать это, - сказал ромуланец, - как у нас обстоит с походом к кадету Уильямс?
-Ваша помощь мне уже не нужна, - коротко ответила девушка, - Я была у кадета Уильямс, мы разговаривали, мне удалось сказать все, что я хотела.
- Вас понял, - ответил Ракар. Совместный поход сорвался, конечно же она не дождалась, да это и не имело смысла с ее стороны. А еще он снова отметил ее способ построения фраз. Несмотря на универсальный переводчик, который был все же довольно точным, построение фраз у других федератов было другим. Особенностью ее речи было явное отчаянное желание показать свою самостоятельность и независимость, и это вызывало бы улыбку, если бы не его предположение, о причине. Причиной было глубокое внутреннее одиночество.
- Мне жаль, что я не успел с вами. Сейчас я тоже нанесу ей визит, и, возможно, закреплю впечатление от ваших слов. Вы убеждали ее остаться в Звездном флоте?
-Это не было моей целью, - пояснила Квинтилия, - Мы с вами говорили об этом, еще тогда, на планете. Вы сказали, что любой ромуланец имеет право покинуть вооруженные силы и поселиться на Ромуле, выбрав другой вид деятельности, то есть уйти в отставку. В случае Энн Уильямс  такой путь - наилучший, если она хочет остаться свободной и вернуться к своей семье, которой она по какой-то причине так предана. Но для этого ей нужно было не бежать на Волане II, а сделать все правильно, по всей форме, здесь, на станции. Чего она, как мне кажется, не до конца понимает.
Ракар утвердительно покачал головой. В его интересах было, чтобы Энн осталась в ЗФ, вернее, в интересах его Империи. Она могла бы стать ненадежным федератом, крайне полезным для разведки Ромула. Но его вновь поражала искренность Квинтилии, еще один ее отсыл к его собственным словам. Она действительно старалась не пустить жизнь Энн под откос, понимая, что для той более важно. Она не исходила из слепого следования идеям, умея наблюдать, думать, рассуждать. Ракар восхищался. И вместе с тем он несколько усомнился в направлении собственных действий. Возможно, следовало поступить иначе.
- Все верно, Перим, - сказал он, - я тоже с ней поговорю, посмотрим, что у нас получится. Вам доброй ночи. Увидимся завтра.

Завершив связь, Ракар вышел из каюты и направился к каюте Уильямс. Его никак не смущало время визита. Не важно, что было поздно, не существовало такой проблемы на Ромуле и таких правил вежливости, когда дело касалось работы, решения срочных сложных вопросов. Коротко кивнув вулканке-охраннику он сказал:
- У нас с мисс Энн Уильямс договорено. Это посещение относится к делам проекта.
И позвонил в дверь каюты.
- Кто там? – раздался голос Энн, неожиданно не сонный для этого времени суток.
- Улан Ракар мисс Энн Уильямс, - ответил ромуланец, - могу я войти?
- Да, заходите, - поспешно произнесла Энн, и двери ее каюты разъехались перед ромуланцем. Уже с порога он увидел, что девушка все еще была в своей кадетской форме, сидела перед экраном терминала – сейчас выключенным – и по всей видимости спать не собиралась.
Ракар прошел внутрь, и когда двери каюты закрылись за ним, смерил девушку с головы до ног бесстрастным взглядом.
- Вас не было весь день, я так понимаю, вас судили. И так как охрана до сих пор не снята, я полагаю, завтра будет продолжение. Как прошел ваш день, Энн Уильямс? Расскажите мне. Я хочу вам помочь.
Энн вздохнула, разворачиваясь в кресле ромуланцу и кивая на второй свободное место на кушетке.
- Вы правы, это было только начало. Я думала, вы уже поговорили с Квинтилей – разве она вам не рассказала, как все прошло? - усмехнулась она, припоминая манеру трилла переворачивать все с ног на голову и выставлять себя правой во всем. Хотя в данном случае ей бы даже не пришлось для этого напрягаться – она, в общем-то, и так была права, а вот боевого духа Энн с того разговора значительно поубавилось.
- Я не спрашивал, - покачал головой Ракар, устроившись на кушетке, - мне нужно знать как ваши дела - из первых уст. То есть ваших. Поэтому, расскажите все по порядку и может я обьясню как вам действовать.
- Пока еще ничего не ясно, - нехотя призналась девушка. – Завтра продолжение слушания, меня будут допрашивать о событиях на Волане II и моего в них участия. Послушайте, Ракар… На самом деле я не ложилась потому, что ждала вас – я знала, что вы придете, хоть и не ожидала, что так поздно. У меня есть к вам одна просьба, и она не про слушание.
Ромуланец внимательно посмотрел на Энн, он должен был узнать у нее всё происходящее, включая суть её разговора с Квинтилией, объяснить ей сложные вещи, не доходящие пока до её понимания. Из её слов уже было понятно, в чем подозревает её Федерация. И несмотря на всё, несмотря на почти идущие вспять его собственные планы, ему было жаль эту запутавшуюся девушку земной расы.
- Какая просьба? – спросил он.
Энн замялась, не зная, с какой стороны подойти. Может быть, она вообще ошиблась с выбором человека, которому довериться? Но больше у нее не было ни одной кандидатуры на этой станции.
- Уже несколько дней я не могу установить связь с Воланом II. Ни с кем! Я слышала краем уха о том, что там сейчас происходит, и это больше всего похоже на то, что связь глушится, и скорее всего мне специально не дают возможности сообщить никому из родных, что происходит. Я даже не знаю, жив ли еще мой отец! А вы… может быть, у вас найдется способ решить эту проблему? – она посмотрела прямо на ромуланца.
Ракар не отвел бесстрастного взгляда, хотя очень хотелось. Её просьба ставила его на грань недопустимого риска. Его заданием было спасти проект, а не лезть так грубо в дела Федерации, подставляя себя под раскрытие. Он перебирал способы решения задачи, заданной ему Энн Уильямс.
- Я вас понимаю, Энн, - наконец сказал он, - в подобной ситуации я тоже не находил бы себе места. Но вы должны знать, что это сложно. Волан II не находится в сфере интересов Ромуланской Империи. Вы знаете, до меня – на Волан II не ступала нога ромуланца. Я первый. Но я постараюсь. Снабдите меня некоторыми сведениями? Оборудование глушения связи на вышке, активированное по просьбе вашего отца – уничтожено. Видимо есть другой источник помех? Вариант первый – Вихо, которого всё-таки надо было убить – использует его сейчас. Вариант второй – Кардассия делает это. Вариант третий – мятежники мертвы. Неизвестность – хуже известности. Я использую доступные мне способы, чтобы узнать для вас информацию. Но не могу гарантировать успешный результат.
-  Это всего лишь предположение, - аккуратно начала Энн, - но я не уверена, что проблема именно в планете. Возможно, проблема в том, что я не могу связаться с Воланом II, находится с моей стороны. Я имею в виду, что кто-то глушит мои попытки выйти на связь здесь, на ДС9, - негромко добавила она. – Может быть, это звучит параноидально, но после сегодняшнего слушания я уже ничему не удивляюсь. Надеюсь, я не прошу вас о слишком многом?..
- Параноидально, - Ракар широко улыбнулся, растягивая это слово, - вовсе нет, Энн. Напротив, именно так и положено действовать со стороны Федерации в данном случае. Звездный флот можно понять, они защищаются, преследуют свои интересы, стараются избежать новой войны. Конечно же, пленнику не положена никакая связь, дабы он не предоставил потенциально опасной стороне новые сведения, которые могут им помочь. Жизнь именно такова Энн, в вашей Академии Флота некоторые из вас все еще слишком наивны, не осознавая глобальную политическую ситуацию. Если посмотрите на происходящее со стороны, то возможно увидите, чего боится Звездный флот. Но Звездный флот не использует методы эффективной добычи информации. На Ромуле не прошло бы и часа, как ваша роль и ваши истинные мотивы стали бы известны. Но нет.. нет, Энн, - поспешил уточнить Ракар, - я вовсе не собираюсь пугать вас. Я просто рассказываю вам реальное положение вещей. Да, вы просите о сложном, но мне кажется, способ узнать о вашем отце – есть. Я предприму ряд действий в этом направлении и сообщу о результате. А пока примите неизвестность как данность, и старайтесь верить в благополучный исход.
Энн согласно кивнула.
- Я и так сказала им все, что они хотели знать, - передернула она плечами. – Я не пытаюсь скрыть свои истинные мотивы, но этого Звездному Флоту недостаточно. И если это действительно Федерация глушит мою связь, то они могли бы сказать об этом сразу. Если же я не могу связаться с моими родными на планете потому что… потому что… Нет, этого быть не может, - решительно отрезала девушка. – Я слышала, Тенма говорил, что на Волане II сейчас все спокойно. Он бы мне сказал, если бы что-то знал! Конечно, он кардассианец, но даже он бы не стал утаивать такие новости. Поэтому, Ракар, я буду вам очень благодарна, если вы мне поможете. И как можно скорее. У меня есть опасения, что скоро у меня не будет такой роскоши, как своя каюта… - она отвела взгляд.
_____________
С Квинтилией и Энн
продолжение следует
« Последнее редактирование: 02 08 2016, 11:51:23 от Ракар »

loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
02 08 2016, 11:50:45 #222
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер
Каюта Энн Уильямс


Ракар рассматривал Энн и думал, что Звездный флот в своем коварстве не уступает профессионалам этого дела. Рассматривая Энн, Ракар понимал, что одна из его задач действительно уходит вспять. Но теперь он уже знал, что сам отменял её. Вовсе не по причине невозможности исполнения. Она легко могла быть завербована уже теперь. Но он не станет. Он не станет губить жизнь этой запутавшейся девушки в сложном положении. И это не предательство. Потому что для Ромула вполне вероятно куда ценнее будет проявление чести и возможности предоставить помощь, чем еще один агент, способный добыть не очень ценный федеральный секрет.
Он ей кивнул.
- Может быть и не стал бы. А чтобы у вас была каюта, и более того – чтобы вас выпустили, вы должны вести себя правильно на завтрашнем заседании суда, комитета, или как там у вас оно называется. Вы должны настаивать на том, что вы не маки, убедительно и компетентно. По возможности вы должны избежать эмоций, не контролируя себя вы можете наговорить лишнего. Я читал отчеты, более того я сам его писал. Правду о том, что там случилось – не утаить и не скрыть. И единственное что вас оправдывает – это ваше замешательство, ваша невозможность действовать, ваша растерянность. Все эти причины – не очень то подходят офицеру Звездного флота, но я буду с вами честным. Вероятно, вы плохой офицер. Поэтому выберите для себя, что вам важнее в жизни, и пойдите правильным путем. Выберите с кем вы, иначе до конца жизни вас будут преследовать если не Звездный флот, доверие которого уже подорвано, так ваши собственные муки совести.
Вот он и сказал то, что должен был. И он считал, что был прав в своем заявлении. В интересах Ромула не всегда должно было стоять целью использование и манипулирование другими, иногда следовало поступать честно. Этот путь был верным.
- Я завтра приду на ваш процесс, чтобы быть вашим свидетелем. Не уверен, что допустят, но если они не глупы, им будет полезно выслушать меня, как представителя моего государства. До того я постараюсь узнать по вашей просьбе что-либо.
Энн опустила голову и тихо проговорила:
- Квинтилия говорила то же самое. Что я плохой офицер, что это не мой путь, что мне нужно уйти из Звездного Флота пока еще не поздно. Наш разговор был об этом. Она предлагала написать заявление, чтобы меня не могли судить, как кадета Академии Звездного Флота, а выдвигали обвинения уже как к представителю другого государства, - кратко пояснила Уильямс. – Но разве это - не предательство самой себя? Просто так уйти и сдаться – это совсем не в моем стиле! Но мне пригрозили судом и обвинениями в измене, и мне совершенно не улыбается сидеть в тюрьме за то, что я не совершала! Может быть, Перим действительно права? Но я никогда себя не прощу, если уйду сейчас! Это… это бегство и слабость!
- Я обещал быть с вами честным, Энн, - серьезно сказал ромуланец, не отрывая взгляда от девушки, - любой ромуланский солдат в ситуации подобной вашей – был бы заподозрен и  обвинен в измене. Но в вашем случае видно невооруженным глазом, даже без спецоборудования, что вы не смогли пойти против отца. Измены не случилось, случилось другое, и вы быстро исправились. Вы заслуживаете второго шанса и исправления своих ошибок. Но представьте гипотетическую ситуацию, что если ваш отец пойдет на активные действия против Федерации еще раз. И вы будете с другой от него стороны. Что вы выберете в таком случае? Звездный флот не является ни слабым ни глупым, - он хотел сказать «противником», но удержался, - люди, старающиеся разобраться в том, кто вы есть на самом деле – прекрасно представляют эту ситуацию.  Это простейшая задача в теории преданности. Сейчас, то есть в течение какого-то времени мы докажем что вы не изменник, что вы действительно не совершали ничего и все обойдется. Но представьте то, что я описал. И какой выбор вы совершите тогда, Энн Уильямс? Чего на самом деле вы хотите? У вас есть время обдумать это  и понять – чего вы на самом деле хотите. С кем вы.
 Энн надолго замолчала, обдумывая слова ромуланца. Не то, чтобы она и прежде не думала об этом – на самом деле, именно эти мысли и занимали ее голову все время после слушания, - но теперь пришло время сформулировать ответ.
- Знаете, еще недавно все казалось проще – я давно знала, что хочу пойти в Академию Звездного Флота, история с маки была в прошлом, выбор был довольно очевидным… Но теперь Звездный Флот видит во мне преступницу, даже если вам очевидно, что измены не было. Наверное, мои попытки остаться и доказать что-то Звездному Флоту обречены на провал, но разве если я сейчас же подам заявление на отчисление, это не убедит их в том, что я предательница? Таковой я и останусь навсегда для Федерации! – в ее голосе скользнула обида. – Это и есть моя дилемма сейчас: сдаться, сбежать – пусть и официально, как предлагает Перим, - уйти из Академии и проекта и вернуться домой – и тогда, возможно, меня оставят в покое. Или попытаться доказать свою правоту, восстановить свое имя и не дать Федерации повод думать обо мне, как о маки – но, если мне это не удастся, меня посадят – это мне дали понять сегодня на слушании. Выбор кажется простым, но… - Энн криво усмехнулась, - но бежать и сдаваться на середине пути – не в моем стиле.
- А я и не говорил, что это нужно сделать прямо сейчас. Мы с вами рассуждаем о протяженности жизни и несиюминутных желаниях, - ответил ромуланец, - не важно кем они вас видят, если на самом деле вы не предатель. Невиновные должны быть оправданы. Провала не будет, но они зададут вам тот же самый вопрос, что задал я – и вы должны быть готовы дать на него ответ. Причем дать так, что бы у них не возникло сомнений в вашей искренности. А для этого очень желательно верить в то, что вы собираетесь говорить. И вот что, Энн, - Ракар отвел взгляд, задумавшись, - вас посадят только за совершенные преступления, а не гипотетические в будущем. Совершенных – у вас нет. Я свидетель и дам показания. Боритесь до конца, в конце концов, это достойно характеризует вас как личность.
- Я не знаю, пустят ли вас завтра на слушание, - призналась Энн. – Это еще не официальный суд, и эти люди не выглядели так, будто жаждали пригласить свидетелей. Советник Рилл тоже высказала пожелание прийти, и мне, конечно, хотелось бы иметь поддержку на своей стороне… Но, пожалуйста, в первую очередь позаботьтесь о моей просьбе. Сейчас это очень важно!
Ракар кивнул и поднялся с кушетки.
- Советник не была очевидцем события, а я был. В связи с этим мое слово – ценнее слова советника, - Ракар усмехнулся, - своя сторона… именно. Вам нужно выбрать – какая сторона на самом деле ваша. Обдумайте всё, что я сказал. Это очень важно. О просьбе я позабочусь.
Коротко поклонившись, Ракар пошел к выходу из каюты.
- Спасибо, - проговорила Энн, когда ромуланец был уже у самой двери. Если все пойдет по худшему сценарию, ей придется искать запасные варианты, причем как можно скорее, а без связи со своими сделать это будет непросто.
_________________
С Энн Уильямс


loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
02 08 2016, 19:07:50 #223
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер.
Каюта Ракара, Кварк'с


Вернувшись в свою каюту, улан Вооруженных сил Ромуланской Империи, спецагент службы внешней разведки Тал Шиар минут двадцать стоял у окна, размышляя о способе своего дальнейшего действия. Точнее, он просчитывал последствия любого способа попытки добычи информации о Волане II, находясь на федеральной станции. В любой другой ситуации он посчитал бы просьбу добыть информацию – попыткой использования чужого разведчика. Но в данном случае это была мольба о помощи. В итоге он решил, что попытка не пытка.
Без лишнего упоминания и вопроса Энн сама рассказала о том, в чем убеждала ее Квинтилия. Теперь Ракар снова припомнил весьма многозначные обороты ее речи, обороты, которые рассказывали о самой Квинтилии куда больше, чем биография или личное дело. К примеру " вернуться к своей семье, которой она по какой-то причине так предана". Эта "какая-то" причина, очевидно, была не очень понятна самой Квинтилии, что наверняка являлось следствием собственного опыта, и одной из причин того внутреннего одиночества, заставляющего её так сильно защищаться и показывать свою независимость. Внезапно Ракар понял, что Квинтилии не доставало любви и заботы, у нее этого не было. Никто не уделял ей достаточно времени, и она не ждет ни от кого подобного, или даже обычного понимания. Отсюда следуют ее слова о том, как несущественна она сама без симбионта, и это сделали с ней вовсе не федераты, а собственная семья. И он все еще думал о ее неоконченной фразе "и может быть даже кто-то"… что?
 
Ракар развернулся от окна и подошел к компьютерному терминалу. Был всего один способ исполнить просьбу Энн Уильямс, находясь на станции Дип Спейс 9 – открытый и прозрачный. Он сел за консоль и вызвал ОПС по видеосвязи.
Экран перед уланом осветился, и через несколько секунд на нем появилось изображение молодого, коротко стриженного баджорца в федеральной форме и даже без привычной для этой расы сережки в правом ухе. Больше его лицо не было ничем примечательно, его выражение было скучающим.
-Младший лейтенант Авем на связи, - произнес он, - Чем я могу вам помочь?
- Приветствую вас, лейтенант, - сухо, бесстрастно и официально произнес Ракар, оценив настроение федерального офицера, - я запрашиваю разрешение на видеосвязь с Воланом II, город Джеймстаун, клиника Лоры Эвансон.
Авем опустил глаза, просматривая какую-то информацию перед собой, но вне поля зрения ромуланца.
-Мистер Ракар, - сказал он после короткой паузы, - примите мои извинения, но установление связи с данным адресатом в настоящий момент невозможно.
- По какой причине невозможно? – спросил ромуланец тем же официальным тоном, - техническая невозможность вызова или командный запрет? Если второе, позовите пожалуйста вышестоящего офицера, компетентного в этом вопросе, мы могли бы обсудить взаимную выгоду этого звонка.
-Все сообщение с второй планетой системы Волан ограничено в соответствие со специальным приказом Звездного Флота о невзаимодействии #61646.47 от 24 августа. На станции нет офицеров, которые “компетентны” в нарушении приказов. Пожалуйста, назовите другого абонента или сообщите, чем еще я могу вам помочь.
Ракар кивнул, внимательно рассматривая лейтенанта.
- Верно ли я понимаю, лейтенант Авем, что приказ Звездного флота о невзаимодействии со второй планетой системы Волан относится к офицерам Звездного флота? Я не являюсь офицером Звездного флота, поэтому этот приказ не может относиться ко мне никоим образом?
Авем вздохнул.
-Мистер Ракар, - начал объяснять он, - оборудование этой станции принадлежит Звездному Флоту. Мы не имеем законного права авторизовать его использование для установления подобного сеанса связи. Еще раз приношу свои извинения и позвольте пожелать вам спокойной ночи.
Баджорец припонднял руку, намереваясь завершить видеосвязь, и выжидательно посмотрел на Ракара.
- Неужели, лейтенант, на станции нет ни одного человека, не попадающего под этот приказ, в интересах которого было поговорить с Воланом II? – задумчиво произнес свой вобщем-то риторический вопрос Ракар, совершенно не веря в то, что на станции нет разведчиков Звездного флота, преследующих интересы Федерации в демилитаризованной зоне, с которыми можно было бы договориться о сотрудничестве.
- Заметьте, сэр, - сказал Ракар, внимательно глядя на баджорца через экран, - я предлагал нечто вроде сотрудничества. И если это входит в ваши обязанности, может быть вы доложите куда следует, что я просил связаться с клиникой Джеймстауна. Вдруг кому-нибудь станет это интересно? Вобщем-то, более просьб у меня нет, благодарю вас и спокойной ночи.
Младший лейтенант Авем ответил вежливым, но формальным согласием, и завершил сеанс связи, оставив Ракара размышлять о том, что ему делать дальше с просьбой Энн Уильямс.

Выждав 20 минут, Ракар вытащил из сумки изрядное количество латины и отправился в Кварк'с. Несомненно, на Волане II присутствовала федеральная разведка и докладывала об обстановке на планете совсем по другим каналам, минуя станцию ДС9. С его стороны наивно было полагать, что Звездный флот раскроет личность разведчика, присутствующего на станции для ромуланской стороны. Задать пару вопросов Лоре Эвансон с использованием ромуланца – наверняка для Звездного флота слишком сложное и неоправданное действие. Всё таки, декларация дружеских отношений – лишь внешняя оболочка. По сути дела Федерация и Ромул – враги. Вся эта структура глобальный отношений, взаимное недоверие, осторожность и вражда – всё это отражалось на жизни простых людей совсем не лучшим образом. Всего лишь нужно было узнать жив или мертв один человек. Даже в ромуланских застенках обычно не отказывали в такой просьбе. Это был бесконечно долгий день. Тренированный солдат Империи ощущал голод и усталость, а еще ему в одночасье до отвращения надоело взаимное недоверие. Захотелось чего-то доброго и настоящего. Но это была лишь иллюзия. Желание невозможного. Может быть это можно было создать, в будущем, когда-нибудь, упорным трудом. Только как преодолеть инерцию мышления и его стереотипы?
Дойдя до Кварк'c Ракар занял место в дальнем углу стойки, заказал еду и попросил официанта позвать хозяина заведения – Бортса.
____________
С лейтенантом Авемом
продолжение следует


loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
02 08 2016, 19:13:40 #224
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 3

27 августа, поздний вечер.
Кварк'с


Бортса пришлось ожидать довольно долго. Несмотря на поздний час в баре было достаточно посетителей и шумного оживления - там ужинали и крутили рулетку-дабо с десяток кардассианцев разного ранга. Прислушавшись к разговорам, Ракар узнал, что прибыли они только сегодня вечером на корабле “Виетор”, отбывающем обратно на Кардассию завтра в 10 утра, а потому команда стремилась с максимальным удовольствием потратить короткие часы увольнения на берег.
Наконец, исполняющий обязанности владельца ференги нашел время подойти к дальнему концу стойки и начал полировать тряпкой и без того блестящую поверхность возле тарелки ромуланца.
-Все ли устраивает доброго джентльмена сегодня? - невзначай осведомился он, - И не желает ли он организовать себе незабываемый отдых сегодня ночью? Наше заведение предлагает широкое разнообразие различных программ как в голо-комнатах, так и за их пределами. Не смотрите на эту толпу, - он бросил презрительный взгляд на веселящихся кардассианцев, - для такого бравого центуриона, как вы, у нас всегда в запасе есть что-то особенное.
Внимательно прислушиваясь к кардассианцам, Ракар понял, что Корам имеет все шансы в 10 утра исчезнуть со станции. Визит к нему следовало предпринять ранним утром, иначе будет совсем поздно.
- Наслышан о ваших оттенках зеленого, мистер Бортс, - сказал Ракар вместо приветствия в ответ ференги, - но боюсь данная программа категорически искажает образ ромуланского офицера. Я бы не рекомендовал использовать ее в таком виде, но мы опустим это пока. Сегодня меня интересует то, что находится вне пределов голокомнат, а в частности ваши умения.
Ракар выложил на стойку 5 полосок латины, что в 2.5 раза превышало начальную ставку для его просьбы.
- У меня есть к вам две просьбы, мистер Бортс. Завтра к 5 утра приготовьте традиционный кардассианский завтрак и бутылку ромуланского эля. Качество завтрака должно превышать возможности личного повара мистера Велока Корама. Заказ я оплачу утром. И второе – скажите, кому принадлежит оборудование подпространственной связи, находящегося в распоряжении Кваркс'с? Мне нужно связаться с одной планетой, так, чтобы никто не узнал. Вы получите 2 слитка латины за это. Если этого недостаточно – назовите свою цену.
Глаза ференги алчно загорелись, и он быстро протянул руку к латине.
-Не пристало светить таким богатством, добрый джентльмен, - понизив голос прошептал он, - кто знает, какие жулики его увидят. Все будет сделано в лучшем виде! Но… можно посмотреть сперва на слитки?
Повернувшись спиной к посетителям, Ракар расстегнул воротник формы, вытащил 2 слитка из за пазухи, убедился, что ференги их ясно увидел, и застегнулся обратно.
- Много жуликов на станции? – с улыбкой произнес он, - покажете мне хоть одного?
-Да тут каждый родную бабушку продаст! - пожаловался бармен, сметая полоски латины со стойки в карман, - И в окружении таких приходится жить. Давайте же скорее мои слитки, и я пять минут не буду заходить свою подсобку с оборудованием.
- 10 минут, Бортс, не менее 10-ти минут, - прошептал Ракар, протягивая ференги слитки, - ведите.
-Дополнительное время может быть оплачено отдельно, - заметил Бортс, когда слитки латины исчезли в рукаве его павлиньей расцветки камзола, - У нас очень гибкие тарифы на межпланетную связь.
Когда ромуланец обогнул стойку и последовал за Бортсом, тот открыл неприметную дверь, рассчитанную на рост ференги, и, оглянувшись по сторонам, пропустил Ракара внутрь. Служебное помещение было небольшим и до самого потолка загроможденным контейнерами и коробками, некоторые из которых подозрительно подтекали липкими лужицами. Свободное пространство представляло собой узкий коридор, на дальнем конце которого на стене был заметен маленький терминал связи. Закрыв ладонью экран, ференги активировал его, ввел необходимые настройки и попятился к выходу, с трудом протиснувшись мимо Ракара.
- Со мной выгодно сотрудничать, Бортс, 10 минут, - тоном, не терпящим возражений произнес Ракар, пропустил Бортса, вжавшись в стену и повернулся к экрану. Сверившись с паддом, он ввел координаты для вызова клиники Лоры Эвансон и активировал вызов подпространственной связи.
Соединение заняло больше минуты, в какой-то момент даже казалось, что ничего не получится, но наконец на крошечном экране появилось не очень четкое изображение лица рыжеволосой женщины. Она смотрела на Ракара прищурившись, наверное, его изображение тоже передавалось с помехами.
-Вы? - узнав его, спросила Эвансон.
Время совершало свой отсчет, проклятый Бортс следил за ним внимательно. Ракар выставит его, и продлит свое время так, как будет нужно. Любым способом. Разведка ЗФ не захотела сотрудничать – это их решение. Их проблема. Но было слишком негуманно для декларирующей по всем направлениям свою человечность Федерации, держать в неведении о судьбе ее отца беззащитную девушку, запутавшуюся в своих мотивах, девушку, угрозы для Федерации не представляющую.
- Я, доктор, - коротко кивнул Ракар. – Рад видеть вас в добром здравии, - вопреки обыкновению произнес он фразу, которую редко употреблял в адрес чужаков, не ромуланцев.
- Можете говорить свободно? У меня мало времени. Но есть важный вопрос.
-Говорите быстро, - попросила Эвансон, как-то странно передергивая плечом, будто хотела оглянуться по сторонам, но сдерживала себя.
Наверное она была не одна, кардассианцы контролировали поселение, и ее клинику не обошли стороной. Но она не отказала в разговоре.
- Сэм Уильямс жив или мертв? – без лишних слов перешел к главному Ракар. – И другие члены этой семьи в каком статусе?
-Мистер Ракар, тут везде кардассианцы и люди Вихо, - прошептала землянка, наклоняясь ближе к экрану своего переговорного устройства, - У меня могут быть проблемы из-за этого разговора. Почему вы задаете этот вопрос и ради чего я должна рисковать?
- Много слов, доктор, уже можно было и ответить. Видимо – ради принципов, которые вы защищаете. Ради дочери этого человека. Сделайте доброе дело – скажите, живы ли они, успокойте ее. Кроме вас – никто не может.
-Ради дочери? Бедная девочка… Неужели она совсем без связи? Она просила что-то передать ее семье?
Земляне, черти их побери! Ракар удержался от крепкого ромуланского ругательства. За ее спиной шастали кардассианцы, и люди этого урода, при выстреле по которому все же следовало взять прицел чуть ниже, а она рассуждала совсем не о том.
- Связь с вашей планетой заблокирована приказом по ЗФ. Федерация не лезет в ваши дела, - бесстрастно проговорил Ракар, - связь у Энн есть, про нее идет разбирательство, но у нее все нормально и все будет хорошо. Я прошу вас просто ответьте да или нет, ее отец и ее мать – живы?
Землянка помедлила, но затем ответила:
-Никто в Джеймстауне не знает наверняка, но говорят, что Сэм Уильмс жив, и Фиона, и их младшие девочки. Говорят, они скрываются где-то в горах южного полушария. Поэтому если она просила что-то передать им...
Возможно, на самом деле, она не могла говорить. Также как не могла обернуться, возможно ее контролировали прямо сейчас.
- Передайте им ее наилучшие пожелания, если встретите, - только ответил он. Имело смысл сказать только это.
- Благодарю вас, доктор.
-Она планирует вернуться и присоединиться к ним? - быстро спросила Эвансон.
На секунду Ракар задумался. Теперь ему снова казалось, что на самом деле Лора Эвансон работает на Звездный флот.
- Нет, - коротко ответил он. – По крайней мере сейчас это не определено.
-Время вышло, - за спиной Ракара раздался голос Бортса.
- Конец связи, - сказал Ракар и нажал кнопку отключения. О стирании следов и данных заботиться не стал. Он воспользовался иным способом осуществления того, о чем открыто просил и получил отказ. У него были все аргументы для федеральной службы безопасности, если возникнет такая необходимость. Ни один ромуланский секрет не пострадал.
Ракар отвернулся от консоли, протиснулся мимо Бортса, и пригнувшись стал выбираться из узкого помещения, стараясь не вляпаться ни во что из того, что подтекало из ящиков.
- Завтра к 5-ти утра, мистер Бортс. Не забудьте, - сказал он, полуобернувшись, и покинул помещение.

Посидев еще немного в Кварк'с, Ракар вернулся в свою каюту. Ощущение, что он не всё понял, не покидало его.
- Ракар Энн Уильямс, ответьте, - нажал он на устройство связи, прикрепленное к груди.
- Слушаю вас, мистер Ракар, - раздалось на том конце связи. Судя по всему, спать Энн так и не ложилась.
- Говорят, ваша семья жива в полном составе и скрывается где-то в горах южного полушария. А теперь ответьте мне, Энн Уильямс, что это значит, - сказал он.
- Ч-что… - пробормотала Энн. – У вас есть еще какая-то информация? Что происходит на планете? С кем вы говорили? – быстрым шепотом проговорила девушка. – Это значит… Это значит, что их ищут – вероятно, новое правительство Волана II, и… Ооох… - выдохнула она. – Я не знала, что все так плохо. Но хотя бы они живы!
- Они живы, это вовсе даже неплохо. Революции – зло, мисс Энн Уильямс. Я говорил со своими источниками, и другой информации у меня нет. Но вам достаточно и того, что есть сейчас. Примите решение о своем будущем, поймите для себя, что по настоящему для вас важно. Спокойной ночи.
- Д-да, спокойной ночи, - пробормотала Энн, и в ее голосе читался испуг, беспокойство и в то же время неожиданная решительность.
____________________
+ Бортс, Лора Эвансон, Энн Уильямс.
« Последнее редактирование: 02 08 2016, 21:46:58 от Ракар »

loyalty, duty, passion
Tal Shiar
Offline  
Страниц: 1 ... 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 ... 38
Перейти в:  

MySQL PHP Powered by SMF 1.1.16 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS