* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
17 09 2019, 03:53:30 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 19 сентября 2384 г., день
  Просмотр сообщений
Страниц: [1] 2 3 4 5
1  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 6 : 11 05 2018, 12:19:04
13 cентября 2384 г., день
Гамма-квадрант, орбита Кальдонии III, федеральный шаттл


Шаттл со станции DS9 выходил на орбиту Кальдонии III. Маленький экипаж шаттла занял перед экраном привычные уже места и приготовился выходить на связь. Места эти распределялись по обязанностям во время полёта и, соответственно, М’Кота занимала место пилота, Тенек – место второго пилота, а Утара, которая предпочитала не трогать технику, пока в этом не будет прямой необходимости, смиренно сидела позади. Конечно, как и все допущенные к работе в Космосе, болианка регулярно сдавала технический минимум, однако, если только позволяла ситуация, она мудро предоставляла технические задачи и пилотирование профессионалам и молодёжи, сама же старалась просто не путаться под ногами. К тому же у неё было важное дело: в пути она вязала загадочный предмет красивого зелёного цвета, и отвлеклась только в тот момент, когда шаттл пролетал Червоточину.
Впрочем, теперь пора было вспомнить о том, что она как-никак временный командир этого крохотного подразделения. Утара развернулась в своём кресле к экрану и сказала:
– Все готовы? Тогда вызывайте.
Вызывать следовало планету: «Анадырь» на орбите функционировал в ограниченном режиме и не имел на борту никаких биосигналов. Было очевидно, что экипаж уж отбыл на планету. М’Кота послала вызов с сообщением о прибытии.

Ответил вновь прибывшим Аарин Джавед, и под руководством баджорского инженера они доволно быстро сориентировались в ситуации и определились с предпочтениями. М’Кота и Тенек решили присоединиться к группе на базе… следует признаться, что клингонка сделала это во многом по личным мотивам, Утара же решила отправиться на раскопки, и это было уже по мотивам чисто альтруистическим: советница благородно жертвовала собственным комфортом (а для неё это была воистину большая жертва!) ради того, чтобы в каждой из групп находился хотя бы один зрелый участник проекта.
Через четверть часа она уже стояла на площадке транспортера в одежде больше всего похожей на одеяния бедуинов и отдавала кадетам последние распоряжения… точнее одно распоряжение и только Тенеку – вулканец казался ей более аккуратным, чем клингонка.
– Передайте вот это координатору Толан, – говорила она вручая ему небольшую легкомысленно украшенную коробку. – Будьте аккуратны, оно хрупкое. Ну вот, кажется, всё. Телепортируйте меня, и не забудьте отчитаться, когда телепортируетесь сами.
Болианка подняла руку, чтобы поправить весёленькой расцветки платок (больше напоминающий простыню) как раз в тот момент когда началась транспортация. Свой жест законила она уже на планете.
После неё телепортировались и кадеты.
______________
+ Тенек и М’Кота
2  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 5 : 26 01 2018, 10:16:34
3 сентября, поздний вечер
ДС9, каюта Утары Рилл


Утара действительно поступила так, как пообещала Иламе Толан: вернувшись в каюту, она отыскала гала Тенму с помощью станционного компьютера.
Как и раньше, когда пытались найти младшего Тенму, компьютер отобразил местоположение всех кардассианцев без бейджей Звездного Флота на станции на станции - их оказалось больше, чем раньше, почти два десятка. Очевидно, это было связано с прибытием на ДС9 кардассианского корабля “Виетор”, который был сейчас пристыкован к верхнему пилону станции. Большая часть кардассианцев находилась в баре Кварка и на Променаде. Один биосигнал был расположен в лазарете, там, где Утара оставила Иламу Толан, и один находился в главном офисе станции.
Также довольно неожиданно Утаре удалось получить доступ к манифесту кают станции. Вероятно, это действовали новые привилегии координатора проекта.
Одна из кают как раз была забронирована на имя Тенма.
Первым делом Утара уточнила, какой именно Тенма из двух, имеющихся на станции, затем ещё раз запросила компьютер о наличии биосигналов в каюте. Не только кардассианских, но и вообще любых: она не решалась отправить сообщение в присутствие посторонних.
 Компьютер подтвердил, что каюта принадлежит Тенме-старшему и что сейчас в ней не находится ничьих биосигналов.
Болианка села за компьютер писать сообщение. Оно было коротким, но Утара переписала его несколько раз, и всё равно осталась недовольна содержанием. Она просила встречи, объясняла, что это касается сына гала Тенмы, однако не пересказывала там минувших событий. Подписалась Утара полностью, не забыв включить в подпись то, что является исполняющей обязанности координатора проекта – сегодня это была ещё она. Оставалось надеяться, что гал Тенма не откажет ей во встрече.
Отправив письмо, Утара приготовилась ждать: ответного письма, вызова или... ничего.
 Через полчаса в каюту Утары позвонили.
– Советник Рилл на связи, – отозвалась болианка чуть дрогнувшим голосом и тут же постаралась взять себя в руки.
– Это гал Тенма, - отрывисто донеслось в ответ, - Вы писали мне. По поводу моего сына. Что вы хотели мне сообщить?
– Я виделась с ним примерно полтора часа назад, – сказала Утара, – и его душевное состояние внушает мне большие опасения. Похоже, он в отчаянии, а при упоминании того, что вы находитесь на станции, он был ошеломлён и испуган. В таком состоянии молодые люди способны на многое, в том числе на фатальные ошибки. Я не знаю, какие именно у вас проблемы, но вам нужно найти его и поговорить с ним как отец с сыном, как говорят близкие люди. И это нужно сделать как можно быстрее, потому что страх перед встречей с вами заставил его буквально бежать.
Утара помолчала, потом сказала, с трудом сдерживая волнение:
– Тем не менее, я думаю, сейчас ему очень нужен именно отец. Не гал Тенма, а просто отец, уж простите меня за мою бестактную прямолинейность.
– Я знаю, - после паузы ответил Тенма, - Я прилетел на станцию специально, чтобы поговорить с ним.
Утара с некоторым облегчением вздохнула: было похоже на то, что отец Джеза – хороший человек.
– Беда в том, что я не знаю, где его искать, – сказала она. – И ещё в том, что искать его можете не только вы: вчера он попал в непонятную и пугающую историю. Можете считать, что я ненормальная истеричная тётка, но возможно стоит обратиться за помощью к администрации и службе безопасности станции? Я понимаю, что это ваше личное дело, но после того, что случилось вчера…
– Что случилось вчера? - бросил Тенма.
– Я не уверена, что об этом следует рассказывать по связи, – засомневалась Утара. – Но если вы настаиваете, я расскажу здесь и сейчас.
– Сейчас я стою за дверью вашей каюты, - внезапно сообщил Тенма, - Откройте дверь, советник Рилл.
Утара непроизвольно вздрогнула и подошла к двери.
– Входите, – чуть запнувшись, сказала она, когда дверь растворилась. – Хорошо, что вы сразу пришли…
«И напугали меня до полусмерти»,  – несправедливо добавила она про себя.
– Раз вы здесь, я конечно же всё расскажу, - добавила она, сперва делая приглашающий жест, а затем и сама садясь в кресло.
Гал Тенма чуть ли не с трудом протиснулся широкими плечами в дверь каюты. В гостинной сразу же стало как будто теснее и темнее. Он присел на край кресла, и оно чуть слышно заскрипело.
– Что случилось вчера?
Ещё раз тяжело вздохнув, болианка рассказала о вчерашнем похищении.
– Я понимаю, - медленно произнес Тенма, - Но вам не следует беспокоиться, госпожа координатор. Это семейное дело. Это “похищение” было организовано по моему приказу.
Утара едва не схватилась за сердце, но, удержавшись, лишь на секунду прикрыла глаза.
– Зачем? – печально спросила она. – Я понимаю, что я – чужой для вас человек, и вы не обязаны мне отвечать, но неужели вы настолько не верите в своего сына? Неужели он заслуживает того, чтобы его судьбу решали без его участия, словно он вещь, не имеющая сердца, разума и воли?
– Он не готов, - проронил гал Тенма.
– Ещё не готов или уже не готов? – мягко спросила болианка. – Родители часто слишком долго считают своих детей неготовыми, а потом оказывается, что время упущено, и рассказать о важном ещё опаснее и труднее, чем было ещё совсем недавно. Или же происходит вот так, как это случилось вчера: одно необдуманное действие, и доверие разрушено, и близкий человек кажется чуть ли не врагом.
– Ни еще, ни уже, - ответил кардассианец, - Все, что я делаю, необходимо для его защиты. Я прилетел на станцию, чтобы найти его, но теперь он не хочет меня видеть.
– Потому что для его защиты ему нужен не гал Тенма, который всё за него решит и если нужно связанным отвезёт домой, – горько сказала Утара, – а отец – просто отец, который способен любить его таким, какой он есть, и принимать его собственный выбор. Может быть, ваш сын придёт к вам сам, если вы сумеете сообщить ему о своей готовности к этому. Только это должно быть правдой, а не уловкой, направленной на то, чтобы заполучить его в своё распоряжение и снова попытаться защитить и осчастливить силой.
– Вы не понимаете. Есть люди, которые хотят причинить нам вред. И защитить от них может именно гал. Наша жизнь - в опасности, если он не будет выполнять мои правила и приказы. Он ослушался и не пришел к доктору Глессину вовремя, поэтому у меня не было другого выбора, - мрачно ответил Тенма.
– Возможно, если бы вы рассказали ему всё, как есть, и объяснили смысл ваших правил и приказов, он бы вас послушался? – предположила Утара. – Подумайте, если есть люди, которые хотят причинить вам вред, вы можете погибнуть, так и не успев предостеречь своего сына. Что тогда? Иногда неведение может погубить ещё вернее, чем излишняя осведомленность. Зная, что ему грозит, он может защищаться, не зная, окажется перед опасностью нагим и беззащитным.
– Возможно, - с каменным лицом ответил Тенма, - Но я этого не сделал. Какой смысл думать об этом теперь? Вам известно, кто видел моего сына последним?
– Боюсь, что я, – призналась Утара. – Мы говорили здесь, перед дверью моей каюты. Зайти он отказался.
Болианка посмотрела на кардассианца и покачала головой:
– Гал Тенма, может быть, обдумать всё это имеет смысл. Если вам удастся найти своего сына, просто перестаньте ненадолго быть галом. Есть мгновения, когда чинам не место в семейном разговоре. Кто бы ни желал вам зла, это не ваш сын, сделайте его своим союзником, а не врагом. А путь к этому один – искренность, уважение к его собственному выбору и доверие.
Ещё немного подумав, советник добавила:
– Возможно, есть одна зацепка… он обмолвился, что хочет попрощаться со всеми, кто для него важен, и хотя я не знаю, кого конкретно он имел в виду, можно сделать несколько предположений. Здесь в проекте у него есть хороший друг, это – Освальд Макдауэлл. Ещё он может испытывать признательность к тем, кто участвовал в его спасении. Одного из них уже нет на станции, но трое других здесь. Это всё тот же Освальд, а ещё Артур Лайтман и М’Кота. Даже если он не придёт ни к кому из них, с Освальдом вам стоит поговорить: он больше всех общался с вашим сыном, может быть, у него возникнут какие-нибудь идеи.
– Благодарю, - произнесл Тенма, вставая с кресла, а затем, добавил, - Его выбор не может быть адекватным, если он не знает правды. Но правда для него слишком опасна.
– А вы не думали, что он уже знает? – спросила Утара. – Судя по тому, что я слышала во время похищения, один раз ему уже рассказали обо всём. Джез совсем не глуп, а память – цепкая штука. Может быть, доктору Глессину удалось затуманить её, но где гарантия, что он не вспомнит об этом, причём в самый неподходящий момент? Боюсь, попытка снова скрыть всё от него может обойтись и вам, и ему намного дороже откровенности!
– Я уже говорил, что приехал на станцию поговорить с сыном, - повторил гал Тенма, как будто это все объясняло, - А ВЫ уже знаете эту правду?
– Нет, – искренне ответила Утара. – Если бы я знала, возможно, мой разговор с Джезом сложился бы иначе.
– Это хорошо, - констатировал гал Тенма, - Тогда вам ничего и ни от кого не грозит. Спокойной ночи, госпожа координатор.
Тяжелыми шагами он двинулся к выходу из каюты.
«Ой-ой, – с тревогой подумала Утара, – Кажется, я знаю, кому в таком случае грозит!» Ей снова захотелось придушить неугомонного вулканца.
– Спокойной ночи, – сказала она с некоторым опозданием, и отогнав жуткие мысли уселась за компьютер: нужно было разослать напоминание о завтрашнем собрании (на случай если половина кадетов от избытка счастья забудет об этом) и переделать кучу рутинной (в древности сказали бы «бумажной») работы.
____________________
С аж целым галом Тенмой
3  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 5 : 19 01 2018, 22:39:30
3 сентября, 21:30
ДС9, коридоры станции


После голосования Утара Рилл вышла из Ангара 13 и направилась в свою каюту. Весь день она проверяла компьютер в своей комнате: не пришло ли сообщение от Джеза Тенмы. Молодой кардассианец пообещав связаться с ней и в то же время отдав коммуникатор, поставил её в мучительно зависимое положение, когда по своей воле ситуацию, не то что не разрешить, даже не прояснить. Что ж, иногда терпение – самое трудное дело, и до конца дня болианка терпела и ждала. Теперь она снова отправилась в свою каюту, одновременно надеясь, что на её компьютере всё же есть сообщение, и спрашивая себя, что же делать, если его всё-таки нет.
– Координатор Рилл, - услышала Утара свое имя.
Джез Тенма, одетый в гражданское, стоял прямо у дверей ее каюты, небрежно и расслабленно облокотившись о стену.
Что ж, все оказалось куда проще, чем беспокоилась болианка.
– У меня есть для вас новости, - продолжил молодой человек, - Я решил бросить проект.
– Давайте войдём, – предложила болианка. – У меня был не самый лёгкий день.
– Там не о чем долго разговаривать, - легкомысленно отмахнулся юноша, - Я просто ставлю вас в известность, чтобы вам больше не пришлось бегать за мной по всей станции. Мое начальство уже в курсе.
– Вы торопитесь? – спросила Утара, останавливаясь в открывшихся дверях.
– Если подумать… да, - широко улыбнулся Тенма, ухватившись за вариант, предложенный Утарой, - И мне нечего больше вам сказать.
– Если подумать... – укоризненно повторила Утара. – Заходите, юноша, не заставляйте мои ноги рыдать от усталости. Не бойтесь, я не привяжу вас к креслу и не заставлю ходить на занятия в кандалах.
– Нет, спасибо, - насмешливо ответил Тенма, скрещивая руки на груди и принимая закрытую позу, - Вынужден отклонить ваше предложение. Мне правда нечего больше сказать, а вы, скорее всего, начнете меня уговаривать изменить решение, давить на жалость и на порядочность, говорить все эти федеральные банальности… - он зевнул, - Потом оба будут чувствовать себя не удобно. Были бы вы в моем вкусе, я бы еще мог повернуть беседу в более удобное русло и горизонтальное положение, но вынужден признать, что у нас ничего не получится. Салют, госпожа Рилл!
Он отклеился от стены и сделал шаг в сторону.
Утара возвела глаза к потолку и сказала, подавляя смешок:
– Если бы я была в вашем вкусе, мне осталось бы вас только пожалеть, это во-первых. А во-вторых… Вы что, так боитесь, что я смогу вас уговорить? Вы так не уверены в вашем решении?
– Я не хочу терять время, - дерзко ответил Тенма, - Так что говорите, если вам есть что сказать, и разойдемся.
– Тогда вам незачем было приходить, – так же жёстко сказала Утара. – Но вы пришли, и я знаю почему. Вам было стыдно бежать, отделавшись заочным прощанием, и вы нашли в себе силы прийти и посмотреть мне в глаза. Только бегство остаётся бегством, если вы сводите свой поступок к формальности. Вы можете выбирать: пройти через разговор со мной, не давая себе поблажек, или убежать, как ребёнок, которого хватило только на то, чтобы прокричать что-то в дверь и броситься вниз по лестнице. Выбирайте.
– Нет, - криво улыбнулся Тенма, - Я пришел, потому что считал, что вы заслуживаете вежливости. Пусть это формальность, меня это вполне устраивает. Мне совершенно не важно, что вы будете считать меня поверхностным. Когда у вас столько денег, сколько у моего отца, совершенно не важно, что считают окружающие, вам не нужно, чтобы о вас думали хорошо, вы и так будете получать все, что захотите. Так уж и быть. Наверное, вы хотите узнать причину, по которой я ухожу. Вот она: мне стало скучно. Вы, федераты, никогда не делаете ничего веселого, у вас слишком много правил и ограничений. Это совсем не по мне. Поэтому перед своим новым назначением я решил взять тайм-аут и попутешествовать. Да, я отправляюсь в путешествие и буду заниматься этим, пока мне не надоест. Вот так.
– И поэтому вы ходите в мятой гражданской одежде и выглядите так, словно сутки не спали, – покачала головой Утара.
«А ещё разговариваете, как богатый мальчишка, которого только что побили во дворе», – промелькнула у неё печальная мысль.
– Вот что, – сказала болианка, потирая виски, – я оценила вашу речь. Во всех отношениях, честно. А теперь проявите уважение и позвольте мне разговаривать с вами сидя. Взамен вы получите возможность поужинать в нормальной спокойной обстановке и даже поспать, если у вас с этим проблемы… Уверяю вас, я не стану покушаться на вашу невинность, – со смешком добавила она. – Если на какую-то тему вы не захотите говорить, для меня будет достаточно вашего «нет». Если захотите, я вас выслушаю, возможно, даже что-то скажу, если нет… ну что же, нет так нет! Никому не поможешь насильно.
– С чего вы взяли, что мне нужна помощь? - рассмеялся молодой человек, - У меня все в порядке. Я делаю, что хочу: хочу - сплю, хочу - не сплю… И на ваши попытки затащить меня к себе уже сказал “нет”. Поэтому хватит повторять одно и то же, как заведенная, и если вам есть, что сказать по существу - говорите. Даю вам последний шанс. Больше мы не увидимся.
Утара молча смотрела на Джеза, взгляд её был рассеянным и грустным.
– Ваши друзья устраивают вечеринку в конференц-зале, – сказала она наконец. – Сходите, попрощайтесь с ними. Вы ведь и с ними больше не увидитесь.
– Я планирую попрощаться со всеми, кто мне важен, - ответил Тенма, слегка расслабляясь.
– Тогда, возможно, вам стоит повидать глинна Толан и вашего отца.
– Моего отца? Что мой отец… - маска самоуверенности на лице Тенмы треснула и под ней оказался страх.
Утара вздохнула.
– Я догадывалась, что мне придётся вам это рассказывать, – с лёгким упрёком сказала она, сделав вид, что не заметила его страха. – Вы очень отстали от жизни, пока «путешествовали». Сегодня вечером ваш отец объявлял благодарность глинну Толан за помощь в предотвращении государственного переворота. Рядом стояла коммандер Мори, живая и здоровая. Надеюсь, вы рады это слышать.
– Гал Тенма на станции? - не веря своим ушам переспросил Тенма.
Он был ошеломлён, настолько ошеломлён, что едва ли услышал другие и крайне важные новости!
– Да, – подтвердила Утара, – Гал Тенма на станции. Вам повезло, вы сможете повидать отца перед тем, как уехать.
– Я должен идти, - резко произнес Тенма и быстро направился прочь будто спасаясь бегством. В этот раз он не утруждал себя даже показной вежливостью.
«Бежит к отцу или от него? – спросила себя Утара. – По-моему, от него…»
Она вошла в каюту и вызвала глинна Толан. Сейчас ей нужен был тот, что может ответить на вопрос, порядочный ли человек гал Тенма.
– Слушаю, миссис Рилл, - Толан ответила не сразу – а когда заговорила, ее голос звучал так, будто женщина куда-то сильно спешит.
– Прошу прощения, – тоже заторопилась Утара, – но у нас очень, очень большие проблемы. Понимаю, что вам немного не до меня, но мне срочно нужно с вами увидеться.
– Со мной? Зачем? – удивилась Толан. – Я вряд ли могу помочь вам… или кому-нибудь еще.
– Советом точно можете! – осчастливила её Утара. – Простите, – добавила она, словно извиняясь, – я надеялась увидеться с вами попозже и просто посидеть за чашкой чая, но прямо сейчас кое-что случилось.
– И вы считаете, что это лежит в сфере моей компетенции? – по связи было не совсем ясно, но, похоже, кардассианка грустно усмехнулась. – Вы правы, сейчас совсем не подходящее время, и если бы ваше дело могло подождать хотя бы час…
– Я просто прошу вас о помощи как друга, – перебила её Утара. – Если вы скажете подождать, я подожду, но боюсь за час один из наших кадетов может успеть наделать каких-нибудь фатальных глупостей.
– Я не ваш… - Толан вздохнула и не договорила. – Хорошо, я сделаю, как вы хотите. Но, пожалуйста, имейте в виду, что я больше не имею отношения к проекту. Я сейчас в Кварк’c, вы можете подойти сюда. Или я приду, куда вы скажете, - в ее голосе звучала непривычная покорность.  
– Я уже иду… А я так надеялась, что вы теперь вернётесь! – болианка отключила связь и почти бегом бросилась в Кварк’с.
___________________
с Джезом и Иламой
4  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 5 : 08 11 2017, 10:04:00
Ангар 13

Ракар молча смотрел на открывшийся перед ним список кадетов. Слова нового координатора Утары Рилл о выборе победившего участника – были интересны и новы для него. Это был еще один аспект в его понимании Федерации, как она есть. Слишком разнообразной, слишком не однозначной, одновременно и чуждой, и близкой. Слишком неоднозначной, чтобы просто назвать ее врагом, имеющей слишком много всего, слишком много зацепок для нахождения параллелей, и слишком много того, что вызывает непримиримые столкновения. Федерация изменчива и не статична, с одними из них можно иметь дело, с другими нет. Другие государства в целом имели похожие определения, но каждый по своему, и неуловимую разницу в мелочах, однако Федерация, была уникальна в своем разнообразии и никогда не следовало упускать возможности познания. Однако отвлеченные мысли о новом опыте, который он получил после высказывания Утары Рилл, Ракар вернулся к необходимости выбора. И не мог выбрать одного. Как он и сказал раньше – было трое лучших, которые по праву должны были занять первое место – разделить его. Трое – это Самрита Баккер, благодаря которой было сделано все техническое оснащение, классная инженерная работа, по модификациям и внедрению всех технологий, позволивших осуществить то, что было осуществлено. Акрита – придумавшая маневр, принесший победу, маневр, позволяющий ускорить один корабль благодаря второму. Этот маневр был не для регаты, он был для боевой ситуации, для любой другой ситуации, где один из кораблей должен ускориться, во Вселенной может случиться множество ситуаций, где это можно применить, и это тоже уникальная идея. И, наконец, Квинтилия Перим, снова проявившая способности к дипломатии и эмпатии, которая в критический момент смогла уладить и разрулить ситуацию, грозящую полным выходом "Амазонки" из гонки. А выход "Амазонки" из гонки привел бы к тому, что "Анадырь" некому было бы толкнуть.
Итого - без Самриты Баккер не случилось бы технической возможности, без Акриты – не случилось бы победного рывка вперед, без Квинтилии "Амазонка" потерпела бы полный крах, он сам, Ракар, проиграл бы все, если бы не она, девушка-трилл, которая не в первый уже раз помогла ему понять важное.
И нельзя было исключать из этого списка ни Макдауэлла, ни Тенму, ни Хену. Потому что без первых двух – не случилось бы двух кораблей.
И Ракар не мог разделить это общее. Не только по такой причине. Перед ним ясно стояло воспоминание о том, как он пришел к Квинтилии поговорить, а она стояла перед промышленным репликатором. Она тогда сказала – что это ее работа на станции – она настоящая и важная, и у нее нет времени на праздную болтовню с ним, ромуланцем. А потом, ей понадобились стимуляторы, чтобы все успеть. Он бы выбрал ее и проголосовал за нее, потому что он не справился бы без нее. Но он не хотел, чтобы такое повторилось. А любой другой победивший тоже фактически перестанет быть тем, с кем можно будет поговорить, он зашьется в спешке все успеть. Этого не должно быть. Это голосование на выбывание из проекта. Потому что не всякая победа – действительно победа. Иногда победа имеет свою цену. Ракар несколько секунд внимательно смотрел на профиль Квинтилии, на ее пятнышки, уходящие за воротник, на ее коротко обрезанные волосы, на манер Энн Уильямс, а потом резко повернулся к столу и нажал кнопку "против всех". Такова была справедливость в его исполнении.

Артур после недолгого размышления о сути бытия – выбрал Самриту Баккер. Она заслужила победу.

Освальд долго думал над тем, за кого проголосовать. Просто так отдавать голос за Самриту, руководствуясь личной привязанностью, было неправильно, поэтому кадет рассматривал разные варианты.
Первой мыслью был Джез - ведь это была именно его идея изначально. Проект мог бы и не участвовать в регате, не расскажи кардассианец о ней тогда... вот только в самой регате он участия не принимал, а значит отдавать голос за него было бы не совсем честным.
Сразу же Освальд подумал про Ракара - ромуланец вышел на регату, потеряв сорок процентов команды, а потом ещё их команда столкнулась с командой Делас, и им пришлось импровизировать... но они всё равно пришли к ним в последний момент и помогли осуществить задуманное... однако, землянин не мог отделить вклад одного члена команды "Амазонки" от другого, поэтому отдавать голос Ракару могло быть не совсем корректным.
Молодой человек опустил голову на ладони и закрыл глаза. Надо было голосовать за члена своей команды - это очевидно, оставалось только определить, за кого именно. Снова первой на ум пришла Самрита, и вновь Освальд отогнал эту мысль: голосовать за любимую девушку просто так нельзя... даже несмотря на то, что эта самая девушка несколько раз сделала невозможное на регате. Однако, отделить личное от рабочего не удавалось, поэтому кадет подумал о других членах команды.
Самым очевидным кандидатом была Акрита - именно она придумала манёвр, позволивший им всем добиться своей цели и эффектно финишировать. Без неё их участие могло бы закончиться ничем... с другой стороны, Артур и М'Кота храбро рисковали своими жизнями в открытом космосе и на Джераддо, а также оказывали необходимую поддержку на остальных контрольных точках...
Освальд устало потёр лоб и потянулся к кнопке "Воздержался", поняв, что не может выделить кого-то одного из них. Остановив палец всего в паре миллиметров от экрана, кадет вздохнул и нажал на имя Самриты. Без неё случившегося точно не было бы: именно на её плечах лежала основная нагрузка по доработке катеров, а без двух катеров не было бы двух команд, и события развивались бы совершенно иначе, а значит и ответ на вопрос "Чей вклад был самым весомым?" очевиден - вклад Самриты.

М’Кота хмурилась за своим монитором, хотя сама же и голосовала за то, чтобы победитель был один. один - да, но вот какой? Двумя самыми очевидными кандидатами были Самрита и Акрита. Одна сшила между собой лоскутное одеяло из всех их идей, соединила между собой казалось бы несоединимое, и без неё участие в регате вообще было бы невозможным. А другая? Акрита придумала нечто совершенно новое. Маневр, которого до сих пор не существовало, который родился благодаря регате, но наверняка должен был по-настоящему пригодиться не на соревнованиях, а в реальной жизни: во время исследований, спасательных миссий, на поле боя. Это был прорыв, который можно было сравнить с самыми знаменитыми тактическими решениями прошлого, и М’Кота чувствовала себя не своей тарелке при мысли, что он может остаться неотмеченным. После долгих колебаний она в конце концов выбрала Акриту.

Тенек рассуждал совершенно противоположным образом. Его кандидатами были Самрита и Ракар – люди, которые сделали максимальный вклад именно в подготовку к регате. Без усилий каждого из них полноценное участие в регате просто не было бы возможным! Ракар добился участия второго пилота, который потом волею судьбы стал первым, подменил на посту командира Джеза Тенму, хотя совершенно не готовился к роли капитана и был вынужден импровизировать, а позднее взял на себя ответственность за решения во время конфронтации с «Фениксами» и это было далеко не всё… с точки зрения Тенека всё это нельзя было замолчать. Тем не менее вулканец ясно сознавал, что если бы не усилия Ракара, на старт не вышел бы один катер (или вышли бы оба, но один в ещё более ослабленном составе), если же устранить переменную в виде усилий Самриты, ни одна из их команд не смогла бы даже заявить о своём участии. В конечном счёте Тенек выбрал Самриту.
_______________
с кадетами

Голоса:
Самрита -> Освальд
Делас -> Ракар
Тенма - > Самрита
Освальд - > Самрита
Артур - > Самрита
Тенек - > Самрита
М’Кота - > Акрита

Акрита, Хена, Ракар, Квинтилия, Жантарин, Брол, Крим - воздержались

_
5  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 5 : 08 11 2017, 10:03:16
Ангар 13

Самрита задумчиво уставилась на появившийся перед ней экран. Она знала только одно – кнопка «воздержался» была не для нее. В регате были те, чье участие следовало отметить, и они были достойны получить награду. По правде, девушка считала и свой вклад важным и значительным, но называть свое имя было бы ниже ее достоинства. В остальном же выбор был нелегок – она несколько раз заносила палец то над одним, то над другим именем, и всякий раз что-то ее останавливало. В какой-то момент девушке надоели эти метания, и она нажала на то имя, к которому склонялась к самому началу. Может быть, это был не самый объективный выбор, но у нее были свои причины… которые она предпочла бы оставить при себе. И Самрита была уверена, что этот человек заслужил победу.
Решение далось Делас просто. Едва перед ней появилось табло, она нажала на кнопку выбора, практически не раздумывая. Других вариантов и быть не могло!
Акрита еще некоторое время размышляла над словами Утары, насчет вклада многих в победу одного. Что-то было в этом, но… В ее понимании победа состояла совсем не в большинстве голосов на выборе. В успешно законченной миссии, в спасении чьей-то жизни или судьбы, даже просто в помощи другу в трудную минуту – да. А ценность вот этого формального голосования была явно недоступна пониманию андорианки. Поэтому она просто нажала кнопку «воздержаться», еще раз окинув взглядом список товарищей, каждый из которых внес свой уникальный, неповторимый и ценный вклад, который Акрита не могла сравнить и оценить по сумме баллов.

Тенма едва обратил внимание на панель с выбором, которая появилась у него на столе. Вместо этого он, сузив глаза, пристально оглядывал товарищей по проекту, пытаясь решить, чье продвижение будет выгоднее всего.
Да, раньше повышение уже получила Квинтилия Перим, и она не справилась с нагрузкой и ответственностью. Но кардассианец не был согласен с тем, что это можно считать практикой, которая что-то показывает. Один случай - это еще не закономерность.
Раз они столько времени проводили на федеральной станции, повышать следовало федерата. Тенма слышал из воспоминаний остальных, что раньше в проекте был энсин по фамилии Соммерс, но сам с ним познакомиться не успел. Теперь остались только кадеты, не имеющие высоких доступов и полномочий. Если кто-то из них досрочно поднимется на первую офицерскую ступеньку - это принесет команде пользу. Офицер всегда может больше, чем не офицер. Они получат хоть какой-то доступ к информации и не будут сидеть в темноте, как в этой ситуации с убийством начальницы станции. Они получат офицерский код доступа - пусть маленького уровня, но это лучше, чем ничего.
Но даже если победивший кандидат решит не получать повышение, а захочет работать на станции - из этого тоже можно будет извлечь пользу. Как персонал ДС9 ему обязательно тоже дадут какой-то доступ и будут больше рассказывать внутренней информации, и, конечно, охотнее это будут делать, если кандидат будет из Федерации.
Поэтому в своих размышлениях Тенма сразу вычеркнул М’Коту, Ракара и себя как инопланетян. Затем он вычеркнул Тенека, поскольку тот был гражданским, и девицу с Трилла, потому что с ней вообще ничего не было понятно.
Осталось 5 кадетов Звездного Флота. Теперь нужно было подумать, чья специальность потенциально принесет больше пользы. Психология и медицина - сразу нет, поэтому была вычеркнута Хена. Пилот… интересно, кем она может работать на станции? Возить грузы? Управлять ремонтным дроном? Ничего интересного. И Тенма вычеркнул Акриту.
Затем он посмотрел на Самриту Баккер. У нее был сложный характер, но она была смелой, работящей и не опускала руки в сложных ситуациях, это произвело впечатление на Тенму на Волане II. Ему захотелось отдать свой голос Самрите. Были ли это только эмоции или в этом была логика? Инженер может ходить везде на станции и подключаться к чему угодно.
Кроме инженера оставались еще два тактика - Освальд и Лайтман. Сомнений в пользе этой специализации не было, нужен был просто один из двоих. Если кого-то назначат работать в операционный центр или в офис Службы безопасности - это будет замечательно, сколько возможностей это откроет! Доступ к внутренним сенсорам станции и в бригу, как минимум. Если им понадобится что-то или кого-то искать - у них будет свой человек в нужном отделе.
Освальд был лучшим другом Тенмы, и ему тоже хотелось отдать голос, тем более, что в регате он был капитаном. Но у Лайтмана была и другая специальность - командная, это плюс. Но в последнее время этот землянин выглядел таким депрессивным… это минус.
Итак, трое. Тенма подумал еще и выбрал Самриту.
_______________
с кадетами
6  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 5 : 27 09 2017, 14:53:57
2 сентября, день
Стыковочное кольцо, каюта Утары Рилл


Утара с признательностью посмотрела на трилла:
– Спасибо, я действительно очень благодарна вам за откровенность. Скажите, вы готовили как-то своих подопечных к этому заданию, не рассказывая разумеется о целях подготовки, или предполагается, что они будут только импровизировать? У вас были какие-то пробные тренинги? В этой ситуации меня смущает не столько трудность задачи для кадетов, сколько возможное нарушение Первой директивы, ведь некоторые государства – участники проекта – её не признают и не учат своих людей методам её соблюдения.
– Проект дает участникам вводную информацию о Первой Директиве и планете для самостоятельного изучения, - пояснил Планкс, - Также у нас будет общая информация о культуре и внешности инопланетян, под которую мы должны будем подстроиться заранее. Но основная образовательная и практическая часть будет преподана учеными на их основной базе. Насколько я понимаю, она надежно замаскирована. Но все-таки я не могу гарантировать, что вы получите то же задание. Ведь кадеты из вашей группы уже были замешаны в чужую политику раньше… Это может быть противопоказанием для такого задания - слишком опасно. Но с другой стороны - это наоборот может показывать, что дополнительный тренинг по Первой Директиве особенно необходим. Ждите сообщений от адмирала Солока… Ах да, а пока адмирал хотел бы узнать о регате. Все были поражены ее результатом и показанным кадетами взаимодействием. Хотя это не было заданием проекта, было бы очень хорошо, чтобы команды обоих кораблей написали отчеты о происшедшем. А также необходимо узнать, как они сами считают - кто из них приложил больше всего сил к объединению и достижению такого результата? Кто сыграл решающую роль и сильнее всех показал себя? Вы можете устроить еще одно голосование. А адмирал готов подумать о том, чтобы предоставить какие-то бонусы наиболее отличившемуся кадету.
– Я предложу им написать отчёты и проголосовать, – согласилась Утара. – Интересно то, что победители последнего задания проекта активно участвовали и в регате, думаю их предыдущая победа неслучайна, она – результат их неподдельного энтузиазма и желания работать на благо проекта. – Болианка немного подумала и добавила: – Знаете, а я бы сделала голосование по нескольким номинациям, ведь вклад каждого был уникальным. В конце концов это – действительно не было заданием проекта, и формально определить лучшего не так важно, как осознать насколько важны были усилия каждого.
-Но бонус будет всего один, - предостерег Планкс, - Конечно, если все кадеты согласны отказаться от шанса его получить, то вы можете сделать голосование по номинациям.
– А вот это решение как раз будет интересно предоставить им самим! – заметила Утара, всё больше увлекаясь процессом обсуждения. – Это ведь тоже в известном смысле тест на способность взаимодействовать.
– Да, это верно, - согласился Планкс и улыбнулся, - Еще один вопрос, который следует решить: какой из двух катеров группа оставит себе и продолжит модифицировать?
– Я бы на их месте выбрала тот, который больше пострадал, – ответила на улыбку коммандера Утара, – по принципу «сами ломали, сами починим», но это ещё один вопрос, который имеет смысл поставить на обсуждение, позволив кадетам высказать собственные соображения. В конце концов это их труд, им и выбирать.
– Тогда спросите у них об этом. По моему опыту, участникам проекта понадобится какое-то время, чтобы договориться. И еще… Госпожа Толан должна была составить характеристики на всех кадетов своей группы. От нового координатора ожидается, что он сделает то же. Что вы думаете об этих молодых людях? Что вам кажется их сильными и слабыми сторонами? Вам понадобится время, чтобы разобраться со всей бюрократией, но потом адмирал Солок будет ждать ваших отчетов. И на этом у меня, пожалуй, все, - он с энтузиазмом хлопнул ладонями по своим коленям и встал с дивана, - Удачи, координатор Рилл.
– Спасибо, коммандер, и вам тоже! – ответила болианка, поднимаясь, чтобы проводить гостя. – И отдельное спасибо за то, что уделили мне время.
Утара слишком хорошо знала, что иные чиновники подходят к понятию «ввести в курс дела» формально, Планкс был не таким: разговор с ним, пусть и короткий, сделал задачу, которая казалась неподъёмной, не такой уж страшной и почти решаемой.
– Лейт-коммандер, - смущенно напомнил трилл, - Я понимаю, когда ученики пытаются сокращать для скорости или из лести, и не поправляю их, но на самом деле это всегда немного нечестно. До настоящего коммандера я еще не дорос.
– Я штатская, – напомнила Утара, – мне можно. А лейтенант-коммандер – это очень длинно, так что я вам не льщу, а просто ленюсь.
– Готовьтесь общаться с Флотом чаще, - притворно вздохнул Планкс, затем взял с подноса вторую чашку с чаем, сунул в нее палец, осторожно лизнул кончик, а затем опрокинул в себя весь напиток.
– Ухх! - он передернул плечами, но затем снова улыбнулся, - Звоните, если что.
Трилл махнул на прощанье рукой и покинул каюту Утары.
Утара помахала Планксу, не переставая безотчётно улыбаться – ей импонировали его открытость и даже некоторое мальчишество. «Ой-ой, – подумала болианка посмеиваясь и отходя от двери, – надеюсь, желудок скромного лейтенант-коммандера выдержит его отважную выходку! А то меня потом насмерть замучает совесть!»
______________________
с Планксом по-прежнему прекрасным
7  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 5 : 27 09 2017, 14:52:48
2 сентября, день
Стыковочное кольцо, каюта Утары Рилл


Выбравшись из офиса СБ и пообщавшись с Ракаром и с Делас, Утара почувствовала острейшее желание разделиться на две независимые сущности и отправить одну в каюту, проверить почту, а вторую - уточнить всё, что можно уточнить у Планкса. Увы, это было невозможно, поэтому болианка почти бегом направилась в каюту, чтобы хотя бы бегло просмотреть письма перед разговором с лейтенант-коммандером.
Новых писем было несколько, и все они пришли в последние 20 минут. Все было спланировано - руководство проекта знало, когда Утару спросят о том, готова ли она принять на себя роль координатора, и Планкс должен был сообщить о ее решении. Судя по всему, как только он это сделал, был отправлен целый пакет писем. В одном были формы и договоры, которые Утаре нужно было подписать и отправить обратно. В другом - инструкция по получению новых паролей и кодов доступа для специальной директории руководства. Остальные шесть писем содержали ссылки на он-лайн тренинги и презентации, которые Утаре следовало пройти как можно скорее. От вулканского адмирала было даже не письмо, а скорее записка с всего несколькими словами: “Лт.коммендер Д.Планкс введет в курс дела”.
Утара невольно улыбнулась: всё это было очень по-вулкански. Никаких лишних разговоров, никаких мотивирующих речей, впрочем, сейчас на этого нечего было возразить: на задушевные беседы и мотивирующие речи всё равно не было времени. Болианка нажала на коммуникатор, вызывая Планкса и одновременно буквально сметая копии документов из компьютера в падд, и взмолилась всем небесным силам, чтобы координатор кардассианской группы был не занят.
Планкс сразу же сообщил, что он не занят, и более того - ждал вызова болианки. Он сразу же предложил прийти в каюту Утары для разговора с ней.
Болианка взодхнула с облегчением: можно было никуда не бежать, а просто сесть в кресло и подождать, взяв в репликаторе чашку чая. Тем не менее, выбрасывать из падда информацию она не стала – волнение заставляло её держить всё под рукой, чтобы при случае можно было заглянуть в «шпаргалку».
Трилл пришел достаточно быстро. Когда советник ему открыла, он вошел в каюту, огляделся по сторонам и слегка нервно потер руки.
– Так! - со слегка наигранным энтузиазмом сказал он, - У нас не так много времени. Надеюсь, госпожа Толан уже успела ввести вас в курс дела?
– Более или менее, – сказала Утара. – Мы договорились о том, что она поможет мне, чем сможет, но сможет она помочь не во всём. Как раз сегодня у неё была назначена видеовстреча с адмиралом Солоком, которая по понятным причинам не состоялась. Адмирал написал мне, что в курс дела меня введёте вы, так что, боюсь, вам от этого не отвертеться. Что ж... Мой репликатор и мои кресла в вашем распоряжении! Если уж застревать где-нибудь, то застревать с комфортом.
– Мой транспорт до Кардассии вылетает через час, - предупредил Планкс, присаживаясь на диван, - Но вы и сами назначили новое совещание с кадетами на 15:00, так что застревать тут не может ни один из вас. Давайте сперва сосредоточимся на этом совещании. Полагаю, вы захотите поговорить с вашими подопечными о последних новостях на станции. И это хорошо, - Планкс кивнул своим словам, – Однако, есть некоторые рутинные вещи, которые вы обязаны затронуть. Если вы наблюдали за предыдущими планерками, которые проводила госпожа Толан… - он слегка запнулся на этом имени, но быстро продолжил, - То вы могли заметить некоторые пункты, которые она всегда выделяет. Или должна была выделять, если следовала инструкции… а я надеюсь, что так всегда и было. Первое - это распределение по комнатам. Вам придется его изменить частично или полностью, поскольку у вас теперь есть новый участник проекта - Делас. Также некоторые кадеты из вашей группы переведены в другие локации и некоторые из них уже покинули станцию - Курш, Тар Мари, Рроу С'Нирл Хриис. Вам нужно будет уточнить у кадетов, кто еще получил приказы о переводе. После этого нужно будет распределить оставшихся по комнатам в соответствие с их профилями и характеристиками.
– Да, это одна из вещей, которую я хотела у вас уточнить, – сказала Утара, наливая себе ещё одну чашку чаю. – Простите, – добавила она, с виноватым видом показывая чашку Планксу, и пояснила: – это помогает сохранить душевное равновесие… Так вот, я хотела спросить, кто из кадетов уже покинул станцию, переводят ли из нашей группы кого-либо ещё, а также есть ли у вас в связи с этим какие-либо рекомендации? Особенно в отношении мисс Делас: девочка очень расстроена, и кажется успела нажить себе неприятности.
Планкс слегка принюхался к пару, поднимающемуся над чашкой Утары.
– А это у вас… - начал он, но быстро оборвал себя и начал отвечать на вопросы, - Насколько мне известно, сегодня станцию уже покинули кадет С'Нирл Хриис и мистер Курш - они присоединятся к третьей группе проекта. А мистер Мари теперь приписан нашей базе на Кардассии и улетит вместе со мной. О других приказах мне пока не известно. Сейчас все происходит и меняется очень быстро. Вам следует спросить у самих кадетов. А рекомендации на какую тему вы сейчас имели в виду?
– Это чай со специями. Болианский, так что вам вряд ли понравится. Но я могу реплицировать вам что-нибудь более привычное, – предложила Утара. – Видите ли, – продолжила она, возвращаясь к репликатору, – я надеялась, что вы обладаете более полной информацией на этот счёт, и окончательный план переселения можно будет составить прямо сейчас. Увы, теперь я вижу, что сегодня придётся либо обойтись полумерами, либо импровизировать прямо на совещании. Что касается мисс Делас, мне кажется, что жить одной для неё сейчас не лучший вариант. Вы хорошо её знаете, и можете сказать, права я или нет, и что действительно для неё лучше – иметь место, где можно отдохнуть от всего и от всех, или с головой окунуться в гущу событий.
– Я отправился в космос не для того, чтобы пробовать привычное, - рассмеялся Планкс, - Поэтому не отказался бы и от вашего чая, если только он не сожжет мне горло сразу. И то же касается кадета Делас. И всех остальных участников проекта, - он посерьезнел, - Привычное - это не наша цель. Вы - советник, поэтому для вас естественно думать о комфорте окружающих, но теперь у вас появилась новая роль, теперь вы стали координатором проекта “Альфа”. А проект не ставит своей целью обеспечить участникам приятную атмосферу и гладить их по шерстке. Раньше вы были более внутри этого, но теперь вы - снаружи. Они - участники эксперимента, координаторы - те, кто смотрят на них из-за непрозрачного стекла и ставит условия. Мы должны вытолкнуть их из зоны комфорта, разбить привычные паттерны поведения, заставить их переосмыслить все, что они впитали из своих культур с молоком матери и что им кажется не требующими доказательств аксиомами. Им должно быть трудно и не привычно. И расселение по комнатам служит этой цели. Прежде, чем найти общий язык с группой, каждый должен найти общий язык хотя бы с соседом по комнате. Но этого не произойдет, если соседи будут слишком похожи, принадлежать к одной культуре или одному складу характера. Там будет нечего искать, не над чем работать. Поэтому расселение должно строиться на принципе противоположностей. Мы должны селить любителя вечеринок - с тихим любителем посидеть над книгой. Кардассианца - с баджорцем. Пессимиста - с оптимистом. Понимаете, координатор Рилл? Вы должны найти кого-то, кто может быть достаточной противоположностью кадету Делас. Если для этого нужно перетряхнуть остальное распределение по комнатам, которое оставила госпожа Толан - пусть будет так. И кстати, если вы не согласны с ее вариантом распределения и вам кажутся потенциально более многообещающими другие варианты - вы вольны все изменить на свой вкус. Вы можете составить собственное распределение по комнатам с нуля.
– Вы сами напросились, – сказала Утара, подавая лейтенент-коммандеру поднос с двумя чашками, каждая из которых была налита наполовину. – Вот тут половинная порция специй. Когда попробуете, сможете решить, стоит ли пить из второй: там всё, как положено. Но только не говорите, что я вас не предупреждала!
Болианка опустилась в кресло, отпила из чашки и продолжила:
– Я поняла вас. Это как на Тексисе отбирают  лучших животных-напарников для учёных-океанологов: бросают новорождённых детёнышей в воду, и смотрят, кто из них быстрее адаптируется к подводному дыханию и новой среде. Я попробую соответствовать, хотя это будет для меня почти таким же испытанием, как для наших кадетов. Что в вашем списке числится вторым номером?
Планкс взял первую чашку и сделал глоток.
– Это… интересно, - выдавил он, - Значит, второе в моем списке - вам нужно будет разобраться с рутинными моментами, с которыми не успела госпожа Толан. Если я правильно понимаю, какое-то время назад кадеты провели голосование о том, какие презентации о культурах рас-участников группы им больше всего понравились на прошлом задании. И у вас одинаковое количество голосов набрали… кажется, три участника? Адмирал Солок успел рассмотреть эту ситуацию и дает дополнительное задание для этих трех участников. Каждый из них должен сделать еще одну презентацию, но за ограниченное количество времени. Значит, берете три голо-комнаты, одновременно запускаете троих человек, и даете им два часа. По истечению этого времени работа над презентациями заканчивается, и все остальные участники могут ознакомиться с результатами и затем снова проголосовать за наиболее понравившуюся. Общую тему для работ вы можете выбрать сами, координатор Рилл.
Когда Планкс отпил глоток чаю, Утара не смогла сдержать улыбку: пожалуй, бросаться в эксперименты стоило не без некоторой осмотрительности, и проводить в жизнь политику проекта «Альфа» - тоже. Впрочем, новость о победителях её обрадовала:
– Это замечательно, – сказала болианка, занося информацию в падд, – Я рада, что этот вопрос уже решён, и мне нравится идея экспромта. А что на счёт нового задания для всей группы?
Планкс замялся.
– До этого инцидента с глинном Толан у руководства был план… по поводу следующего задания. Для меня и моей группы он все еще остается в действии, но не знаю, что насчет вас. Судя по всему, руководство хочет немного подождать, пока вы освоитесь в новой роли, и подержать вас пока на станции. Поэтому вы должны ждать указаний и разобраться пока с рутиной.
– Если проводить этот план в жизнь преждевременно, я не стану нарушать приказы, – пожала плечами Утара, – но хотелось бы всё-таки быть в курсе дела и обдумать предполагаемую перспективу.
– У меня есть только краткое описание задания, - признался Планкс, - но звучит оно очень интересно. Там про выездной практический семинар по Первой Директиве. Ученые, живущие под прикрытием на планете с низким технологическим уровнем, должны продемонстрировать нам свою работу и методы, а мы должны забрать часть их коллекции артефактов и многолетние записи наблюдений. Это очень ответственное и сложное задание, надеюсь, мои подопечные ничего не напортят.
_____________________
с несравненным Планксом
8  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 5 : 13 09 2017, 11:23:02
2 сентября, день
ДС9, камера Иламы Толан


Утара вышла из ангара 13 и направилась в офис СБ, но дошла до него не сразу. На Променаде, в шумном оживлении полупроснувшейся станции она особенно остро ощутила и ужас происходящего, и собственную неготовность к роли координатора, и груз ответственности, и то, что совершенно не понимает как теперь говорить с глинном Толан – да, да, советники тоже могут почувствовать себя растерянными и беспомощными. На подступах к офису у болианки защипало в глазах, спина и ноги превратились в подобие сдувшихся воздушных шариков, и она поспешила уединиться в ближайшей уборной.
Когда дверь закрылась у неё за спиной, Утара прислонилась к стене и прижала к глазам наспех выхваченный из сумочки платок. Ну, почему всё так получилось? Зачем это убийство? Зачем обвиняется координатор их группы? Зачем она-то сама согласилась взвалить на себя всё, что можно было взвалить? Она - не лидер, не офицер, и вовсе не образец мужества и стойкости! Она – слабая женщина, скромный психолог, и совсем, совсем не любитель героических подвигов и нервных потрясений! И вообще, всё это наваждение какое-то: там за дверью весёлые спокойные люди, а весь этот кошмар просто не существует...
И всё-таки невесть почему Утара отлипла от стенки, намочила платок и приложила к лицу, чтобы не было заметно припухлости век. И ещё раз, и ещё... И начала уже думать о том, кто может встретить её в офисе службы безопасности, и что сделать сперва – задать вопросы для кадетов или пойти к глинну Толан... Через пять минут болианка уже убирала влажный платок в сумку и поправляла сбившийся палантин, а ещё через две она вышла на Променад и подошла к дверям офиса СБ.
 
В офисе Утара заметила кардассианского посла Дохиила в окружении трех мрачных сотрудников службы безопасности. При появлении советника они оборвали свой разговор и провожали ее внимательным взглядом, пока один из них не провел ее в тюремный блок.
Все камеры были свободны, кроме одной, в которой находилась кардассианка. Не было обычных пьяниц и шулеров, запертых на ночь в воспитательных целях, Толан была словно изолирована в одиночестве.

Когда Утара подошла к камере, она увидела, что Илама Толан лежит на койке, вытянувшись в полный рост, – советнику была видна ее макушка с растрепанными волосами, обтянутые бледной кожей надбровные гребни и торчащие из-под бесформенного зеленого платья худые серые лодыжки. Женщина смотрела в потолок и появления советника за своей спиной не заметила – или сделала вид, что не заметила.
– Глинн Толан, – негромко позвала её Утара.
Плечи Толан чуть заметно вздрогнули – нет, она все же не заметила Утару, и ее визит оказался неожиданностью. Женщина медленно выпрямилась, одновременно приглаживая всклокоченные волосы, и только затем развернулась к советнику. Вставать она не спешила, но сидела с прямой спиной и поднятой головой, точно принимала Утару не в тюремной камере, а в своем кабинете.
– Советник? – кардассианка чуть склонила голову в знак приветствия. – Я больше не глинн, можете обойтись без званий.
Утара вздохнула.
– Даже не знаю, с чего начать, – печально призналась она. – Я только что с собрания, где нам объявили о случившемся. Наверное, сперва мне следует спросить вас, является ли это обвинение ложным.
– Нет, - глухо отозвалась Толан. – Я не знаю, что именно вам сказали, но все обвинения верны. Я убила коммандера Мори.
Утара несколько секунд молчала, собираясь с духом. Сколько она не говорила себе, что чудес не бывает, всё-таки это оказался удар.
– Ракар сказал, что видел вас вчера после регаты. Он уверен, что вас к этому принудили… – болианка взглянула на Толан почти с мольбой, – Прошу вас, скажите, он прав?
– Да, - после небольшой паузы проговорила кардассианка. – Откуда Ракар это узнал? Служба безопасности уже в курсе, кто за мной стоит, но это не отменяет того, что на спуск нажала именно я.
– Я не знаю, – призналась Утара. – Он не привел никаких доказательств, кроме вашего состояния прошлым вечером, но я – психолог, и я знаю, что нередко состояние человека – это улика номер один, а вы действительно выглядели, как человек в состоянии серьёзного стресса. Я не решилась вас расспрашивать, и теперь вижу, что напрасно.
Болианка помолчала, затем попросила:
– Расскажите мне. Не как советнику – как вашему другу.
– Зачем вам это? – устало спросила Толан, опуская плечи. – Скорее всего, совсем скоро меня здесь не будет; меня уже лишили звания и уволили с позиции координатора проекта. Вы не должны ничего для меня делать.
Утара покачала головой.
– Люди не всегда делают только то, что должны. Иногда они делают то, чего требует их сердце.
– Разговаривать с убийцей? – недоверчиво переспросила женщина и подняла взгляд на советника.
– Это не в первый раз, – напомнила Утара. – Я разговаривала с солдатами и с бывшими пленными, помните? Конечно, они убивали на войне или при побеге из плена, но всегда ли мы знаем, где заканчивается война и начинается мирная жизнь? В мирной жизни людям тоже случается попадать в плен и бежать, или выбирать – убить или умереть. И, наоборот, война не обязательно означает, что люди убивают только вынужденно, когда без этого не обойтись, иногда они убивают от горя и ненависти и даже тогда, когда в убийстве нет смысла.
– Не забывайте, что я тоже убивала на войне, советник, - Илама прислонилась спиной к стене. – И я вижу разницу между убийством врага и тем, что я совершила сегодня ночью. Но не думайте, что я буду объяснять или оправдываться – я сделала то, что сделала, и я признаю свою вину. Вы можете передать кадетам, что я сожалею, но я не хочу, чтобы у вас или у них были иллюзии на мой счет. Если вы хотите мне помочь, то принесите мне бутылку канара – хотя едва ли мне позволят такое удовольствие в камере. Или хотя бы книгу, которую я не успела дочитать – теперь у меня будет достаточно времени. Больше вы ничего сделать не сможете.
– Значит, на войне вам довелось стрелять только во врагов, – с горечью ответила Утара, – не все отделались только этим… Я не жду от вас оправданий… – болианка хотела сказать по привычке «глинн», но спохватилась и сказала «Илама», – я просто думаю, что держать всё это в себе мучительно, и обещаю вам, что сказанное не пойдёт дальше меня. Но если говорить вам ещё тяжелее… – Утара беспомощно развела руками, – тогда я, просто принесу вам вашу книгу и передам кадетам ваши слова.
_________________
с Иламой
9  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 5 : 12 09 2017, 14:11:28
02 сентября 2384 г., около 12 часов
ДС9, Ангар 13


Делас на мгновение опустила голову, а когда подняла ее вновь, на ее лицо вернулось выражение гордости и уверенности в себе, смешанного с любопытством и исследовательским интересом. Она улыбнулась Планксу краем губ и выпрямила плечи, не сводя взгляд с кадетов.
– Спасибо, - шепнула она. – Я вас не подведу.
Впрочем, подходить ближе ромуланка пока все равно не спешила, заняв наблюдательную позицию там же, где и стояла все это время – прямо у двери.
Освальд очень огорчённо и немного разочарованно посмотрел на ромуланку и заметил:
– Знаешь, пока что больше похоже, что это ты ненавидишь нас, а не наоборот. И я не считаю, что мы это хоть чем-то заслужили.
Помотав головой, землянин опустил голову и погрузился в раздумья, изредка поглядывая на Самриту.
Тенек тоже повернулся к ромуланке и с интересом слушал её разговор с Планксом.
– Совсем недавно вы называли «все беды квадранта» интересными приключениями, – напомнил он. – Кажется, у вас есть шанс сделать переоценку некоторых представлений.
Все, что происходило, было очень тяжело. Кадет Лайтман хмуро смотрел на все происходящее. Тем не менее, коммандера убили не ромуланцы. И вся диверсия, которую задумала и осуществила Делас с другими двумя – казалась ему такой мелкой и глупой, такой несущественной. Разве может быть что-либо важнее, чем жизнь и смерть? Может, когда речь идет о том, чтобы пожертвовать своей жизнью ради того, чтобы жили другие. И вся эта ерунда на регате ненависть не породила, если разобраться. Лайтман поднял голову:
– Делас, зря вы так. Мы не ненавидим ваc. У Федерации нет ненависти к Ромуланской Империи, и у нас к вам лично – тоже. Останьтесь с нами, это будет интересно.
 
Пока Планкс говорил, Ракар переводил взгляд с коммандера на Делас и обратно. Из этого короткого диалога ему стало понятно, что приказ о переводе в эту группу Делас получила с Ромула, и это было в некоторой мере хорошо. Даже в большой мере хорошо. Его собственную неловкость по отношению к Делас Ракар всеми силами пытался опускать. Но ничто так не подстегивает паранойю, как спланированное убийство и собственный промах, когда не сумел предотвратить. Однако подозрения в адрес собственного командования Ракар быстро отмел, они просто прислали ему подмогу. А вот о том, что случилось на регате – Планкс уже, судя по всему, прекрасно знал. И это было хорошо.
Ракар, сделав два шага к Делас, отметил высказывание Тенека. Тенек конечно был хорош, но иногда есть вещи, которые не уместно произносить прямо сейчас. Ах, как же Тенек любил их произносить, все эти вещи. Но таков уж был вулканец, этого у него не отнять.
Делас больше не впадала в панику, благодаря федеральному лейтенант-коммандеру, и поэтому Ракар не положил ей руки на плечи, поэтому он не стал говорить ей некоторые слова, глядя  в глаза. Это было очень хорошо. Потому что Квинтилия была здесь. Квинтилия могла не понять, несмотря на все то сказанное вчера. Зато Ракар понимал и знал теперь все то, что ему нужно будет с Делас обсудить, то, что могло быть никогда не высказанным. Удивительно, как более сильные и страшные вещи приводят к пониманию несущественности мелочей.
– Делас, - сказал Ракар, подойдя к ней, - ну, как видишь, ненависть – это сильно сказано. Если она и была, то уже угасла. Беды квадранта – мы собирали не нарочно. Останься, приказ командования – есть приказ командования. И нет никакой ненависти. Мы потом поговорим с тобой о многом, а сейчас, прошу тебя, послушай то, что я скажу и остальным. Это важно.
– Хорошо, - Делас коротко кивнула. Все это время она смотрела только на Ракара, и, судя по всему, именно его приглашения она и ждала. Ромуланка сделала шаг вперед, подходя ближе к группе кадетов, оставшихся, чтобы услышать рассказ Ракара – большинство из них она уже так или иначе знала. Хуже было то, что и они уже знали ее…
Планкс, который уже со всеми попрощался, тихо вышел из ангара. Больше не вышел никто.
Ракар проводил коммандера взглядом. Неужели он не хотел знать? Или он и так уже все знал? Скорее второе, конечно. Ракар замешкался на несколько секунд. Не с кем было посоветоваться. Но он уже выбрал свой образ действий. И тогда он отвернулся от двери и подошел к столу, присев на его краешек. Никогда он так не делал на общих собраниях, он позволил себе это, не осознавая того, что волнение тому причиной. Ромуланец коротко глянул на Тенму, потом на Квинтилию.
– Коллеги, в первую очередь, я хочу сказать, что очень сожалею, что так случилось. И приношу соболезнование всем вам, которые из Федерации. Я знаю, что значит для вас гибель вашего командующего офицера от рук представителя Кардассии. И я понимаю, что все вы, или почти все – пылаете праведным гневом в сторону глинна Толан. Однако, все не так однозначно, как может казаться. Я утверждаю, что ее заставили. Причем, заставили жестко. По своей воле она такого никогда бы не сделала, - Ракар говорил быстро, стараясь пресечь и не дать начаться возможному возмущению или негодованию. Он понимал, что возможно, все что здесь происходит – записывается на видео со звуком, но пусть. Так оно даже лучше. – У меня есть причины так считать, - продолжал ромуланец, - несмотря на то, что у меня нет прямых доказательств. Однако громадная куча доказательств косвенных, полученных прямым наблюдением. Когда мы вернулись с Волана II, я уже понимал, что все происходит как-то слишком спланировано. Я задал вопрос своему командованию и получил подтверждение. На Кардассии существует некоторая группа, которая противостоит проекту. Это не Центральное командование, Джез, - сказал Ракар, глянув на кардассианца, прежде чем тот возмутится, - и не официальная позиция Кардассии, но есть те, кто хочет разрушить дипломатический контакт. И… я искал бомбу, я искал бомбу на корабле, но искал не там… Несколько дней тому назад, как все помнят, поведение глинна Толан изменилось на отстраненное. А вчера я был у нее в каюте. Она вела себя так, как будто делает что-то в последний раз. Как будто готовится к отъезду. И еще – она выглядела замученной морально и физически. Я считаю, что ее шантажировали и пытали. Не знаю как, не знаю чем, может быть какими-то химическими соединениями, но она явно испытала на себе достаточный арсенал пыток. Возможно, если ее обследовать, еще не поздно это засечь. Я понимаю, конечно, что это не оправдывает. Убийство есть убийство и она виновна. Но за этим ее действием стоят совсем другие люди.
И Ракар замолчал, переводя дух.
– Но я все-таки рада, что госпожа Толан не оказалась злой… - тихо проговорила Хена.
– ЕСЛИ догадки улана верны, - заметил болианец Брол Арко.
– Ракар... - устало помотал головой Освальд, - в Федерации тоже были и, наверное, до сих пор есть те, кто противостоял проекту и не был согласен с официальной позицией правительства, которое дало зелёный свет. Что же вы нас-то не подозреваете в этом деле? Может, это какая-то отчаянная оппозиционная группировка на Земле, о которой мы даже не догадываемся, решила подставить кардассианского координатора! Более того, я готов поспорить на что угодно, что на Ромуле тоже есть несогласные с проектом! Может, нам вас тоже подозревать начать? Вы говорите, что были с ней вчера вечером. Можно же сказать, например, что вы там обсуждали готовящееся покушение и согласовывали последние детали! Коллеги, - землянин выглядел совершенно разбитым, глядя на остальных кадетов, - пожалуйста, давайте не будем строить теории заговора, пытаясь увязать всё произошедшее с нами в единую схему, - это прямой путь к паранойе и развалу нашей группы изнутри. Произошла трагедия, и любые догадки и тыкания пальцем в виноватых без серьёзных доказательств - это, просто-напросто, проявление неуважения к коммандеру Мори и всему тому, что должен олицетворять наш проект. СБ этим занимается, они знают всё, а мы - ничего, Толан допросили и держат в камере, а мы с ней даже не говорили! О каких утверждениях вообще может идти речь?
– Возможно, утверждения мистера Ракара имеют под собой некоторые основания, – задумчиво сказал Тенек. – Подчёркиваю – это только вероятность, но с ней необходимо считаться. Именно поэтому я предложил каждому, кто сможет вспомнить что-то выпадающее из логичного ряда событий, сообщить об этом в службу безопасности. Если это окажется несущественной информацией, её отсеют, если важной – используют для расследования. – Вулканец перевёл взгляд на Освальда и добавил: – Я согласен с вами в том, что главным виновником случившегося может оказаться представитель любого из наших государств, но это не означает, что мы должны либо в обязательном порядке подозревать друг друга, либо в обязательном порядке отказываться от любых гипотез. Виновность одного представителя Федерации не означает виновность самой Федерации или участника проекта от Федерации – это разные логические единицы и их нельзя считать тождественными. То же самое справедливо и для любого другого государства.
– Советник правильно нам сказала, - Самрита кивнула вулканцу и посмотрела на Утару: - не стоит просто так обвинять государства. Мы не знаем мотивов – может быть, Толан ненавидела коммандера Мори? Или ее действительно заставили – но по каким-то личным причинам? В любом случае, гадать смысла нет, но мы действительно можем рассказать службе безопасности все, что точно знаем – вдруг что-то из этого окажется полезным. Хотя мне лично нечего сказать, кроме того, что я видела ее пьяной в Кварк’c, - хмыкнула девушка и обратилась к Утаре: - Советник… то есть координатор Рилл, вы же сейчас туда пойдете? Вы можете сообщить СБ, что мы готовы давать показания? И… если честно, то я не знаю, что от нас можно передать Толан, - Самрита оглянулась на остальных. Говорить убийце, что им жаль, или что они ее поддерживают было бы кощунственным.
– «Советник», – кивнула девушке Утара, – так будет удобнее нам всем. Я ведь не перестала быть советником. Я передам глинну Толан, что мы все хотим знать правду. Если она невиновна или совершила убийство под жестоким давлением, как считает мистер Ракар, для неё это тоже будет важно.
Болианка окинула кадетов взглядом и подумала, что они, пожалуй, всё-таки успели стать командой: несмотря на то, что остались такими непохожими друг на друга, с разными взглядами и мнениями, они научились слушать и слышать друг друга. Это был большой шаг вперёд.
– Увидимся в 15:00, – сказала она и, постояв пару секунд, вышла за дверь. До нового собрания ей надо было успеть многое.
___________________
с Планксом и кадетами
10  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 3 : 10 01 2017, 11:29:43
29 августа 2384 г., ранний вечер
ОПС, кабинет командующего станцией


– ...Проходите, - прозвучал голос Мори, когда перед Утарой открылись двери офиса.
Коммандер сидела за своим столом, погруженная в изучение каких-то документов, и ей потребовалось несколько секунд, чтобы отложить их и сосредоточиться на посетительнице, которую она сама же и вызвала.
– Что-то случилось, коммандер? – спросила Утара, входя. В первый момент после вызова она просто поспешила на вызов, не слишком рассуждая, почему он был таким срочным, но по дороге ей пришло в голову, что помимо информации о разрешении или запрете присутствовать на суде, тут может быть что-то ещё. Эта мысль пришла ей в голову именно из-за срочности.
– Пожалуй, вы можете сказать и так, - согласно кивнула Мори, - Как я говорила вам по связи, мне пришел ответ по вашей просьбе о присутствии на суде по делу кадета Лайтмана. Звездный Флот не возражает… однако, это могут оказаться не совсем те условия, которых вы ожидали. Вам предлагается роль защитника кадета Лайтмана, госпожа Рилл.
Мори сделала паузу, чтобы дать важной информации осесть в восприятии Утары, и быстро добавила:
– Разумеется, вы можете отказаться, и тогда назначат кого-то другого, но я боюсь, что это негативно повлияет на качество защиты.
Утара ответила не сразу. Сперва она именно что дала информации осесть, затем спокойно и твёрдо ответила:
– Я согласна.
Подумав ещё некоторое время, болианка добавила:
– Однако, я бы не отказалась от вашего совета и от рекомендаций мистера Планкса.
– Разумеется, - Мори протянула болианке падд, который читала до этого, - Здесь вы найдете информацию о протоколах Звездного Флота, вам следует ознакомиться с ней до завтрашнего вечера. Также вести процедуру будет очень опытная судья, она не даст вам пропустить вашу очередь говорить. Ожидается, что в первой части заседания защитник и обвинитель выступят с речами в пользу каждый своей стороны, вам следует подготовиться заранее. Во второй части каждая сторона будет иметь право вызвать максимум по два свидетеля. Как вы помните, мне не удалось получить от кадета Лайтмана информацию, кого он хочет видеть в этой роли, поэтому этим придется заняться вам.
– Как много у меня времени? – уточнила Утара. То, что есть срок до завтрашнего вечера, она уже поняла, но если времени больше, это тоже нужно было знать.
– Ориентировочно заседание назначено на завтрашний вечер, - пояснила Мори, - Есть небольшая вероятность, что срок может сдвинуться на более позднее время, но я бы не стала на это по-настоящему рассчитывать.
Утара кивнула.
– Я думаю, мне нужно будет побеседовать с теми кадетами, которые присутствовали на месте происшествия и подумать, кто из них подойдёт лучше всего. Как мне кажется, добиться в этом помощи от мистера Лайтмана будет нереально.
Мори нахмурилась и поморщилась.
– Настрой кадета Лайтмана перед завтрашним судом - тоже будет вашей задачей. Пока у меня складывается впечатление, что он не настроен бороться и полностью признает свою вину. С одной стороны, чистосердечное признание может помочь добиться благосклонности судьи, но с другой - пораженческие настроения еще никогда никому не помогали. С кадетом Лайтманом или без - выберите двоих человек, в ком вы можете быть уверены, кому сможете доверять, и кто сможет давать показания, подтверждающие точку зрения защиты. После того, как вы зададите вашим свидетелям вопросы, то же сможет сделать ваш оппонент. Скорее всего, он будет пытаться сбить свидетелей с толку и повернуть их слова так, чтобы вина кадета казалась как можно тяжелее.
– Его настроение изменилось за последние два дня, – заметила Утара, сразу после возвращения всё было намного хуже.
Немного подумав, болианка сказала:
– Я согласна с вами, что признание своей вины – правильное решение. И ваши опасения я тоже разделяю: в ситуации мистера Лайтмана есть определённые смягчающие обстоятельства, плохо, если из-за его настроя они останутся неозвученными. И из-за мастерства обвинителя тоже. Вы уже знаете, кто будет моим оппонетном?
– Пока нет, - покачала головой Мори, не переставая хмуриться, - Скорее всего это будет кто-то с кардассианской стороны, но точно не господин Корам.
– Что ж, придётся готовиться к худшему, – вздохнула Утара.
 Мори согласно кивнула и слегка вздохнула.
– Кроме свидетелей, вы также можете вызвать и самого кадета Лайтмана. После всех допросов от защитника и обвинителя будут ожидаться финальные речи, а затем судья вынесет решение. Как видите, процедура звучит довольно просто, но чем быстрее вы встретитесь со своим подзащитным и начнете подготовку, тем будет лучше.
– Я поговорю с мистером Лайтманом после окончания этой презентации, – снова согласилась советник. – И я очень благодарна вам за помощь, – серьёзно добавила болианка: после встречи с мистером Эпплби, она начала ценить честное и этичное сотрудничество ещё больше, чем раньше.
_________________________
с Мори
11  Променад / За кадром / Re: Паутина : 30 12 2016, 22:42:11
***
Утром перед отлётом Утара встала задолго до времени выхода: так уж повелось, что утро было не утро, если болианка не успевала выпить пару чашек чая, просмотреть ленту новостей или прочитать несколько страниц из любовно выбранной книги, ответить на свежие письма и иногда – под конец этой маленькой личной «вечности» – открыть наугад первый попавшийся томик из «традиционной» коллекции и погадать себе на грядущий день.
Вот и теперь Утара сидела в мягком просторном халате с чашкой чая возле левой руки и набирала ответ на письмо мужа. Поставив точку и отправив письмо в его загадочный путь по подпространству, она рассеянно потянулась за книгой и раскрыла её на первом попавшемся месте. Это оказался инопланетный сборник в жанре «чтение между строк» (причём в самом буквальном смысле).
Вот, что выхватил со странички её взгляд: «Но вот наконец ненавистный шторм разразился. Он срывал со стен праздничные стяги, ломал деревья, грозил всему живому и нагонял на Угутена смертную тоску». Утара со вздохом поднялась с кресла (она как-то совсем не ожидала, что ей под руку подвернётся эта капризная книга) и достала из шкатулки прилагавшиеся к изданию очки. Снова умостившись в любимой позе, она водрузила очки на нос и прочитала на том же самом месте следующее:«Но вот наконец ненавистный шторм разразился во всей своей первобытной красоте, во всей тоскующей мощи бунтующего одиночества. Он срывал со стен праздничные стяги, ломал деревья, грозил всему живому и нагонял на Угутена смертную тоску, хотя позднее Хранитель Памяти признавал, что только шторм заставил его остаться дома; только шторм следовало благодарить за то, что Угутен услышал негромкий стук в дверь».
Точно по заказу, стук в дверь не заставил себя ждать. Вернее сказать, звонок. Сатал понимал, что его затея имеет слишком малые шансы увенчаться успехом, и тем не менее, не мог хотя бы не попытаться. Если ему удастся убедить Утару, возможно, она сумеет уговорить координатора пойти навстречу его странной просьбе. Итак, он решил не вызывать психолога по коммуникатору, а сразу прийти поговорить лично, и теперь напряжённо ждал ответа с другой стороны.
– Войдите, войдите, – крикнула Утара, не поднимаясь с кресла (что это за утро если постоянно вскакивать!); управление дверью было настроено на голосовую команду, поэтому дверь сразу же открылась.
Сатал шагнул в каюту и остановился на пороге.
– Доброе утро, мэм, – произнёс он, поворачиваясь к Утаре. – Я хотел с вами поговорить, мне нужна помощь.
– Да входите же! – досадливо воскликнула Утара. – Входите и садитесь. Особенно если вам нужна помощь: совершенно ведь невозможно оказывать помощь человеку, который стоит в дверях!
Сатал кивнул и сделал несколько шагов в каюту по направлению к болианке. Оглядевшись по сторонам, он выбрал стул поближе к креслу Утары и сел.
– Мы сейчас должны лететь на геологическую миссию, – начал Сатал, – которая может продлиться от нескольких дней до нескольких недель. И мне б не хотелось оставлять здесь на станции одного человека… – юноша на мгновение замялся, но потом продолжил уже решительнее: – Вы ведь помните эту девушку, Анастасию Лазурную? Мы познакомились на фуршете, и вы наверняка видели её не раз вместе со мной. Я люблю её. Я не хочу, чтобы она оставалась здесь одна, чтобы…  – на мгновение Сатал засомневался, как объяснить свою тревогу: не рассказывать же всем подряд о Синдикате! – Чтобы её никто не обидел. Я не могу остаться здесь с ней, поэтому прошу вас помочь мне уговорить глинна Толан разрешить ей лететь с нами.
Утара вздохнула. Зачем она только открыла эту книгу? От души пожелав книжному Угутену, чтобы посетитель озадачил его ещё посильнее, чем её озадачил Сатал, болианка сказала:
– Ну почему вы решили, что кто-то будет её обижать? Или что в нашей поездке ей будет безопаснее. Помните, чем геологическая миссия закончилась в прошлый раз?
Волан 2 забыть было, конечно же, невозможно. И всё-таки Сатал предпочитал такую, понятную опасность, чем то, что можно было ждать от Синдиката.
– Я помню это очень хорошо, мэм, – кивнул вулканец. – Однако вероятность того, что проблемы возникнут снова, не так высока, а если даже это произойдёт, я буду рядом. Если же она останется на станции…
Сатал умолк. Всё, что он говорил, было слишком неопределённо и туманно, он должен был предложить собеседнице хоть какие-то вменяемые агрументы.
– Миссис Рилл, – проговорил он, опустив голову, – я, к сожалению, не могу рассказать вам всего того, что заставило меня встревожиться и прийти к вам. Но вы же знаете, что я – вулканец и не склонен паниковать по надуманному поводу. Есть вещи, которые я не вправе озвучить, и тайны, которые принадлежат не мне. Я знаю, что её могут обидеть, и служба безопасности здесь не поможет. Взять её с нами на миссию – лучшее, что я могу сделать.
Утара задумалась, помешивая в чашке ложечкой.
– Вы же понимаете, что для глинна Толан этих объяснений будет недостаточно, – сказала она, бросив на юношу взгляд с оттенком лёгкого упрёка. – Даже если я поддержу вашу просьбу, ей будут нужны веские основания. Факты. А вы говорите, что не можете их предоставить. Насколько я знаю глинна координатора, ей такой ответ не понравится!
12  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 3 : 15 12 2016, 14:48:52
29 августа 2384 г., обеденное время
Лазарет


Утара посмотрела на Квинтилию одновременно с участием и сожалением, слегка покачала головой и сказала:
– Вы устали. А я и без того задержала вас дольше, чем позволяет вежливость. Давайте продолжим завтра вечером. Если с утра вам понадобится помощь, вы можете зайти ко мне, но, конечно, вы не обязаны это делать. А сейчас я позову мистера Тенека, как вы просили.
– Если завтра вечером я еще буду на станции… - эхом откликнулась Квинтилия.
– Вряд ли вас отправят со станции сразу, даже если вы откажетесь от проекта, – сказала Утара, – такие вещи требует согласования. И я очень надеюсь, что вы не придумали себе какое-нибудь бегство! Скажу вам честно, такой поворот в нынешних обстоятельствах был бы жестоким ударом по проекту, а значит и по всем его участникам.
– Энн Уильямс подала заявление об отчислении из Академии Звездного Флота - и в тот же час была свободна, - пожала плечами Квинтилия, - Теоретически, я могу сделать то же самое. Чем быстрее я исчезну, тем быстрее перестану быть всеобщей проблемой.
– Вы – не проблема, вы – Человек, – поправила её Утара. – Личность, а не единица. И если вам это действительно важно, ваш уход из проекта создаст не меньше проблем, чем ваше присутствие в нём. – Утара не стала говорить, что уход Квинтилии создаст куда больше проблем, чем её присутствие; болианка чувствовала, что эти слова не были бы поняты Квинтилией правильно, к тому же со стороны советника было бы неэтично оказывать на девушку давление. – Конечно, вы вправе написать заявление и уехать, как только получите подтверждение, – добавила Утара с нескрываемой чисто человеческой усталостью в голосе, – но право, я уже не знаю, чего ждать от участников этого проекта! Если завтра меня разбудят и скажут, что кто-нибудь сбежал безбилетником на грузовом корабле, я, наверное, даже не удивлюсь.
– Рекло, Валардис, Уоллес, Т’Влар, Латек, Соммерс, Кейра, - начала перечислять Квинтилия, - Они все покинули проект, и он не перестал существовать. Разве я более особенная, чем они?
– Ещё Сатал и Уильямс, – напомнила Утара. – Вы – десятая. Каждый новый выбывший – новый удар по проекту, говорю вам это прямо и без прикрас. Как видите, уйдёте вы или останетесь, проблемы у проекта всё равно будут.
– Значит, я ни на что не повлияю, - подвела итог Квинтилия.
– Как сказать, – возразила болианка. – Тот, кто остаётся, всегда может повлиять на ситуацию, в отличие от того, кто уходит. Тот, кто остаётся, может приложить усилия к тому, чтобы проблемы превратились в их противоположность, а тот, кто уходит, в любом случае оставит их проблемами.
– Знаете, советник… - начала девушка-трилл, - Раньше, когда я была младше, я хотела быть хорошей и нравиться всем. Потом я начала понимать, что это невозможно, и теперь стараюсь воспитывать в себе безразличие к мнению окружающих. Вы, все остальные из проекта - если я уйду, то никогда вас больше не увижу, поэтому мне будет все равно, что вы обо мне думаете, и это не сможет меня ранить. А сам проект? Как я сказала, я хотела участвовать в нем только ради самой себя, а не ради высоких идеалов, как другие. Я знаю, что это эгоистично и делает меня плохим человеком, но я всего лишь то, что я есть. К тому же, у проекта столько проблем, что может быть и к лучшему, что его сейчас закроют, чтобы в следующий раз подготовиться лучше.
– Можно я не буду ужасаться? – мягко улыбнулась Утара. – Я уже слышала такие слова и знаю, что их почти всегда говорят люди, которые намного лучше, чем сами о себе думают! – болианка вдруг поняла, что устала стоять и снова села. – Что мне вам сказать? Нравиться всем и быть для всех хорошей невозможно, это правда. Но правда и в том, что не дорожить ничьим мнением и совершенно игнорировать других людей невозможно тоже. Во-первых, даже отшельник в пустыне не может жить без любви и тепла. Ищет ли он созвучия своей собственной души с Космосом или молится о благе других людей, он всё равно ищет кого-то, кто сделал бы его бытие осмысленным, и неважно, происходит это в масштабе человека или целой Вселенной. Во-вторых, тот, кто всё-таки отшельником не является, находится в постоянном взаимодействии с людьми. Это может быть сотрудничество или соперничество, дружба или вражда, любовь или война, но это всегда и непременно взаимодействие. Если мы попытаемся игнорировать этот факт, мы всего лишь создадим себе иллюзию, которая рано или поздно разобьётся и поранит нам душу осколками. Так что, как видим, человеку нужно найти что-то третье, что-то… своё.
Утара замолчала, разгладила на коленях шаль, потом снова посмотрела на Квинтилию.
– Да, проект, – сказала она. – На первый взгляд вы правы, но только на первый. Видите ли, жизнь устроена очень хитрó: механизм, который не прошёл испытаний на прочность, может подвести вас в самый неожиданный момент, как бы гладко он ни работал в идеальных условиях, а люди, которые не конфликтовали в благополучных обстоятельствах, могут чуть ли не поубивать друг друга, если что-то пойдёт не так. Зато испытанная машина вас не подведёт, и команда, которая выдержала суровые испытания, не заставит вас сомневаться в своей надёжности. Много ли докажет проект, в котором участники будут выполнять только настряпанные по домашним заготовкам задания и ни разу не столкнутся с реальностью? Что-то он докажет, но это будет лишь небольшой шажок вперёд. Если же выживет и докажет свою состоятельность проект, где участникам пришлось столкнуться с настоящими, жизненными трудностями, он без всяких сомнений покажет, что люди из разных миров могут работать плечом к плечу. А знаете, что всё сказанное мной означает ещё? Что человек, который сумел преодолеть настоящую серьёзную проблему, тоже доказал свою состоятельность по сравнению с человеком, который с серьёзными проблемами ни разу не сталкивался. Мудрые люди это понимают.
– Вы хотите сказать, что тот, кто всю жизнь старался быть осторожным, много работал над собой, проявлял ответственность и не совершал ошибок, может цениться меньше, чем тот, кто оступался? - Квинтилия недоверчиво хмыкнула, - Тогда это ужасно нечестно. Зачем тогда вообще стараться быть хорошей и делать все правильно, если можно вместо этого с удовольствием грешить, а потом каяться?
– И снова вы правы только на первый взгляд, – заметила Утара. – Есть большая разница между тем, кому просто не приходилось сталкиваться с трудностями, и тем, кто, несмотря на отсутствие трудностей в реальной жизни, целенаправленно и осознанно учился их преодолевать. Это разница тренировки и опыта. Точно так же есть огромная разница между тем, кто оступился и приложил много труда, чтобы преодолеть последствия своего проступка, и тем, кто бездумно «грешит и кается». Это разница в осознании ответственности. Если бы в команду корабля пришли все четыре этих человека, три первых – все трое – заслуживали бы доверия. При этом первому наверняка пригодились бы советы и опыт второго и третьего. С четвёртым было бы уже сложнее. Полагаю, прежде чем заслужить уважение и доверие, ему пришлось бы научиться ответственности и порядочности.
– Но я ведь старалась… - впервые с начала разговора в голосе Квинтилии появились эмоции, жалобные ноты, - У меня были настоящие трудности, и я их преодолевала, и было тяжело, и я во многом себе отказывала, и шла на риск, и брала на себя ответственность… Но теперь это все оказалось зря. С детства меня учили, что нужно быть хорошей и оправдывать ожидания, что надо стремится к цели и ставить планку высоко, что нужно забыть об удовольствиях и слово “хочу” заменить на слово “надо”. Они говорили, что тяжелый труд и самопожертвование гарантируют успех. И я делала это все, и я закусывала губу, и искала второе дыхание… Но это ни к чему не привело, кроме разочарований, и я никогда не вижу финиша и кого-то, кто бы сказал: “Достаточно, ты уже достаточно хороша для нас, можешь расслабиться и отдохнуть”. И я устала… я просто очень устала от всего.
Утешающим жестом Утара коснулась плеча девушки.
– Я понимаю. Вы так старались оправдать надежды, быть идеальной, что совсем забыли, как это – быть собой, просто собой. Вы так старались оправдать ожидания, что вконец запутались, какие средства можно использовать, а какие – нет, выбрали неверное средство – и вот вы в беде. И всё-таки всё было не зря, поверьте мне. В том, чему вас учили, много правды, и упорный труд, действительно приносит плоды. Вот только всё остальное в жизни человека тоже должно быть. Друзья и сладости, хорошие книги и глупые шутки, ссоры и примирения, иногда – даже сладкий сон до полудня... Много всего, без чего наша душа постепенно начинает мучиться, как от голода. А от голода человек может наделать много глупостей! Вы ошиблись... Но всё, чему вы научились, осталось с вами. И это нужно не только вам, даже опыт ваших ошибок. Возможно в будущем офицер Квинтилия Перим, или преподаватель Академии Квинтилия Перим, или просто хороший человек Квинтилия Перим по очень знакомым признакам угадает у младшего товарища такую же беду и сумеет вовремя остановить его, не дать совершить ту же ошибку, а если она уже совершена, поможет понять, что не всё пропало, что можно встать и идти дальше.
Квинтилия ничего не ответила, только тихо шмыгнула носом. Кажется, запас относительного спокойствия, с которым она вела этот уже достаточно длинный разговор, подходил к концу, и жест советника снова растопил лед, который хоть как-то помогал Квинтилии держать себя в руках.
Утара тоже ничего не сказала, только села рядом и по-матерински обняла девушку за плечи. Бывают такие дни, когда человеку нужно просто вволю наплакаться.
___________________________
с Квинтилией
13  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 3 : 15 12 2016, 14:39:19
29 августа 2384 г., обеденное время
Лазарет


Утара была бы рада проследить, как пройдёт пикет, но сейчас на повестке дня у неё было другое дело – Квинтилия. Квинтилия, которая ухитрилась так «вовремя» стать центральной фигурой, причём в самом плачевном смысле, и занимала мысли, пожалуй, каждого из участников проекта. Квинтилия, которая неизбежно пережила и ещё должна была пережить несколько сложных разговоров. Квинтилия, которой предстояло в первую очередь разобраться в себе самой, как и всякому другому, кто попадал в её ситуацию.
Перед входом в палату болианка увидела Тенека. Вулканец и сам только что пришёл и успел только узнать о посещении глинна Толан. Поскольку кардассианка пришла после вполне приличного перерыва, за который у Квинтилии было время отдохнуть или хотя бы спокойно обо всём подумать, у вулканца это не вызвало каких-либо нареканий. Что вызывало его озабоченность, так это нелогичное нежелание мисс Перим знакомиться с информацией о собственном состоянии, особенно на фоне непонятных Тенеку метаний между глубоким самоосуждением и явным желанием избежать наказания. А ещё это признание в том, что её окружали абсолютно нецивилизованные люди… вулканцу было трудно представить себе подобное, но Вселенная велика, в ней всякое может случиться! Во всяком случае, по сравнению с недавним визитом на станцию негуманоидной формы жизни рассказ мисс Перим был более чем правдоподобным.
– Миссис Рилл, – обратился он к болианке после того, как они обменялись приветствиями, и Утара обозначила своё намерение побеседовать с Квинтилией, – я оставлял мисс Перим информацию о её состоянии, но не уверен, что мисс Перим с ней ознакомилась. Я собирался выяснить это сам, но поскольку вы уже здесь, возможно, будет лучше, если я предоставлю это вам – психологию нельзя назвать моей сильной стороной.
 На счастье Тенека Утара уже имела опыт общения с самыми разными вулканцами и научилась не воспринимать их манеру идти к цели кратчайшим путём, без «лишних» словесных оборотов, как грубость, однако всякий раз, когда ей приходилось с этим сталкиваться, болианка ловила себя на мысли, что вулканское воспитание определённо имеет свои недостатки. Это была не слишком толерантная мысль, но Утара ничего не могла с ней поделать.
– Я бы и сама хотела знать, насколько адекватно мисс Перим оценивает свою ситуацию, – сказала она, волевым усилием выбрасывая неуместные мысли из головы. – И всё же хорошо, что вы мне об этом сказали.
Это было действительно хорошо: теперь даже сама степень информированности Квинтилии могла многое сказать о её психологическом состоянии. И всё же, как и всегда перед визитом к подопечному в особенно сложной ситуации, заходя в палату, советник волновалась.
Когда Утара вошла в палату, Квинтилия сидела на своей койке, подтянув колени к груди, и смотрела в пространство перед собой. Ее лицо было бледным, веки опухшими и ей явно не помешал бы душ.
– Здравствуйте, мисс Перим, – сказала Утара, подходя к ней. – Я понимаю, что я – не первая, кто сегодня вас побеспокоил, и наверняка не последняя, так что если вам будет тяжело говорить, мы с вами решим только первоочередные вопросы и договоримся о более удобном времени для настоящего разговора.
-Советник? - Квинтилия сфокусировала взгляд, как будто обратила внимание на Утару только когда она заговорила, - О каких вопросах вы говорите?
– Обо всех, которые имеют отношение к вашей ситуации, – ответила Утара, садясь на стул в изножии биокровати. – Но если вы плохо себя чувствуете, сейчас мы поговорим очень коротко: о том, как вы представляете себе случившееся, готовы ли вы, по вашему собственному мнению, вернуться в строй, и, наконец, когда мы с вами встретимся для более долгого разговора.
Квинтилия долго молчала, прежде чем ответить.
– Я не знаю, вернусь ли я в строй вообще, и будет ли у нас более долгий разговор. Поэтому нет смысла разговаривать об этом сейчас. Позовите Тенека, пусть даст мне еще того успокоительного, я просто хочу спать.
– Вы легко можете попросить об этом мистера Тенека, как только я уйду, – возразила Утара, – с моей же стороны было бы некорректно вмешиваться в процесс лечения и давать советы. Что касается остального… Мисс Перим, долгий разговор с советником будет у вас в любом случае. Буду это я, или это будет кто-то другой – неважно, но этот разговор так или иначе состоится. И чем позже он состоится, тем труднее вам будет ответить на вопрос, почему вы так упорно его оттягивали.
– Я знаю, - Квинтилия обняла себя за плечи и отвела взгляд, - Беседы с советниками будут частью моего наказания.
– Это не наказание, – мягко сказала Утара. – Это способ помочь человеку разобраться там, где он не может справиться один. И ещё – способ понять, борется ли человек со своей проблемой и можно ли ему доверить важное дело. Скажу сразу: хороший советник, как и хороший друг, не будет смотреть на то, любезны вы с ним или грубы, и заученные фразы из учебника психологии ему тоже не будут нужны. Для него будет важно только то, решаетесь ли вы посмотреть в глаза правде, и то, какие шаги вы делаете, чтобы отвоевать саму себя у вашей настоящей беды.
– Вы хотите мне помочь? - Квинтилия еле заметно улыбнулась уголком рта, - Во все самые сложные моменты моей жизни я была одна и переживала их самостоятельно. У меня нет друзей, я не общаюсь со своей семьей, никогда не обращалась к советнику. Не понимаю, зачем начинать теперь, если я могу справиться и самостоятельно. Все равно как только я начну кому-то доверять, он  бросит меня и выдаст что-нибудь вроде “самые важные решения в своей жизни человек должен принимать сам”.
Утара покачала головой.
– Друг нужен не для того, чтобы принимать за вас решения, и советник – тоже. Друг просто должен быть рядом, когда вы их принимаете, держать вас за руку, если вам страшно, и не бросить вас, если вы ошиблись. А советник должен помочь вам увидеть всё происходящее с вами с максимальной объективностью, помочь вам увидеть все доступные вам решения и… пожалуй, тоже подержать вас за руку, если нет друга, который «болел» бы за вас в тот сложный момент, когда вам приходится решать.
Квинтилия безразлично пожала плечами. Ее слова были плоскими и практически лишенными эмоций, как и выражение лица, но это едва ли было настоящим спокойствием, скорее очередной фазой переживания горя.
-У меня этого не было, поэтому я не могу увидеть в этом необходимости. Время, когда я плакала в подушку, потому что никто не хотел со мной дружить, давно прошло. И я приспособилась. Если вы хотите мне помочь, советник,  скажите - что мне теперь делать? Госпожа координатор поставила передо мной неисполнимую задачу: она хочет, чтобы я до завтрашнего утра решила “чего я хочу”. Вы тоже спрашиваете, когда я “вернусь в строй” и хотите, чтобы я “разобралась в себе”. Но это невозможно. Не до завтрашнего утра, на это нужно гораздо больше времени. Поэтому сейчас я просто хочу спать и чтобы все это поскорее закончилось.
– Конечно, вы не успеете разобраться во всех своих затруднениях до завтрашнего утра, – согласилась Утара. – Но вы можете за это время решить, пойдёте ли вы на завтрашние занятия проекта, а это уже немало. Вы ведь сейчас именно этого боитесь больше всего? Того момента, когда вы первый раз увидите всех своих товарищей по проекту, того момента, когда кто-то из них впервые заговорит с вами за пределами этой палаты?
– Да, - начала Квинтилия, - Не знаю. Не уверена. Я боюсь, но если подумать, какие мне дело до горстки отдельных людей, если у меня есть более серьезные и пугающие проблемы.
– Отдельные люди – это сама наша жизнь, – заметила Утара. – Все наши проблемы, радости и беды происходят среди отдельных людей, из-за отдельных людей, ради отдельных людей и даже порой вопреки отдельным людям. Нет ничего странного в том, что мы волнуемся из-за их реакции, а многие из них волнуются из-за нашей. Какими бы ни были ваши самые серьёзные проблемы, они ведь тоже существуют не сами по себе, они связаны с людьми.
Квинтилия вздрогнула.
– Я не знаю, что ответить вам на это.
Утара сочувственно улыбнулась:
– «Не знаю» тоже подойдёт.
Болианка немного помолчала, затем спросила:
– Кто-нибудь из ваших коллег навещал вас сегодня?
– Да, - кивнула Квинтилия, - Несколько. Смотря как считать, потому что Энн Уильямс уже официально не моя коллега, а мистер Тенек здесь не для того, чтобы меня навещать, а для своей работы.
– Значит, есть те, кто хорошо к вам относится, правда? – подытожила Утара. – Если мисс Уильямс пришла к вам даже после того, как покинула проект, значит, это было уж точно от чистого сердца! Но вы сказали «несколько», значит, кроме Тенека и Энн был кто-то ещё?
– Да, это был… Ракар, - Квинтилия отвела взгляд, - Полагаете, мне должно стать от этого легче? Почему-то я совсем этого не чувствую. Кроме, может быть, визита Энн, но там важнее, что я о ней беспокоилась и смогла получить ответы на свои вопросы, без них меня бы продолжала мучать неопределенность.
– Значит, и вы сами не так равнодушны к окружающим, как думаете, – мягко сказала болианка. – Знаете, когда… и конечно, если вы пойдёте на занятия, в трудный момент вы можете напомнить себе о тех, кому вы оказались небезразличны, и о тех, кто оказался небезразличен вам, о тех, кто «болеет» за вас и готов вас поддержать, и о тех, кого хотели бы поддержать вы сами. Это придаст вам сил и позволит поверить в то, что друзей рядом намного больше, чем людей равнодушных, и уж конечно намного больше, чем врагов!
__________________________
С Квинтилией и слегка с Тенеком
14  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 3 : 09 11 2016, 10:18:11
29 августа 2384 г., утро
Каюта советника, кабинет координатора.


Вчерашний день точно не задался, так думала Утара утром 29 августа, глядя в зеркало и расправляя бледно зелёную шаль с белыми объёмными цветами. Даже разговор с Хеной пришлось перенести из-за того, что события стали уж слишком непредсказуемыми. Ну, как начался, так и продолжился: начался внезапным вызовом, продолжился внезапным тем, внезапным этим – внезапным всем, и так до самой ночи. Сегодня хотелось стабильности и покоя. Какие у нас сегодня плюсы? Ну, для начала, никто внезапно не вызвал, уже хорошо, может быть, и дальше всё пойдёт по плану. Подумав о планах, Утара подумала сразу же о завтраке и решила, что в хороший день завтракать она должна в компании. Определившись с предполагаемой компанией, она направилась прямиком в кабинет глинна Толан.
– Советник? – немного удивленно проговорила кардассианка, когда дверь разъехалась, являя фигуру болианки, но затем улыбнулась и кивнула на свободный стул напротив. – Проходите. Вы что-то хотели?
– Позавтракать, – сказала Утара, – причём в хорошей компании. Как вижу, вы тоже решили, что у вас будет хороший день, так что как насчёт того, чтобы начать его с хорошего утра и хорошего завтрака?
– Я уже завтракала сегодня – мой день начался пару часов назад, - покачала головой Толан, - но я с удовольствием выпью с вами чай. Вы пробовали чай из красных листьев?
– Кажется, нет. Отличный повод попробовать.
Толан кивнула и направилась к репликатору, откуда вернулась с двумя чашками горячего кардассианского чая.
– Не буду возражать, если вы закажите себе завтрак, - проговорила она, ставя чашку перед Утарой. – Вы что-то говорили о хорошем дне… Вы так в этом уверены? – усмехнулась женщина. – Чем же он отличается от предыдущих?
– Во всяком случае, он отличается от вчерашнего, – философски заметила Утара, – Меня не сдёрнули с места прямо с утра, и это уже большое достижение. К тому же у вас тоже хорошее настроение… или мне так кажется, а значит что-то во всём этом есть… Знаете, вы правы: я, пожалуй, возьму себе что-нибудь к чаю.
Толан ничего не сказала на замечание Утары про ее настроение, хоть и отметила про себя наблюдательность болианки: у нее и правда было хорошее настроение, последний раз за последние… много дней. Не без участия Джарина Дохиила, конечно, но об этом она точно не собиралась никому говорить.
– Итак, что сегодня в программе на день? – поинтересовалась Толан, когда советник уже выбрала себе завтрак. – Насколько я помню, ситуация с господином Корамом не разрешилась, два кадета покинули проект, мистер Лайтман все еще ожидает суда и мне необходимо разобраться со вчерашним инцидентом с Перим. Может быть, у вас есть новости получше?
– Пока нет, но я твёрдо решила, что отсутствие новостей – хорошие новости, – Утара прогулялась к репликатору за воздушным пудингом ядовито оранжевого цвета и вернулась к столу. –  В программе на день, в первую очередь, попасть на презентации наших кадетов, и если в виде исключения это получится, я поверю, что Удача повернулась к нам лицом. К тому же я сегодня гадала на бесконечном свитке и он сказал: «Метеорологи обещали переменную облачность, но мало ли что обещают метеорологи!», – болианка усмехнулась, – Вам когда-нибудь приходилось развлекаться гаданием на книгах?
– Боюсь, первые презентации вам снова придется посетить без меня, - вздохнула Толан. – Сейчас на повестке дня ситуация с Перим: я еще жду информации от службы безопасности и лазарета, и, боюсь, это затянется. Может быть, я присоединюсь позже, - она сделала неторопливый глоток чая, а затем, отставив чашку, с любопытством посмотрела на болианку. – Гадание? Что вы имеете в виду? Я не знакома с этим развлечением.
– Берёте любую книгу, кроме безнадёжно предсказуемой, вроде свода законов или медицинского справочника, открываете наугад, тыкаете наугад в любую строчку, читаете и… далее по желанию. Если ответ вам нравится, можете считать это предсказанием, а если не нравится, можете сказать себе, что всё это – глупости и нормальные люди в гадания не верят.
– Это и правда работает? – удивилась женщина. – Больше похоже, что в результате вы получите совершенно бесмысленную фразу, как вы и сказали в примере. Какое отношение метеорологи имеют к нашим проблемам? Знаете, кардассиане не верят во всякие гадания и предсказания, и теперь я понимаю, почему.
– Понятия не имею, работает или нет, – призналась Утара. – Но это забавляет и иногда служит хорошей психологической разрядкой. Что же касается бессмыслицы, то истолковывать её и превращать в осмысленное толкование – отдельное удовольствие. Например, сегодняшнее можно истолковать так: «ваши дела, на первый взгляд, будут идти с переменным успехом, но это будет только видимость», что может в свою очередь означать, что на деле, дела будут идти либо лучше, либо хуже, чем мне будет казаться. Впрочем, как и во всём тут могут быть эффектные совпадения, иногда приятные, а иногда пугающие, так что элемент психологического риска в этой игре тоже есть.
– Так все же лучше или хуже? – усмехнулась Толан. – Не слишком понятно, как это трактовать… Но может когда-нибудь я и воспользуюсь вашим советом. Теперь же, хоть мне и не хочется мешать вашему завтраку, я бы хотела поговорить с вами о работе. Что вам известно о ситуации с мисс Перим? Ей в ближайшее время может потребоваться консультация психолога… Как и мне, потому что я еще не до конца разобралась, как в Федерации принято реагировать на подобные ситуации.
_____________________
с Иламой
15  OPS / Текущий сезон / Re: Сезон 3, Эпизод 3 : 06 10 2016, 09:34:35
28 августа, вторая половина дня
Станция ДС9, зал совещаний


– ...Тогда я забираю ее на Землю, и вы не сможете мне помешать! - в очередной раз ударил кулаком по столу мистер Эпплби, - Если она еще в Звездном Флоте - мы продолжаем слушание, если нет - то вы больше не можете ее защищать, и моя организация будет делать, что посчитает нужным! Не стоит недооценивать… Бюро Индустриализации!
– Вы не посмеете! – воскликнула Энн, и в ее голосе проскользнули нотки зарождающейся истерики. – Что вам от меня надо? Я уже все сказала!
– Вы не сказали ничего, - возражал мистер Эпплби, - Ничего полезного для Федерации.
– Давайте все успокоимся, - в который раз говорил лейтенант-коммандер Планкс, - Ну, в самом деле, нельзя же тащить куда-то человека без суда и следствия…

Остановившись в дверях, Утара сказала себе, что услышанное ей категорически не нравится.
– А можно сперва узнать, что происходит в данный момент, – осведомилась она слишком уж мягким тоном, – ненавязчивая неофициальная беседа или официальный допрос?.. Да, и здравствуйте, конечно.
– Это еще кто? - мистер Эпплби, уже склонившийся над Энн, как коршун, резко развернулся в сторону Утары, - Это закрытое совещание, посторонние должны немедленно покинуть помещение.
– Советник Рилл, хорошо, что вы зашли, - кивнула ей Толан, указывая на место рядом с собой. – У нас случились некоторые… изменения, я думаю, вам стоит с ними ознакомиться, - она протянула болианке файл с заявлением Энн, а затем обернулась к мистеру Эпплби с вежливой улыбкой: – Позвольте вам представить, советник проекта «Альфа» Утара Рилл.
– Позволю себе добавить, – всё тем же безмятежным тоном сказала болианка, принимая из рук координатора падд, – официальный советник, официально ответственный за душевное здоровье участников проекта. Разрешите теперь поинтересоваться, кто вы, и на каком основании применяете к мисс Уильямс запрещённые методы дознания? То, что я услышала, входя, вызвало у меня глубокое разочарование.
Утара пробежала взглядом заявление Энн, и с коротким кивком вернула падд глинну Толан.
– Даже сто раз официальному советнику здесь не место, - прорычал в усы землянин, - Будете нянчиться с душевным состоянием этой предательницы, когда я с ней закончу!
Энн встретилась взглядом с советником – в нем  промелькнуло что-то вроде благодарности, и также много других эмоций: решительность, страх, надежда…
– Так что с моим заявлением? – теперь девушка смотрела на лейтенант-коммандера Планкса. – Оно принято?
Толан, которой этот вопрос не касался, не глядя передала падд триллу, а сама негромко обратилась к собравшейся публике.
– И все же, давайте двигаться дальше, мы и так потеряли много времени. Мистер Эпплби, если у вас остались вопросы, пожалуйста, задавайте их сейчас, в рамках этого слушания.
– И в рамках закона, – добавила Утара. – Мне напомнить вам, что такое свидетельский иммунитет, или вы сами вспомните? Примут заявление мисс Уильямс или отклонят, она находится под защитой законов о свидетельском иммунитете.
– Но никто не мешает ей все равно принять правильное решение, - со змеиной вкрадчивостью возразил мистер Эпплби, - Если кто-то делает что-то плохое, а ты об этом знаешь, разве не твой моральный долг сообщить об этом и помешать им? Даже, если это твои родственники. Ведь кто они такие? Всего лишь люди, которые могут ошибаться, и причинять своими действиями вред и тебе. Разве какая-то кучка генов важнее предотвращения кровопролития межгосударственного масштаба? А мисс Уильямс прекрасно знает, что ее родственники делают что-то плохое - это следует из ее же слов. Если она не хочет свидетельствовать против, значит, она точно уверена, что ее свидетельства повредят их коварным планам против Федерации.
– Это ваша личная точка зрения и ваше личное толкование мотивов мисс Уильямс, – ответила «специалисту по индустриализации» болианка, – К вашему несчастью, ваши предположения не являются доказанной истиной, а ваши действия не имеют опоры в виде формулировки закона. Напоминаю: согласно тексту закона, мисс Уильямс не должна подвергаться каким-либо санкциям за отказ свидетельствовать против родственников или за отказ выдавать государственную тайну своей Родины. Даже на официальном допросе. А я, кстати, так и не услышала, является ли это заседание официальным допросом.
– Подождите-подождите! Нет у них никаких планов против Федерации! – воскликнула Энн, внимательно следившая за беседой… о самой себе. – Я же уже говорила – все, за что боролись мои родители и друзья, касается только внутренних дел Волана II, а туда Федерацию никто не звал! И… о каком кровопролитии вы говорите? – она подняла взгляд на Эпплби. – Что вы имеете в виду?
-Вы все живете в своем уютном утопичным мирке и не видите, что происходит, дальше собственного носа, - скривился мистер Эпплби, - Вы не видите, что война идет уже несколько лет! Пиратство, торговля людьми, черные рынки оружия и наркотиков, маки - и все это на границах наших идеальных Федерации и Кардассианского союза! И продолжается годами! Взять хотя бы эту станцию… не далее, чем несколько лет назад обнаружилось, что ее первый офицер несколько месяцев сливала маки информацию, а когда ее раскрыл начальник службы безопасности, застрелила его и сбежала. А теперь еще одна планетка решила присоединиться к врагам Федерации? Вы хотите дождаться, когда они начнут грабить наши транспортники и пассажирские корабли? Кто-то должен положить этому конец! И если для этого нужно добыть информацию от одной девчонки… так тому и быть! Тяжелые времена требуют отчаянных мер.
– Это действительно так, - вступила в разговор Толан, которая до этого принимала в нем скорее участие наблюдателя. – И это большая проблема для обоих наших государств. Но вы уверены, что решать ее стоит здесь, с помощью этой девочки, которая ничего не знает? Мы уже вынудили ее уйти из Звездного Флота, теперь мы можем отпустить ее и не провоцировать международный скандал или оставить здесь – но что это даст? Вы хотите, чтобы за ней прилетели ее друзья и родственники? А что потом?
– Мы не знаем, что она знает, а что - нет, - прищурился Эпплби, - Не смотрите, что она так молода и выглядит такой наивной. Или вы уже забыли, на что были способны баджорцы ее возраста, глинн?
– Она не баджорец, и это давно в прошлом, - ответила кардассианка, для которой в силу возраста Оккупация и террористические действия баджорцев и правда уже были скорее частью истории, нежели ее личными воспоминаниями. – Как и маки, разве нет? Но даже если проводить аналогию, то мисс Уильямс является в этой игре только пешкой. Вполне вероятно, что она действительно ничего не знает.
Утара слегка нахмурилась. Пока шёл этот разговор, она достала собственный падд и сейчас смотрела на неприятного землянина, задумчиво постукивая по экрану ногтем.
– Мистер Эпплби, – сказала она, когда в споре наступила достаточно продолжительная пауза, – мы с вами безусловно принадлежим к разным политическим лагерям, и можем бесконечно спорить о том, что сильнее «подкармливает» Маки – соблюдение буквы закона или применение недостойных приёмов, вроде тех, которые уже второй день демонстрируете вы, однако сейчас не время и не место это обсуждать. Давайте сойдёмся на констатации одного простого факта: никто не позволит вам увезти мисс Уильямс на Землю, поскольку это – похищение. Преступление. Это знаете вы, это знает ваше начальство, поэтому давайте признаем, что эта угроза – заведомый блеф. И всё же, несмотря на то, что это – блеф, я доложу об этой угрозе в высшие инстанции, на случай, если вы окончательно потеряете рассудок и пожелаете привести её в исполнение. Также, высшим инстанциям будет предъявлено сегодняшнее заявление мисс Уильямс, вместе со свидетельством очевидцев о том, что оно было вынужденным шагом в ответ на незаконное вымогательство показаний.
Утара немного помолчала и спросила с неожиданной кротостью:
– Итак, сэр, что вы предпочитаете – отпустить мисс Уильямс и отказаться от дальнейших собеседований с ней или продолжить разговор, соблюдая Основной закон Объединённой Федерации Планет.
– Значит, безопасность Федерации вам менее важна, чем права одной предательницы? Я не верю, что она ничего не знает. Возможно, она была заслана в Академию специально, чтобы выведывать информацию в самом сердце Федерации. Но вы мешаете это выяснить как можно скорее! Мы только что ошиблись в жителях целой планеты, уж конечно легко могли пропустить и одну девчонку, потому что они, - Эпплби указал на трилла, - считают недопустимым следить за своими студентами из подозрительных регионов галактики, и сейчас не могут даже поднять ее личную переписку без километров бюрократии. Так что когда маки в следующий раз нападут на наши корабли, кровь, которая прольется, будет на ваших руках, советник, на руках всех тех, кому важнее самим остаться чистенькими и моральными, чем принимать трудные решения и жить с этим дальше.
Мистер Эпплби подошел к Уильямс и схватил ее за плечо.
– Я забираю ее на Землю сегодня же! Все остальные вопросы можете задавать Планксу.
_____________________
с Иламой, Энн, Планксом и Эпплби
Страниц: [1] 2 3 4 5
MySQL PHP Powered by SMF 1.1.16 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS