* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
20 Июля 2017, 21:36:59 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 01 cентября 2384 года, день
« предыдущая тема следующая тема »
Страниц: [1] 2 3 4 5 6 ... 10
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.   
11 Мая 2017, 10:34:27 #0
Мори Джанир

Сезон 3, Эпизод 4

Поздний вечер 30 августа 2384 г.

Только что окончилось последнее разбирательство по итогам военного переворота на планете Волан II в Демилитаризованной зоне, в котором оказались замешаны участники проекта "Альфа". Последние несколько дней для кадетов были очень сложными и богатыми на раскрытия новых сторон и секретов друг друга. Некоторым их них не удалось выйти из этого испытания с честью, некоторые были вынуждены покинуть проект, а судьба некоторых до сих пор не решена. Но кадеты не теряют надежду! Им уже удалось очистить в суде имя Артура Лайтмана, а теперь предстоит доказать всему миру, что они - настоящая команда, несмотря на все их различия.
Как покажут себя кадеты в регате, которая планируется в Баджорской системе в ближайшие дни? Приложат ли они все силы и воспользуются ли всеми методами, чтобы победить? Или для них есть что-то более важное, чем прийти к финишу первыми? Каких новых врагов и друзей они встретят на пути? И чьи секреты потрясут весь проект в этот раз?


May we all walk with the Prophets...
Offline  
11 Мая 2017, 10:43:09 #1
Мастерский произвол

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа 2384 г., ранее вечером - во время суда над Артуром Лайтманом
Стыковочное кольцо, вентиляционная шахта, каюта Перим


В темной вентиляционной шахте станции Deep Space 9 было так тихо, что Энн была уверена: стук ее сердца сейчас слышат во всех помещениях Стыковочного кольца. Она уже не раз успела порадоваться тому, что сменила неудобный узкий комбинезон на кадетскую форму, в которой подобное перемещение по вентиляции было более комфортным. До этого Энн не приходилось носить форму командного отделения, а после ухода из Академии она вовсе не думала, что вообще хоть раз наденет форму Звездного Флота, но теперь этот факт вызывал у нее только улыбку. И приятные – пусть и немного странные – воспоминания о том, как ей эта одежда досталась…

***

-...Ты уверена, что умеешь с этим обращаться? - встревоженно спросила Квинтилия.
Девушка сидела на стуле в тесной ванной комнате, стараясь не двигаться, ее плечи были напряжены. Из отражения в зеркале на нее смотрело ее собственное бледное лицо и стоящая за плечом Энн Уильямс с ножницами в руках. Холодный металл слегка касался шеи трилла.
- Конечно, - уверенно отозвалась Энн, - чего там уметь.
Но в ее взгляде сквозила некая обеспокоенность, и она не спешила начинать, снова и снова примеряясь.
- Ну что, ты готова? – поинтересовалась землянка. – Не пожалеешь?
Квинтилия скосила глаза, чтобы лучше видеть в отражении пряди своих прямых темно-каштановых волос, разложенных по плечам. Когда они только придумывали этот план, все казалось очень простым - в теории. Они уже были почти одного роста и спортивного телосложения, их волосы почти совпадали по цвету, а длина - это же такая мелочь, которую легко исправить. Но теперь ножницы в руках землянки были слишком реальными, а ее предполагаемые действия нельзя будет откатить назад.
-Режь, - твердо сказала Квинтилия и зажмурилась.
Сначала Квинтилия услышала звук режущего волосы металла, а затем длинная прядь щекоча коснулась ее шеи и мягко упала на пол.  
- Ну вот, совсем не страшно, - перевела дух Энн и, воодушевившись, быстро проделала ножницами всю оставшуюся работу.
Результат смотрелся даже не так плохо, как она боялась: конечно, получившаяся прическа не была идеально ровной, но укороченные по плечи волосы придавали Квинтилии непривычный и свежий образ.
- Вполне симпатично, - подытожила Энн, разглядывая творение рук своих. – Тебе даже идет. Ну же, открывай глаза!
-Идет? - повторила Квинтилия, осторожно открывая глаза и оглядывая себя, - Это так странно...
Теперь их прически были похожи, правда волосы Энн были взбиты для объема и кое-где в них мерцали блестки.
- Кажется, не хватает чего-то еще, - критически заметила Квинтилия, - Это у тебя что, косметика? Честно говоря, я никогда не пользовалась ею…
Энн критически осмотрела Квинтилию. Да, издалека они были похожи, но если присмотреться, то девушки никак бы не сошли за близняшек: разный оттенок кожи, разрез глаз, и, конечно…
- Без косметики не обойтись, - вздохнула Уильямс. – Надо замазать твои пятнышки, не говоря уже об остальных мелочах типа теней и румян. Я тоже раньше не пользовалась, но в «Кварк’c» выдвинули такое требование, так что пришлось научиться.
Энн на мгновение исчезла в каюте, а затем вернулась с небольшим кейсом.
- Хочешь сама попробовать? Это весело, главное – наносить погуще, – она открыла кейс перед Квинтилией, и вниманию трилла предстал набор красок самых разных цветов. Часть из них было очень сложно представить на лице - они больше бы подошли для абстрактной живописи. – А я пока закончу с волосами! – в подтверждение своих слов девушка встряхнула баллончиком, в котором плавали разноцветные блестки.
-Н-нет… - Квинтилия обеспокоенно посмотрела на палитру, - Давай лучше ты. Я бы никогда не подумала, что ты этим не пользовалась раньше. Ведь ты девушка… Конечно, в Академии ты держалась от всех в стороне, но ведь это потому, что дома у тебя был молодой человек? Ну, тот… Извини, что мы с Кейрой его побили.
- Ну и ты девушка, - пожала плечами Энн и распылила спрей на волосах трилла. Блестки замерцали в ярком свете ванной, создавая необычный контраст с кадетской формой. – У нас на Волане II как-то не до макияжа было, да и в Академии тоже… Ах, ты имеешь в виду Михая, - она улыбнулась и чуть взбила волосы Квинтилии, чтобы те пышной волной упали на плечи. – Хорошо вы его отделали… Ну ничего, оклемается. Только он не мой парень. Точнее, он так считает, но на самом деле это не совсем так. Мы дружили с детства, вместе росли, играли, гоняли на ховеркарах… А потом все стало как-то сложно.
Энн снова вздохнула и отвернулась: пусть она и не любила Михая, но он был ее другом, как и многие другие на Волане II. А что сейчас стало с ними всеми? Живы ли они еще? На чьей стороне сейчас Михай?..
- Ладно, начнем с пятнышек! Может быть щекотно, – тряхнула головой Энн и достала из кейса кисточку. – А как насчет твоих молодых людей? Был кто-нибудь в Академии?
-Конечно, нет! - энергично ответила Квинтилия, так что кисточка в руке землянки, которой она начала закрашивать трилльские пятна, дрогнула и мазнула тональным средством чистую кожу, - Сперва образование, потом - карьера, потом… все остальное, не важное. Я думаю, теперь ты будешь очень популярной. То есть, не сразу, конечно, а немного позже, когда вы победите. Ведь твой отец - предводитель революции и сопротивления, а ты тогда станешь… как бы принцессой маки. От тебя будет очень много зависеть для твоих людей, возможно, тебе даже придется сменить отца. Я сама не до конца понимаю, как отношусь к вашей борьбе, но если тебе суждено победить и обрести власть, я надеюсь, что ты примешь ее с достоинством, не сломаешься под ее грузом и будешь справедливой и честной. Потому что кто-то из вас должен это сделать, выступить вперед, иначе власть получат такие, как ваш Вихо.
Энн рассмеялась:
- Тебе бы книги писать! Надо же, «принцесса маки», придумаешь тоже… - она энергично орудовала кисточкой, и скоро пятна на лице Квинтилии оказались скрыты под толстым слоем тонального крема. Теперь ее было невозможно отличить от землянки – и очень легко перепутать с Энн Уильямс. Землянка оглядела себя в зеркало и нашла в палитре красок такие же тени, как были сейчас на ней – зеленые, и тоже, конечно, с блестками. – Но ты права, кто-то должен что-то делать. У меня есть очень примерное представление о том, что сейчас происходит на Волане II, так что я лечу в полную неизвестность. Слышала только, что там все больше кардассианцев, а Вихо как-то пробрался к власти… Но это ненадолго, - задумчиво добавила она. – Я постараюсь дать о себе знать, как только доберусь домой и разберусь, что к чему. Но пока главное – выбраться отсюда. Я надеюсь, твой план сработает, - Энн внимательно посмотрела на Квинтилию и тихо произнесла: - и что ты не пострадаешь. Ты уже знаешь, что будешь делать потом?
-Я тоже шагаю в неизвестность, - признала Квинтилия.
Когда Энн закончила с ее лицом и волосами, трилл встала со стула.
-Ну, вот и все. Остается одежда, и сходство будет достаточным для того, кто следит издалека и со спины.
Энн удовлетворенно кивнула и отвернулась, расстегивая молнию на спине.
- Это не слишком удобный комбинезон, но тебе не придется в нем долго разгуливать. К тому же, под ним не видны пятна по линии рук и ног. И еще… - она протянула Квинтилии одежду, а затем показала нож, который получила сегодня от Ракара: - Как думаешь, это может тебе пригодиться? Я не знаю, чего ожидать от этого человека, и предпочла бы, чтобы ты встретилась с ним во всеоружии.
-Тебе нужнее, - отрицательно покачала головой Квинтилия, - Там, куда ты летишь, опаснее, чем здесь, где я остаюсь.
- Он может быть опасен, - предупредила Энн. – Я видела, как он шел за мной сегодня. Что будет, когда он догадается о подмене? Ты не боишься?
-Нет, - снова покачала головой Квинтилия, - Он не посмеет. К тому же, я не могу исчезнуть просто так, ко мне сейчас приковано столько внимания - люди из Академии, из руководства проекта, все от меня чего-то хотят и будут искать, если я пропаду без объяснений. Это нам на руку.
Энн задумчиво вздохнула, а потом улыбнулась:
- Ты как всегда права. Я надеюсь, что так и будет. Хотела бы я видеть его лицо, когда он поймет…
Будто вспомнив что-то, она потянулась к блейзеру, который скинула, чтобы отдать Квинтилии комбинезон. Достав что-то из кармана, она взяла Перим за руку и, прежде чем та успела что-либо ответить, зажала ее пальцы. Трилл почувствовала, как ее ладони коснулся небольшой легкий металлический предмет.
- Пожалуйста, возьми это. Ты так много для меня сделала… - Энн заглянула в глаза триллу.
Квинтилия смотрела на подругу округлившимися от удивления глазами. Во-первых, потому что Энн двигалась внезапно и резко, а во-вторых, потому что на землянке не было ничего, кроме нижнего белья, после того, как она сняла с себя откровенный комбинезон работницы “Кварк’с”, а сама трилл тоже не закончила надевать эту непривычно узкую одежду. Но в компании Уильямс это не казалось чем-то неприятным и стыдным. Все было так… странно, но приятно. Сердце Квинтилии забилось чаще.
-Что это? - прошептала она, разжимая пальцы.
На ее ладони лежал небольшой круглый медальон, украшенный мелкими камешками, некоторых из которых уже не хватало.
-Я не могу… Сейчас, когда везде есть репликаторы, вещи для федератов редко бывают ценными, потому что в любой момент можно получить, все, что нужно. Но бывают и исключения, вещи, ценные не сами по себе, а из-за их истории, ассоциаций, с ними связанных, из-за того, кто их дарил. Мне кажется, твоя вещь именно из таких, Энн… Ты не должна с ней расставаться.
- Эта история стала уже чем-то большим, чем была изначально, - пояснила Энн. – В медальоне была фотография родителей, и ее я оставила себе. А сам он… Он теперь ассоциируется у меня не только с домом, но и с проектом, и со всем, что случилось здесь, на станции. С тобой и твоим желанием мне помочь. Поэтому, мне бы очень хотелось, чтобы он остался у тебя. Может быть, ты тоже будешь обо мне вспоминать… - голос девушки дрогнул.
Квинтилия помолчала.
-Если тебе это важно, я не буду отказываться, - наконец, сказала она, надевая медальон на шею.

__________________________
Написано совместно с Энн
Продолжение следует...
Offline  
11 Мая 2017, 10:44:44 #2
Мастерский произвол

Re: Сезон 3, Эпизод 4

Продолжение:

Крышка вентиляционной шахты открылась недалеко от ангара, где пристыковалась «Калипсо». Энн выпрыгнула перед Риккой, как чертик из табакерки – растрепанная и в помятой кадетской форме после перемещения через половину станции, взволнованная, но довольная. Ее глаза горели от предвкушения.
- Я готова, - чуть запыхавшись проговорила она и протянула ему небольшой мешочек, где была оговоренная сумма. По привычке девушка обернулась, боясь вновь увидеть маячащую вдалеке фигуру Эпплби, но на этот раз за ней никто не следил.
- Мы уже начали беспокоиться, что ты не придешь, - Рикка оглядел девушку, которую считал почти племянницей. Он помнил ее еще малышкой, залезавшей ему на колени, а теперь она лазала по вентиляционным шахтам федеральной станции, воровала офицерские формы и была способна раздобыть деньги в короткий срок. Она выросла в смелую и находчивую молодую женщину, и, кажется, уже выбрала свою судьбу.
 -Двигатели уже работают, разрешение на отстыковку получено, - сообщил Рикка на ходу, когда они с младшей Уильямс шли к кораблю, - Через несколько минут ты оставишь эту станцию позади. Полетели спасем твоего отца!


***

Мистер Гидеон Эпплби в бессилии ударил кулаком по прозрачному окну в стыковочном шлюзе. Как он позволил так легко обвести себя вокруг пальца?! “Калипсо” - корабль, увозящий шпионку маки, мигнул ему на прощанье и с яркой вспышкой ушел в варп.
Он мог поклясться, что следил за Энн Уильмс - она вышла из той же каюты, имела ту же стрижку и совершенно безвкусную блестящую одежду, она шла в том же направлении, что должна была и шпионка, и все же… И все же! Уже скрутив ее и таща в сторону своего корабля, он заметил под сбившейся одеждой и цепочкой медальона на шее что-то темное, какие-то пятна. Нехорошие предчувствия сразу захлестнули его, и дрожащими пальцами мистер Эпплби сорвал мешок с головы своей пленницы… И увидел совершенно незнакомое лицо… Это было как в дурном сне, подставная девушка улыбалась, будто добилась всего, чего хотела. Ему захотелось стереть улыбку с этого лица, и он отвесил незнакомке пощечину, а потом бросился бежать в сторону ангара, где был пристыкован “Калипсо”, но было уже слишком поздно. Он не успел дойти до ангара, в этот момент “Калипсо” уже отстыковывался от станции, и улетал. Он проиграл. Теперь уже окончательно.

______________________
Написано совместно с Энн
Offline  
11 Мая 2017, 11:18:27 #3
Илама Толан

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа, ночь
Комната совещания обвинения


Когда суд закончился, и окружающие направились на выход, Джарин тоже пошёл в общем потоке, стараясь поддерживать всё ту же ничего не выражающую маску на лице. Выйдя в коридор, он прислонился к стене напротив двери и, взяв падд, принялся делать вид, что занят чем-то очень важным и срочным, поглядывая на дверь в ожидании неудавшегося обвинителя.
Обвинитель, однако, всё не выходил и не выходил, поэтому дипломат, спустя примерно минут двадцать, вернулся в зал суда и, осмотревшись, пошёл в комнату, специально выделенную для Иламы Толан и её свидетелей.
Зайдя в помещение, Джарин не сразу увидел Иламу - для этого ему пришлось опустить взгляд. Женщина сидела на полу возле входной двери, прислонив голову к стене и закрыв глаза. Звук открывшейся двери не сразу привлек ее внимание – а когда она открыла глаза и увидела вошедшего кардассианца, то только непроизвольно вздрогнула, но ничего не сказала и даже не поднялась.
- Илама? - позвал мужчина своим обычным мягким голосом и протянул руку. - Вставай, не стоит сидеть на холодном полу. Пойдём поужинаем, а заодно и обсудим случившееся. Сегодня - в моей каюте, так будет справедливо.
Толан посмотрела на Джарина округлившимися от удивления и неожиданности глазами, но не спешила реагировать на его слова, собираясь с мыслями. Затем, наконец, поднялась с пола, правда, так и не приняв помощи в виде протянутой руки.
-  Благодарю, - проговорила она, поворачиваясь к Джарину спиной, чтобы собрать в беспорядке лежащие на столе падды – а еще чтобы он не видел ее лица. -  Я очень устала и не смогу сегодня составит вам компанию.
Ее голос звучал глухо и отстраненно, но в нем легко читалась неуверенность, а, если копнуть поглубже, то и не слишком хорошо скрываемый страх.
- Мы перешли на ты, - спокойно напомнил дипломат, на мгновение нахмурившись, чего женщина, разумеется, не увидела. - Я понимаю, что ты устала и, вероятно, расстроена, поэтому и предлагаю свою компанию. Последние два дня ты не возражала, и тебе это даже нравилось - по крайней мере, мне хочется так думать - вот и не отказывайся сейчас. Пойдём, расслабишься, выговоришься и отдохнёшь - тебе это не помешает, - Джарин говорил мягко и дружелюбно, но его лицо было предельно сосредоточенным и не выражало тех эмоций, которые слышались в интонациях.
Глубоко вздохнув, женщина обернулась к Джарину. Теперь он увидел, что она выглядела смертельно усталой, выжатой и будто бы даже постаревшей на пару лет за один день.
- Я… - ее голос дрогнул, и Толан поспешно отвела взгляд, лишь бы не смотреть на дипломата. – Это было сложное слушание…
А еще она отчаянно тянула время, не решаясь спросить то, о чем думала весь день, но боялась озвучить. Но когда-то это пора было заканчивать.
- Джарин, я бы хотела, но… я не понимаю, что вчера произошло, - тихо, но уверенно проговорила кардассианка.
- Ничего вчера не произошло, - слегка мотнул мужчина головой. - Ты очень устала, и тебя сморило. К тому же, канар был довольно крепким, и от него пьянеют быстро, но незаметно - вкус очень насыщенный. Я за вкус его и люблю - невероятное наслаждение. Пожалуй, мне стоило тебя предупредить... в общем, ты заснула у меня на руках, я уложил тебя на кровать, прибрался и ушёл к себе, - Джарин подошёл поближе к Иламе, - хотя хотелось мне совсем не этого. Но ничего страшного - я рад, что ты отдохнула, это полезно.
Илама рефлекторно отступила назад – слишком резко и быстро, чтобы это смотрелось естественно. Весь ее вид упорно сигнализировал о страхе, а она была слишком вымотанной, чтобы полностью контролировать его внешние проявления.
- Я не уверена, что все было именно так, - медленно произнесла она, подбирая слова. - Это было очень… нетипично. Особенно то, что я не могу вспомнить этот вечер, - женщина, наконец, подняла взгляд на Джарина и решительно закончила фразу: – Такого не могло быть от канара, я это знаю точно.
- Да, я тоже очень удивился, как быстро и неожиданно ты заснула, - кивнул дипломат, продолжая говорить мягко и явно не намереваясь ничего подтверждать просто так. - Ты ничего не принимала в тот день? Какое-нибудь из федеральных успокоительных, например? У наших великодушных союзников прекрасно развита медицина, но их врачам не достаёт... скажем так, уважительного отношения к более приятным сторонам жизни, поэтому их лекарства могут плохо сочетаться с алкоголем.
- Нет, но я сделала анализ крови и скоро узнаю, нет ли в ней каких-то веществ, о приеме которых я не подозреваю, - Илама посмотрела прямо на Джарина, а затем быстро отвернулась. – Простите, гал Дохиил, но я вам не верю. Я знаю, что вы трогали вещи на моем столе…
…И она понимала, что он трогал ее. Раньше эти прикосновения были приятными и желанными, теперь же мысль о том, что она была уязвимой и беззащитной перед Джарином пугала женщину, привыкшую все в своей жизни контролировать, до состояния паники.
Джарин слегка усмехнулся и опустил голову, но спустя всего пару секунд снова посмотрел на женщину.
- Это правда, я трогал вещи у тебя на столе, - охотно признал он. - Не по желанию, а по необходимости. Как я и говорил, канар был очень крепким, и мне он тоже ударил в голову, хотя и не так сильно, как тебе, очевидно. Видела мой подарок? Он выпал у меня из рук и повалил стопку паддов у тебя на столе. Мне пришлось их собирать, но, разумеется, я не знал порядка, в котором они лежат, и ты это сразу же заметила утром. Наверное, стоило написать об этом в записке, но, как я и сказал, канар был крепким... жаль, что ты мне не веришь, Илама, особенно после вчерашнего: мы столько личных тем затронули…
- Я не уверена, что помню их все, но надеюсь, что не сказала ничего лишнего, - тихо проговорила Илама, делая еще один шаг назад. Дальше идти было некуда – она натолкнулась на стол. Собравшись с духом, она продолжила: - Я также не думаю, что продолжать общение будет правильным решением – по крайней мере, пока я не получу результаты анализа крови и не буду знать наверняка, что вчера произошло.
- Что же ты надеешься там найти? - хмыкнул мужчина. - Снотворное? Сыворотку правды? Стиратель кратковременной памяти? Я бы искал это, но скажи: как же связаны эти мнимые препараты с разговорами о наших неудачных попытках обустроить личную жизнь и неозвученными мыслями о том, стоит ли попытаться ещё раз? Зачем мне что-то тебе подсыпать, а потом спрашивать про учёбу и карьеру на флоте? Пытайся я что-то выведать - мы бы говорили о чём-то более важном, не так ли? Чего ради мне опаивать тебя, а потом интересоваться членами твоей семьи, которые оказали на тебя сильное влияние? Очевидно же, что я интересуюсь тобой как личностью!
- Мою семью?.. – глаза Иламы сузились: то ли она начинала что-то вспоминать, то ли на самом деле и не до конца забыла. – Я не понимаю, почему тебе это интересно… Но это следует прекратить! – в ее голосе вновь появилась жесткость, которую Джарин слышал на суде. – Я имею в виду – все это. Прости, но я и правда очень устала, мне пора идти, - женщина поспешно направилась к выходу.  
Дипломат внимательно изучал лицо женщины, не произнося ни слова, но стоило Иламе подойти к двери, как в спину ей принеслись слова:
- Нет, глинн Толан, к сожалению для вас, "всё это" только начинается, - тон голоса изменился до неузнаваемости: в нём не было ни мягкости, ни холода, не было ни нежности, ни злости - было только одно - требование беспрекословного подчинения, а ещё абсолютная уверенность в своём превосходстве. Вести себя таким образом могут лишь те, кто однозначно уверен: они - власть, а все остальные - стадо.
________
С Джарином
« Последнее редактирование: 11 Мая 2017, 12:07:01 от Мори Джанир »
Offline  
11 Мая 2017, 11:18:56 #4
Илама Толан

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа, ночь
Комната совещания обвинения -> каюта Джарина


Толан остановилась и медленно, очень медленно обернулась. Сейчас ее лицо ничего не выражало – ни страха, ни злости, ни даже усталости – только серая, точно вырезанная из камня маска.
- Что вы имеете в виду, гал Дохиил? – глухо произнесла она, глядя мимо него куда-то в угол комнаты.
Джарин выждал паузу, разглядывая лицо женщины и смакуя то, как она пытается скрыть свои чувства.
- Ваша карьера, глинн, - медленно произнёс он, - ваша судьба, сама ваша жизнь, а заодно и жизни всех членов вашей семьи теперь зависят исключительно от одного человека - меня, - самодовольное выражение лица дипломата ясно давало понять, что он или говорит правду, или искренне в это верит. - Но здесь не место для этого разговора, поэтому сейчас мы отправимся в мою каюту. Возражения не принимаются, какие бы дела у вас ни оставались - они подождут, на кону стоит будущее Кардассии, если это для вас хоть что-то значит, в чём я сильно сомневаюсь после всего того фарса, который мне довелось увидеть здесь вчера и, особенно, сегодня.
- Я вас не понимаю, гал Дохиил, - Илама старалась звучать спокойно и отстраненно. Она действительно понимала не все, о чем говорил мужчина и что имел в виду. Но волна осознания какого-то неведомого ей липкого ужаса подкатила к горлу и теперь плотно сжимала его, не давая вздохнуть и пошевелиться. С места она тоже не тронулась – не только потому, что не хотела никуда идти с Джарином, но и потому что ей казалось, что тело ее просто не послушается.  
- Что тут непонятного? - спросил мужчина, не повышая голоса и стараясь не шевелить ни одним лишним мускулом. - Стоит мне дать отмашку - вы и часть ваших родственников окажетесь под следствием по подозрению в государственной измене, остальные могут пойти за укрывательство преступников. Народу Кардассии не помешает время от времени разоблачать и казнить предателей. Хотите этого избежать - придётся доказать свой патриотизм, а для этого надо делать всё, что я скажу, а также не делать того, о чём я не прошу. Сейчас я совершенно чётко говорю идти со мной в мою каюту и точно не прошу задавать мне лишних вопросов.
Кардассианка приоткрыла рот от изумления и шока, глядя на Джарина, как затравленный зверь, и отказываясь верить в то, что он говорит серьезно. Но еще одного приглашения ей не потребовалось, и она направилась прочь из комнаты вслед за Джарином, как механическая кукла.
- Значит, я была права, - внезапно проговорила Толан, когда они оказались в в уже знакомой ей каюте дипломата. – Это был не канар, вы что-то мне подсыпали. Зачем? – женщина не отрывала взгляда от пола.
- О, это был великолепный канар - лучший из всех, что мне доводилось пробовать, - зловеще улыбнулся Джарин, но потом его лицо скривилось, будто мужчину вот-вот стошнит. - Сам факт того, что мне пришлось испортить целую бутылку, вызывает у меня физиологическое отвращение. Но ради Кардассии я готов на всё.
Указав рукой в направлении столика, Джарин прошёл к репликатору и заказал ровно то же самое, что они с Иламой ели в первый вечер их знакомства в "Кварк'с". Поставив оба подноса на стол, он принялся за еду и кивком указал женщине на её поднос.
- Я сделал то, что требовалось сделать ради блага нашей любимой Родины, - наконец-то ответил он на изначальный вопрос. - Можно было начать расследование против легата Толана и раскрыть правду о его связи с федератами, но мы не были до конца уверены ни в чём, а значит он мог быть невиновен. В обычной ситуации это никого бы не остановило, но ставки в этой игре куда выше, чем может показаться кому-то вроде тебя, - дипломат снова перешёл на ты, но ни интонация, ни жесты не напоминали того Джарина, которым он был вчера. - Поползли бы слухи, репутация у некоторых из нас оказалась бы подмочена, и делу возрождения величия Кардассии был бы нанесён ещё один удар. Так что нам понадобилось подтверждение. Я ожидал, что это будет долгая операция, которая займёт месяцы: надо было завоевать твоё доверие, показать свою открытость к другим культурам, завязать контакты с федеральными офицерами и, возможно, уговорить их разместить тут небольшой постоянный гарнизон, чтобы все видели, будто Федерация и Кардассия - друзья на века... но ты, очевидно, так изголодалась по мужскому обществу, что позволила себя одурачить меньше чем за два дня! Мой личный рекорд, и вряд ли мне когда-нибудь удастся его повторить.
Толан покорно села на предложенное место, но к еде не притронулась – одна только мысль о приеме пищи вызывала у женщины тошноту. Она молча выслушала все комментарии Джарина о себе, не поднимая взгляда и не шевелясь, а когда он закончил, задала только один вопрос:
- Вы говорили «мы». Кто такие – «мы»?
- Патриоты, - уклончиво ответил Джарин. - Имена тебе ничего не скажут, скорее всего, а если и скажут, то тем более - нечего тебе их знать, да я и сам многих не знаю, так что не надейся ничего у меня выведать. Достаточно сказать, что это те, кого не устраивает текущее положение дел.
Покончив со своим ужином, он отнёс поднос с посудой в репликатор, после чего откинулся на стуле и заговорил:
- С самого окончания войны Кардассию превращают в посмешище для всего остального квадранта: мы виноваты в оккупации Бэйджора, в том, что пустили Доминион через червоточину, в том, что устроили бойню и погубили миллиарды - хорошо хоть не в проблемах в личной жизни у ромуланских сенаторов и колебаниях курса валют на бирже Ференгинара, - с каждым словом в голосе всё отчётливее слышалась ярость и абсолютная уверенность в своей правоте. - Над нами смеются, нас презирают и используют как плохой пример для подражания. Федераты говорят другим государствам: сотрудничайте, мол, с нами, и тогда всё будет хорошо, а если решите действовать в своих интересах, то разделите судьбу "проклятых кардассов". Случившееся в ДМЗ - лишний тому пример. И в этом всём заслуга не только федератов с их союзниками и спятившего гала Дуката, но и таких предателей, как легат, а тогда ещё гал, Толан. Да-да, твой дядя мог думать, что спасает жизни, вступая в сговор со звездофлотским адмиралом, но разве так должен поступать офицер и патриот во время войны? У него наверняка был шанс подставить и адмирала Росса, и его ручного пса Сиско, и тогда Доминион бы их смял, а потом, когда пришёл бы момент, мы бы отрубили голову этой змее, а остальные наши враги были бы слишком слабы. Владения Союза простирались бы не до Бэйджора, а до самой Земли, до самого Ромула и до самого Кроноса, если бы мы того пожелали, - огонь фанатизма, горевший в глазах мужчины, внезапно потух, и он нацепил на лицо привычную, ничего не отражающую маску, - вместо этого нас едва не утопили в нашей же собственной крови, а потом нас же заставили быть за это благодарными. Ты спрашиваешь меня, кто такие "мы"? "Мы" - это те, кого такое положение дел не устраивает, "мы" - это те, кто понимают, что нас разорвут на клочки, стоит нам заявить о своих намерениях открыто, "мы" - это те, кто хотят снова увидеть Кардассию сильной, могущественной и независимой ни от кого. "Мы" - это те, кто сделают Кардассию великой, превратят её в главную силу в Галактике. "Мы" - это те, кто рано или поздно завоюют поддержку масс, займут ключевые позиции и приведут наш народ к процветанию. Кардассия - превыше всего. Вот кто такие "мы". Точнее, вот кто такой я и почему я делаю то, что делаю.
- Значит, вы – это еще не вся Кардассия, - после долгой паузы проговорила Толан, стараясь избегать смотреть на Джарина. Она сидела, выпрямившись и не шевелясь, сложив руки на коленях, и чувствовала себя беззащитной – но все же не настолько беззащитной, как прошлой ночью, о которой она ничего не помнила. – И вы ничего не сможете сделать ни мне, ни моему дяде, ни моей семье. У вас нет власти, а ваши угрозы беспочвенны, - с каждым словом уверенности в ее голосе становилось все больше, - поэтому у меня нет оснований вас бояться, гал Дохиил. Наоборот, я могу сообщить в Центральное Командование о ваших радикальных высказываниях, и тогда мы узнаем, на чьей стороне сила.
- Сможем, - безэмоционально возразил Джарин, на несколько секунд отойдя к репликатору за чаем из красных листьев. - Более того, на твоего дядю уже наверняка завели дело: половины дня должно хватить, чтобы найти нужные доказательства. Когда Обсидиановый орден с Центральным командованием сотрудничают и преследуют общую цель, результат получается и быстрым, и качественным. Следующим шагом будет обвинение тебя в сговоре с Федерацией, чему так бездарно проигранный тобой суд поспособствует сильнее всего, после чего семья Толан будет навсегда выведена из влиятельных кругов, и с ещё одним противником сильной Кардассии будет покончено.
__________
С Джарином
« Последнее редактирование: 11 Мая 2017, 12:07:13 от Мори Джанир »
Offline  
11 Мая 2017, 11:19:56 #5
Илама Толан

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа, ночь
Каюта Джарина


Толан вздрогнула и плотно сжала губы. Она почувствовала аромат чая из красных листьев и поняла, что теперь этот напиток настолько прочно ассоциируется у нее с Джарином Дохиилом, что едва ли она когда-либо еще к нему притронется.
- Это все неправда, и вы это знаете, - тихо сказала женщина. – Моя дядя – не предатель, он приложил огромные усилия к восстановлению Кардассии и не зря занимает свой пост в Центральном Командовании. Я никогда не предавала интересов Кардассии и не сотрудничала с Федерацией более того, что от меня требует мое задание и моя позиция. Вы это видели своими глазами, гал Дохиил. И все же… что вы от меня хотите?
- Это самая настоящая правда, - возразил дипломат. - Твой дядя поддерживал контакт с федеральным адмиралом во время Войны - ты сама же мне об этом вчера сказала. Федератов можно обвинить во многом, но только не в глупости: я абсолютно уверен, что при тщательном расследовании будет обнаружена связь между спасёнными жизнями его команды и провалами некоторых наших операций. Даже ты в состоянии понять, почему нельзя передавать никаких сведений врагам, особенно сведений о местоположении войск и планируемых операциях. Особенно во время войны! Карьера твоего дяди окончена - тут вариантов нет.
Джарин встал и прошёлся по комнате, потирая гребни на подбородке, думал ли он или только создавал видимость - сказать было трудной.
- Что касается тебя, - продолжил он, вернувшись на место, - то ты приняла множество откровенно бездарных решений: ты не применила авторитет, который соответствует твоему званию, чтобы разрешить ситуацию на Волане II, ты не приучила своих кадетов к дисциплине, в результате чего они имеют наглость устраивать демонстрации и требовать помиловать преступников, наконец, ты проиграла суд. У тебя были все карты на руках, и ты всё равно провалилась! Знаешь, почему ты была назначена обвинителем? Да потому что это был твой последний шанс проявить себя. И ты его провалила, как я и ожидал. Даже кадет-недоучка справился бы лучше, особенно в этом деле, когда обвиняемый сам признавал себя виновным!
Офицер осушил кружку с чаем и быстро сходил ещё за одной.
- Не уверен только, связь с Федерацией тому виной или же твоя личная некомпетентность. Может ты и не вступала ни в какой сговор, может тобой просто манипулируют, а может ты на чём-то попалась, и теперь у этой забывшей своё место баджорки на тебя компромат - не имеет значения: ты не достойна своего звания и своей формы. Откровенно говоря, тебе место дома, а не в Академии. Возможно, не погибни твой предыдущий жених - ты не натворила бы всего этого, - мужчина демонстративно развёл руками.
«Как я могла это рассказать!» - в ужасе подумала Илама, понимая, что сама загнала себя в ловушку. Она не помнила, что именно говорила вчера, и если она действительно рассказала Джарину то, что знала… Даже если это было много лет назад – даже если с тех пор ее дядя многое сделал для Кардассии… Она поежилась и отвернулась – и без слова Джарина она знала, чем все это может обернуться. Все, что он говорил позже о самой Толан, уже ничего не значило: за свои ошибки она готова была расплачиваться, но они и близко не могли сравниваться с тем, что она сама, своими руками толкнула собственную семью в пропасть. И только последняя фраза дипломата заставила ее со всей силой закусить губу, чтобы сдержать вопль. Толан сделала глубокий вздох и смиренно ответила:
- Я знаю. Но это все скоро закончится. Сразу после суда я собиралась подать прошение об увольнении из проекта. Не волнуйтесь, гал Дохиил, больше ошибок не будет.
Джарин выжидательно смотрел на Иламу, словно ответ был настолько очевиден, что та должна была вот-вот догадаться сама.
- А до последствий тебе дела нет? Исправлять ошибки за тебя другие должны? - спросил он, когда пауза затянулась. - Замена координатора - это, во-первых, долго, а во-вторых, вызовет множество вопросов как на Кардассии, так и у остальных государств-участников, особенно после проигранного тобой суда. Тебе придётся остаться координатором до самого конца.
Мужчина встал и медленно прошёл по комнате, подбирая слова или же просто создавая такую видимость.
- Отныне перед тобой стоит ещё одна задача - убедительно показать своим подопечным, а заодно и всем их соотечественникам, что Кардассианский союз - это сила, с которой придётся считаться. Тебе придётся исправить то впечатление, которое ты могла создать у своих кадетов - что Кардассия слаба, и её позицию можно не учитывать. Кто больше всего сейчас заботит федератов? Ромуланцы? А должны мы. Чья воинская доблесть на устах у любого федерального школьника? Клингонская? Должна быть наша. О чьих успехах в торговле и переговорах знают во всех обитаемых мирах? Ференги? А должны знать о наших. Ну и так далее.
Вернувшись за стол, он посмотрел на женщину очень внимательно.
- И выбора у тебя нет, - холодным тоном добавил он. - Решишь сбежать - твоя карьера закончится раз и навсегда. Не будет ни тёплого местечка в Академии, ни офицерского жалования, ни уважения соотечественников - будет только одна совершенно бесполезная и никому не нужная женщина, которой не на что будет жить, и с которой ни один дорожащий своей репутацией кардассианец не захочет иметь ничего общего.
- Вы хотите меня этим напугать? – дрогнувшим голосом спросила Толан, пытаясь справиться с дрожью в руках. С правой получилось, а вот левая, как всегда, была ей неподвластна. – Вы же сказали, что я ни на что не годна. Всем будет лучше, если я просто уйду, разве нет? Вам ведь нет дела до того, что произойдет со мной потом.  
- А ещё я сказал, что замена координатора - это не очень хорошо, - всё так же холодно ответил Джарин, а потом откинулся на спинку стула и задумчиво потёр подбородок. - Хм, я тебе сказал открытым текстом, что тебе нужно сделать, чтобы сохранить свою карьеру, но ты не только не хватаешься за эту возможность, но ещё и дурацкие вопросы мне задаёшь. Может и правда без тебя будет лучше?..
- Потому что я не хочу быть в вашей власти, - в ее голосе впервые за весь разговор прозвучало что-то похожее на решительность. – И если это будет стоить мне карьеры – пускай. Но я хотя бы буду свободна. Что касается моей функции координатора и моего авторитета, - Толан криво усмехнулась, - то здесь вы опоздали. После сегодняшнего суда я потеряла все уважение кадетов, обвиняя одного из них.
- Может и правда лучше тебя снять? - продолжал задумчиво рассуждать Джарин. - Федерация явно слишком сильно на тебя повлияла, раз ты ставишь мнимую свободу выше жизней и благополучия членов своей семьи. Легат Толан - казнён, глинн Толан - с позором изгнана с флота и прозябает в нищите, остальные - влачат жалкое существование и ждут скорой смерти - меня такой расклад полностью устраивает.
- Прошу, только не трогайте мою семью, - вся решительность в голосе Иламы исчезла в мгновение ока. – Они не должны платить за мои ошибки. Мне все равно, что будет со мной, но они не должны пострадать… Пожалуйста, - она подняла глаза на Джарина.
- Я вижу, ты наконец-то готова говорить серьёзно, - с улыбкой констатировал мужчина. - Итак, всю вот эту ерунду, которую ты только что произнесла - про загубленный авторитет у кадетов и потерянное уважение - я проигнорирую, так и быть... в этот раз. Как говорят земляне, заруби себе на носу: они - твои подчинённые, и ты заставишь их выполнять все свои распоряжения. Теперь о деле. Для начала, мне нужны все сведения, самая полная картина всего, что произошло с тобой с того момента, как ты впервые ступила на Терок Нор. И имей в виду, что ложь я умею отличать гораздо лучше, чем ты умеешь лгать, так что не пытайся обманывать, скрывать что-то или хитрить - не получится.
- Хорошо, гал Дохиил, - покорно проговорила Толан и начала рассказ.
_________
С Джарином
« Последнее редактирование: 11 Мая 2017, 12:07:24 от Мори Джанир »
Offline  
12 Мая 2017, 11:01:13 #6
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа 2384 года, ночь
Коридор возле зала суда

Суд закончился, и окружающие направились на выход. Среди них был и посол Кардассианского союза Джарин Дохиил - он вышел в общем потоке, стараясь поддерживать всё ту же ничего не выражающую маску на лице, которую сохранял в течение всего суда, но не ушел далеко, а прислонился к стене напротив двери и, взяв падд, принялся делать вид, что занят чем-то очень важным и срочным, поглядывая на дверь и явно кого-то ожидая. Его вид выражал готовность не двигаться с места достаточно продолжительное время и проследить за всеми, кто выходит из зала.

Ракар вышел из зала суда в коридор, убедившись что федеральный кадет Лайтман в порядке и ему не требуется сейчас иная встряска и помощь, чтобы справиться с собственным состоянием. Теперь Ракару предстояло иное. И в первую очередь на выходе он увидел кардассианского посла, прислонившегося к стене. Мимо посла Ракар прошел с достоинством ромуланского военного, ромуланского разведчика, обладающего силой, за которым стояла Ромуланская Империя. Здесь и сейчас, на данном судебном процессе Кардассия потерпела некоторое поражение, и Ракар понимал, что глинн Толан в настоящий момент переживает не лучшие времена, и кардассианский посол стоит здесь не просто так. Ракар хотел остановиться неподалеку от выхода, но из-за посла ему пришлось пройти немного дальше, и только потом он остановился, развернулся, сцепил ладони за спиной и принялся ждать кадетов Звездного флота, которые пойдут на выход из зала суда. Они все еще не выходили, и ромуланский улан терпеливо ждал. Он думал о себе и Квинтилии Перим. И еще о судьбе Ромуланской империи и ромуланского народа. С давних времен для ромуланцев за контактом с любой расой скрывался страх, страх, перебиваемый высокомерием, ощущением превосходства, совершенно искренним, как совершенно искренняя защитная реакция. И такая же незамутненная ненависть, ненависть к чужакам, основанная на страхе. Ракар знал подлинную историю Ромула. Ракар понимал незамутненную ненависть коммандера Марка, своего высшего начальника, и некоторых иных его руководителей к Федерации, понимал ее причины. Никогда нельзя было оставлять опасения, доверие - путь к краху, доверие - путь к поражению. Так было всегда, с того самого начала исхода с Вулкана, когда доверие к первым чужакам было грубейшим, коварнейшим образом предано. Когда открытость к миру - обернулась потерей жизней. Они больше не верили никому и никогда. Но Ракар теперь понимал, что на самом деле между народами Федерации и ромуланцами куда больше общего, чем может показаться на первый взгляд. Он отчаянно хотел верить, вопреки всему тому, чему его учили. И он боялся этого. Он знал, что чувствует Квинтилия по отношению к этому миру. Она, как и ромуланцы - боится этого мира, боится доверять, зная, что самые лучшие чувства могут быть жестоко преданы, и как любой из них - она тоже боится этой боли, которая становится следствием предательства доверия. Она также как и он - была одна и ни на кого не могла рассчитывать, не могла никому поверить, и доверие нужно было заслужить. И если за ним была его Родина, то за ней в данный момент мало кто был из тех, кто может ее защитить. Все, что она чувствовала, было понятно ему. И он хотел был рядом, хотел, чтобы она на него полагалась, чтобы они могли верить друг другу. И еще - он просто не мог. Не мог без нее. Каждому должен даваться второй шанс, сейчас этот шанс был, и Ракар не мог его упустить, поэтому он ждал кадетов Звездного флота, которые могли бы пойти и исполнить то условие, продиктованное лейтенант-коммандером Планксом. Ракар отчаянно хотел верить, что все это можно осуществить.

Когда прошла первая волна радости и облегчения по поводу решения суда, Акрита вместе с остальными направилась к выходу из зала. Все сложилось настолько хорошо, что она не смела даже ожидать такого поворота событий. Впереди была регата, подготовка к ней, много работы, теперь – вместе с Артуром, и это здорово. Только вот… Нет, андорианка не забыла, хоть и поняла уже ограниченность того, на что может повлиять, а на что нет. Коллегам она еще вчера сказала все, что хотела и могла, и, хотя задуманное казалось по отношению к ним не совсем честным, зато оно было честным для ее совести. Ракар сказал им, что можно найти преподавателя истории из Академии, здесь на станции, и попросить его не выгонять Квинтилию. Наверняка он имел в виду, чтобы кадеты пошли все вместе, но Акрита уже не чувствовала в себе ни прав, ни сил кого-то уговаривать и звать.
Поэтому она проследила взглядом за ромуланцем, когда тот вышел в коридор, и незаметно, но уверенно двинулась в его сторону, обгоняя остальных. Кардассианского посла у дверей она увидела, но не придала этому значения, как и тому, что о ней могут подумать товарищи. В конце концов, пусть думают, что хотят.
- Мистер Ракар, можно с вами посоветоваться? – сходу спросила она, когда оказалась в нескольких шагах от улана.
Завидев Акриту, улан сделал шаг ей навстречу. Акрита была одной из первых, кто вышел, по крайней мере из тех, кто еще оставался в зале. Некоторых он возможно пропустил. Останавливать андорианку не пришлось, она сама подошла к нему и заговорила первой.
- Да, Акрита, - сказал улан, чуть опустив голову, - вы как раз мне нужны. Я хотел собрать участников проекта из Звездного флота по одному вопросу. А о чем вы хотите посоветоваться?
- О вашем предложении насчет… - Акрита немного смущенно опустила глаза, но тут же решительно подняла их. – Вы вчера сказали, чтобы у Квинтилии Перим было больше шансов остаться в Академии и проекте, можно поговорить с одним из наших преподавателей, что он где-то здесь на станции. Я хотела бы пойти. Не знаю, как остальные. Но я готова, только не совсем поняла, что конкретно нужно ему сказать и где его найти, и вообще как лучше это сделать. Может быть, вы дадите мне совет?
Она говорила спокойно, но взгляд, устремленный на ромуланца, выдавал тревогу, смешанную с надеждой. В тот момент андорианка не думала, как глупо смотрится то, что почти выпускница Академии спрашивает совета у представителя враждебно настроенного государства. Просто что-то подсказывало ей, что в этом деле он знает и умеет больше, чем она.
Ракар не отрывал внимательного взгляда от лица Акриты, пока она говорила. "Приведите ко мне хотя бы одного ее сокурсника", звучало условие лейтенант-коммандера, и, честно говоря, ромуланец испытывал некоторое беспокойство на тот счет, решится ли этот "хоть один" сделать это. Вчера вечером он не получил подтверждение ни от одного из них. Ракар попытался сдержать улыбку, получилось плохо.
- Да, верно, - кивнул он, - хорошо, что вы готовы сделать это. Но было бы куда лучше, если соберется немного больше ее сокурсников по Академии вашего Флота. Давайте дождемся остальных, и я расскажу все сразу - всем тем, кто захочет Квинтилии помочь.
Акрита не успела ответить, как их разговор прервал бодрый голос Самриты Баккер. Землянка быстрым шагом подошла к обоим кадетам и помахала им паддом, который держала в руке.
- Ну что, вы готовы? – с несколько преувеличенным энтузиазмом проговорила она – было заметно, что девушка немного устала, да и слушание Артура не оставило ее равнодушным и вымотало эмоционально, но просто так сдаваться и идти спать она не собиралась. – У вас совсем мало времени на подготовку, так что лучше поторопиться! - в подтверждение своим словам она вновь слегка встряхнула падд, где были записаны все модификации катеров к регате. Разумеется, то, о чем говорил вчера Ракар, давно вылетело у нее из головы, и теперь на повестке дня стояло только одно важное дело – подготовка к регате, а, для начала, к голографической презентации, которая была запланирована на завтрашнее утро.
Ракар повернулся к кадету Баккер всем корпусом.
- Мисс Самрита, - почтительно кивнул он ей, и продолжил. – Да, времени мало, и мы несомненно поторопимся, но у меня есть к вам еще одно дело. Пожалуйста, уделите мне несколько минут, это то, о чем я просил вчера вечером после совещания.
- А? – Самрита непонимающе уставилась на ромуланца, а по ее лицу было видно, что она изо всех сил пытается вспомнить, о чем говорил вчера Ракар. С тех пор столько успело произойти… - Разве мы не должны были сразу после слушания приступить к моделированию катеров в голодеке? Теперь Артур тоже с нами, у нас больше рук, но презентация уже завтра утром, а у нас ничего не готово. Что может быть сейчас важнее?
Следом за Самритой, в некотором отдалении от нее шел кадет Макдауэлл, а за ними показались Лайтман и клингонка М'Кота. Скользнув взглядом по клингонке, Ракар посмотрел на других кадетов.
- Освальд, и … мистер Лайтман, задержитесь, будьте добры, немного, вы мне нужны.
Артур замедлил шаг и остановился, М'Кота остановилась рядом с ним, и когда Освальд тоже подошел, Ракар вернул взгляд на Самриту:
- Да, Артур тоже с вами. Неплохое завершение. Но есть еще одно нерешенное дело, и есть еще одна ваша коллега, однокурсница и член нашего проекта, судьба которой в данный момент не определена – Квинтилия Перим. Времени мало, однако нельзя бросать незавершенным это дело. В вашей, кадетов, власти – попытаться ей помочь. Шанс есть. Кто из вас готов это сделать?
Самрита выразительно закатила глаза:
- Это, конечно, поважнее регаты будет, - с сарказмом проговорила она, глубоко вздохнула и убрала руку с паддом за спину. – И что ты от нас хочешь? Давайте закончим уже с этим и займемся делом!
Выбравшись из зала, Тенек обнаружил импровизированное совещание в коридоре и подошёл ближе.
– Вы совершенно правы, – сказал он, хотя не был уверен что именно было сутью слов Самриты – правда или сарказм, – это «поважнее регаты будет».
Больше вулканец ничего не сказал – сперва следовало выслушать Ракара.
Ракар пропустил сарказм Самриты, не отреагировав на него. Сарказм был вполне ясен, кадет Баккер не была на стороне Квинтилии, но его заботил только результат. В настоящий момент он должен был быть убедителен в своей просьбе, в своем желании не дать Квинтилии упасть в пропасть собственной загубленной судьбы. Отчасти для проекта, отчасти для Империи, потому что все, что он делает – всегда направлено на благо его родины, но в большей части для той девушки, которая стала для него значить куда больше, чем очень многое.
_______________
совместно с Самритой, Акритой, Тенеком, Артуром, М'Котой и Освальдом
Offline  
12 Мая 2017, 11:02:34 #7
Самрита Баккер

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа 2384 года, ночь
Коридор возле зала суда

- Важности сопоставимы. Для вашего кадета Лайтмана вы сделали очень многое, вы дали ему второй шанс. Перим тоже заслуживает шанс, как и любой из вас, совершающий ошибки. Вы можете помочь ей все исправить. Как минимум потому, что она ваш флотский почти офицер. Я слышал, что вы своих в беде не бросаете. А после этого – мы все займемся подготовкой к регате. Так вот, господа кадеты, я вчера говорил с вашим преподавателем лейтенант-коммандером Планксом. Но как вы сами понимаете, я ромуланец, и не годится ромуланцу вмешиваться в кадровую политику Звездного флота, ровно как федератам не годится влиять на кадровую политику Ромула. Это справедливо. Поэтому вы нужны. Перим – ваша коллега, которая несмотря на всю угрозу жизни на Волане II не собиралась оставить никого из вас и до конца исполняла свой долг. Коммандер сказал мне, что если хотя бы один кадет Звездного флота придет к нему и попросит разрешить Перим остаться на флоте, попросит дать ей шанс все исправить и начать заново, не забирать ее в реабилитационный центр на Бетазеде, то он подумает. Результат его размышления не известен, но это будет шанс, который сможет повлиять на ее судьбу. Я хочу спросить каждого из вас, решите вы воспользоваться этим шансом, чтобы помочь своему товарищу, предоставив ей кредит доверия и надежду спасти собственную судьбу, или..? Перед ответом, я прошу вас… подумать о том, что важнее всего? Никто не знает, как однажды повернется ваше будущее. Когда-нибудь любому из вас может потребоваться тот, кто не даст вам упасть. Кроме того, я считаю Перим компетентным офицером в ряде вопросов. Она ценный кадр для проекта.
- Реабилитационный центр? – Самрита нахмурилась, обдумывая эти слова. – Ты говоришь так, как будто это что-то плохое. Но ведь именно туда и направляют… таких, как она, чтобы вылечить. А потом, может быть, ее вернут в Академию, если посчитают, что она здорова. Там есть врачи, там ей смогут квалифицированно помочь, а у нас только один Тенек – не будет же он ходить за Перим, как привязанный, и следить, чтобы она вновь не наделала глупостей! – Баккер с сомнением посмотрела на вулканца.
- Она не наделает больше глупостей, - сказал Ракар, - и я не считаю, что в этом случае нужен какой-то центр.  В ее случае – ей нужны коллеги, которые верят в нее и могут ей доверять. Коллеги, которые решат ей поверить снова и поддержать. Те люди, которым она будет нужна. Не помогают никакие центры, если человек не чувствует себя необходимым, если чувствует себя брошенным и невостребованным. Предательство и оставление в опасности и одиночестве разрушает человека, но если есть те, кто готов с ней работать – она сможет исправиться. Не врачи здесь решают, это проблема иного характера. Потому что выйдя из такого центра, зная, что все к чему стремился ранее – закончено, если жизнь пошла наперекосяк и все товарищи бросили, если идти некуда  – человек возвращается… на путь к точке невозврата. Но пока еще не поздно.
– Разумеется я не собираюсь контролировать мисс Перим, – подтвердил Тенек. – Внешний контроль никогда не бывает так же эффективен, как внутренний, и здесь нам следует признать, что даже реабилитационный центр не гарантирует того, что внутренний контроль индивида восстановлен на должном уровне. Это может показать только его активная деятельность в несмягчённых особым режимом условиях. Именно поэтому направление в реабилитационный центр рекомендуется давать в тех случаях, когда пострадавший объективно неспособен справиться с проблемой без установления внешних ограничений. Или если он сам настаивает на таком решении. В остальных случаях считается наиболее разумным предоставить ему возможность пройти реабилитацию без отрыва от привычной жизни и деательности.
Больше всего на свете Артур хотел сейчас остаться один, хотя бы ненадолго. А потом заняться в голокомнате реализацией идеи – голографическим доктором для катера, с внешностью Дженнифер Геллер, доктора с "Саратоги". Доктора, такого доброго и чистого, той, которую он видел первой, когда очнулся в лазарете корабля. Рядом стояла М'Кота, и он рассчитывал, что она тоже поучаствует в этом голографическом программировании, но прямо сейчас он вспомнил, что тоже виноват в том, что случилось с Перим. Кадет Лайтман сложил руки на груди, и опустил голову.
- Я пойду, - сказал он. – Я виноват перед Перим. Я должен. Я с вами.
Акрита, отступившая чуть в сторону, когда подошли остальные, смотрела то на Ракара, то в пол. Она вдруг удивилась тому, что этот казалось бы совершенно чужой и Квинтилии, и Звездному флоту в целом представитель Ромуланской империи, оказался единственным, кто сразу и активно встал на защиту федерального кадета. Даже говорил по ее поводу с начальством Академии. Почему у него, ромуланца, есть такое право и решимость, а у нее, Акриты, с которой Перим училась вместе и разделяла идеалы и перспективы, - нет? Если Квинтилия как-то связана с Тал Шиар… Что, если именно они довели ее до такого? А Ракар теперь пытается вернуть агента? "Нет," – андорианка сама ужаснулась своим мыслям, - "она совсем не похожа на врага". Но что-то тут было непросто, хотя это второе дно ситуации отчаянно ускользало от понимания. Вспоминая слова и мысли Ракара, которые он высказывал за ужином, после страшных событий позавчерашнего дня, Акрита поразилась тому, что, судя по ним, ромуланец и сам был не похож на врага! Это одновременно и сбивало с толку, и воскрешало светлые детские мечты, наивные, почти разрушенные жестокой рукой войны.
- Я в любом случае пойду, - тихо сказала она. – Только сейчас уже почти ночь?
- Да, - кивнул Ракар, - она сможет обойтись без центра реабилитации, потому что здесь проблема не в зависимости от веществ, а проблема с взаимодействием с командой. Мы команда, и нам нужно поддерживать друг друга. А мистер Тенек, в случае чего, всегда может снимать нужные анализы без отхода от командной деятельности. Поэтому, я считаю, что нельзя лишать кадета Перим той команды, в которой она находится сейчас.
Ракар поочередно посмотрел на Освальда, Самриту и Акриту. В настоящий момент самым важным было убедить Самриту, остальные, как ему казалось, склонялись к тому действию, которое ему было нужно. Нет, не только ему, но Перим.
- Не важно, что ночь. Не терпит отлагательства, лейтенант-коммандер может улететь со станции вместе с Перим, и тогда будет поздно. Не нужно откладывать, - добавил ромуланец.
- Вам легко говорить, - криво усмехнулся Освальд, - вас коммандер из Академии не сможет заставить драить очистные коллекторы всю ночь. Впрочем, не стоит, и правда, останавливаться сейчас. Если все готовы идти сейчас - идём сейчас.
Самрита старалась не смотреть на Освальда, как будто его и вовсе рядом не было, но все же его замечание про коллекторы вызвало у нее очень быструю улыбку. Она понадеялась, что он этого не заметил, и напустила на лицо серьезность.
- Лейтенант-коммендер Планкс был на суде, - заметила Самрита на опасение Акриты, - так что вряд ли он уже спит. Хотя не понимаю, почему это не может подождать до утра… Но вы все так хотите идти к Планксу – то сделаем это сейчас, и я пойду с вами. Вряд ли он что-то нам сделает, в крайнем случае скажет, что сейчас не лучшее время для разговоров, и будет прав. И вообще, хватит уже время на болтовню терять – корабли сами себя не модифицирует! – решительно завершила землянка. Если свое намерение идти к Планксу она выразила однозначно, то то, что она собиралась говорить, было не так очевидно – хоть большинство кадетов и догадывалось, что мисс Баккер настроена не слишком оптимистично и радужно относительно всей этой ситуации.
– Я вот всё думаю, почему только кадеты? – подала голос М’Кота. – Лично меня вся эта болтовня про вмешательство в кадровую политику Звёздного Флота слегка бесит. Разве только кадетам вашей Академии предстоит рисковать жизнью рядом с Перим? Разве правильно пошушукаться только со своими, чтобы принять решение, которое касается всех? Как по мне, будет правильно, если пойдёт любой, кому не наплевать. Не только на Перим, но и на проект и на самого себя в проекте. На месте лейтенант-коммандера меня бы очень интересовало, готов ли кто-нибудь из нас – не кадетов и не федератов – доверить Перим свою спину за компанию с жизнью и честью.
- М'Кота, - Ракар перевел взгляд на клингонку, - я получил однозначное мнение от лейтенант-коммандера, и однозначное условие – он просил только кадетов Звездного флота, и он употребил термин – "вмешательство в кадровую политику". Это естественно, если речь идет о флоте Федерации. О том, что она флотский офицер, и должна таковым остаться. Но если вы готовы доверить Перим свою жизнь, подставить спину, то, я думаю, что ваше мнение тоже будет иметь значение, и я благодарен за вашу решимость, - Ракар склонил голову перед клингонкой. Беспрецедентный жест, но он был должен это сделать, и он делал, разрушая стены различия, проявляя уважение и испытывая его, уважение и благодарность. Не важны различия и конфликты прошлого, не важны стены, важно спасение той, без кого он не мог. Любой шанс, который нельзя упустить. Что угодно, и очистные коллекторы каждую ночь – не слишком высокая цена.
Теперь высказались все, кто подошел к Ракару - все выслушали ромуланца и согласились с его идеей пойти к федеральному лейтенант-коммандеру. Все, за исключением вулканца, который пока не обозначил своих намерений. Все взгляды обратились на него.
Тенек сперва ответил им таким же вопрошающим взглядом, потом, видимо понял, что от него хотят и сказал:
– Разумеется, я иду. Вы же не думали, что я устранюсь от проблем своей пациентки?
- Планкс будет вне себя от счастья при виде такой толпы, - хмыкнула Самрита и коснулась дельты на форме: - Компьютер, определить месторасположение лейтенант-коммандера Планкса.
Компьютер послушно отреагировал и сообщил кадетам, что преподаватель находится в своей каюте на Жилом кольце. Оставалось только надеяться, что он еще не спит и не развернет их с порога.
__________
совместно с Ракаром, Акритой, Тенеком, Артуром, М'Котой и Освальдом
Offline  
16 Мая 2017, 10:54:19 #8
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа 2384 года, ночь
Жилое кольцо, каюта Диаса Планкса

Ракар шел позади кадетов, направляющихся в жилое кольцо, с ощущением надежды. В этот раз он к ним не присоединился, в этот раз федеральный лейтенант-коммандер не должен был его видеть. Улан должен был исключить любую возможность подозрения неправильной заинтересованности в деле Квинтилии Перим. Он ничем не должен был ей навредить. Поэтому Ракар пропустил всех вперед и остался стоять неподалеку от каюты лейтенант-коммандера в темном коридоре в ожидании новостей.
Один из кадетов позвонил в дверь каюты, и через несколько секунд она приоткрылась. В проеме появился лейтенант-коммандер… впрочем, о его статусе в этот раз не говорило ничего в его облике. Мужчина был одет не в форму Звездного Флота, а в мятую свободную футболку зеленого цвета со светлыми концентрическими разводами. Если среди кадетов были интересующиеся историческими эпохами Земли, то этот небрежный узор они бы безошибочно проассоциировали с временами движения хиппи. Волосы Диаса Планкса тоже не были приглажены и торчали во все стороны, и весь его вид свидетельствовал, что его оторвали от какого-то дела - порывистость, с которой он выглянул в коридор, удивленный взгляд, с которым он воззрился на стоящих на пороге четырех кадетов Звездного Флота, клингонскую девушку и гражданского вулканца.
-Это еще что за делегация? - вопреки опасениям некоторых, вопрос лейтенант-коммандера не был недовольным, а скорее дружелюбно-насмешливым.
Еще час тому назад и даже полчаса тому назад – Артур на собственном суде испытывал перед преподавателем истории из Академии жгучий стыд и невообразимое чувство вины. Он избегал смотреть на него тогда. И теперь все это еще не прошло, однако он не имел теперь права устраниться и отстраниться и должен сделать то, что должен. По возможности – исправить все ошибки. Когда лейтенант – коммандер открыл дверь и появился на пороге, Артур бросил быстрый взгляд на коллег вокруг себя, а затем вытянулся по стойке "смирно" и посмотрел на преподавателя.
- Сэр, мы просим прощения за поздний визит, но мы хотим поговорить с вами о нашем товарище, кадете Перим. Вы можете нас выслушать сейчас?
-Сейчас не лучшее время… - слегка извиняющимся тоном начал Планкс, но затем обвел взглядом пришедших и вздохнул, - Но раз вас так много… Ради всего святого, кадет Лайтман, вольно! Проходите. Чья же это была идея, кто же сподвиг вас на этот визит?
- Никто, сэр, - произнёс Освальд, - мы здесь по своей воле, и движет нами исключительно желание помочь коллеге. Как вы знаете, - кадет слегка улыбнулся, вспомнив историю с их пикетом, - это одна из вещей, которым мы научились на проекте.
Самрита посмотрела на Освальда с искренним изумлением – она не ожидала от него, что он будет лгать преподавателю прямо в глаза, и тем более не понимала причины говорить то, что не было правдой.
- Вообще-то нас попросил прийти Ракар, ромуланский участник проекта, – он сказал, что говорил с вами и что вы хотели услышать мнения федеральных кадетов по поводу всей этой истории с Перим, - заметила Баккер, глядя прямо на Планкса. - Но пришли мы, разумеется, добровольно.
- Да, сэр, - поспешил поправиться Освальд, - наш коллега нам сообщил о том, что вы готовы были бы выслушать нас, но он нас ни к чему не склонял - мы были обеспокоены ситуацией с Перим ещё до разговора с ним.
-Спасибо, кадет Баккер! Ваша честность и нежелание ввести меня в заблуждение делает вам честь, - Планкс улыбнулся девушке и посторонился, давай кадетам пройти в каюту, - А где же сам ваш ромуланский коллега? - трилл прищурился, всматриваясь в коридор за спинами остальных, - Потому что вот сейчас все войдут, мы закроем дверь… и кто не успеет, тот не будет участвовать в этом разговоре.
Стоя неподалеку от каюты и почти сливаясь со стеной, Ракар прислушивался к разговору кадетов и лейтенант-коммандера. Коридор жилого кольца был темным и тихим, никакие посторонние звуки не создавали помех слышимости. Они упомянули его, коммандер тоже упомянул его, и Ракар замешкался на пару секунд, делая свой выбор. А потом он оторвался от стены и подошел к остальным.
- Я здесь, коммандер, - сказал ромуланец, - я соблюдаю ваше условие о невмешательстве, однако если вы позволите, то присоединюсь тоже.
Когда делегация только подходила к дверям, Акрита была настроена решительно, и уже приготовилась говорить, хотя понимала, насколько важно в таких вопросах соблюдать аккуратность, сочетая ее с уверенностью и искренностью. Конечно, она боялась что-то сказать не так и все испортить, но внутренне решилась на этот шаг еще на выходе из зала суда. Однако теперь, когда ее товарищи взяли разговор в свои руки, ей оставалось пока лишь наблюдать, ожидая, когда обратятся к ней лично.
Все кадеты вошли в каюту.
-Располагайтесь, - торопливо попросил Планкс, - Боюсь только, у меня стандартная каюта, а не улучшенная гостевая, и места тут маловато. Так что вы хотели мне сказать?
И снова в тоне вопроса Планкса слышалась дружелюбная ирония, как будто он заранее подозревал, что сейчас услышит. И тем не менее, это был тот самый момент, ради которого они все пришли сегодня в его каюту.

Ракар, воспользовавшийся приглашением, прошел в каюту Планкса вместе со всеми и отошел в дальний угол, встав у стены.
Артур, расслабившись от разрешения коммандера стоять "вольно", остановился посередине каюты и снова оглянулся на своих товарищей. Неформальная одежда коммандера в ночное время на самом деле никак не умаляла его звания и его статуса, напротив, создавалось ощущение неловкости, что офицера и преподавателя приходится беспокоить ночью, но того требовала необходимость. Что уж делать, на кораблях капитанов тоже часто поднимают из постели посреди ночи, и они говорят по видеосвязи будучи одетыми в ночную пижаму. Всякое бывает.
- Сэр, - произнес Артур, глядя на Планкса, - мы хотим попросить вас перерассмотреть участь кадета Квинтилии Перим. Мы считаем, что она не заслуживает увольнения из Академии флота и хотим продолжить с ней работать. Случившееся с ней здесь на станции – не только ее ошибка. В том, что произошло – есть отчасти и моя вина тоже. Мы не знаем, что там было раньше, но суть в том, что … она допустила ошибку, которую можно исправить здесь, без всякого реабилитационного центра. Знаете, сэр, что на Волане II в частности – ее варианты действия были куда вернее моих. Я хочу сказать, что она может быть достойным офицером.
Планкс выслушал и посмотрел на остальных кадетов.
-А что скажете вы? Или кадет Лайтман - ваш официальный спикер, и вы пришли только для моральной поддержки?
- Нет, сэр, не только, - Акрита выступила вперед. Сейчас наступил тот самый момент, которого она ждала, и теперь говорила спокойно и уверенно. – Хотя я лично близко познакомилась с кадетом Перим только здесь, но тоже могу сказать, что она – хороший будущий офицер и заслуживает второго шанса. Да, она попала в сложную ситуацию, совершала ошибки, но, возможно, причина этих ошибок отчасти в том, что она не чувствовала себя членом команды, ей не хватало этого, она оставалась одна со своими проблемами. Я не могу говорить за всех, но тоже чувствую свою вину перед ней. В Академии мне казалось, что она настолько во всем успешная и совершенная, что не нуждается в друзьях и поддержке. Но это не так. И думаю, что если она увидит сейчас, что мы доверяем ей, что, несмотря на ее ошибки, хотим с ней работать и видеть ее своим другом – это поможет ей больше и быстрее, чем реабилитационный центр. Конечно, выбор останется за ней. Но я тоже прошу вас дать ей шанс остаться здесь в проекте, и в Академии, и все исправить.
Самрита стояла рядом с остальными кадетами с сосредоточенным видом, плотно сжав губы. Что бы ни думали остальные, она пришла сюда не говорить гадости о Перим – ей важно было самой разобраться в этой ситуации, прийти к правильному решению. А еще ей хотелось справедливости, только вот в отличие от коллег она не была уверена, что та заключается во всепрощении Квинтилии. «Чтобы вокруг тебя начали бегать и всячески ублажать, достаточно всех обманывать и принимать наркотики», - эту мысль Самрита уже высказала однажды и не отказывалась от нее сейчас, но и прикладывать усилия к тому, чтобы Перим выгнали из проекта и Академии, она была не готова.
Землянка подняла взгляд на трилла, ища в нем поддержки и какой-то мудрости, которой вроде бы не следовало ожидать от человека, который выглядит так, как выглядел сейчас лейтенант-коммандер Планкс.
- А я своей вины не чувствую, - негромко, но четко проговорила Самрита. – И своим другом ее не считаю. И считаю, что Перим сама виновата в тех ошибках, которые совершила. И еще что ей следует много работать, чтобы получить прощение тех, кого она обманывала – в первую очередь вас, ее преподавателей в Академии, и нас – ее сокурсников. И тем более я не знаю, нужен ли ей реабилитационный центр или нет, и не считаю, что это следует решать нам. Но… - она сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. – Я тоже хочу попросить вас не исключать ее из Академии, а дать шанс исправить все свои ошибки – перед вами, перед Академией, перед проектом, перед своими коллегами. И если Перим сама готова работать над тем, чтобы вновь заслужить наше доверие, то мы ей в этом поможем.
– Что касается меня, не в моей компетенции решать, должна ли мисс Перим остаться в Академии или нет, – заговорил Тенек, когда Самрита закончила, – но я могу повторить то, что уже сказал моим коллегам по проекту с точки зрения её врача. Если проблему пациента объективно можно решить без смягчения повседневных условий и без отстранения его от текущей работы, лучше всего поступить именно так. Реабилитационный центр не избавляет человека от необходимости рано или поздно вернуться к объективным реалиям жизни, так что наилучшим решением было бы вовсе их не покидать; лично я счёл бы наиболее правильным не исключать мисс Перим из проекта Альфа и дать ей возможность справиться с проблемой без отрыва от активной деятельности. Разумеется, если сама мисс Перим не будет настаивать на обратном.
– А я могу добавить только то, что с вашей стороны не очень-то вежливо интересоваться мнением только кадетов вашей Академии, – встряла в конце концов М’Кота. – Ведь это риск для всех нас, а не только для них! Так что я решила, что вам будет интересно услышать, что по крайней мере меня риск не слишком волнует и я готова на него пойти.
______________
Диас Планкс и кадеты
Offline  
16 Мая 2017, 10:55:05 #9
Самрита Баккер

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа 2384 года, ночь
Жилое кольцо, каюта Диаса Планкса

-Сэр, - тут же влез в разговор Освальд, - я говорил с Перим, когда она была в лазарете. Думаю, она была со мной честна, когда говорила, что не хочет быть изгоем в группе и что не чувствует себя частью команды, потому что её все игнорируют. Полагаю, что мой вклад в это дело отнюдь не маленький, потому что всё наше взаимодействие в Академии состояло, в основном, в спорах и взаимном недовольстве друг другом. Я со временем пришёл к выводу, что подобное для неё было нормой. Оказалось, что всё совсем не так. Получается, сэр, что значительная часть проблем в нашем с Перим взаимодействии была следствием всего лишь недопонимания. Как знать, может и последние события тоже. Я просто прошу дать не только ей шанс загладить свою вину, но и нам всем позволить исправить допущенные ошибки. В конце концов, многие из кадетов Академии совершали ошибки, в том числе, приводившие к трагическим последствиям, но не всех за это исключали, и, как потом оказывалось, это было верное решение. Может Перим и не лучшая в Академии, но уж точно не худшая, мы все видели это совсем недавно - на Волане II и на ДС9, когда мы столкнулись с неизвестной формой жизни.
– Это правда, – подтвердил Тенек. – Я не взаимодействовал с ней на Волане II, но именно её грамотное поведение позволило вовремя оказать помощь нескольким пострадавшим во время инцидента с Аномалией, так как она записала их местоположение в падде и доставила эти данные в лазарет. Также, думаю, сейчас будет уместно сказать, что при недавнем голосовании это стало для меня веской причиной отдать свой голос именно за мисс Перим.
- Все с вами ясно, - задумчиво проговорил Планкс, когда высказались все, кто хотел, - Поразительное единогласие. Хотя, разумеется, было бы странно, если бы мистер Ракар сагитировал прийти сюда кого-то, чье выступление не соответствовало бы его замыслу оставить мисс Перим на станции, в проекте и в Академии.
Трилл улыбнулся.
- Вы знаете, я прибыл на ДС9, чтобы присутствовать на разбирательствах, касающихся двух питомцев Академии Звездного Флота на Земле - кадета Лайтмана и мисс Уильямс. Уже здесь меня попросили посидеть на еще одном неформальном слушании, а теперь вот обнаружилась эта ситуация с мисс Перим, и я не улечу со станции, пока она не разрешится, то есть пока мы… я имею в виду Академию… не выработаем курс действий. Я не выношу итоговых решений, но я могу давать рекомендации руководству на основании всего, что здесь наблюдаю. Вчера вечером ко мне подошел улан Ракар и попросил, чтобы я поспособствовал, чтобы мисс Перим осталась в проекте “Альфа”. Мне показалось странным, что это был именно он, а не кто-то из ее однокурсников, - Планкс посмотрел на Ракара.
 - Несмотря на то, что мы пытаемся - и часто успешно! - нащупывать общие точки с другими расами в том, как смотрим на мир, часто наши ценности и представления о морали различаются. Уверен, вы и сами можете привести примеры этого. С точки зрения Федерации, мисс Перим поступила очень плохо. Я лично за свою жизнь никогда не встречал человека, способного пойти на такой обман и добровольно подвергнуть себя зависимости от химического препарата. Да, это возможно где-то там, далеко, среди пиратов, маки, Орионского синдиката… но в Федерации? Это кажется чем-то из рода вон, потому что мы как общество давно должны были бы перерасти это. Поэтому по нам этот случай бьет так сильно, лишая всех ориентиров и вызывая много неприятных эмоций… Мисс Перим была на нашем попечении, и мне, как представителю Академии, от этого случая неприятно, и я чувствую себя виноватым, и ищу, где мы могли ошибиться, и злюсь,  - мужчина грустно улыбнулся Самрите, - Поэтому мне было любопытно услышать, что думают федеральные участники проекта, причем именно кадеты, воспитанные вместе с мисс Перим, в одних условиях и с одними ценностями. И вот - вы здесь. Слова остальных тоже важны, - Планкс торопливо обернулся в сторону клингонки, - но, леди М’Кота, это все-таки немного другое и кажется мне отвлеченной темой. И я бы поговорил об этом, но я и так уже говорю очень долго и, наверное, занудно, - мягко добавил трилл, - Так что вы не возражаете, если я пока продолжу дальше про мисс Перим? Иначе это будет очень долгая ночь...
М’Кота подняла руки, шутливо сдаваясь на милость федерального офицера:
– Конечно! В конце концов речь ведь именно о ней!
-Отлично! - Планкс энергично кивнул клингонке и обвел взглядом всех остальных, - Тогда можно надеяться, что мы сегодня еще успеем поспать. Продолжаем! В качестве выхода я имел возможность предложить мисс Перим реабилитационный центр на Бетазеде. Вы должны понимать, что это не какой-то Бедлам… кстати, кто помнит, что это такое? Земляне, кто-нибудь?
- Бедлам – это психиатрическая лечебница, сэр, - сказал Артур, внимательно слушавший коммандера.
– С довольно жесткими методами лечения, - добавила Самрита, для которой подготовка к презентации не прошла мимо. - Не знаю, почему все так боятся этого реабилитационного центра, - негромко проговорила девушка. – Как будто Перим на каторгу предлагают отправить, а не лечиться от ее зависимости.
Речь Планкса зародила в девушке мысль, что преподаватель – и Академия в его лице, - не готовы так просто все прощать и забывать. И это было ближе к ее представлению о справедливости и к тому, чему ее учили в Академии, чем самобичевание ее коллег и их готовность закрыть глаза на обман Перим. Но он еще не закончил, и ей не терпелось выслушать его мнение до конца.
-Молодцы, - похвалил Планкс, - Так вот, Федерация заботится о своих офицерах, с которыми произошли неприятности, и место на Бетазеде в действительности очень приятное - огромная территория с садами и фонтанами, мирная атмосфера, десятки специалистов - от психологов до диетологов и арт-терапевтов, чьей задачей в том числе является и адаптация пациентов к жизни вне центра. Бывают дни, когда я и сам хотел бы вернуться и отдохнуть там немного, - мужчина усмехнулся каким-то внутренним воспоминаниям, - Чтобы позволить мисс Перим остаться на станции, нам… я снова имею в виду Академию вцелом… нужно быть уверенным, что здесь для нее будут созданы те же условия. Вдобавок к зависимости, о которой вы знаете, она также подавлена из-за всего случившегося и истощена постоянными занятиями и отсутствием отдыха. Вы говорите, что готовы помочь ей, но так ли это?  Ей понадобится сдавать регулярные анализы и, возможно, принимать какие-то лекарства. Кто будет регулярно мониторировать ее физическое состояние и проявлять в этом настойчивость, даже если она сама будет казаться не заинтересованной в этом?
– Именно об этом я и говорил, – сказал Тенек. – Щадящая обстановка только кажется наилучшим выходом, на деле же это справедливо далеко не для каждого случая. Меня учили, что избыток комфорта чаще приносит вред, чем пользу. Что же касается постоянного мониторинга, то пока в проекте есть собственный врач, это входит в его обязанности, если же я по объективным причинам не смогу их исполнять, на станции также есть компетентный медицинский персонал.
Ракар ловил каждое слово федерального лейтенант-коммандера, наблюдая за ним из угла каюты, в котором стоял. Он не отрываясь смотрел на трилла, и даже немного склонил голову на бок и прищурился, рассматривая его. От его слов здесь зависело все, и от того, сумеют ли кадеты его убедить. Ракар понял, что было время, когда Планкс тоже лечился на Бетазеде, от чего именно – не известно, и поэтому рекомендует это место как лучший выход, но это не столь важно. Важно было другое. Ракар закусил губу, чтобы рвущиеся наружу слова и комментарии не прозвучали прямо сейчас. Он хотел сказать, что сам будет мониторировать все, что будет необходимо, что он сам сделает все, что нужно для ее реабилитации, что вот есть множество кадетов, готовых изменить свое отношение к Перим и вести себя с ней по-другому. Но Ракар должен был молчать прямо сейчас, чтобы не навредить делу. Он ромуланец, а они федераты, это их дело, и в настоящий момент между ними существовали стены, которые он пока преодолеть не мог. Тенек хорошо говорил и справлялся, остальные тоже. И ромуланец только сжал за спиной руки, справляясь с необходимостью ожидания.
-Да, на станции есть персонал, - кивнул Планкс, - Допустим, советник проекта госпожа Рилл согласится проводить личные психологические сессии в нужном объеме. Допустим, на станции найдутся баджорцы, для которых оккупация была достаточно темным временем, чтобы они могли столкнуться с проблемами зависимостей, и которые смогут поделиться своими успешными историями и создать группу поддержки. Но наши исследования показали, что лучше всего работает комплексный подход к проблеме. И одной из его частей является также физическая терапия. Кто возьмет на себя организацию спортивных тренировок мисс Перим?
- И теперь весь проект будет заниматься выхаживанием Перим? – приподняла бровь Самрита. – Нам за это начислят дополнительные баллы или как-то впишут в задания проекта? Если мы теперь за нее ответственны, то я могу поделиться своей программой тренировок или адаптировать ее. Только вот я для нашей мисс Перим недостаточно хороша, едва ли она сама со мной захочет заниматься.
- Я думаю, сэр, - продолжил Артур, - что вряд ли существуют лекарства от того душевного расстройства, когда твоя же команда отворачивается от тебя, обращается с тобой плохо, не ценит, не уважает или подставляет, не зовет на совместные мероприятия. Эта проблема имеет две стороны своей медали. Мы тоже были во многом не правы. И может быть теперь мы тоже извлечем из этого свои уроки. Нам всем нужно научиться работать друг с другом, и с Перим в том числе. Мы можем сделать  общие физические тренировки по расписанию каждого утра, а не так, как это было раньше – когда каждый сам. И если Сэм, то есть кадет Баккер, адаптирует свои упражнения, а мы прибавим к этой программе свои, то выработаем общую схему для всех, и наверняка клингоны, кардассианцы и ромуланцы смогут внести в эту программу что-то свое. И Перим будет участвовать вместе с нами, и мы все проследим за тем, чтобы никто, в том числе она – не игнорировал тренировку. Мы просто будем одной командой, и она будет членом нашей команды. Мы ведь все должны быть заодно, по итогу этого проекта.
-Вы пришли просить за мисс Перим, - усмехнулся Планкс, - Инициатива наказуема, кадет Баккер. Я знаю, что все вы успешно сдали нормативы Академии, иначе бы вас здесь не было. Но не стоит забывать, что мисс Перим в недалеком прошлом была профессиональной спортсменкой и даже потом тренировок не забрасывала. Например, я знаю, что в ее ежедневной рутине оставался бег по утрам. Поэтому когда я говорю о занятиях для нее, я имею в виду нечто более… интенсивное. С потом и кровью, после чего не остается сил жалеть себя и накручивать в голове безнадежные мысли, - взгляд трилла скользнул по лицам кадетов и чуть дольше задержался на Ракаре и М’Коте.
М’Кота пожала плечами.
– А мне понравилась идея Артура. Как на счёт крови и пота для всех? Чтобы никто не ушёл обиженным?
- Ромуланские тренировки выносливости для кадетов Военной Академии Ромула, - наконец заговорил улан из своего угла, - да, я покажу и буду за это ответственен. Все смогут участвовать, и Перим не будет чувствовать свою исключительность в этом вопросе, это не будет наказанием, это будет работой для всех.
________
И все неравнодушные Улыбающийся
Offline  
16 Мая 2017, 11:01:08 #10
Акрита ш’Лечир

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа 2384 года, ночь
Жилое кольцо, каюта Диаса Планкса


- Сэр, - снова подал голос Освальд, - совсем недавно мы с М’Котой состязались в стрельбе в голокомнате. Программу, разумеется, можно доработать, чтобы состязание было между командами. Тогда Перим сможет проявить свои лидерские навыки… - кадет почесал подбородок, но не стал добавлять “если они у неё вообще есть”.
Бросив беглый взгляд на Ракара, он решил, что настройки по умолчанию надо поправить, пока никто не увидел противников-ромуланцев и не обвинил Освальда в разжигании межвидовой розни.
Акрита незаметно вздохнула. Все-таки это было так сложно, отношения в коллективе, где все такие разные, с разным мировоззрением и целями, найти правильный путь. И андорианка снова осознавала свое бессилие что-либо рассудить, уладить, исправить, хоть ей и отчаянно этого хотелось. Ведь и Самрита была со своей стороны права. И возможно, за поведением Квинтилии не стоит какого-то затаенного и глубокого горя, как порой казалось Акрите. А, может быть, здесь действительно замешаны ромуланцы? Почему так сложно выгнать из головы эту мысль? Не делает ли она сама ошибки, защищая Перим? Мозг потихоньку плавился от всего этого запутанного клубка неизвестности, а еще от усталости, наверное.
- Я тоже согласна с мистером Лайтманом в том, что мы должны стать единой командой. Это суть нашего проекта, и будет лучшим лекарством… как мне кажется. Так что я с удовольствием приму участие в совместных тренировках. А ведь сейчас у нас еще подготовка к регате, и если мисс Перим присоединится к нам, то скучать и жалеть себя будет точно некогда, - она чуть улыбнулась. – И это будет для нее, и для всех нас, шаг к взаимному доверию и исправлению прошлых ошибок.
Услышав слова Освальда, М’Кота негромко засмеялась: она тоже вспомнила условных противников, которых он вызывал в своей программе.
Тенек, внимательно слушал предложения коллег, а под конец внёс и свою лепту:
– Я тоже подготовлю несколько упражнений для общих тренировок. Статических. Не знаю, как на счёт крови и пота, а вот обыкновенного терпения здесь не хватает многим.
-Меня не волнует, что вы придумаете для вашей группы “Альфа”, - впервые за встречу в голосе лейтенант-коммандера послышались металлические нотки, - Меня сейчас волнует только мисс Перим. Вы пришли сюда, чтобы просить оставить ее на станции, но это будет невозможно, если здесь не будут созданы те же условия, что и в реабилитационном центре. И в число этих условий входит персональный подход и в том числе индивидуальные тренировки. Сожалею, если кому-то кажется, что в этом слишком много чести и она этого не заслуживает. Мне кажется, многим из вас есть что предложить лично и отдельных заданий хватит всем. Но если это слишком сложно… если никто достаточно компетентный не может выступить вперед и взять на себя ответственность сперва хотя бы за личные тренировки… лучше мне снять эту проблему с ваших плеч и увезти на Бетазед прямо завтра. Что ж, расходимся? Спокойной ночи?
И тут ромуланец не смог остаться в молчании. Он сделал шаг вперед, потом еще, и подошел к остальным. Каюта не была большой, долго идти не пришлось.
- Нет, коммандер, минуту, прошу вас. Вы позвали меня на этот разговор вместе с кадетами Звездного флота, поэтому, видимо, я могу говорить. Нет, не расходимся. Я буду ответствен за индивидуальные тренировки мисс Перим с потом, но надеюсь без крови. Тренировки будут до изнеможения, и я гарантирую, что у нее не останется мыслей о жалости к себе и желания не спать. Я сделаю это, коммандер.
Ракар посмотрел на Планкса, не отводя взгляд. Он старался быть бесстрастным, но в его глазах было нечто, похожее на отчаянную просьбу не завершать все вот так.
– А мне говорили, что федеральные офицеры любят слушать идеи! – вздохнула М’Кота. – Мы тут из кожи лезем, думаем, как будет лучше для Перим, а нам говорят, что думать не надо, надо делать, как велено. Знаете, командир, если бы я была на месте Перим, и со мной начали носиться, как с тухлым яйцом, придумывать за меня мои же собственные тренировки, я была бы в ярости! Но если бы что-то новенькое предложили всем, я не отказалась бы поучаствовать. Потому что в первом случае, ко мне отнеслись бы как к ущербной, а во втором – как к равной.
- М'Кота, у федератов свой менталитет и свои методики, - сказал Ракар, повернув голову к клингонке, - у вас иначе, но они живут по другому, не так как вы. В данный момент нужно последовать их требованиям. Я сделаю то, что нужно, коммандер.
– Саму Перим даже не спросим? – проворчала М’Кота, но после этих слов замолчала, скрестив руки на груди.
-Не спросим о чем? - тем не менее уточнил Планкс, внимательно глядя на М’Коту.
– Что выбрала бы она сама, – нехотя ответила М’Кота. – Конечно, тренировки из-под палки бывают чертовски полезны – уж я-то знаю! – но вряд ли они могут показать человеку его ценность для товарищей… и всё прочее, о чём тут говорили федераты.
-Но они нужны не для этого, - заметил Планкс слегка извиняющимся тоном, - Тренировки укрепляют и дисциплинируют тело, а также очищают мысли. Пожалуйста, поймите, все, о чем я говорю сейчас - это части одной программы, которую мисс Перим должна пройти, чтобы снова стать полноправным кадетом Звездного Флота. Она может сделать это на Бетазеде или в другом месте, если там будут для этого условия. И единственный выбор, о котором ведет речь Академия - это хочет она остаться кадетом или нет. Если да, то она должна пройти программу полностью и в том виде, в котором она существует. Вы можете воплотить свою идею с совместными тренировками, можете сами придумать другие способы помочь ей, никто вам не запрещает и не будет стоять на пути, но это будет идти параллельно с тем, что предлагаю и делаю я.
Последние несколько фраз Планкс произносил все более и более серьезно и даже хмуро, но затем его лицо снова разгладилось.
- Я вижу, что леди М’Кота пытается нас понять, и это в высшей степени похвально и вселяет надежду на будущее этого проекта. И даже если не тренировки, то, мне кажется, следующий пункт программы больше подходит под ее определение - “показать ценность для товарищей”. Физическая терапия состоит не только из лечебной физкультуры, но и из трудотерапии. Это значит, что мисс Перим должна делать что-то полезное. И раз она остается на станции, то видимо, это будет что-то для вашей группы. Кто из вас сможет следить за ее занятостью и давать ей приказы, задания и поручения?
- Но подождите… - задумчиво проговорила Самрита. – Коммандер Планкс, вы же понимаете, что мы не имеем права ей приказывать и давать задания? В смысле, не только ей, но и любым другим нашим коллегам? Мы же тут вроде как на равных, поэтому есть некоторые опасения, что, попробуй кто-то командовать, его просто, ну… не послушают? Вон, Перим пробовала, и ничем хорошим это не закончилось!
Сама Самрита не спешила вновь выставлять свою кандидатуру: во-первых, потому что один раз за сегодня ее уже отклонили, что несколько задело самооценку девушки, а, во-вторых, потому что сомневалась в своих способностях командовать кем-либо.
– Ещё после инцидента с аномалией у меня появилась мысль, которая могла бы в этом отношении устроить все стороны, – негромко сказал Тенек. – Возможно, все желающие проверить себя на командной должности могли бы сделать это, если бы на каждую новую миссию мы назначали капитана из числа желающих. Он осуществлял бы руководство и за ним было бы последнее слово до официального начала следующей миссии, затем на его место заступал бы следующий, а предыдущий занимал бы место первого помощника. Так каждый из них мог бы получить опыт и командования, и исполнения приказов. Если мы всем проектом утвердим список кандидатов в капитаны и назначим капитана на ближайшую миссию, это будет легитимный руководитель, который вправе отдавать приказы, каждому из нас. И он, разумеется, будет вправе отдавать все необходимые приказы мисс Перим.
- Мне нужен ответ сейчас, - печально напомнил Планкс, - Поскольку я должен принять решение о реабилитации мисс Перим сейчас. У меня нет времени ждать, пока вы проведете выборы или серию испытаний, чтобы назначить капитана…  Хотя это в любом случае хорошая идея! Для вас и вашего проекта. Мисс Баккер, отвечая на ваши опасения: мисс Перим понимает, что работа - часть реабилитационного процесса, и соглашаясь на него, она соглашается и на это. Она знает, что от полного выполнения программы зависит ее будущее. Однако, мисс Перим сейчас крайне подавлена, ее самооценка занижена, а в таком состоянии людям крайне тяжело проявлять инициативу, быть наедине с бесконечным количеством ежедневных выборов, и вообще делать для себя что-то хорошее. Ей необходимо руководство, кто-то, кто скажет, что нужно делать. Вы все - видите более ясно, что нужно вашей группе во время ваших миссий, поэтому мне нужно, чтобы один из вас мог бы взять на себя ответственность направлять мисс Перим на полезные для всех задания.
- Сэр, - после раздумий заговорил Освальд, - если позволите, я бы хотел этим заняться. Мне кажется, я знаю, к чему её можно привлечь, и где она будет полезна всем нам.
- Коммандер, - сказал Ракар, - завтра утром я позову мисс Перим в мою команду для регаты и буду достаточно настойчив. Она летала с элитным подразделением "Нова" в вашей Академии, и значит один из лучших пилотов Академии ЗФ. Она нужна мне как один из лучших пилотов. Пилотов двое, следовательно, будет ротация смен, и не будет сверх нагрузки. На время регаты я буду ответственен за ее физическое и моральное состояние, распорядок дня, после регаты я буду ответственен за ее физические тренировки.
- Сэр, - решил вставиться Артур, - а я могу … как бы это.. быть ответственным за то, чтобы искать вместе с Перим пути - как жить после того, что ты сделал. Как жить дальше после совершенной критической ошибки. Насчет общего руководства , - он оглянулся на коллег, - это Освальд вполне могут осуществлять вместе с Самритой.
На обычно спокойном лице Самриты разом проступили почти все эмоции: она с таким невыразимым удивлением посмотрела на Артура, словно тот предложил ей выйти в открытый космос без скафандра. Впрочем, даже если бы она не была в ссоре с Освальдом, идея делить задание была как минимум… странной.
- Нет уж! – выпалила девушка, а потом поспешно добавила: - Уверена, мистер Макдауэлл и один прекрасно справится!
Артур глянул на Самриту и печально опустил голову. Его дурацкая идея, к сожалению, в очередной раз потерпела крах и только навредила делу. И путем совместной работы и решения общей задачи помощи коллеги – их, Самриту и Освальда – пока не помирить. Что, если все его идеи навсегда теперь обречены на поражения и неудачи? Следует ли из этого то, что он должен отказаться от них? Но это были посторонние мысли, сейчас речь шла о Квинтилии. Артур отвернулся и посмотрел в пол.
Освальд фыркнул дважды: после предложения Артура и после ответа Самриты, однако, язвительных комментариев от него не последовало.
-Благодарю, мисс Баккер, - произнёс он с едва заметной усмешкой, - постараюсь оправдать такую уверенность.

____________________
с Планксом, Ракаром, Самритой, Освальдом, Тенеком, Артуром, М'Котой, ( Квинтилией )
Offline  
16 Мая 2017, 11:07:20 #11
Тенек

Re: Сезон 3, Эпизод 4

30 августа 2384 года, ночь
Жилое кольцо, каюта Диаса Планкса


– Регата вполне подойдет, - согласился Планкс, - Если, конечно, кадет Макдауэлл не будет против?
Он подмигнул землянину, давая понять, что его кандидатура тоже одобрена.
– Кадет Лайтман, за ваше предложение тоже спасибо. Действительно, жизнь - это не только наши рабочие функции, а гораздо-гораздо больше. Будет хорошо, если мисс Перим сможет с кем-то об этом поговорить. Если бы она поехала на Бетазед, там у нее было бы много возможностей для подобной социализации. В центре проводятся различные мероприятия для здорового общения, устраиваются праздники и совместные поездки, там не получится отсиживаться в своей комнате. Но на станции… даже не знаю. Мы не можем быть только рабочими единицами, нам нужно находить иное пространство, чтобы быть собой, и у мисс Перим в последние годы были с этим проблемы, что привело к нервному срыву. Это кажется простым и необязательным заданием, но на самом деле это необходимая часть программы. Полагаю, здесь каждый из вас сможет поделиться чем-то, но кто-то один все-таки должен быть главным ответственным. Кто-то сможет взять с собой мисс Перим и показать, что в жизни есть не только бесконечная зубрежка и самоограничения, но и отдых? Что в голодеке можно развлекаться, что люди имеют право на хобби, что вечеринки - не бессмысленная трата времени, что внешний вид вне нашей офицерской формы важен?
Тут подняла голову Акрита, которая до сих пор молча слушала обсуждение и лихорадочно соображала, чем она сама может оказаться полезной в этом деле? Что она может сделать для Перим? Она совсем не имела понятия о процессе реабилитации, о том, что и как полагается делать. Это все представлялось ей слишком серьезным и важным, чтобы вызваться отвечать за что-либо. Но с другой стороны она была готова сделать все возможное.
– Мне кажется, сэр, по этой части у меня нашлось бы много идей, - сказала она, чуть улыбнувшись. – Например, в Андорианской Академии Искусств, где работает мой отец, по проектам древних мастеров создана программа музыкального инструмента, преображающего в звук эмоции и настроение… Да и много другого можно придумать! Что касается руководства в этом и ответственности, то я просто не очень близко еще знакома с мисс Перим, ее вкусами, увлечениями. А вот, например, Самрита больше общалась с ней и, если она согласится выступить в роли главного, я охотно приложу всю свою фантазию и старание к тому, чтобы показать Квинтилии красоту и радость нашего мира.
Она вопросительно и с надеждой посмотрела на подругу.
Самрита с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. То, что она больше общалась с Перим, вовсе не значило, что они были лучшим подругами… или вообще подругами… или хоть самую малость приятельницами. Более того, задача развлекать Квинтилию – или, еще хуже, - заставить ее саму развлекаться казалась землянке не то, чтобы совсем невыполнимой, но примерно как разогнаться до варп-10: может и можно, но вот стоит ли?..
– Я знаю одного человека, кто справился бы с этим на все сто процентов, - Баккер с трудом сдержала улыбку, когда в ее голове всплыл образ Тара Мари, развлекающего Квинтилию на голодеке. – Но его среди нас нет, поэтому… Ну, почему бы и нет! – неожиданно для себя ответила Самрита, которая вообще-то была полностью уверена, что откажется. Но почему-то эта идея показалась ей очень забавной. – Ты придумаешь, как развлечь Перим, а я организую вас так, чтобы она не смогла сбежать. В конце концов, развлечение – это дело серьезное!
– Вот и отлично, - просияла Акрита.
За весь этот разговор ромуланец впервые чуть улыбнулся сжатыми губами, глядя куда-то сквозь всех.
– Кадет Баккер справится, взять хоть ею запрограммированный полу-искусственный интеллект на презентации Земли, который занимался развлечением гостей…
Потом Ракар посмотрел на кадетов.
– Кстати, я тоже сделал недавно, голо-программу о месте, которое никто из вас, представителей Федерации – никогда не видел, даже если много путешествовал ранее. RRD-03 – называется файл в компьютере станции. Там же можно сделать и общую вечеринку и не будет шанса отсидеться в комнате. Место едва ли уступает садам и фонтанам Бетазеда, другой стиль, но оно прекрасно.  Я как раз собирался повести туда экскурсию. Самрита, как организатор, вы можете оценить эту вещь заранее, как только появится время. И вы, коммандер, можете убедиться, что нам есть что показать, - ромуланец перевел взгляд на Планкса.
– Думаю, у каждого есть любимые пейзажи и вещи, которыми захочется поделиться, - ответил трилл, - Мисс Перим следует вспомнить, что она - молодая девушка, и ее жизнь пройдет мимо, если она не поднимет глаза от книг. Уверен, вы, кадет Баккер, сможете ей об этом напомнить, с вашими-то общительностью и жизнелюбием. И, кажется, одна из вас живет с мисс Перим в одной комнате?
– Да, Акрита - ее соседка, так что она отличная кандидатура для социализации. Что же до молодой девушки, - взгляд Баккер сверлил Ракара насквозь, и в нем читался очень, очень очевидный намек, - то, я уверена, среди нас есть и другие желающие ей об этом напомнить. Но, думаю, и я смогу ей что-нибудь показать, - она быстро улыбнулась Планксу. - Я правильно понимаю, что это задание с социализацией и развлечениями также обязательно для выполнения Перим? А что будет служить мерилом его удачного выполнения? Ну, понимаете, всякие задания и физическую нагрузку довольно легко измерить, но как понять, что тут мы тоже добились успеха?
– Как раз физическую нагрузку измерять не будет необходимости, - улыбнулся Планкс, - Мы же не хотим, чтобы улан Ракар натренировал мисс Перим к участию в следующей Олимпиаде, тут важен процесс, пройденный путь, а не результат. В вашем задании тоже… Кстати, и это очень важный момент, который мисс Перим должна понять, потому что именно ее нацеленность на результат и его достижение любыми методами ее так подвели, что она оказалась во всей этой ситуации. Но результат вашего задания вы увидите - она изменится. Если будет много работать и сможет заслужить ваше доверие и прощение, кадет Баккер. Она подвела нас всех, но я надеюсь, что наступит день, когда она, наконец, не будет иметь сложностей в общении и станет достойна называться вашим другом. Так что я полагаюсь на вашу неприступность и ваш крепкий моральный компас.
Лейтенант-коммандер помолчал, давая стихнуть громким словам, а затем быстро добавил:
– Ну, и конечно, советник сможет заметить и оценить прогресс.
Самрита подняла взгляд на Планкса: похоже, он неплохо понял, что она сейчас испытывала к Перим. Не то, чтобы она это скрывала, просто… хорошо, что это было проговорено вслух.
– Я вас поняла, - кивнула землянка. – И я постараюсь приложить максимум усилий. Вызов принят! - улыбнулась она.
Тогда Планкс обратился к Акрите:
– То, что вы живете с мисс Перим - тоже очень важно. Разумеется, не подумайте, что вам нужно как-то за ней следить и копаться в вещах в поисках новых таблеток, нет! Но для нее и для нас, в Академии, будет лучше, если за ней присмотрит кто-то ответственный и сочувствующий.
– Конечно, сэр, - серьезно ответила андорианка.
– И еще кое-что… - продолжил трилл, - Чтобы вернуться в Академию, мисс Перим нужно будет подготовиться и пересдать все предметы, результаты которых не могут быть зачтены из-за ее читерства. Я лично с ней разговаривал, а мои коллеги на Земле проанализировали записи о ее успеваемости, и мы выделили несколько курсов из разных годов учебы. Мы обнаружили пробелы в двух областях - инженерное дело и оказание первой медицинской помощи. Мисс Перим признает свои сложности с практикой, но и теория была ею освоена с помощью зубрежки, и мы имеем большие подозрения предполагать, что это было сделано определенным… способом. Теперь я уже не говорю об обязательной части реабилитационной программы, и это просто совет, но было бы неплохо, если бы кто-то помог мисс Перим с подготовкой и оказал более здоровую помощь, чем та, которую она нашла самостоятельно.
– Ей надо будет пересдать так много предметов? – уточнила Самрита.
Она осознавала, как много всего они успели изучить за время обучения в Академии, и даже если пересдавать только часть – это был очень большой объем. Сама Баккер бы уже с трудом вспомнила, что учила на первом курсе по предмету лейтенант-коммандера Планкса. И хотя такое решение соответствовало ее представлению о справедливом наказании, нельзя было не оценить все количество работы, которую предстояло сделать. Это не будет просто, но это будет… правильно.
– Я, конечно, могу помочь с инженерным делом. Если Перим этого сама захочет. Вы же сказали, что это не обязательная составляющая реабилитации, так что пусть это будет относиться к той части, которая про социализацию. Уметь просить о помощи – тоже очень важно.
– Ну да, - кивнул Артур, - обернувшись к Самрите. – Теоретически, было бы неплохо, собраться узким кругом вместе с Перим и повторить инженерный курс, теорию варпа, устройство звездолета, принципы работы варп-ядра, импульсных и маневровых двигателей. Устроить так сказать, нечто вроде семинара с объяснением на пальцах как все это работает по курсу инженерии. С простым объяснением всех формул. Потому что источник плохой успеваемости тут и зубрежки – является непонимание основ. Я тоже могу немного помочь с этим, вместе с Самритой, и рассказать что-то популярно. Так что с этим мы справимся.
– Мисс Перим не умеет оказывать доврачебную помощь и ей удалось сдать эту дисциплину только благодаря теории? – переспросил Тенек. Его голос оставался по обыкновению бесцветным, но было похоже, что он слегка подозревает себя то ли в недопонимании, то ли в обмане слуха. – Я всегда думал, что именно практические навыки в этой сфере считаются первичными для офицера… – Он ненадолго задумался, затем произнёс, как бы продолжая обдумывать свои слова:
– Мисс Уильямс выбыла из проекта, и это можно считать потерей для медицинской бригады, к которой она давала своё согласие примкнуть. Вряд ли мисс Перим будет адекватной заменой, учитывая сказанное вами и то, что у неё нет биологического образования, но именно эта роль была бы наиболее эффективным стимулом для того, чтобы приобрести не отвлечённые знания, а практические навыки.
– Тенек, вы поможете мисс Перим подтянуть навыки по первой помощи? – спросил Ракар.
– Я полагал, мои слова это подразумевают, – слегка суховато ответил Тенек.
– Хорошо, - кивнул ромуланец.
___________________
+ делегация и Планкс


– Погасите огонь!
– Как?
– Думайте! Погасите пламя в своих мыслях!
_
Капитан Пикард и рядовой; 1:6 «Куда не ступала нога человека»
Offline  
16 Мая 2017, 11:35:55 #12
Квинтилия Перим

Re: Сезон 3, Эпизод 4

Продолжение:

-Мисс Перим сдала и теорию, и практику медицинских дисциплин, однако в реальной ситуации не сумела применить ничего из того, что должна была бы знать и уметь, - пояснил Планкс, - Но пусть лучше она сама расскажет вам об этом. Так-с! - лейтенант-коммандер негромко хлопнул в ладоши, - Я вижу, что при должном старании всех присутствующих и еще нескольких профессионалов из экипажа ДС9 эта станция может служить заменой центру на Бетазеде. А теперь, когда вы всё так замечательно спланировали, вас не волнует, что, возможно, мисс Перим не хочет оставаться на станции и в проекте и хочет именно на Бетазед?
- Я думала, вы это уже с ней обсудили, сэр, и это было ее желание, - неуверенно проговорила Самрита. – Иначе зачем вы нам это предлагаете, если Перим может не захотеть? Если она захочет отправиться на Бетазед, то она туда отправится, и это будет ее решение. Тогда получится, что мы просто зря потратили время, предлагая все это, - с разочарованным вздохом добавила она.
- Мне было любопытно, как далеко вы можете зайти, - признался Планкс с лукавой улыбкой, - А также я не мог с уверенностью предлагать этот вариант, потому что до последнего момента не знал, насколько он реален. Думаю, вам следует самим услышать решение Квинтилии Перим.
Он обернулся в сторону двери, ведущей, очевидно, в ванную и негромко произнес:
- Можешь больше не прятаться.
Дверь открылась и в комнату нерешительно ступила Квинтилия Перим. Точнее, с первого взгляда ее было совершенно не узнать. Вместо кадетской формы на девушке был очень обтягивающий комбинезон из блестящей зеленой ткани, вместо туго заплетенной косы ее волосы были коротко обрезаны и едва доставали до плеч. И прическа, и одежда были в беспорядке, а на лице были видны следы косметики. Одна щека Перим была заметно краснее другой, но это уже был не избыток румян. С девушкой явно что-то произошло в самое последнее время, что-то такое, о чем никто не знал.
- Я нашел ее в одном из коридоров в таком состоянии, - негромко пояснил Планкс, - Ей нужно было было почувствовать себя в безопасности, и я привел ее сюда. Она не моя ученица, но из моей Академии, к тому же мы одной расы, поэтому я не мог не принять личное участие и не попытаться успокоить ее. А вы пришли без предупреждения и оторвали меня от этого дела...
Еще несколько минут назад Ракар выдержал вполне однозначный взгляд Самриты, выдержал его с полным бесстрастием, однозначно понимая его значение. Ее взгляд означал, что некоторые кадеты спалили его самым нещадным образом, и никто не мог гарантировать сохранения в тайне того, что случилось с ним самим. Это было не плохо и не хорошо. Но с этим были связаны определенные сложности. Не было проблем с тем, чтобы отчитываться перед собственным командованием, что сказать военному командованию Ромула и руководству Тал Шиар – Ракар вполне знал, и он знал, что ему поверят, в крайнем коварстве Ракара перед противником, его верности ромуланскому народу и Родине сомнений никогда не было, нет и не будет. Другое дело, что все это создавало иные сложности, и в первую очередь для Квинтилии. И все это мучило его, Ракара, невозможностью проследить линии вероятностного развития событий. Это был шаг в неизвестную пропасть, но он сознавал, что уже шагнул туда и пути назад не было. Для него не было пути назад. Перим была важна для него, и он не мог позволить Федерации начать манипулировать им, при помощи нее. Что делать, если так случится – он еще не знал, знал только, что не допустит такого. Подозрения же федератов в его недобрых намерениях он собирался отрицать в максимальной степени вплоть до раскрытия настоящих причин, потому что благополучие Квинтилии стало для него наравне с благом Империи Ромула и он не хотел выбирать среди этих двух вещей что-то одно. Впрочем, до всего этого еще не дошло, и решать следовало текущую задачу.
Когда Квинтилия вышла из ванной каюты Планкса, Ракар коротко и судорожно выдохнул, глядя на нее. Квинтилия выглядела совсем иначе, она изменила прическу на такую, как носила Энн Уильямс. Ромуланец заметил следы физического повреждения ее щеки, и… на мгновение его глаза полыхнули недобрым огнем. С ней кто-то сделал это. Ракар удержался от того, чтобы сделать шаг на встречу. Вместо этого он просто выпрямился еще прямее, чем стоял ранее.
- Что с вами случилось, мисс Перим? - мягко и нежно спросил Ракар.
Квинтилия подняла умоляющий взгляд на Планкса.
-Давайте оставим объяснения до утра, - поспешил на помощь старший трилл, - Пока ответим на всего один интересующий нас вопрос и отправимся отдыхать. Это было немного нечестно, но ты слышала все, о чем мы говорили, Квинтилия. Ты хочешь остаться в проекте и на станции после всего сказанного? - лейтенант-коммандер задал свой вопрос очень медленно и раздельно, каждое его слово казалось веским и значимым.
-Да, - чуть слышно ответила Квинтилия, опустив голову, так что волосы почти закрыли ее лицо.
До утра так до утра. Квинтилия умоляла не начинать разбирательства, и ромуланец не имел права настаивать. Он рассмотрел Перим с головы до ног и его чувства по этому поводу были смешанными. Все остальное будет утром. Она хотела остаться на станции, в проекте, сейчас она была в безопасности, и это все, что ему было нужно здесь и сейчас. Ракар прикрыл глаза опустил голову и сделал шаг по направлению к выходу из каюты. К утру он и его вторая команда должны были сделать голографический катер, на котором, в его реальном исполнении Квинтилия полетит на регату. Некоторая, немаленькая часть груза упала с ромуланской души, и теперь он был вдохновлен еще больше.
М’Кота негромко засмеялась сквозь сомкнутые губы: по её клингонским представлениям зрелище им открылось обнадёживающее и вдохновляющее.
– Я догадывалась, что Перим не из тех, кто бежит с поля боя, поэтому и пришла сюда,– сказала она, прищурившись теперь уже на Планкса. – Но вы всё равно – коварный тип, лейтенант-коммандер, придётся иметь это в виду!
Акрита тоже была не из тех, кто мог или хотя бы старался сдерживать чувства. Удивление на ее лице постепенно сменила смущенная, но безгранично радостная улыбка. Она смотрела на Квинтилию, на Планкса, и понимала, что если на ее стороне такой интересный, добрый и даже веселый человек (то есть трилл, конечно), то все будет хорошо! Разумеется, не просто и не сразу, но главное, что Перим – с ними, что она не отвернулась от их помощи, и по этому поводу душа андорианки звенела от восторга и облегчения. Краем уха она уловила теплоту в голосе стоявшего рядом ромуланца, когда он обратился к вновь обретенному члену их команды. Но думать о вражеской разведке сейчас хотелось меньше всего, поэтому Акрита решила не думать.
Освальд сначала не поверил своим глазам, увидев Перим, но потом усмехнулся, живо вспомнив другую их коллегу (теперь уже бывшую), носившуюся по "Кварк'с" в похожем прикиде. "Да-а, знакомство с маки никого из нас не пощадило!" - подумал он, а потом попытался представить себе реакцию Уильямс на вот эту ситуацию. Совсем недавно она говорила, что Звёздный флот далеко не так хорош, как казалось кадетам, но сегодняшняя ситуация (а заодно и ей подобные, которых было немало, даже за время их учёбы в Академии) лучше всего показывают, как Энн заблуждалась.
- Две замечательных новости за один день! - весело произнёс он, обведя глазами своих коллег, включая Квинтилию, на которой Освальд задержал взгляд ненадолго. - Вот бы это повторялось почаще, правда?
-Лучше бы вы не попадали в неприятности, после которых требуются такие хорошие новости, - ворчливо заметил Планкс, - Официально вам всем объявят о мисс Перим и кадете Лайтмане завтра утром. А на сегодня нам всем сюрпризов достаточно, так что можно расходиться по каютам. Госпожа Толан вас по головкам не погладит, если вы будете клевать носами на вашей завтрашней планерке.
Ракар медленно поклонился федеральному лейтенант-коммандеру, и перевел взгляд на Квинтилию.
- Спасибо вам всем, - сказал он, - и доброй ночи. Пойдемте, нам действительно пора, завтра будет сложный день. Как и эта ночь. Мисс Баккер, у меня есть к вам пара вопросов, мистер Тенек, у меня есть для вас задание.
Ракар окинул взглядом кадетов, и пошел на выход из каюты.
-Есть, сэр, мы постараемся, сэр, - Освальд кивнул офицеру, - спокойной ночи, сэр, и спасибо за помощь. Квинтилия… до завтра!
Кадет чуть подумал о том, хочет ли он сказать что-то ещё, но потом решил оставить всё до утра и вышел из каюты.

____________________
Написано совместно с Самритой, Ракаром, М'Котой, Акритой, Освальдом


Ex Astris, Scientia
Offline  
17 Мая 2017, 11:47:25 #13
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 4

31 августа 2384 года, ночь
Жилое кольцо, коридор возле каюты Диаса Планкса => Кварк’с, голокомнаты

Выйдя из каюты лейтенант-коммандера, Ракар постарался выбросить из головы все, что не относилось к делу, которое нужно было сделать за эту ночь. Он развернулся к дверям и дождался в первую очередь Самриту Баккер, сделав для Тенека жест, следовать за ним, и пока никуда не уходить.
- Мисс Баккер, перед тем как мы начнем, - сказал ромуланец, - я понимаю, что вы сейчас будете делать свой катер, но и нашей команде нужна ваша помощь, поможете? Вот список вопросов, на которые мне нужны ваше мнение и консультация, - он протянул  Самрите свой падд с текстом, переведенным на язык землян.
Выходя из каюты Планкса, Самрита все еще думала о внезапном появлении Перим. Ее не смутил ее наряд (хоть и изрядно ударил по чувству прекрасного, а также заставил задуматься, почему Перим одета точь-в-точь как Уильямс, вплоть до прически), но смутило то, что трилл слышала все сказанное. Баккер прокрутила в голове все, что сказала. В конце концов она решила, что говорила только правду, и пусть уж лучше она будет озвучена, а если Перим что-то не устроило… Ну, это уже не ее, Самриты, проблемы!
Оклик Ракара заставил ее вернуться в мыслях к делу. Она взяла падд и быстро пробежала его глазами, а потом немного удивленного посмотрела на ромуланца:
- Разумеется. Я полагала, что мы совместно работаем над общим делом, и не так важно, о каком именно катере идет речь. В любом случае, я иду сейчас в голодек, там и разберусь с твоими вопросами. Или ты хочешь узнать что-то прямо сейчас? – нахмурилась девушка.
- Отлично, Самрита, - улыбнулся ромуланец, и пошел по направлению к Кваркс рядом с землянкой. – Прямо сейчас я хочу скопировать для вас расчеты поляризации корпуса для катера типа Дунай, на ваш носитель. Они непротиворечивы, я перепроверил трижды, это ромуланская технология, которой мы с вами делимся. Второе – в соседнем файле – методика экранирования варп излучения и свободных ионов импульсного двигателя, путем возврата излучения в дополнительный модуль инжектора. А следующий этап у меня не получается, дополнительные модули боковых крыльев вызывают перегрузку основных систем в теории. В плазмопроводах возникает моментальный импульс при включении и останавливает двигатель. Так следует из расчетов, здесь я не могу обойтись без вас.
- Хорошо, я думаю, мы сможем с этим разобраться, - сосредоточенно кивнула девушка. – Это все ромуланская технология? Едва ли катер рассчитан на дополнительные модули крыльев, но я посмотрю, что тут можно сделать. Но лучше покажешь мне свою идею в голодеке!
- Ромуланская, да, покажу, - кивнул Ракар, - и… - ромуланец чуть замялся, - знаете, мы проводили некоторые исследования. В то время, когда существовал договор об аренде на Дефаенте устройства невидимости, и ранее, некоторое. Это совместимо. Я видел исследования. И третье, - Ракар чуть понизил голос, - в третьем файле – методика обнаружения взрывных устройств на кораблях. Это то, что я обещал. Перед регатой надо последовать той инструкции.
- Мы тоже немного знакомы с вашей технологией, - усмехнулась землянка и добавила: - Да-да, я помню про бомбы на корабле и покушение на жизнь Тенмы. Я же сказала, что проведу проверку, и мое слово все еще в силе. 
- Я не сомневался в том, что ваше слово в силе, - весело улыбнулся улан, повернув голову к Самрите, не замедляя шага, - но был обязан вернуться к этой теме, потому что выживет только бдительный параноик, уж простите этот мой тезис, я отвечаю за безопасность, и не могу успокоиться, пока не перепроверю все. Сбросите файлы через компьютер станции?
- Разумеется, все будет сделано, - кивнула Самрита и осмотрелась, когда они уже почти подошли к Кварк’с: - Ты знаешь, кто еще сегодня планировал присоединиться к работе?
- Да, - улан быстро кивнул, покончив наконец с основными своими вопросами к главному инженеру проекта и осмотрелся вокруг в поисках кадетов проекта, - Джез, Хена, Чешир обязательно должны быть, - оглянулся назад, где шел Тенек. - Тенек еще, но он будет занят медотсеком катера следующее некоторое время.
Перед входом в «Кварк’с» Ракар развернулся к Самрите и протянул руку для рукопожатия по земным традициям. Его все еще где-то глубоко сверлила тщательно подавляемая мысль о том ее взгляде на него в каюте Планкса, о взгляде, сверлившем его насквозь, и словах в этот момент произнесенных.
- Что ж, Самрита, - сказал он, глядя землянке в глаза, - пусть наше сотрудничество принесет важные плоды для всех нас. Это для меня — честь.
Самрита, разумеется, о произнесенном у Планкса и не вспоминала – во-первых, это было настолько очевидное наблюдение, что ей казалось, будто она просто озвучила общеизвестную истину, а, во-вторых, работа над катерами стояла в ее списке приоритетов намного выше всяких «глупостей» вроде влюбленностей и отношений. Особенно сейчас, когда все свои «глупости» она всеми силами запихала так далеко в подсознание, чтобы и выглядывать не смели.
- Э-э, взаимно, - девушка удивилась не то тому, что ромуланцу был знаком земной жест, не то неожиданной формальности в общем-то обычного разговора, но протянутую руку пожала.
Сверлящая мысль на некоторое время успокоилась, землянка, судя по наблюдениям ромуланца была мыслями уже далеко в инженерных модификациях, и еще, как у многих кадетов в этом проекте ее мучило нечто, скрываемое глубоко. И Ракар бросил быстрый взгляд на кадета Макдауэлла, идущего в значительном удалении от них, сознавая что некоторые секреты иногда надо хоронить надолго, ровно до тех пор, пока не возникнет необходимость их возвращения на поверхность.
- Я сейчас сниму 4 голокомнаты, - сказал Ракар, - для удобства разных тестов, и еще раз оглянулся в поиске Тенмы, - и скоро я с этими голокомнатами разорюсь, - тихо добавил Ракар сам себе.
Кардассианца Ракар не увидел, зато увидел так и шедшего за ними с Самритой вулканца.
_____________
Вместе с Самритой
Offline  
17 Мая 2017, 11:51:46 #14
Ракар

Re: Сезон 3, Эпизод 4

31 августа 2384 года, ночь
Кварк’с, голокомнаты

Совещание у Планкса оставило у Тенека своеобразное впечатление. Поступок лейтенант-коммандера был несколько спорным с этической точки зрения и в то же время по-своему логичным. Самому Тенеку нечего было скрывать и лично ему это не доставило дискомфорта, однако он подозревал, что так было не у всех. В особенности, почти до наждачной шероховатости ощутимым было неуместное экспонирование глубинных переживаний Ракара, которые, пусть только намёками, но всё же позволили себе мистер Планкс и Самрита Баккер, причём, как оказалось, на слуху у самой Квинтилии. Здесь в этом сложном для Тенека мире нечего было и рассчитывать на то, что выход из под контроля наиболее значимых и глубоко личных чувств, пусть даже единичный и обусловленный вескими причинами, «не заметят», соблюдая вежливость и уважение к приватности чужого ментального комплекса. То, что на Вулкане было эталоном невоспитанности, в мире эмоциональных было нормой, повседневностью, от которой никто не был защищён. Тенек ничем не мог помочь Ракару: попытка защитить его или оправдать его повышенное внимание к мисс Перим, только сильнее «подсветило» бы затаённые чувства ромуланца. Оставалось только самому вести себя так, словно понимание, так некстати открывшееся Ракару, не только не было заметно Тенеку, но и не существовало вовсе.
 
Ракар оплатил голокомнаты и повернулся к Тенеку, стоявшему неподалеку.
- Мистер Тенек, - сказал ромуланец, доставая еще один падд - пока мы будем делать техническую часть – пожалуйста, займитесь проектом медотсека катера. Нужна минимальная по размерам площадь, которую вы можете занять, и полный список всех необходимых экстренных и иных по вашему усмотрению препаратов на разные случаи для – ференги, триллов, кардассианцев, землян, вулканцев, каитианцев, андорианцев, клингонов, ну и … для ромуланцев, наверное. И все остальное по вашему усмотрению, включая инструменты, которые вам нужны. Так…, - Ракар листнул текст на падде, на Тенека он не смотрел, ограничившись коротким взглядом вначале и говорил все остальное, глядя в падд. – Когда закончите, я проверю,  и можете присоединиться к нашей технической части или быть свободным до утра – по вашему выбору.
– Я уже подготовил список медицинских препаратов и инструментов, – сказал Тенек, извлекая из кармана падд, не столько для памяти, сколько для наглядности. – Список препаратов скорректирован с учётом минувшей токсикологической проверки. Что касается площади, то наши представления о минимальной для медицинских нужд территории катера могут заметно отличаться, поэтому я хотел бы предварительно согласовать этот вопрос. Здесь, – Тенек «перелистнул» файл на экране падда, – я составил два списка стационарного оборудования: минимальный набор, необходимый для регаты, проходящей вблизи станции и Бэйджора, и расширенный набор, который был бы оптимальным при использовании катера в автономных миссиях.
Забирая у Тенека падд, Ракар поднял на него голову и пару секунд внимательно смотрел на вулканца. Ракару нравилось, когда прозвучавшие задания были сделаны "еще вчера".
- Хорошо, - сказал улан, и еще минуту изучал файл на падде Тенека, а затем вошел в редактирование и изменил размер медицинского отсека для автономных миссий в сторону уменьшения размера. – Все это нужно уместить в таком объеме, не больше, - сказал он, возвращая падд. И раз у вас все готово – с вас голографическая модель всего этого. И… вы молодец, мистер Тенек.
Тенек пока не имел представления, как уместит «всё это» в предложенном объёме, но не был настроен отказываться от предметов, способных спасти чью-то жизнь.
– Я выясню, насколько можно оптимизировать размещение объектов для данного объёма, – сказал он. – Если я закончу раньше, чем будут завершены все остальные работы, буду рад помочь остальным: у меня есть определённые навыки работы с техникой, хотя это прежде всего медицинская техника.
- Хорошо, - снова сказал Ракар Тенеку, и развернулся лицом к лестнице, ведущей вниз. Прежде чем заходить в голокомнату, он должен был дождаться членов своей команды, Чешира, гила Тенму и Хену, которых пока не было. И ромуланец начинал испытывать нетерпение в ожидании их.
Тенек же поспешил приступить к работе: времени оставалось мало, и он предпочёл не тратить его на ожидание, справедливо полагая, что если он за чем-нибудь понадобится, его позовут.
________
С Тенеком
Offline  
Страниц: [1] 2 3 4 5 6 ... 10
Перейти в:  


MySQL PHP Powered by SMF 1.1.15 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS