* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
23 Мая 2018, 21:40:07 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 13 сентября 2384 г., день
« предыдущая тема следующая тема »
Страниц: 1 2 [3] 4
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.   
03 Ноября 2008, 15:56:58 #30
Т*Нэрэ

Re: Сезон 2, Эпизод 2

Бэйджор 8, государственная психиатрическая лечебница
1:45


Лечить баджорцев – занятие увлекательное. И не столько с точки зрения медицины, сколько с точки зрения психологии. Не баджорской – вашей собственной. Это игра на выносливость. Раз за разом, переходя из палаты в палату, из коридора в коридор, Торан не уставал отмечать, до чего же подозрительно косятся на него пациенты, всем своим видом выражая скорбь по поводу необходимости принять помощь от уроженца иного мира, и порою ясно давая понять, что мучительная смерть от потери крови, многочисленных переломов и черепных травм в принципе не такая уж и высокая цена за спасение души, оскверненной прикосновениями чуждого им существа. Торана это раздражало. Сам по себе он никогда не делал различий между больными и цвет их крови волновал его лишь в двух случаях: в моменты поиска доноров и при аутопсии. Баджорцы, вероятно, думали иначе.
Не удивительно, почему они так долго старались держаться особнякам ото всех, включая дружественно настроенную Федерацию. С прилетом помощников, в частности энсина Т’Нэрэ работа начала двигаться быстрее, обделенных вниманием пострадавших становилось все меньше, голоса вокруг постепенно стихали, зато мысли в голове Торана бушевали с силой восьмибального урагана, принося немало неудобств, например, мешая координации. В какой-то момент доктор поймал себя на том, что вместо открытой двери целенаправленно пытается шагнуть в стену. К счастью, вовремя сработавшие рефлексы сберегли его от постыдного удара об угол и, как следствие, болезненного разрыва самомнения.
Все это чем-то походило на конвейер. По крайней мере, так казалось вулканке. Гипоспрей, чья-то шея, укол, переход к следующему. Эта операция повторялось множество раз, и энсину стало казаться, что ее рука превратилась в автономный механизм, который уже не нуждался в контроле. Такая последовательность вполне могла бы выполняться роботами, если бы они здесь были, а  работа врача сводилась бы к заряду гипоспрея нужным лекарством. За несколько часов монотонной работы Т’Нэрэ успела в красках представить автоматизированную клинику и даже прикинуть примерные варианты блок-схем для программного обеспечения. Это были совершенно бесполезные размышления в виду новейших разработок в этой области, но состояние полного отсутствия мыслей для вулканца означало бы, что он мертв. А времени на все это было больше, чем достаточно – самая важная и требующая концентрации часть лечения, диагностика, времени занимала совсем немного, остальное же было просто устранением неполадок в баджорских организмах. Обычно Т’Нэрэ больше всего из врачебных обязаннастей любила разбирать данные медицинского трикодера: иногда это было похоже на головоломку и давало пищу для ума, если заболевание было малоизученным, но в данном случае никаких принципиально новых заболеваний и повреждений здесь не могло быть, и все шло по заранее отработанным схемам, к тому же мерный треск этого самого трикодера уже давно стал мерещиться вулканке даже тогда, когда на время стихал.
Наверное, впервые Т’Нэрэ задумалась еще и о том, что в силу расовых особенностей для нее оказался недоступным один из важных методов воздействия на пациентов, а именно участие врача. Уже давно проверено: если больной попадает в дружественную приятную атмосферу, то поправляется быстрее, чем кто-то, кому с этим повезло меньше. В этом деле от медика очень многое зависит  – например, улыбнуться и сказать что-нибудь успокаивающее всегда помогает. Земные медики часто выбирают такую тактику поведения. Но вулканка этого делать не умела, да и не хотела, особенно сейчас, ведь стоит посмотреть на больного иначе, чем на набор органов – и можно будет прощаться с профессионализмом. И она знала, что доктор Торан, работающий рядом, видит то же, что и она, только, возможно, с одним несущественным отличием: глядя в лицо больным, энсин к тому же позволяла себе изредка пересчитывать складки у них на носу.   

- Энсин, не спите, - поглядывая на ассистентку, с выражением мастерки отточенного вулканского не-любопытства, рассматривавшую очередного пациента, произнес доктор и чуть тише добавил. – Видите ли, знаю по опыту, некоторым не очень нравится слишком пристальное внимание к собственной персоне. Это немного раздражает. Торан подумал выдавить легкую полуулыбку, но быстро смекнул, что в данный момент выдавить из себя способен разве что долю забродившего сарказма, и решил воздержаться. Наблюдать за Т’Нэрэ в действии было в чем-то забавно. Вулканцы вообще чрезвычайно забавная раса, особенно вспоминая их патологическую тягу к подавлению эмоций. Здесь логично будет сделать отступление и сказать, что Торан отнюдь не испытывал какой-то особой страсти к эмоциям и уж подавно ни в коем случае не стремился проявлять их сам, либо подталкивать на это окружающих. В конечном итоге в десяти случаях из пяти, эмоции помогают не более чем пинта масла при тушении локального пожара в гостиной.
Их нужно держать под присмотром в прочной клетке и для профилактики забывать покормить день-другой, и тогда можно рассчитывать, что однажды вы обнаружите их где-нибудь за диваном, присохшими к стене в крайней степени омертвения. Слишком пафосно? Ничего удивительного. Пафос – это эмоция и, соответственно, худший враг логики, которую в свою очередь тоже предпочтительнее водить на коротком поводке, иначе, дай ей свободу, на коротком поводке будете ходить вы. Нет в мире совершенства. Торан откашлялся.- Знаете, энсин. По-моему, мы вполне заслужили краткий перерыв. Не знаю, как вы, а я нуждаюсь в кофе.
Т’Нэрэ едва заметно вздрогнула – за все время доктор не сказал ни слова и она почти забыла, что гуманоидам вообще свойственно иногда выражать свои мысли вслух. Голос Торана вернул ее к реальности. Сколько часов прошло с момента их прибытия в клинику энсин не знала, а космопорт вообще казался чем-то потусторонним. Наверное, это действительно означало необходимость прерваться и немного восстановить силы.
- Да сэр, вы правы, – слегка замешкавшись произнесла она и сама удивилась, что голос прозвучал устало. – Состояние самых тяжелых больных уже стабильно, а значит отсрочка в несколько минут никому не повредит.
Вулканка догадывалась, что доктор как никто другой знал все о состоянии больных, и последняя фраза послужила ей скорее для убеждения самой себя в том, что они действительно имеют право на отдых. Ей всегда было неприятно осознание собственной слабости.
- Может быть, и повредит, - абсолютно спокойно парировал Торан. – Да только медик с дрожащими руками и слезящимися глазами вряд ли способствует выздоровлению пациентов и, не сомневаюсь, куда более опасен, нежели минутная отсрочка.
В собственной правоте Торан, как всегда, был уверен. Ему вообще была свойственна уверенность в себе, потому как отсутствуй она, не исключено, половина его пациентов давно бы уже прогуливалась рядом с баджорскими пророками, обсуждая три тысячи семьдесят восьмой способ выращивания кавы в Небесном храме. Докторам полезно быть самоуверенными в той же степени, что и капитанам звездолетов, но если у капитана есть возможность положиться на первого офицера, то у доктора такой возможности нет. В первую очередь по той причине, что первый помощник врача – это скальпель, или гипоспрей, а они, увы, лишены мозгов, здравого смысла и речи. Торан огляделся по сторонам в поисках чего-то при должной работе воображения способного сойти за репликатор и, обнаружив, это (иного слова не подобрать) заказал чашку кофе. Мерзкого, холодного и крепкого.- А знаете, энсин, что сильнее всего беспокоит меня в нынешней ситуации? – проявляя неожиданную разговорчивость начал доктор. – Нет? Я скажу. Раненый федеральный офицер, известный вам коммандер Котма. Согласитесь, все это несколько интригующе. Если до нынешнего момента я не мог позволить себе думать о ком-то кроме постанывающих баджорцев, теперь с вашим прибытием и выдавшимся свободным временем, мне кажется, было бы уместно связаться со станцией, а заодно выяснить подробности случившегося, - с расстановкой говорил Торан. – Я как угодно долго могу быть доктором, но полномочий федерального офицера с меня тоже никто не снимал. Кхм.
Замечание доктора про дрожащие руки заставило энсина обратить внимание на свои. Они еще не дрожали, но совершенно очевидно, что еще немного и начали бы. От кофе вулканка предпочла отказаться, а видя, как морщится от напитка доктор, ни разу об этом не пожалела.
Лучший отдых – это смена деятельности. В данном случае – одной мыслительной деятельности на другую. Возможность подумать о чем-то, кроме переломов и ожогов пришлась очень кстати, и Т’Нэрэ задумалась о пострадавшем коммандере. Обстоятельства действительно были необычные, но отсутствие достоверной информации делало невозможным построение хоть какой-то гипотезы происшествия.
- Думаю, на станции уже давно ждут вестей от вас, но мне кажется сомнительным, что им известно намного больше.
- По поводу станции ничего сказать не могу, но связаться с официальными представителями власти Бэйджора 8 следует. В конце концов, я свою работу выполняю, и они из простой вежливости могли бы поделиться со мной сведениями. Не люблю неопределенность. Если здесь стреляют в федеральных офицеров, то мне было бы любопытно узнать по какой причине.
________________________________________________
Совместно с доктором Тораном
« Последнее редактирование: 03 Ноября 2008, 16:06:08 от Т*Нэрэ »
Offline  
03 Ноября 2008, 16:08:29 #31
Мори Джaнир

Re: Сезон 2, Эпизод 2

9 июня 2379 года, 06:02
Бэйджор 8, государственная психиатрическая лечебница, отдельная палата, 3й этаж


…Наверное, можно с полной уверенностью сказать, что в жизни каждого человека бывает момент, когда он просыпается и не может понять, где находится. Для большинства населения вселенной причины подобного феномена не слишком разнообразны и чаще всего тем или иным способом связаны с веществами, изменяющими сознание, или с тупыми предметами, невзначай опустившимися на вашу голову.
У счастливцев, служащих в разнообразных флотах, гвардиях и вооруженных силах, причины разнообразнее и экзотичнее – гипноз инопланетных форм жизни, спонтанная располяризация коры головного мозга, темпоральные и пространственные возмущения, поджидающие смело идущих им навстречу… И ранения из различного оружия – самое тривиальное, что может случиться.
С Мори нечасто бывало, что она открывала глаза, и это можно было описать не обычным «проснулась», а куда более неопределенным «очнулась». Однако это был именно тот случай. Она открыла глаза и совершенно не имела понятия, где находится и что происходит. Потолок был белым, стены вокруг были белыми, ткань, укутывающая ее тело – белой. Цвет, вроде подходил… Мори понадобилось несколько минут, чтобы не обнаружить сияние, по легендам присущее обители Пророков. Да и белый цвет при ближайшем рассмотрении оказался не слишком белым, а подушка и простыня – еще и сыроватыми. Нет, определенно это не было загробной жизнью.
Майор на пробу села в кровати и провела быстрый учет ущерба. Больше всего болели мышцы спины, а справа было очень странное ощущение… Мори передернула плечами, а потом потянулась и нащупала пятно необычно гладкой кожи справа возле лопатки. Воспоминания о вчерашнем вечере стали возвращаться – дождь, ощущение полной беспомощности, Ли, встреча с рабочими дамбы, болианец… и кое-что еще, чего баджорка до конца не понимала.
Встав с постели, майор подошла к единственному окну в маленькой комнате – размытый вид на реку и горный хребет на горизонте подсказал ей, где она находится - вчера она видела почти этот же вид из палаты Вины Ориен. Пижама психиатрической лечебницы тоже  была знакомой. Но сколько же прошло времени? И кто сейчас выполняет ее обязанности – неужели, этот напыщенный Ли? И Котма – жив ли он? 
Мори резко отвернулась от окна и поспешила к двери с маленьким зарешеченным окошком, чтобы найти хоть кого-то в коридоре и выяснить ситуацию.

В это же время.
Приемный покой лечебницы, 1й этаж.


Вина Ориен медленно вошла в лечебницу и вздрогнула, когда полупрозрачные двери закрылись за ней. Возвращаться в это заведение ей было тяжело, она ведь клялась себе, что если ей удастся сбежать отсюда, никакие Призраки Па ее обратно не затащат. Как все меняется…
Конечно, кое-кто мог ее здесь узнать, но у Вины была цель, которой она собиралась достичь во что бы то ни было. Промахнуться так глупо – это просто бесило, и холодный огонь злости сжигал все остальные чувства и ощущения.
За круглой стойкой регистрации работала незнакомая женщина – но если подумать, работники приемного отделения не слишком часто пересекались с пациентами психиатрии.
- У меня доклад с дамбы для майора Мори! – громко сообщила она, пытаясь перекричать голоса нескольких десятков людей, ожидающих своей очереди, - Нам сказали, ее привезли сюда!
Администраторша, одновременно вбивавшая что-то в компьютер и передававшая несколько планшеток медсестре в оранжево-фиолетовой форме, коротко бросила, не удостоив посетительницу взглядом:
- Третий этаж, палата 313.
Раздался резкий звонок коммуникационной системы, и на этом разговор был окончен – администратор склонилась к микрофону и начала диктовать какой-то адрес, а Вина с довольной улыбкой отправилась искать, у кого можно отобрать фазер или гипоспрей со смертельной дозой лекарства.
В каждой больнице, в каждом лазарете и медотсеке есть склад лекарств, и Вина, сама бывшая медсестра, об этом прекрасно знала. В государственной лечебнице Бэйджора 8 лекарства хранились на третьем этаже в небольшой темной комнате  с сетчатой дверью. Где-то тут определенно можно раздобыть двойную дозу кайолана, мерфадона или тетровалина. Вина поплотнее закрыла дверь, опустилась на колени перед стеллажем и принялась шарить в коробках и разглядывать наклейки на ампулах. Главное, чтобы никакой санитар, вооруженный смирительной рубашкой, и никакой врач, уже нашедший нужное лекарство, не помешали поискам…

_________________________
Продолжу по любому направлению с любым заинтересованным лицом.
« Последнее редактирование: 19 Ноября 2008, 19:29:21 от Мори Джанир »

May we all walk with the Prophets...
Offline  
04 Ноября 2008, 20:33:28 #32
Торан

Re: Сезон 2, Эпизод 2

9 июня 2379 года,
Бэйджор 8, государственная психиатрическая лечебница, холл, склад лекарств, 3-ий этаж,
6:07


В мире существует множество приятных вещей; беда в том, что некоторые из них не считают приятными вас и решительно избегают. Мало кто из ныне живущих рискнул бы назвать Торана приятной личностью и не заиметь больших проблем с совестью, обожающую по вечерам за кружечкой теплого кофе  посверлить в висках. Да, мир полон приятных вещей, но каждая из них считала своим естественным долгом при появлении доктора удрать со всех ног на скоростях близких к сверхсветовым. Торан привык. Если вам не везет от рождения рано или поздно вы учитесь привыкать с неподражаемым мастерством и обзаводитесь такой дозой равнодушия, что оно начинает поскрипывать при ходьбе и покрываться инеем в мороз. Иными словами, крепость вашего равнодушия, точно вино, повышается с годами. В свои сорок семь Торан без ложной скромности мог сказать, что его равнодушие подобно дюраниевому сплаву – такое же прочное, холодное, надежное и способно в течение долгих лет обходиться без капремонта, работая на чистом энтузиазме, в отличие от организма. Высшие материи, к каковым, безусловно, на ряду с физикой, математикой, вязаными шарфами под Рождество и игрой на банджо относится равнодушие обладают свойством оставаться неизменными с грациозным аллюром времени, а вот кости и сухожилья отчего-то изнашиваются, тем самым заставляя вас периодически посвящать минуту-другую свободного времени на сон и принятие пищи. Кружка вязкого, черного пойла, очевидно в понимании баджорского репликатора, бывшего кофе, как не странно, взбодрила Торана, разогнала кровь и очистила мысли. От пары часов сна он конечно бы не отказался, но в нынешней ситуации это казалось не только невозможным, но и попросту неприличным. Священная обязанность любого доктора – сперва убедиться, что мир вокруг цел, невредим, избавлен от простуды и ревматизма, уложен в мягкую постель, предусмотрительно снабженную грелкой, и в ближайшие секунды категорически не намерен разваливаться на атомы, личные потребности дело второстепенное, третьесортное и вообще миф, сродни цветочным феям и клингонским поэтам – настоящим клингонским поэтам.
Распрощавшись с энсином Т’Нэрэ, оставленную со строгим наказом следить за пациентами и по возможности держаться прямо, Торан двинулся вдоль коридора со стойким желанием поскорее разобраться в происходящем, в чем, несомненно, могла помочь доктор Джирани, по большей части в силу того, что она была единственным человеком в лечебнице, с кем Торан имел честь общаться дольше времени необходимого на произнесение фразы «подайте мне трикодер» и «можете зашивать». Однако обладая противоестественным везением, доктора Джирани Торан не нашел. Ни через десять минут, ни через пятнадцать.
Коридоров в лечебнице, по которым можно было блуждать, оказалось не так много, хотя они и отличались только расположением коек, которым не хватило места в палатах, и стеллажей, набитых простым и недорогим медицинским оборудованием… если, конечно, вы привыкли называть «оборудованием» наборы трубок, емкостей различного предназначения и стопки термоодеял и пижам. Где-то по пути доктору попалась лестница, ведущая на верхние этажи – возле нее был лифт, который совершенно точно не работал, и зарешеченная дверь, ведущая в помещение, которое вряд ли могло быть палатой, хотя бы потому, что оттуда не доносились привычные распоряжения врача и жалобы, а то и стоны, больных. Возможно, разумнее всего было обратиться в регистратуру и узнать, куда девалась главный доктор… А, возможно, и нет. Если учесть с каким завидным постоянством сам Торан менял местоположение, переходя из палаты в палату, можно было предположить, что и доктор Джирани не сидит на месте, скорбя о бренности бытия. За все время, проведенное в клинике, с Тораном так никто и не связывался по внутренней связи, посему коммандер сделал вывод – она не работала вовсе, или же работала на полставки и в данный момент бастовала по поводу повышения зарплаты. В конечном итоге, Торан лишь разозлился, что было вполне предсказуемо. Одарив сломанный лифт презрительным взглядом, наполненным неподдельным отвращением, словно лифт являлся его кровным врагом, доктор двинулся в сторону лестницы. Все-таки не будет вреда связаться с администратором и при должном везении подпортить тому жизнь.
В холле было многолюдно. Несчастные случаи обычно лишены пунктуальности и их не беспокоит такая глупость, как пять (или шесть?) утра. Они случаются всегда, не зависимо от времени суток, а судя по количеству пациентов еще и испытывают нежную слабость к баджорцам, готовым при первом удобном случае сломать руку, ногу, а то и шею.
- Извините, - холодным тоном произнес Торан, явно давая понять администратору, что никакой вины за собой не чувствует, а скорее наоборот – чувствует вину за администратором, уже третьим на его памяти за этот день. «Удивительно, - думал доктор. – В клинике не хватает медиков, а вот недостатка в клерках тут определенно нет».
- Вы не могли бы подсказать мне, где сейчас находится доктор Джирани. Мне срочно нужно связаться с ней.
Администратор, женщина средних лет, подняла на Торана глаза и принялась рассматривать его с таким выражением, какое вполне могло бы появиться на лице ботаника, внезапно обнаружившего, что собственноручно выращенный им кактус вдруг начал просить денег на карманные расходы.
- Доктору Джирани поступил вызов из 274 палаты, - отвечала баджорка. – Это произошло… сорок минут назад. Но не думаю, что она до сих пор там…
- Ясно, проще говоря, вы ничем не можете помочь мне.
- Почему же? Я…
Но Торан не дослушал. Все происходящее неприятно напоминало какую-то детскую игру в прятки, где ему выпала всеми нелюбимая роль ведущего. Оставив баджорку с открытым ртом наблюдать за его спиной, Торан развернулся и зашагал в противоположном направлении. Знать бы, где находится палата 274. Но возвращаться и снова разговаривать с администратором Торану не хотелось. В действительности это не такая и большая клиника, едва ли он заблудится.
- Доктор… эээ, коммандер?! – баджорка-администратор довольно быстро справилась с удивлением по поводу вопиющей невежливости и задействовала не только свой открытый рот, но и всю мощь легких, - Призраки вас разбери, да послушайте же! Вы нужны в кабинете 19 – принесли рабочего с дамбы с грыжей. Сестра Тагана просила вас вызвать, и чтобы вы по пути захватили упаковку бикаридина со склада!
Торан остановился. По правде женщине не было никакой нужды кричать, слух у Торана, увы, был хороший. Доктор развернулся на каблуках и воззрился на баджорку. Он и так вел себя достаточно невежливо, поэтому решил на сей раз сдержать себя и просто кивнул.
- Хорошо, сообщите сестре Тагане, я скоро буду, - говорил он. – А теперь объясните, пожалуйста, где находится этот склад. Боюсь, я не успел толком разобраться в здешней географии.
На объяснения баджорки ушло не более пары минут, и Торан, уже несколько охладивший пыл, вновь брел по коридору в надежде, что хоть какая-то цель улучшит его скверное настроение. О надорвавшемся работнике дамбы он старался пока не думать, впрочем, мысли о бикаридине были ничуть не веселее. По пути на склад коридоры становились тише, людей здесь, как выяснилось, практически не было и единственным звуком, сопровождавшим Торана, было мягкое эхо шагов, отдающихся от светлых больничных стен. Спокойное и умиротворяющее. На какую-то долю секунды Торан даже решил, что будь в его распоряжении минута свободного времени, он бы с удовольствием посвятил ее наслаждению тишиной в этом чудесном уголке клиники. Глупая мысль. Нужную дверь Торан узнал сразу же и плавно повернул ручку, ожидая, что дверь откроется без помех. Но она оказалось плотно закрытой, и доктор был вынужден открыть ее рывком. Внутри было почти темно – освещение не работало, и тусклый свет просачивался лишь через маленькое зарешеченное окно в дальнем конце комнаты. Контраст с освещением в коридорах лечебницы был достаточно значительным.
Несколько стеллажей стояли в ряд, но ящики, прежде рядами стоящие на полках, были выворочены и упаковки лекарств валялись на полу, будто кто-то искал что-то в спешке. Впрочем, как раз это не должно было удивлять, если подумать, сколько раз за последние пару суток сюда врывались медики с целью пополнить свои запасы. Откуда-то слева раздался шорох и легкий звук, похожий на вздох… Интересно, водятся ли на Бэйджоре 8 крысы? Доктор чуть помедлил на пороге и двинулся в полутьму склада, с тоской предполагая, что едва ли лекарства кто-то позаботился разбросать в алфавитном порядке.
Однако он успел сделать всего несколько шагов, когда шорох повторился… Точнее, это был уже совсем другой шорох – будто несколько легких шагов. Торан обернулся на звук, и в этот момент ближайший из стеллажей вдруг начал стремительно надвигаться и рухнул на пол, погребая доктора под собой.
_________________________________________
Совсместно с Мори Джанир

Продолжение следует...



Смерть - единственное, в чем не приходится сомневаться.
Offline  
04 Ноября 2008, 20:47:02 #33
Арден Котма

Re: Сезон 2, Эпизод 2

9 июня 2379 года, 06:00
Бэйджор 8, государственная психиатрическая лечебница, многочисленные локации


Котма болезненно зажмурился, выслушивая гневную тираду Ли Фалора, вещавшего с экрана небольшого монитора. После попытки покушения на Котму и Мори, Ли принял решение остаться на дамбе и возглавить работы. Однако, сейчас Ли находился в своей резиденции в Катмуре, судя по изысканной меблировки комнаты, в которой находился Ли.
- Коммандер, вы меня слышите? – потребовал ответа Ли.
- Да, мистер Ли. – устало ответил Котма. – Я слышал все до единого слова. Все добровольцы разбежались, солдаты не в силах справиться в одиночку и готовятся покинуть дамбу с минуты на минуту. События приобрели необратимый характер, и дамба обрушится через час, в лучшем случае – полтора. И когда это случится, мощные потоки воды хлынут вниз, затопляя поселения и угрожая жизни десятков людей. Я все правильно понял?
- Да, - раздраженно бросил Ли. – но что вы собираетесь делать? Где ваша хваленная федеральная помощь?
- Я не знаю, - отозвался Котма. – но я уверен, что инженерные бригады уже в пути.
- Нам никогда не следовало вам доверять. – ответил Ли. –  От вас никакой пользы, одни беды. Я и все остальные видели, что именно вам предназначался тот выстрел. Майор Мори и я, может, и не слишком хорошо ладим, но мне неприятно осознавать, что моя соотечественница рисковала своей жизнью ради человека, не способного выполнить своего обещания. Наслаждайтесь гостеприимством и заботой баджорцев, коммандер Котма, - Ли покосился на левую руку Котмы, покоившуюся на перевязи. – пока можете. – Ли потянулся куда-то пределы экрана и монитор погас.
- Сэр? - лейтенант Пинар, в последние несколько часов взявший на себя обязанности посыльного и помощника любого более высокопоставленного, чем он сам, лица, переминался с ноги на ногу на пороге кабинета доктора Джирани, любезно предоставленного коммандеру, - Доктор просила передать, что действие лекарств скоро кончится, и майор придет в себя.
"При нынешних обстоятельствах это было бы весьма кстати", - подумал Котма, поднимаясь из-за стола:
- Спасибо, Пиран. Пойдем, покажешь мне где палата майора.
- Пинар, сэр, - тихо поправил его баджорец, выходя в коридор.
Через несколько коридоров, освещенных тусклыми мигающими лампами, и по лестнице, лифт возле которой уже на работал, коммандер и лейтенант поднялись до второго этажа. Навстречу им, осторожно держась за перила, спускалась женщина в светло-голубой пижаме, от которой Котма, ввиду своего относительно легкого ранения, отказался. Несмотря на отсутствие формы и распущенные волосы, болианец узнал майора Мори.
- Коммандер! - воскликнула женщина, бросаясь вперед, - Вы живы! Я так рада!
- Только благодаря вам, майор. - отозвался Котма. - Вы уверены, что вам не прописан постельный режим? Вам здорово досталось.
- Я не знаю, что мне прописано, - ответила майор, вновь оперевшись для устойчивости о перила лестницы, - Но чувствую я себя так, будто меня швырнули о бетонную стенку… и я очень хочу есть. Но раз я могу стоять на ногах, почему бы вам не ввести меня в курс дела? Никто на третьем этаже не может мне сказать ничего определенного… - пожаловалась она.
- В кафетерии раздают суп и есть сухие армейские пайки, - предложил Пинар, - Я принесу туда последние отчеты, только… извиняюсь, майор, у нас не было времени их нормально заполнять. И вы тоже не ели со вчерашнего дня, коммандер.
- Хорошая идея, Пинар. - одобрительно кивнул Котма. - Я даже не заметил, сколько времени прошло. Что касается происходящего снаружи, майор, то ситуация складывается совсем нерадужная, и я боюсь, что ни вы, ни я больше не в силах ничего сделать. О ремонте дамбы уже нет и речи, теперь все озабочены эвакуацией.
Пинар пошел впереди, тревожно вслушиваясь в разговоры начальства.
- Кто… руководит эвакуацией? - спросила Мори, - Где Ли, и нет ли сообщений с Бэйджора или от Федерации? Я знаю, мистер Котма, что вы оказались здесь совершенно случайно, наверное, вы были на пути домой, и мне очень жаль, что мне приходится размахивать вами, как флагом Федерации. Но я очень надеялась, что вслед за вами прилетит настоящая помощь…
- Честно говоря, - теперь пришла очередь Котмы запинаться и подыскивать подходящие слова.- я сомневаюсь, чтобы эвакуацией кто-нибудь руководил. Насколько я знаю, солдаты просто подбирают всякого, кто оказался у них на пути. Что касается Ли, то он покинул дамбу час назад и теперь готовится встретить наводнение у себя в резиденции. И нет, новых сообщений ни от Федерации, ни от Бэйджора не поступало. - Котма выдержал паузу. - Майор, я тоже надеюсь, что помощь все-таки придет...
- Значит, Ли решил отсидеться, - разочарованно протянула баджорка, - Его Катмуру практически ничего не угрожает. Я связывалась с Федерацией вчера до вашего прибытия, и некто в ранге коммандера по имени Торан обещал поговорить с командованием ДС9. Вам это имя что-то говорит?
- Доктор Торан, он возглавляет медицинскую службу на станции. - ответил Котма.
- Доктор Торан находится здесь, в больнице. - подал голос Пинар. - Он прибыл вчера вечером. А вместе с ним, как выяснилось позднее, еще несколько федеральных офицеров, все с одного шаттла.Это все в отчетах, которые я для вас составил, майор. Медики добрались сюда своим ходом, а двух инженеров во главе с их начальником, Николаевом, отправили на дамбу. Однако, к тому времени, когда они туда добрались, там уже почти не осталось рабочих. Так что Николаев и его люди вызвались помочь с ремонтом эвакуационного транспорта, потрепанного непогодой и многочисленными рейсами. - Пинар замолчал, переводя дыхание. - Другие федеральные спасательные группы пока не появлялись.
Продолжая говорить, Пинар спустился на первый этаж, сразу свернул в еще один тусклый коридор и вывел следующих за ним майора и коммандера к кафетерию. Небольшой зал был забит до отказа, в воздухе витал запах супа, от которого у Мори сейчас же забурчало в животе.  Глаза всех присутствующих сразу обратились на вошедших, и по рядам сидящих на полу и стоящих у стен баджорцев пробежал шепот: «Федерация… обещали помочь, но… наказание небес…»
- Кажется, осуждать здесь дела было не лучшей идеей… - смущенно пробормотала Мори, пряча лицо, - Пинар, раздобудь нам еду, мы будем в… где вы сидели раньше, что вас не разорвали на куски мои соотечественники?
- В кабинете доктора Джирани, заведующего больницей. - ответил Котма, дождавшись когда Пинар уйдет. - Майор, кое-что мне непонятно. Немногим раньше вам доложили о результатах поисковой операции на месте крушение шаттла, и эта информация заставила вас вооружиться. Тогда вы сказали мне, что дело касается исключительно вас. Вчера вечером на мою жизнь было совершено покушение. Между этими событиями есть какая-то связь? Или я изначально был чьей-то мишенью, но вы просто не хотели меня беспокоить? Что вообще здесь происходит?
- Я бы не хотела говорить об этом в коридоре, - тихо проговорила женщина, и по ее невысказанной просьбе дорога обратно в кабинет Джирани прошла в тишине.
В кабинете Мори молча опустилась на кушетку для посетителей и только выражение лица коммандера заставило ее заговорить.
- Видите ли, мистер Котма… - осторожно начала она, - Прежде всего, я приношу извинения за то, что с вами произошло. Я не могу утверждать, что вы теперь в безопасности, и могу всего лишь обещать, что продолжу вас защищать и дальше. Но сейчас у нас на руках целый город, который надо эвакуировать, и я не думаю, что у нас есть время обсуждать чьи-то личные попытки поквитаться со мной… и с вами.
__________________________
Совместный ход Котмы и Мори
Offline  
05 Ноября 2008, 23:03:20 #34
Торан

Re: Сезон 2, Эпизод 2

9 июня 2379 года,
Бэйджор 8, государственная психиатрическая лечебница, склад лекарств.
6:17


…Стеллаж, который Вина толкнула на темную фигуру, так некстати появившуюся на складе, был не таким уж тяжелым, но сбил человека с ног. Так что отделается он в лучшем случае парой ссадин и помятыми ребрами. Несчастный баджорец-санитар, скорее всего, даже не узнает, что произошло, если она успеет убраться со склада прямо сейчас. Единственное, о чем она могла молиться, так это о том, чтобы на шум не сбежались остальные сотрудники лечебницы.
На всякий случай, взяв с самой близкой полки поднос, на котором медсестры подавали инструменты врачам, а в другой руке сжимая гипоспрей, Вина приготовилась проскользнуть мимо уже начинавшего приходить в себя нарушителя ее планов. Ее взгляд невзначай скользнул по распростертой на полу фигуре, и она чуть не вскрикнула – вместо жизнерадостной баджорской формы на пришельце была темная федеральная. То есть он и в самом деле был пришельцем! Без колебаний Вина опустила поднос ему на голову, и лишь затем нагнулась проверить его расу и с удивлением провела пальцем по заостренному уху.
…Доктор очнулся на полу, стеллаж все так же придавливал нижнюю часть его тела, на грудь давило чье-то колено, а на шее ощущался неприятный холодок некого инструмента медицинского предназначения.
- Здравствуйте, доктор, - услышал он тихий женский голос.
В голове Торана пренеприятнейше гудело. Падая, он умудрился удариться лбом об один из многочисленных углов стеллажа, и теперь половина мира начала плавно окрашиваться в зеленоватые тона. Доктор проморгался, но это едва ли помогло снять боль в ногах, придавленных стеллажом. «Неужели сломал?» – мелькнула мысль, пока Торан пытался прийти в себя, отчаянно вспоминая, что случилось и почему он распростерт на полу в до неприличия неудобной позе. Торан не сразу обратил внимание на тяжесть в области груди, а расфокусированное зрение мешало рассмотреть лицо женщины. Сознание возвратилось быстро, даже чересчур быстро, как-то резко, наскоком, и Торану стоило немалого труда собрать воедино обрывки некогда работавшего без перебоев здравого смысла. Но понимание происходящего отнюдь не принесло удовлетворения, потому как крайне сложно испытывать удовлетворение, понимая, что вас вот-вот собираются убить и заправленный явно не успокоительным гипоспрей, холодящий кожу шеи, прямое тому доказательство.
- К сожалению, не могу пожелать здравия и вам, - поморщившись, хрипло произнес Торан. – Что вам от меня нужно?
Вопрос, конечно, глупый; но лежа на полу и глядя в бледное лицо потенциального убийцы весьма непросто следовать логике. Даже при условии, что вы ее не лишены.
- Забавно, но я хотела спросить у вас то же самое. Кто вы и что делаете на баджорской территории. И что вам от нас нужно. Только не надо говорить мне, что вы пришли помочь – от этой избитой фразы меня уже тошнит, - прошипела женщина склонившись к лицу доктора, - Соблюдайте вежливость – представьтесь и сообщите, сколько здесь таких, как вы. Ах да, и не вздумайте кричать – надеюсь, вы понимаете, что это не в ваших интересах: в гипоспрее старый добрый мерфадон и его хватит, чтобы усыпить вас прежде, чем вы успеете увидеть лица ваших спасителей. Просто спокойно отвечайте на мои вопросы и возможно, мы сумеем договориться.
- Знаете ли, таких как я здесь больше нет. Я своего рода уникален, - сарказмом на откровенную агрессию попытался ответить Торан, хотя, честно говоря, ему было совсем не смешно, а было ему страшно. Ох как страшно. Глаза баджорки горели фанатичным безумием – не слишком обнадеживающее зрелище. – Я федеральный врач, а это, если не ошибаюсь, склад медикаментов. Дальнейшие выводы вы без труда способны сделать сами… Я надеюсь.
- Знаете, я тоже врач, - задумчиво произнесла баджорка, массируя шею доктора гипоспреем, - По крайней мере, по образованию, хотя и не по призванию. Дело в том, что мне никогда не нравились ноющие пациенты, способные только жаловаться, и меня не прельщала необходимость копаться в их историях и выяснять, где они успели надышаться ядовитым газом, или почему их руки вывернуты под таким неестественным углом. Что мне нравилось – так это лекарства. Они всегда решают проблему. Поэтому, доктор, сейчас я вколю вам одну дозу – видите ли, ваша нога тоже вывернута странно и, скорее всего, сломана. Уверена, вам очень больно, и именно поэтому вы не можете сконцентрироваться на моих вопросах и делаете вид, что не понимаете их, - женщина сильнее нажала коленом на грудную клетку Торана, целя в солнечное сплетение, - Боль уйдет. Считайте это моей идеей милосердия.
Гипоспрей зашипел и доктор попытался прикинуть, сколько же седатива оказалось в его системе.
- Так лучше? Тогда говорите – сколько федеральных офицеров, кроме вас, сейчас находится на в лечебнице. И кстати, как здоровье болианца?
Торан знал, что маньяки-убийцы любят поговорить, еще и по этой причине сам он предпочитал без нужды держать рот закрытым, но его новая знакомая определенно придерживалась другой тактики и готова была посетовать на жизнь перед первым встречным, и какая досада, что этим встречным оказался он, Торан, такой никудышный слушатель и отвратительный собеседник. Баджорка начинала рассказывать о себе – дурной признак, по закону обычно за подобными откровениями следует выстрел из фазера, или профессиональный удар ножом под ребра. Собственные ребра Торан искренне любил и ценил, поскольку был знаком с ними вот уже многие годы и, признаться, успел проникнуться к ним светлыми, теплыми чувствами. Собственно, как и к ногам, которые действительно болели и, вероятно, были сломаны. По крайней мере левая вне всяких сомнений. К тому же колено женщины, давящее на грудь, затрудняло дыхание, Торан вдруг заметил, что комната медленно кружится. Кровь стучала в висках, но с дозой мерфадона, коммандер почувствовал слабое облегчение и какую-то мягкость во всем теле, словно кости внезапно решили превратиться в аппетитно хлюпающее желе.
- Трое, - с расстановкой отвечал Торан, замечая, что мир вокруг утратил четкость. – Двое медиков и инженер. – И, вы уж простите меня за банальность, мы действительно пришли помочь вам. Но, по всей видимости, выбрали не тех специалистов…
Торан сделал паузу, пытаясь поглубже вздохнуть.
- По поводу  коммандера Котмы можете не беспокоиться, он в порядке.
«Хотелось бы мне сказать тоже самое о себе…»
Вина перевела дыхание и слегка ослабила давление на грудную клетку доктора. Услышанное вызвало в ней противоречивые чувства. С одной стороны, она верила этому федерату – если бы над планетой кружил большой корабль, в лечебнице, во-первых, говорили бы только об этом, а во-вторых, здесь было бы больше трех медиков и инженера. Это же было хорошо, не правда ли? Но с другой стороны… с другой стороны, неудача предыдущего покушения остудила пыл Вины, прояснило ее голову… а может, из нее, наконец, начало выветриваться успокоительное, которым ее пичкали в этой же самой лечебнице… Как бы то ни было, баджорка понимала, что гоняться за десятком офицеров Звездного Флота в распадающемся на части городе – самоубийство. Вдруг, в следующий раз у нее под рукой не окажется достаточно тяжелого предмета, чтобы переломать нужные кости и лишить подвижности следующую жертву? К тому же, Вина сама видела состояние плотины. Планы нуждались в коррекции.


Смерть - единственное, в чем не приходится сомневаться.
Offline  
05 Ноября 2008, 23:04:31 #35
Торан

Re: Сезон 2, Эпизод 2

продолжение:

- Эй, федерат, ты еще жив? – она свободной рукой похлопала Торана по щекам, - На чем вы прилетели сюда?
По поводу собственной жизни, Торан уверен не был. Мутные круги перед глазами завораживали, если не сказать гипнотизировали, в полутьме склада яркие зеленовато-красные пятна являли собой зрелище исключительно экстравагантное, волнующее, но в то же время умиротворяющее. Наверное, нечто подобное испытывает художник в порыве вдохновения – легкость, спокойствие, головокружение и небольшое покалывание во всем теле. Неплохой момент, чтобы позволить сознанию отправиться в свободное плавание, взять удочку, забросить крючок подальше… А потом искупаться. Торан сглотнул. Нет, ему не было плохо, совсем наоборот, в какой-то момент он понял, что ему даже чересчур хорошо. Голос баджорки звучал глухо, резкие удары по лицу казались неощутимыми.
- На катере, - отвечал он и, внезапно, осознав, что не собирается сдаваться без боя, начал шарить правой рукой по полу в поисках чего-нибудь желательно острого, но лишь засадил под ноготь пластиковый осколок какого-то разбитого предмета и от неожиданности вздрогнул. Точнее попытался. – На катере.
Доктор не мог видеть, как блеснули глаза баджорки. Сомневаться в словах доктора ей в голову пока не пришло, и катер прекрасно укладывался в коррекцию планов – собственно, он ее и задавал. Что же мешало – так это сам доктор.
- И что же вы увидели, когда прибыли сюда… - ядовито прошептала женщина, всматриваясь в лицо федерата, - Наверное, вы смеетесь над этой жалкой лечебницей, жалкой колонией и ее жалкими обитателями. Наверное, для вас это всего лишь очередное приключение – настоящая фронтовая медицина, так захватывающе! – Вина в очередной раз надавила на грудь Торана, лишая его дыхания, - Вы столько лет не можете понять, что вам здесь не рады, что вы лезете не в свое дело. Мы должны научиться стоять на своих ногах, а что вы предложили нам – десять лет относительной свободы? Как мне заставить вас понять, что значит, лишиться самого главного - возможности управлять своей судьбой, лишиться свободы? Вот вы, доктор, что для вас самое главное в жизни? Давайте, скажите, что ваши пациенты…
Есть время подходящее для философских дискуссий, а есть неподходящее. Подходящим временем можно считать послеобеденную негу, вечера отпуска, неспешные прогулки по коридорам станции – проще говоря, те моменты, когда вы способны дышать полной грудью, в полной убежденности, что ваши ребра не находятся в опасной близости от легких и не норовят пробуравит в вас пару сквозных отверстий. А неподходящие моменты критически напоминают нынешние, в геометрической прогрессии ухудшают здоровье и далеко не располагают к задушевным беседам. В силу неисповедимости путей статистики сейчас был именно такой момент, и Торан из всех сил пытался сконцентрироваться на вопросе женщины. Пациенты? Это многообразие в единстве. Изувеченной плоти, поломанных костей и отравленной души.
- Мои пациенты, - с кривой усмешкой на губах заговорил доктор. – Такие как вы, хотя я и не специализируюсь на психических заболеваниях.
О последствиях сказанного Торан мог только догадываться. Но, право слово, ему было безразлично, или он на это надеялся.
- Вы так предсказуемы, - скривилась Вина, - И, тем не менее, ваш ответ таков. Что ж… - она убрала колено с груди доктора и потянулась к его правой руке. Гипоспрей тоже отодвинулся от шеи Торана, но прежде, чем он успел заметить это и сосредоточиться на моменте, вполне подходящим для попытки не сдаваться без боя, в руке баджорки оказался экзоскальпель. Рано или поздно этим должно было кончиться - без сомнения, с экзоскальпелем можно повеселиться, гораздо лучше, чем с гипоспреем. Скальпель – король медицинского оборудования, которое можно использовать в противоположном лечению направлении.
- Что вы скажете, если я прямо сейчас лишу вас вашей целительской руки? – баджорка настраивала инструмент на нужную глубину разреза, - Конечно, в Федерации вам могли бы сделать искусственную, но это уже совсем не то, верно? Это будет не ваша рука, не ваша свобода действий, искусственный заменитель. Понимаете? Примерно, как «свободный» Бэйджор, но в составе Федерации…
Вина провела ровную линию поперек запястья доктора и с исследовательским интересом уставилась на проступающую зеленую кровь.
- Вам, наверное, не очень больно, - пояснила она, - При такой дозе мерфадона вы, наверное, вообще ничего не чувствуете. В начале нашего разговора, я, кажется, обещала вам, что мы сможем договориться, если вы будете отвечать на все вопросы. Вы отлично справились, доктор, но теперь я вижу, что вы мне больше не пригодитесь. На самом деле жалко, что я сломала вам ногу, и вы не сможете идти. Да и вообще двигаться вы не очень можете. Поэтому, наверное, проще просто перерезать вам горло… - баджорка задумчиво посмотрела на экзоскальпель в своей руке.
Но прежде, чем женщина успела что-то сделать, ручка входной двери на склад начала медленно поворачиваться…
Баджорка ошибалась, Торан чувствовал все и сильнее всего ужас. Пусть и будучи левшой, он не менее трепетно относился и к правой руке. Впрочем, какая польза от рук с перерезанным горлом… И тут послышался скрежет.
________________________________________________
Экскурс в мир жестокости провели Торан и Мори Джанир.


Смерть - единственное, в чем не приходится сомневаться.
Offline  
06 Ноября 2008, 01:53:47 #36
Т*Нэрэ

Re: Сезон 2, Эпизод 2

9 июня 2379 года,
Бэйджор 8, государственная психиатрическая лечебница, холл
6:10


Доктор Торан распрощался с Т’Нэрэ, оставив ей строгий наказ следить за пациентами и держаться прямо. Впрочем, приказ энсину и не требовался. Так и не выпив кофе, вулканка вернулась в холл лечебницы, где ее сразу поймала рыжеволосая медсестра с тонкими чертами лица:
- О, хорошо, что вы здесь, мисс Т’Нэрэ, – в отличие от остальных медиков, эта женщина запомнила имена тех, с кем ей приходилось работать, -  Санитары только что доставили парня с грыжей, и нам не помешает лишняя пара рук. А где доктор Торан?
Энсин как раз хотела бы это узнать, но, похоже, здесь знали не намного больше. Признаться, в отсутствие начальства она чувствовала себя немного не уютно, особенно в незнакомом месте.
- На данный момент его местоположение мне не известно, так же, как и вам, - своим обычным бесцветным голосом проговорила она. -  Я могу осмотреть пациента с грыжей прямо сейчас, не могли бы вы меня проводить?
И медсестра – в отличие от нее Т’Нэрэ не питала никакого желания узнавать имена людей, которые, скорее всего, больше не появятся в ее жизни – быстро повела вулканку по бесконечным светлым коридорам психиатрической лечебницы. Направо, налево, лестница, еще раз налево… после четвертого поворота энсин уже не старалась запоминать дорогу – очевидно, после бессонной ночи ее наблюдательность немного ухудшилась и это было бесполезно. Дойдя до нужной палаты Т’Нэрэ коротко поблагодарила медсестру, оставшуюся ассистировать, и принялась за обследование несчастного человека.
На этот раз показания трикодера были тревожными.
- Ему нужна операция, и чем скорее – тем лучше, – вулканка задумчиво смотрела на дисплей прибора. - Бросив короткий взгляд на медсестру, она продолжала. - Я найду доктора Торана, а вы пока подготовьте инструменты, пожалуйста.
И она быстрым шагом направилась к выходу, думая о предстоящей операции, не столько сложной, сколько требующей опыта. Только выйдя из палаты энсин многократно пожалела, что не запомнила дорогу досконально – все коридоры были светлыми, а повороты похожи на другой, как одна складка на баджорском носу похожа на другую… Несколько раз спросив дорогу у попадающихся на пути санитаров, она, потеряв неопределенное количество времени на блуждания, наконец начала узнавать места, что означало непосредственную близость холла.
Администратор все так же находилась на своем посту, и Т’Нэрэ ничего не оставалось, кроме как попытаться что-нибудь узнать у нее.
- Извините, я ищу доктора Торана. Вы не знаете, где он?
Выражение на лице администратора было таким, как будто отвечать на этот вопрос ей приходится уже в двадцатый раз подряд. И такой же тон.
- Его вызвали в 19-ый кабинет, разбираться с недавно поступившим пациентом.
Вулканка удивленно вздернула бровь – это был тот самый кабинет, в который она только что ходила с медсестрой.
- Это тот человек с грыжей, верно? – она скорее утверждала, чем спрашивала. – Я только что оттуда, и доктора Торана там нет. Как давно его вызвали?
- Около десяти минут назад. И его просили взять на складе лекарство.
- Спасибо, – энсин кивнула.
Как следует интерпретировать эту информацию, вулканка пока не знала, но совсем не трудно было подсчитать, что на дорогу доктору понадобилось бы намного меньше времени, даже с учетом посещения склада. Его явно что-то задержало, и это было странно…
_______________________________________
Совместно с Мори Джанир

Продолжение следует...
Offline  
06 Ноября 2008, 21:42:40 #37
Мори Джaнир

Re: Сезон 2, Эпизод 2

9 июня 2379 года,
Бэйджор 8, государственная психиатрическая лечебница, склад
Приблизительно после половины семьмого утра


Вулканцы совсем не склонны делать поспешных выводов, и сейчас в своих умозаключениях Т’Нэрэ предпочла не спешить. Можно придумать сотню (или даже не одну) причин, по которым медик мог не дойти вовремя из пункта А в пункт Б, и большая часть из этих причин не заставила бы беспокоиться. Энсина больше беспокоил работник с грыжей, для успешного лечения которого срочно нужна была операция и, соответственно, доктор Торан. Вулканка уже было отошла от стойки администратора, но потом подумала, что самым разумным будет поискать доктора на складе или по дороге к нему, а дороги этой Т’Нэрэ, естественно, не знала, что заставило ее вернуться обратно и продолжить отвлекать администратора от самых важных дел на планете глупыми вопросами.
- Извините, вы не подскажете, как я могу пройти на склад медикаментов? – сказала она, а вспомнив, зачем доктора вообще послали на склад, на всякий случай спросила. - И какое лекарство необходимо оттуда взять для операции?
Усталая женщина за стойкой подробно объяснила ей дорогу и сообщила название препарата, и энсин снова зашагала по однообразным коридорам, на этот раз уже уверенно и целенаправленно, по пути заглядывая в палаты и мгновенно обследуя их на предмет наличия в них ромуланского доктора.
Торана нигде не было, и чем меньше оставалось непроверенных мест, тем более странным вулканке казалась ситуация. Подойдя к двери склада, Т’Нэрэ была уверена, что его там уже давно нет, но проверить, разумеется, стоило.
Видимо из соображений безопасности, а может просто по причине устаревающих технологий, от которых Бэйджор 8 пока не отказался, дверь склада не открывалась автоматически. Положив руку на круглую ручку, Т’Нэрэ заметила, что дверь не была плотно закрыта –  с легким скрежетом она отъехала в пазах ровно настолько, чтобы вулканка могла войти внутрь. На какое-то мгновение темнота заставила ее прищуриться, и почти ничего не видя перед собой, она сделала шаг вперед…
- Молчи и не двигайся, - раздался яростный шепот, - Иначе он умрет. Я не шучу. Закрой за собой дверь.
Вина Ориен все еще сидела возле распростертого на полу доктора Торана посреди разбросанных медикоментов. Одной рукой она прижимала экзоскальпель к его шее, а другой шарила вокруг в поисках еще одного полезного инструмента.
Вулканка еще не успела полностью осознать происходящее, но сочетание слова «умрет» с видом экзоскальпеля заставило ее послушно закрыть дверь. Она даже не сразу поняла, кому именно угрожает смерть, поэтому когда ее глаза привыкли к полумраку и она смогла узнать в фигуре на полу доктора, оставалось только признать, что ее положение было более, чем скверное. Мысли в ее голове были все такими же холодными и быстрыми, но сейчас даже теория вероятности, как и неприятные огоньки в глазах незнакомой баджорки, не предвещала ничего хорошего.
- Чего вы хотите? – спросила Т’Нэрэ, пытаясь определить, в каком состоянии находится Торан. Судя по всему, помимо видимых повреждений на нем уже сказывалось действие какого-то препарата, а значит все еще хуже, чем казалось. Нужна помощь, причем срочно…
Говорят, что безвыходных положений не бывает, но сейчас вулканка была готова признать, что ситуация критическая, и хоть лицо ее по обыкновению ничего не выражало, страшно ей было так же, как и любому существу в подобный момент.
Вина, наконец, нащупала на полу отброшенный ею гипоспрей и неуклюже, левой рукой поднесла его к шее доктора.
- Приятных снов, - пробормотала она, впрыскивая остатки лекарства, - Вот теперь можно и с вами поговорить, доктор номер два.
Баджорка поднялась на ноги и сделала несколько шагов к замершей на месте Т’Нэрэ.
- Не надо бояться, - она примиряюще подняла руки – но этот жест доброй воли заметно портили экзоскальпель и гипоспрей, - Я хочу, чтобы ты мне немного помогла. И если ты будешь меня слушаться, все будет хорошо, и никто не погибнет. Я обещала это доктору номер один, и видишь – он пока жив.
Вина подошла к энсину так близко, что ей было достаточно лишь слегка протянуть руку чтобы отколоть дельту от формы энсина, что баджорка и сделала.
-С другой стороны, если ты меня не послушаешься… - она пожала плечами, - кто знает, что может случиться. Видишь здесь логику?
Признаться, никакой логики Т’Нэрэ не видела. Бросив взгляд на лишившегося сознания доктора и стараясь не думать, чем в самом худшем случае мог быть заряжен гипоспрей, а также не обращать внимание на многозначительное «пока жив», она поняла лишь одно: нельзя медлить. Помогать баджорке энсин совсем не хотела, потому что свои обещания та могла и не сдержать. С другой стороны, она хотя бы отстала от доктора и теперь могла навредить только вулканке, а это уже не так страшно.
- Что я должна делать? – спокойным голосом произнесла Т’Нэрэ. Пока в руках у незнакомки не станет на один инструмент меньше, можно и не пытаться оказывать сопротивление. По крайней мере, пока они находятся на складе. Напряжение все росло, и даже вулканская техника контроля эмоций не могла помочь энсину избавиться от желания что-нибудь предпринять, лишь бы все скорее закончилось.

______________________
Вместе с Т'Нэрэ.
Продолжение следует.
« Последнее редактирование: 06 Ноября 2008, 21:44:29 от Мори Джанир »

May we all walk with the Prophets...
Offline  
06 Ноября 2008, 21:45:19 #38
Т*Нэрэ

Re: Сезон 2, Эпизод 2

Продолжение.

-  Начнем с ответов на вопросы, - медленно ответила Вина, - Постарайся ответить быстро, не задумываясь. И если твои слова не совпадут с тем, что уже мне сказал доктор номер один… я буду очень, ОЧЕНЬ разочарована.
Баджорка сделала шаг назад, потом еще один, и еще… пока ее нога не ткнулась в бок доктора Торана. Тут она снова опустилась на колени и поднесла скальпель к шее своей первой жертвы.
- Подойди ближе, - потребовала она, - Отсюда тебе будет лучше его видно – и ты увидишь, что его раны пока не так уж серьезны. Мой первый вопрос – на чем вы прилетели сюда, на эту планету?
У Т’Нэрэ непроизвольно возникло ощущение, что эта женщина прочитала ее мысли – жизнь ромуланца опять была в опасности, что гораздо больше беспокоило энсина, чем ее собственное благополучие. На какое-то время ей показалось, что это конец, и отчаяние медленно расползалось по ее разуму, потому что все еще оставшиеся возможности избежать самого страшного таяли на глазах. 
- На катере, - не задумываясь ответила вулканка. Сейчас говорить правду будет самым логичным, тем более так скорее всего поступил и доктор Торан.
Энсин не имела в своем словаре слова «надежда», тем не менее какое-то ее подобие (выражающееся, конечно, расчетом вероятности благоприятного исхода) все еще оставалось, и она должна была сделать все возможное, чтобы из всех вариантов развития событий воплотился именно он.
- И где сейчас этот катер? На космодроме, на стоянке возле лечебницы – где именно? – баджорка прищурилась, ее рука на скальпеле заметно напряглась, ведь близился первый ответственный пункт ее плана побега с объятой катастрофой планеты.
Вина слишком хорошо помнила, как челнок, призванный перевести ее отсюда в объятия судебной системы Бэйджора, вздрогнул, будто налетел на невидимую стену, и как взрывались и искрили консоли – ссадины той катастрофы все еще украшали ее лицо, вывихнутая рука все еще ныла, а на плечах Вина все еще носила куртку одного из ее погибших охранников. С более крепким и большим федеральным катером этого не должно было произойти, он должен быть в состоянии покинуть нарушенную плазменным штормом атмосферу планеты.
Энсин не могла не заметить, как интересует собеседницу вопрос о катере, и у нее в голове пронеслась мысль, что, возможно, судно интересует баджорку гораздо больше, чем желание кого-нибудь зарезать экзоскальпелем. Хотя, многие любят совмещать приятное с полезным, и ничего определенного о намерениях женщины Т’Нэрэ сказать до сих пор не могла. Вулканка уже поняла, что имеет дело с кем-то, чей разум определенно замутнен и работает далеко не по законам логики, а значит все опять сводилось к тому, что это приключение вполне могло стать последним для двух остроухих и очень невезучих федеральных докторов… Она пообещала себе, что если переживет этот день, впредь перед высадкой на планету обязательно будет находить информацию о психологических особенностях обитателей…Только даже это не помогло бы сейчас – у безумцев своя психология, вне зависимости от расы, и, увы, Т’Нэрэ в ней абсолютно не разбиралась.
- Насколько мне известно, катер находится в космопорте. – Делиться информацией было не приятно, но ничего секретного энсин все равно не знала, и поэтому у нее не было чувства, что она разглашает тайны Федерации, особенно если учесть опасное оружие у шеи доктора.
- Проще говоря, ты не знаешь точно, доктор номер два, - констатировала Вина, - Сейчас ты возьмешь свою дельту и вызовешь этот транспорт к лечебнице. Скажешь, что надо срочно эвакуировать больного – тебе поверят. Ведь вулканцы не лгут, верно? Потом мы вместе выйдем отсюда, ты отошлешь пилота, и мы улетим. Я высажу тебя на первой же планете за границей баджорской территории, обещаю. Чем скорее мы уйдем отсюда, тем большая вероятность, что кто-то найдет твоего коллегу, и он все еще будет жив. Таков план. Всего лишь небольшое приключение для энсина, зато ваш доктор будет благодарен за то, ты не совершала глупостей и резких движений и дала ему шанс выжить.
Рука баджорки как бы невзначай дрогнула, и на светлой коже Торана выступила темная капля крови. Вина ждала ответа и надеялась, что вулканка понимает, что сейчас решается жизнь двух человек.

_______________________________________
Совместно с Мори Джанир
Offline  
08 Ноября 2008, 23:06:08 #39
Мори Джaнир

Re: Сезон 2, Эпизод 2

Государственная психиатрическая лечебница, холл.
06:32


- …Да, да, разумеется, - доктор Джирани сосредоточенно кивала собеседнику на маленьком экране коммуникационной панели в холле лечебницы, - Конечно, мистер Ли, мы очень благодарны за ваше щедрое предложение. Ждите первые челноки в течение часа. Конец связи, - баджорка закончила передачу и несколько секунд молча стояла, потирая подбородок.
- Доктор? – подозрительно спросила администраторша, - Все в порядке?
Джирани провела рукой по коротким светлым волосам и решительно подошла к небольшому микрофону на регистрационном столе.
- Кхм, прошу минуту внимания, - начала она, и когда почти никто в людном холле не обратил на ее голос внимания, повторила громче, - Внимание всем! Наша больница находится в опасной близости от реки, и поскольку совместные попытки наших и федеральных инженеров укрепить дамбу пока не увенчались успехом, мы эвакуируемся. Все слышали? Мы эвакуируемся в Катмур!
Доктор попыталась продолжить, но ее заглушили недовольный ропот медперсонала и отчаянные возгласы будущих пациентов: «А как же мы?.. Я жду уже шесть часов, и ко мне до сих пор никто не подошел! И теперь вы эвакуируетесь?!.. Что за беспредел? Ради Пророков, подумайте о детях!».
- Да-да, я все понимаю, - Джирани попыталась успокоить соотечественников, - Это вынужденная мера. Мы не оставляем никого позади! Мы берем с собой всех, кто находится в лечебнице – и тех, кто уже получил койку и осмотр, и тех, кто только ждет, и тех, кто временно занял пустующие палаты на верхних этажах. Постарайтесь действовать организованно и не создавать паники. Люди, вы слышите? Без паники! Лейтенанты Пинар и Тейбор помогут вам занять места в скиммерах…
- Доктор Джирани, доктор! – кто-то дернул женщину за локоть, и когда она обернулась, то увидела тонкое взволнованное лицо сестры Таганы.
- Следите за дальнейшими объявлениями и постарайтесь не беспокоиться. В Катмуре нас примут в резиденции господина Ли, где всем найдется место и всем будет оказана помощь, - закончила врач прежде, чем обернуться к помощнице.
- Доктор, я не могу найти ни доктора Торана, ни энсина Т’Нэрэ, - быстро доложила Тагана, - В 19й палате их ждет тот парень с дамбы…
- Возможно, доктор Торан с ассистенткой тоже заняты чем-то важным, - ответила баджорка, вытирая неожиданно вспотевшие ладони о форму, - Не верю, что такие люди, как они, могут отсиживаться в стороне, когда вокруг стольким может понадобиться их помощь. Давай посмотрим, что мы можем сами сделать для этого рабочего. Но прежде я должна предупредить майора Мори и коммандера о происходящем.

Кабинет главного врача лечебницы.


- …И все-таки, майор. Вы уже чуть не погибли, прикрывая меня. Я не предлагаю сесть и вести обстоятельные беседы, но хотя бы коротко объясните, что происходит, кроме очевидных катастроф.
- Я… - Мори опустила лицо, - Я сама не знаю, что думать, и что я видела. Вы – человек науки, коммандер, вы посмеетесь надо мной.
- Просто начните с начала.
Женщина покачала головой, но как только собралась начать говорить, дверь в кабинет открылась и на пороге появилась доктор Джирани.
- Мне жаль, если помешала вам планировать дальнейшие действия, - извинилась она, заметив выражение лица Котмы, - Но у меня тоже есть новости, майор. Со мной связался господин Ли Фалор и сообщил, что готов принять весь персонал и всех пациентов в своей резиденции. И, разумеется, я приняла его предложение.
- Очень щедро с его стороны, - пробормотала Мори.
- И очень вовремя – насколько мне известно, прорыв дамбы может произойти в лучшем случае всего через час, - добавил Котма.
- Сейчас мы ждем первых скиммеров и ховеркары, чтобы начать перевозить людей, и планируем отключить генератор энергии лечебницы через 40 минут.
- Да, доктор Джирани, это правильное решение. Нам всем лучше эвакуироваться отсюда. И как можно дальше, - кивнула Мори.
- Мэм, я не знаю, что осталось от вашей формы, но должна передать вам это, - доктор протянула на ладони два маленьких золотых эллипса – коммуникатор и знак отличия майора.
Мори молча кивнула.
- Что вы собираетесь делать дальше? – спросил болианец, когда Джирани ушла.
- Помогу, насколько возможно, с эвакуацией, а потом вернусь в свой офис и продолжу пытаться вызвать помощь. Что еще я могу? Я всего лишь один человек, у меня не так много ресурсов - один катер даже самых лучших специалистов Федерации тут не поможет, и я уже не верю в благополучный исход. Попомните мои слова, кровь еще прольется. Если вы все еще хотите задать какие-то вопросы, коммандер, следуйте за мной.
Баджорка поднялась с кушетки и вышла из кабинета.

Административное здание
Прошло достаточно времени, пока на попутном скиммере Мори и Котму доставили в центр Нового Дженмира. На выходе из лечебницы майора догнал Пинар и слегка смущенно передал ей то, что осталось от ее формы – прежде алая ткань была покрыта бурыми разводами, а на правом плече темнела дыра с обгоревшими краями. Но особенно Мори была благодарна своему секретарю за пару форменной обуви.
Новый Дженмир опустевал на глазах. Люди больше не обращали внимания на выбитые окна своих домов и незакрепленные листы кровельного покрытия, больше не пытались противостоять погоде, а просто покидали свои места, тревожно оглядываясь в ту сторону, где бурлила выходящая из берегов река Ракаджа.
- Почему мы не можем просто передать автоматический общий сигнал бедствия? – спросил Котма, перекрикивая ветер и шум низвергающейся с неба воды, когда он с майором поднимался по ступеням административного здания.
- Потому что связи с остальным миром за пределами планеты у нас нет вообще. В прошлый раз я с трудом нашла окно для своего сигнала и смогла открыть только чей-то частный канал связи. Скорее всего, была повреждена наша передающая станция, - ответила Мори, быстрым шагом двинулась по теперь уже пустому коридору Администрации к своему офису, - С нами уже кто-нибудь бы связался, если бы могли. Мори откинула непромокаемую пленку со своего стола, и достала небольшой чемоданчик с инструментами.
- Пока я попробую разобраться, вы можете задавать свои вопросы.


May we all walk with the Prophets...
Offline  
10 Ноября 2008, 00:59:32 #40
Т*Нэрэ

Re: Сезон 2, Эпизод 2

Государственная психиатрическая лечебница, склад.
06:43


Кровь всегда ассоциируется с жизнью. И зеленая, и красная, и синяя.  Т’Нэрэ задумчиво смотрела, как из распоротых вен на запястье и пореза на шее Торана медленно вытекает темно-зеленая кровь. Между ней и ее прямой обязанностью сейчас стояла эта странная женщина и выдвигала нелепые требования. От такой наглости у вулканки непроизвольно вздернулись брови. Катер! Это что, неудачная шутка? Впрочем, с юмором у вулканцев всегда было не важно. Вполне понятен и уместен был бы запрос просто отпустить преступницу и не мешать ей уйти. Баджорка определенно хотела слишком многого. Энсин не любила задавать ненужные вопросы, особенно если дело казалось очевидным, поэтому она решила считать, что женщина и так знает: нельзя безнаказанно уйти на федеральном транспорте оставляя за спиной мертвых офицеров, и в таком свете убивать доктора было бы нелогично даже для безумца. Тем не менее, услышанным обещаниям Т’Нэрэ все равно не верила.
Но выбора у нее не было, и она сказала:
- Хорошо. Я свяжусь с пилотом. Но где гарантия, что вы никого не убьете?
- А где гарантия, что ты свяжешься именно с пилотом и не сдашь меня?  - пожала плечами Вина, отчего скальпель в ее руке снова дрогнул, - Мы обе должны довериться друг другу.
Может быть, эта вулканская девушка была жестче внутри, чем думала баджорка. Может, справиться с ней будет труднее, чем казалось на первый взгляд. Но если выбирать между ней и доктором – выбор для Вины был очевиден.
- Давай побыстрее с этим покончим. Вот твоя дельта, - она швырнула коммуникатор энсину.
Гарантий действительно никаких не было. Хотя, если подумать, баджорка была в намного более выгодном положении, и ее гарантией был заложник. Побыстрее со всем покончить хотелось и вулканке, только желаемое окончание было несколько другим. Неохотно взяв холодный металлический коммуникатор, она заговорила своим самым обычным голосом:
- Энсин Т’Нэрэ пилоту катера. Вы меня слышите?
Раздалось шипение из-за помех, но через несколько секунд раздался голос пилота.
- Да, продолжайте.
Девушка в тайне надеялась, что сигнал не пройдет из-за проблем со связью, но обстоятельства сложились явно не в ее пользу. Теперь придется врать.
- Нужно срочно эвакуировать больного, прилетайте к лечебнице. – Она подумала, что теперь в этом будет замешан еще и пилот…
- Понял. Вылетаю.
- До связи. – Врать было очень непривычно и противно, особенно если учесть, для чего она вызвала катер.
- Это было… неплохо, хотя стоило бы сначала потренироваться, - протянула баджорка, - Хотя по тебе сразу видно, что ты не привыкла врать. Надеюсь, на слух это не так заметно. Теперь – следующий пункт нашего маленького плана. Тебе придется постараться, но я в тебя верю…
Женщина осторожно убрала скальпель от шеи доктора и пошарила в полке упавшего шкафа и достала упаковку ампул.
- Импроволин. Тоже неплохо. Мера предосторожности,  - объяснила она вулканке, прочитав этикетку и заправив гипоспрей, однако, вопреки ожиданиям энсина, не стала добивать Торана очередной дозой обезболивающего.
- Я обопрусь о твою руку, и ты проводишь меня до катера. Не самая сложная ложь – просто скажи себе, что я больна, и тебе надо мне помочь. Это ведь почти правда, - баджорка тихо рассмеялась, - Ну же, иди сюда…
Почти правда никогда не станет настоящей правдой, и Т’Нэрэ чувствовала острую неприязнь к женщине, заставившей ее врать. При всем своем миролюбии, сейчас она была бы не против обрушить на голову баджорки что-нибудь тяжелое и таким образом действительно сделать ее больной. Но это было невозможно, и ей не осталось ничего, кроме как подойти на несколько шагов.
- Доктор тяжело ранен…Разрешите мне помочь ему. Пожалуйста. – Она сомневалась, что его быстро найдут на этом складе после их ухода, а помощь ему нужна была сейчас. – Это не займет много времени. Пожалуйста, - тихо повторила она без особой надежды, видя в глазах женщины только жестокость и безумие.     
- Он не умрет в ближайшие 50 минут и совсем не чувствует боли, - отрезала Вина, пнув доктора под ребра, - А ты – не единственный медик в этом… заведении, - ее глаза свернули, когда она припомнила все время, которые ей пришлось здесь провести.
На запястье Т’Нэрэ хищно сомкнулись сильные цепкие пальцы, испачканные зеленой кровью, и секунду спустя ей в бок уперся скальпель, прежде угрожавший жизни Торана.
- Если тебе будет от этого легче, я отправлю сюда кого-нибудь, когда мы будем улетать, но не раньше. Так что в твоих интересах постараться сделать так, чтобы я скорее села в этот чертов катер.
Вина потянула свою пленницу в сторону выхода со склада.
- Забавно,  - проговорила она, толкая дверь, - Кажется, у меня появилась нехорошая привычка брать в заложники медицинских работников. Одно лишнее слово – и в твоих внутренностях появится дыра размером с мой кулак. Конечно, тогда все бросятся спасать тебя, и ты не сможешь рассказать о докторе номер один… Так что веди себя смирно, - баджорка чуть надавила на скальпель, напоминая о его присутствии.
Впереди у них было несколько сотен метров коридоров и людный холл…
Т’Нэрэ в который раз подумала, что все более чем скверно. Однако, чем дальше они были от злополучной двери, тем легче было энсину примириться с ситуацией. Все же, логика в словах преступницы была, и первостепенная задача вулканки – привести или прислать помощь к доктору, а в мертвом виде это сделать будет…затруднительно. Поэтому шагая по коридору она не пыталась оказывать сопротивление, но и не знала еще, что будет, когда они подойдут к катеру. Пусть не по своей воле, пусть под угрозой смерти, пусть ради спасения другого, но она совершала не правильный поступок - помогала преступнице бежать, и еще не известно, чем это обернется.
Они все шли и шли по коридорам, и никто не попадался им навстречу.  Т’Нэрэ, как и положено, угрюмо молчала.
Но все изменилось, когда впереди замаячил холл лечебницы. Вулканка помнила его заполненным людьми, шумным и душным, но не настолько, как теперь. Раньше люди, как муравьи, спешили по своим делам выверенными траекториями, не сталкиваясь и не пересекаясь, будто по заранее намеченным узким тропинкам. Теперь же казалось, что в муравейник кто-то кинул горящее полено…
- Мы эвакуируемся в Катмур! – издалека закричала Т’Нэрэ уже знакомая рыжеволосая баджорка-медсестра, - Доктор Торан об этом знает? Пусть готовит своих больных! Там как раз приземлился ваш федеральный катер – ничего, если я погружу туда к вам парочку своих?
Вина тяжелее навалилась на плечо вулканки, вжимая свой смертельный медицинский инструмент ей под ребра, и опустила голову, прикидываясь сопровождаемой больной.
- Ответь ей, - прошипела она, - Что угодно.
Энсин все понимала буквально, и ее понимание формулировки «что угодно» явно отличалось от того, что имела в виду баджорка. Вулканка посмотрела на медсестру, зная, что взглядом все равно не сможет ничего выразить, и сказала как можно более выразительно:
- Доктор Торан просил вас обязательно принести успокоительное со склада, который по дороге в 19 палату… - нажим скальпеля сильно увеличился, но Т’Нэрэ не удивилась. – Выполняйте, сестра, это срочно, - сказала она безапелляционным тоном и, почувствовав как ее толкают вперед, пошла дальше вместе с безумной женщиной, так талантливо претворяющейся больной.
Ей казалось, что важную информацию она уже сообщила, и теперь главное – это не дать баджорке угнать катер. За те минуты, пока они шли молча до холла, энсин успела несколько раз прикинуть обещанную ей дыру в боку, и решила, что это неизбежно, если она хочет помешать планам женщины.
Нажим скальпеля с удалением недоумевающей медсестры немного ослабел. В тот же миг вулканка резко подалась в сторону и попыталась поймать руку преступницы до того, как она активирует скальпель.
Вина, расслабившаяся при виде катера, уже ждущего ее за полупрозрачными дверями лечебницы, так приглашающее распахнутыми, не ожидала резкого движения пленницы, и эта ошибка могла стоить ей свободы. Она уже давно старалась не думать, что в среднем представители вулканской расы сильнее людей и баджорцев.
На мгновение она почувствовала, как сжимается от страха и безнадежности ее сердце. «Это не справедливо, - вдруг подумала она, - Я всего лишь хочу… домой». Может, стоило позволить вулканке заняться доктором, может, стоило быть чуть добрее… Но было уже слишком поздно для раскаяния.
- Какое ты имеешь право мешать мне попасть домой?! – воскликнула она, пытаясь стряхнуть с локтя руку вулканки, мешающую воспользоваться скальпелем. Инструмент уже был запущен и чуть слышно гудел, ожидая твердой материи, которую он мог бы разрезать.
Люди вокруг начинали оборачиваться… и расступаться, не понимая, что происходит.
- Что здесь происходит, мэм? – подал голос молодой светловолосый баджорец в красной военной форме, оказавшийся ближе всего,  - Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, нам всем хватит места в транспорте, и мы все попадем домой…
Появление на сцене нового персонажа, обратило на себя внимание как вулканки, так и баджорки. Этот молодой человек мог помочь обеим, но совершенно по-разному. И Вина решила воспользоваться шансом – пнув соперницу в колено, она резко отпустила скальпель и ударила вулканку по лицу свободной рукой с зажатым с ней гипоспреем.
Это было слишком даже для спора врача с паникующим больным, который отказывался подождать своей очереди в эвакуации – а именно так это понял лейтенант Пинар, который по приказанию доктора Джирани пытался руководить посадкой в скиммеры. Молодой человек бросился на помощь… не особенно разбираясь, чью сторону он примет.
____________________________
Совместно с Мори Джанир
« Последнее редактирование: 11 Ноября 2008, 13:38:26 от Мори Джанир »
Offline  
11 Ноября 2008, 17:52:06 #41
Т*Нэрэ

Re: Сезон 2, Эпизод 2

Государственная психиатрическая лечебница, холл.
06:57


…В отличие от своего старшего брата, прослужившего несколько лет на ДС9 в службе безопасности станции, лейтенант Пинар Наджем был прежде всего администратором и секретарем. Он умел выполнять поручения и всегда готов был помочь, у него была великолепная память и они никогда не забывал напомнить своим начальникам об обеденном времени… но при всех своих достоинствах он был практически лишен лидерских качеств и очень неуютно чувствовал себя с фазером на боку. Планшетка и стилус были ему привычнее.
Энсин Т’Нэрэ могла творить чудеса в операционной и не растерялась бы, если б только Вина позволила ей помочь доктору Торану. Куда более целесообразным она считала лечение существ, нежели усилия, призванные их калечить в бою. На Бэйджоре 8 ей едва ли не впервые пришлось столкнуться с людской жестокостью лицом к лицу. Да, Доминионская война была за плечами у всех, но одно дело находиться на корабле и лишь слышать о списках погибших, и совсем другое – смотреть в чьи-то темные безумные глаза.
Вина Ориен выросла в мире, где каждый день приходилось бороться за свою жизнь, прошла стандартную подготовку в Академии Звездного Флота и уже успела познать, что это такое – убить человека, и не из винтовки на расстоянии, а собственными руками. Каждым следующий удар, каждая следующая жестокость или издевательство давались ей все легче.
Поэтому, когда траектории этих троих пересеклись в холле лечебницы, исход был не предсказуем.
Вина отказалась от борьбы за скальпель, и инструмент полетел на пол. Пинар попытался разнять женщин, и баджорка использовала этот шанс, чтобы дотянуться до фазера у него на поясе…
- Отцепись от меня, остроухая! – крикнула она, - Или я отстрелю ногу этому лейтенанту!
Вулканка сразу поняла, что все идет к новому заложнику, а значит задача будет сводиться к предыдущей, только теперь неизвестных будет во много раз больше, и решать ее заново она совсем не хотела, поэтому решила во что бы то ни стало этого не допускать – если преступница приставит фазер к горлу Пинара, то дальше сможет добиться чего угодно, и теперь уже не придется уповать на ее милость – скорее всего она убьет заложника назло всем, из мести за сопротивление. Т’Нэрэ показалось, что баджорка не остановится ни перед чем – катер был уже совсем рядом, оставалось совсем чуть-чуть, и девушка даже в чем-то понимала стремление ее противницы применить какие угодно средства для достижения цели. Но позволить этого не могла. Порядком устав от  нервного напряжения, она немного утратила осторожность, а времени на обдумывание не было совсем.
В этой миссии было как никогда много вещей, которые происходили с ней впервые. Драться вот так просто, не на тренировках в академии, ей еще не приходилось, и удивительно было чувствовать, что все идет не по плану и она вполне может проиграть схватку только из-за того, что здесь не действуют правила и никто не будет ждать, пока она подумает. Да и разве не очевидно, что драка – это обыкновенное варварство, которое позволительно разве что клингонам (при всем уважении к любым формам жизни), а в иных случаях два разумных существа могут договориться и более цивилизованными способами, без применения силы
От прошло удара неприятно саднило лицо и кружилась голова, но энсин уже успела почувствовать, что она сильнее, и если бы только можно было подраться с женщиной один на один, перевес явно был бы на стороне вулканки, даже учитывая, что боевая подготовка девушки была не на высоте, хотя необходимым минимумом приемов она, естественно, владела, как любой офицер Звездного флота. Услышав очередную угрозу и бросив беглый взгляд на фазер в руке преступницы, она понадеялась, что он установлен не на максимальный уровень излучения, и сместила свой центр тяжести, пытаясь навалиться своим весом на баджорку и повалить ее, при этом прилагая все усилия, чтобы дотянуться свободной рукой до шеи.
Она уже не видела, выстрелило ли оружие.
Вина завизжала, когда почувствовала, что летит на пол вместе с неуклюжим баджорцем и вулканкой, которая неожиданно схватила ее рукой за горло. Через мгновение она уже не могла кричать, и лишь сдавленно хрипела.
Это было… не по плану. Так не могло быть. Так не могло кончиться. Свобода была близко – даже прижатая к полу, она видела распахнутые двери и почти чувствовала кожей порывы холодного ветра. Это было… просто не честно. Она не убила доктора на складе, она не убила вулканку, она не решилась без предупреждения покалечить собрата-баджорца. Все замыслы, вся ненависть, огромная и наполнявшая все ее существо, выливались – во что? В какие-то практически мелкие гадости, серьезно портящие жизнь окружающим, но совершенно не соответствующие ожиданиям.
Такое развитие событий уже не могло оставить равнодушными находящихся в холле. Кто-то за стойкой регистрации нажал сигнал тревоги, и воздух завибрировал от воя сирены. Женщины с ревущими детьми бросились к выходу, мешая единственному баджорскому охраннику. Кто-то попытался разнять тесный клубок дерущихся, но получил от Вины пинок в голень… Посетители клиники сумели превратить теоретически мирную эвакуацию в стихийный митинг и панику, что уж говорить о реально опасной ситуации, где паника как раз была уместна…
Но если общение с федератами чему-то и научила Вину, так это не сдаваться, как бы тяжело не было. Она не успела выстрелить, когда на нее набросилась вулканка, но фазер не выпустила, и нажала на спуск только сейчас, совершенно не представляя, куда уйдет выстрел.
После желтой вспышки сверху посыпалось белое крошево – отвалившаяся штукатурка и куски потолка, в который и попал выстрел. Несколько женщин в толпе закричали, и всеобщее смятение приобрело чудовищный масштаб. Все спешили побыстрее убраться из холла, увидев фазерный огонь. То тут, то там раздавались крики – по инерции. Баджорцы толкались и мешали друг другу, Т’Нэрэ видела все это боковым зрением. Ее рука все еще сжимала горло упрямой баджорки, и под пальцами чувствовалось биение артерии. Никакой особой агрессии вулканка не испытывала, и явно не собиралась душить противницу, ей всего лишь надо было ее обездвижить. На запястье энсина уже сомкнулась рука женщины, и стальной хватке ее цепких пальцев можно было только позавидовать. Воспользовавшись ее замешательством, Пинар отнял у нее фазер, и даже сейчас она продолжала сопротивляться. Но к ним уже спешил охранник, Пинар держал одну ее руку, а вулканка все еще сжимала шею – драться дальше было уже бессмысленно. Энсин не без труда протянула свободную руку и защемила баджорке нерв между шеей и плечом.
Вулканский щипок всегда действует прекрасно, и Т’Нэрэ почувствовала, что никакого сопротивления уже нет. Она разжала руку и поднялась на ноги, тяжело дыша. Она слышала, как Пинар и охранник наперебой что-то спрашивают, но вслушиваться в вопросы и тем более отвечать на них у нее не было сил – ей еще не верилось, что все закончилось. Она только сказала Пинару:
- Не спускайте глаз с этой женщины, она ранила доктора Торана и хотела угнать наш катер. Держите ее под прицелом. Надо установить ее личность.
После этого вулканка решила, что доктора Торана обязательно найдет та медсестра, а ей самой сейчас лучше переговорить с пилотом и объяснить истинные причины срочного вызова транспорта к лечебнице, а так же попробовать связаться со станцией и доложить о происшедшем. Она еще раз взглянула на Пинара и пошла к выходу, проталкиваясь через поток выходящих больных и врачей. Она никак не могла выбросить из памяти наполненные ненавистью глаза безумной женщины.
_______________________
Совместно с Мори Джанир
Offline  
11 Ноября 2008, 19:20:12 #42
Илама Толан

Re: Сезон 2, Эпизод 2

Ангар - Государственная психиатрическая лечебница.
Около половины седьмого


Между воспоминаниями и реальностью Лиза бы без сомнений предпочла первые, однако такого выбора ей никто не предложил. Воспоминания, во всяком случае, не заставляли принимать решения, а вот суровая реальность – заставляла.
Она прошлась по обветшалому зданию, отметив про себя, что последнее время ангары – самое популярное жилье здесь, казалось, вся планета только и состояла, что из заброшенных ангаров, расставленных специально для беглых преступников.
Но скрываться – разве это наш метод?  Лиза с раздражением отметила, что уже довольно сидела, сложа руки, делая только то, что ей говорят.
Доделалась. Женщина, которой она безгранично доверяла вот уже целых… несколько часов, по неизвестным Лизе мотивам открыла стрельбу в людном месте, а затем и вовсе сбежала, оставив ее одну. Был ли у баджорки какой-то особо хитрый план, или это было ее спонтанным решением, Лиза не знала. Теперь она не знала также, можно ли вообще доверять ее недавней спутнице. А если нельзя ей, то кому?..

Ответ на этот вопрос дала обнаруженная в кармане куртки смятая бумажка. Лиза даже не сразу вспомнила, что это и откуда, а когда вспомнила, то решила, что это ничего случайного в этом мире не бывает. Это был адрес, куда ее направил нервный баджорец-чиновник в первый день ее пребывания на планете. Еще раз сверившись с написанным, женщина с удивлением для себя обнаружила, что это заведение расположено не так уж далеко от того места, где она сейчас находится. Во всяком случае, Лиза сделала такое предположение: она еще не слишком хорошо ориентировалась в географии этого места.
Еще один взгляд на бумажку, и решение пришло само. Наверное, оно было не самым обдуманным и логичным, но кто будет ждать взвешенных и рассудительных решений от женщины, еще не пришедшей в себя после серьезной травмы?
В общем, недолго думая, она решила начать заданную ей программу с самого начала – и пойти туда, куда ей и следовало пойти. Будем считать, что не было этих… -сколько там уже прошло? 10? 20? – часов. Сейчас эта больница привлекала ее не только как возможный источников ответы на некоторые интересующие ее вопросы, но и путем несложных логических умозаключений Женщина пришла к выводу, что там она сможет найти Мори. Раз Мори ранена, то где же ей быть еще?.. А Лиза теперь просто обязана поговорить с ней, чтобы прояснить свои воспоминания.

Лиза выглянула на улицу. Разумеется, никто и не собирался ее искать, да и кому она была нужна? Оставив ненужную паранойю, женщина покинула ангар, и отправилась на поиски больницы.
Рассвет, должно быть, наступил – судя по тому, что небо слегка посветлело. Но почти не было заметно разницы между ночной грозой и грозой предутренней – небо также озаряли молнии, а дождь лил, не собираясь останавливаться. И никаких просветлений на небе. Город выглядел печально: царившая кругом разруха говорила о бедственном положении, но пришло ли оно с грозой, или та его только усугубила?..

Немного поплутав в грязных переулках, она неожиданно для себя вышла к больничному зданию, смотрящемуся неприступной крепостью среди обветшалых домов, окружавших ее. Но дверь в крепость была открыта, и стоило Лизе подойти поближе, как та услужливо разъехалась перед ней. 
Она не сразу поняла, куда попала. Толпа баджорцев заполнила холл, они были взбудоражены и что-то живо обсуждали между собой. К счастью, не обращая ни малейшего внимания на вошедшую…

Лиза оглянулась по сторонам в поисках подсказок, что делать дальше. К сожалению, за исключением указателей на стенах, помощи ничего не предлагало. Да и указателями были незнакомые баджорские идеограммы. В центре холла была стойка – очевидно, регистрации, но стоящие за ней женщины и так с трудом отбивались от наседающих с вопросами баджорцев. Может, стоило спросить у кого-то из окружающих? Знать бы только, что спрашивать…
Лиза попыталась протолкнуться поглубже в помещение. Люди толпились в основном ближе к выходу, а молодой офицерик, в котором женщина узнала того самого нервного чиновника, с которым уже встречалась сегодня, без особенного успеха пытался построить их в две очереди. Но кто-то из врачей в больнице обязательно должен был ответить, где находится та баджорка, Мори.
Пробираясь постепенно ближе к коридорам, уходящим вглубь здания, Лиза старалась держаться стенки и внимательно осматривать происходящее вокруг. Поэтому от ее внимания не ускользнула несколько выделявшаяся в толпе черная с темно-серым форма – федеральная. Ее обладательница имела короткие темные волосы, усталое, но невозмутимое лицо и острые уши. А еще на ее руку опиралась больная – ссутулившаяся женщина с растрепанными длинными темными волосами. Пусть пряди скрывали лицо, но Лиза узнала одежду – это была ее недавняя спутница-баджорка.

Лиза заколебалась. Может быть, стоило подойти и выяснить, что произошло, но прежде, чем она успела это сделать, федеративную девушку-офицера окликнула одна из баджорских медсестер, а Лизу толкнул кто-то из соседей, и она потеряла пару из вида. Она еще успеет встретиться с баджоркой позже – сейчас у нее была другая цель. Цель – это хорошо. Лизе нравилось иметь цель.

Она должна была найти Мори – во всяком случае, она очень надеялась, что Мори где-то здесь. Она свернула в один из темных коридоров, решив, что будет заглядывать в каждую палату, и таким образом, методом исключения…
Это был уже пятый корридо и примерно сороковая палата (это только из открытых) и прекрасный план Лизы перестал казаться ей таким прекрасным. Наверное, стоило отловить кого-нибудь и спросить, не знают ли они, куда поместили Мори. Так она и сделает, только вот еще одну палату проверит!
Следующая дверь была не похожа на двери палат, но приоткрыта, и Лиза, легонько толкнув ее вбок, заглянула внутрь…

_______________________________
Совместно с Мори. Или Виной. Ну в общем вы поняли Улыбающийся
Offline  
11 Ноября 2008, 21:48:11 #43
Торан

Re: Сезон 2, Эпизод 2

Государственная психиатрическая лечебница, склад медикаментов.
07: 15


В каждой профессии неизменно присутствует доля конкуренции. Среди медиков она достигает немыслимых высот в девяносто процентов. Это нисколько не преувеличение, а банальная констатация факта. Объясняется все это относительно просто: до почетного звания доктора доживают лишь малые десять процентов, оставшиеся же девяносто, как правило, идут на удобрение почвы для пышных всходов будущих поколений страждущих великих панацей душ и алчущих скальпеля рук. Проще говоря, мир медицины похож на постоянно булькающий, шипящий и переваривающий всякого, кого ненароком забросит, и уже не вспоминая о смелых ныряльщиках, в непосредственную от него близость котел, наполненный кипучей серой или мучительно эволюционирующими углеродосодержащими молекулами размером с чье-то весьма раздутое эго, а именно таким должно быть эго любого недокадета, мечтающего о славной карьере целителя тел и спасителя мыслей. Когда-то давно в необъятно далеком прошлом, Торан тоже мечтал о карьере доктора и испытывал глубокую потребность в работе со скальпелем. Но не настолько глубокую, чтобы вспарывала жилы и продирала до костей собственную плоть. И он своего добился, в какой-то момент совершенно позабыв о пресловутых девяноста процентах, облегченно вздохнул и решил для себя, что ему посчастливилось разделить судьбу немногих десяти жизнеспособных представителей одной из древнейших и чтимых во все времена профессий, когда судьба в очередной раз изобразила акробатический кульбит, столкнув его с безумной баджоркой и в одночасье доказав, что облегченно вздыхать стоит не ранее выхода на заслуженную пенсию, которой при сложившихся обстоятельствах вполне могло и не быть. Действие мерфадона закончилось, на смену блаженному покою пришло невыносимое головокружение и тошнота. Торан понял, что его веки подняты лишь с приходом ноющей боли в глазах, не способных сморгнуть. На возвращение разума ушло не больше нескольких секунд, но это время показалось Торану вечностью, не какой-то абстрактной вечностью, прекрасно соседствующей в умах обывателей с мыслями о плотном завтраке и обеде, а вполне ощутимой вечностью, пронизанной черными расплывчатыми тенями на потолке и саднящей болью во всем теле. Правая кисть онемела, и в какой-то миг Торан смертельно испугался, что баджорке удалось довершить начатое и он навсегда лишился руки, но с трудом повернув голову, Торан понял, что по счастью ошибся – кисть была на положенном ей месте, однако пол вокруг заливала темно-зеленая, успевшая загустеть кровь. Во рту было непереносимо сухо и кисло, хотелось сглотнуть, облизать губы или даже прокусить. Коммандер хрипло втянул в себя воздух и попытался думать о чем-то более важном, например, о крике. И не смог. Если бы он родился человеком, то сейчас непременно сосредоточился бы на ударах  сердца, должных гулко отдаваться в ушах, но, будучи на половину ромуланцем он не мог сосредоточиться на ритмичной дроби, как человек не может услышать работу своей печени; и впервые в жизни Торан сожалел о вынужденном одиночестве. Упершись левым локтем в пол, доктор из всех оставшихся сил постарался выползти из-под стеллажа, но размякшие мышцы рук и спины отказывались подчиняться. Со сдавленным стоном он завалился на бок и стиснул зубы. Где-то на границе сознания мелькнула нелепая мысль о том, что он до конца жизни пресытился Бэйджором и пропитался местным колоритом и не столько пропитался, сколько успел пропитать местный колорит собой. Впрочем, жизнь эта казалось теперь не слишком-то и долгой.
Когда Лиза зашла в помещение, что-то сразу привлекло ее внимание. Необычным был как минимум поваленный шкаф, а уж доносящиеся из-под него едва различимые стоны - и того более.
- Есть здесь кто-нибудь... кто-нибудь живой? - спросила она на всякий случай, нерешительно подходя ближе.
Услышав посторонний голос, Торан попробовал было открыть рот и произнести хотя бы короткое «да», однако ничего разборчивее сиплого вздоха снова не вышло, тогда он попытался кивнуть, как бы глупо это не было в нынешней ситуации, и к облегчению понял, что звук от соприкосновения головы с полом получился достаточно громким, чтобы привлечь человека, кем бы он ни был.
Лиза вздрогнула. В темноте было сложно различить хоть что-то, и свет из маленького окошка здесь помогал мало. Она аккуратно прошла вперед, взглядываясь в тени и силуэты мебели.
- Где вы? - спросила она темноту. - Вам нужна помощь?
До чего же многозначно такое, казалось бы, обыденное понятие как «здесь». И оно абсолютно не связано с расстоянием, имея куда более тесную связь с восприятием да пускай и мира. Уже не рассчитывая на предавшие единожды голосовые связки, Торан бесконечным усилием напряг мускулы и, едва ли не почувствовав, как захрустели обвитые ими кости, прополз несколько сантиметров вперед, а, быть может, в сторону – это было безразлично, и принялся слепо шарить рукой в темноте, надеясь наткнуться на так к стати появившуюся здесь женщину, и невыносимо обрадовался, когда его пальцы вцепились в податливую материю брюк, крепко, словно бы никогда не собираясь разжаться.
- Аааа! - взвизгнула Лиза, и только чувство собственного достоинство заставило ее при этом не подпрыгнуть или забраться на стул.
Все-таки у потери памяти есть большой плюс - можно в первую очередь быть женщиной, а потом уже - федеральным офицером, которому не пристало бояться странных рук в темных комнатах. Впрочем, последним она уже не была.
Чуть переведя дух, она наклонилась и нащупала руку, вцепившуюся в ее брюки. Что-то липкое на запястье... Боже, что это - кровь? Она поднесла окровавленные пальцы к свету - та была странного зеленоватого оттенка.
- Что случилось?! - воскликнула она обеспокоенно, обращаясь скорее даже не к лежащему на полу, а в пространство. К Пророкам, например. Она сделала шаг в сторону, чтобы разглядеть место происшествия и попытаться сдвинуть упавший шкаф, но рука все еще крепко держала. - Э... Отпустите меня, пожалуйста. Иначе я не смогу помочь.
Она не была уверена, что сможет помочь в ином случае, но попробовать стоило.
Торан, наконец-то разжав пальцы, безвольно упал на спину и, отчаянно борясь с желанием закатить глаза и опрокинуться в спасительную тьму, тихо прошептал:
- Ближе…
Лиза нерешительно подошла к обладателю руки, которого все еще весьма плохо различала в темноте - большим пятном, частично загороженным от нее шкафом.
- Да? - спросила она, наклонившись поближе. - Скажите, пожалуйста, как вам помочь?
- Позовите на помощь, - пересохшими губами шептал Торан. – Я не могу пошевелиться… стеллаж… у меня сломаны ноги… Прошу…
Лиза попыталась вспомнить, видела ли она в пустых коридорах больницы хоть кого-то, похожего на врача, и что-то ей подсказывало, что с медицинской помощью в этой больнице не очень хорошо. Но попытаться стоило.
- Сейчас! так, лежите здесь, не двигайтесь... Черт, вы же и не можете!
Она выскочила за дверь и крикнула во весь голос:
- На помощь, срочно!
Выполнить указания женщины оказалось совсем не трудно. Достаточно было просто лежать на полу и позволять себе с каждым натужным вздохом медленно и неотвратимо истекать кровью, настырно пачкая зеленым светлые полы баджорской клиники. Пульсация вен на шее начинала ослабевать, и Торан все настойчивее ощущал, как склад перед глазами превращается в мутную пятнистую карусель, густую, словно туман побережий Ромула и вязкий, как отвратительно приготовленное кофе. При минимальном упорстве Торан даже мог поставить себе диагноз – минут пятнадцать-двадцать, однако это было бы слишком трагедийно, или вернее – комично. Лучше оставить все как есть и посетовать на жизнь, которую так и не успел прожить. А, выходит, хотелось…
Никто не спешил отзываться, но Лиза на всякий случай прислушалась – не ответит ли кто из-за стены, зазвучат ли в пустом коридоре торопливые шаги. Это было бы избавлением… К сожалению, никто не ответил и не заспешил на помощь. Лиза не знала, сколько времени ждала ответа – ей казалось, что несколько минут, но, возможно, прошло лишь несколько мгновений. Наконец, тишина была нарушена – где-то закричала женщина, потом к ней присоединились еще голоса. Слов было не разобрать, но панические ноты говорили сами за себя. Вдалеке раздался грохот, будто упало что-то тяжелое… Лиза разрывалась между желания броситься по коридору подальше от склада и необходимостью вернуться внутрь. Возможно, она может как-то помочь сама? Ведь лекарства разбросаны на полу – вдруг какое-то подойдет? Федерат может знать…
Когда Лиза вернулась в помещение, она выглядела куда как менее воодушевленной. Да и помощи рядом с ней не наблюдалось.
- Вряд ли кто-то придет, - глухо проговорила она. - В больнице сейчас... А в общем неважно. Скажите, могу ли я вам сама помочь? Здесь есть какие-то лекарства... - она огляделась.
Лекарства здесь и правда были - это вообще был их склад. Но только едва ли она хоть что-то в этом понимала.
- Может... хотя бы бинт наложить? - продложила она. Кажется, это Лиза могла сделать.
- Только не умирайте, пожалуйста, - добавила она, немного подумав.
«Только не умирайте», - мысленно повторил Торан. Неужели, кто-то действительно верил, что подобной вскользь брошенной, или мучительно продуманной – неважно, фразой можно помешать смерти и заставить пострадавшего, весело кивнув, подняться на ноги? Нельзя. К сожалению. Но Торан и сам не собирался умирать, к слову, отлично разумея, что едва ли его намерения имеют хоть какую-то ценность или для кого-то важны. Вселенная лишена  привычки извиняться за свои ошибки и кроить ситуации по вашему шаблону.
- Да, - невнятно произнес Торан, борясь с сонливостью и надеясь, что женщина правильно истрактует его слова. – Только… на шею… жгут… не стоит…
Даже умирая Торан не был бы собой, не позволь он себе в последний момент огрызнуться в лицо обстоятельствам. Оставалось дождаться ответного оскала.
- А... А куда стоит? - поинтересовалась Лиза. - А... может какое-нибудь лекарство, чтобы остановить кровь? Или там... еще что-нибудь?
Тем временем она в темноте пыталась нащупать что-то, похожее на спонжи, повязки, бинты или хоть что-нибудь, по дороге опрокинув пару каких-то склянок.
- Вы только не засыпайте, хорошо? Не отключайтесь. Сейчас... О!
Нечто, более менее похожее на бинт (можно было закрыть глаза и представить, что он стерилен), было обнаружено во втором ящике четвертого стеллажа, и со своей находкой Лиза бросилась к раненному.
- Так, прекрасно! А где у вас рана, кстати?
__________________________________________
Совместно с Лизой

Продолжение следует...

« Последнее редактирование: 11 Ноября 2008, 22:52:15 от Торан »

Смерть - единственное, в чем не приходится сомневаться.
Offline  
11 Ноября 2008, 22:54:48 #44
Илама Толан

Re: Сезон 2, Эпизод 2

Продолжение последовало

Государственная психиатрическая лечебница, склад медикаментов.
07: 18 Улыбающийся


- Кордразин… два кубика, - медленно с расстановкой произнес доктор, пытаясь выловить хоть какие-то обрывки мыслей из киселя сознания. – Для повышения уровня… плазмы в крови… я… я не знаю… у меня рассечено запястье и, кажется… шея.
- Кор... Корд... О, вот кажется и оно! - радостно воскликнула Лиза, выхватывая гипоспрей и заправляя его лекарством. - Ну, я надеюсь, что это оно. Хуже ведь не станет, правда?
Женщина аккуратно присела возле раненого и прислонила гипоспрей к шее, в тайне надеясь, что делает все правильно.
- Так, дайте-ка посмотреть. На шее рана, кажется, не глубокая, а вот рука.... ой, - женщина никак не могла привыкнуть к необычному цвету крови, но решила пока не вдаваться в такие сложные вопросы. Допрос (т.е. распрос, конечно) она всегда успеет провести. - Сейчас, сейчас что-нибудь придумаю. Жгут нужен, да? - она приложила его к руке, стараясь одновременно перетянуть и при этом не причинить боли пострадавшему. - Так нормально? Я все правильно делаю? Как вас зовут?
- Да… все верно.
При всем желании, Торан уже практически не испытывал никакой боли, не считая настойчивой пульсации в сломанной левой, а, быть может, и правой ноге и давящей тяжести по сути легкого и спасительного бинта на правом запястье. В действительности перерезанные вены это отнюдь не больно, боль чувствует только кожа, а вены и сухожилья лишены подобного свойства. Рука доктора давно уже потеряла чувствительность, и он мог догадываться о действиях женщины только с ее слов.
- Мое имя… Торан.
Он бы, конечно, спросил имя его вероятной спасительницы, но даже сейчас, особенно сейчас в таком – зачем лгать самому себе – безвыходном положении не считал нужным проявлять чрезмерную общительность. Да, признаться, и не мог.
- Очень приятно, а я Лиза, - продолжала женщина светскую беседу, завязывая узел на бинте. Вроде бы так, все правильно. Что еще... Наверняка же можно что-то сделать!
- Ну, вот так. Крови вроде бы меньше, значит либо она вся уже вытекла , либо кровотечение остановилось, - довольно отметила женщина, хотя судя по состоянию Торану, лучше ему не стало. Даже обидно - все старания насмарку. - Скажите пожалуйста, что мне еще сделать? Или вы теперь сами поправитесь?.. Вам шкаф не мешает?
В другое время и в другом месте Торан непременно бы рассмеялся реплике Лизы и предложил ей, например, поинтересоваться не жмут ли ему родные кишки и не пора бы дать им немного свободы в виде прижизненной аутопсии, однако никакой веселости Торан не испытывал, с неподдельным отвращением думая, не явит ли отодвинутый стеллаж зрелище куда мерзостнее распоротых запястий – прорвавшие кожу кости голени, облепленные зеленовато-бурыми лоскутами мяса и въевшейся в них ткани форменных брюк. Но о худшем лучше не думать.
- Был бы… весьма признателен… если… освободите меня…
Лиза подумала, что ее предложение было хорошим. Просто отличным. Не считая того обстоятельства, что ей едва ли удастся оттащить тяжелую железную громадину. Но попробовать стоило. Она чувствовала себя ответственной за этого человека (или кто он там), и не могла его просто так оставить здесь. Она действительно боялась за Торана, и под всей своей напускной веселостью молилась, чтобы с ним ничего не случилось. Он же не может умереть у нее на руках? Не может ведь, правда? Что бы там Вина не говорила, Лиза - не убийца! И сейчас она была в этом как никогда уверена...
- Я попробую! Я не обещаю, что смогу, но...
Она попыталась оттащить стеллаж, и к ее удивлению, он и правда поддался. Не то, чтобы легко, и не то, чтобы сильно сдвинулся, но все же прогресс был. Обрадовавшись своей удаче, женщина и не заметила, как лицо раненого исказилось от боли при ее попытки передвинуть стеллаж.
Малейшего прикосновения стали стеллажа к изувеченной ноге хватило, чтобы Торан немедля ощутил невероятный, неописуемый приступ Боли, именно Боли с большой буквы и, пожалуй, собственным характером и привычками. Стиснув зубы и пальцы здоровой левой руки в кулак, доктор попытался не потерять сознание от шока, но, издав, тихий стон обмяк и уже не шевелился.
Оттащив, наконец, стеллаж в сторону и потирая поясницу, Лиза вернулась к Торану, довольная собой:
- Ну вот, сделала! Тяжелая же штука... Так лучше стало? Торан? Торан?! - она бросилась к нему, но тот лежал без чувств и никак не реагировал на ее тормошения. - Ну что же с вами такое?.. - пробормотала она, и слезы против ее воли брызнули из глаз.
Но такой слабости она не могла себе позволить. Убедившись, что ее "пациент" еще жив, хоть и находится в глубоком обмороке, она решилась на одну попытку. Если надеяться на свои медицинские знания не получалось, то можно было попробовать надеяться на силу голосовых связок.
Женщина бросилась в коридор в надежде найти помощь...

____________
Вместе с Тораном
Offline  
Страниц: 1 2 [3] 4
Перейти в:  


MySQL PHP Powered by SMF 1.1.15 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS