* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
20 Февраля 2018, 08:52:04 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 04 cентября 2384 года, утро
Страниц: 1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10
 51 
 : 26 Января 2018, 11:19:55 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Стыковочное кольцо, каюта Ракара и Тенека

Ромуланец отодвинул от стола стул и сел в него. Стакан он поставил на стол, а ладонями закрыл лицо. Было слишком тихо в каюте. Только чуткий ромуланский и вулканский слух распознавал гудение компьютерного терминала и звук дыхания. В коридоре стыковочного кольца, где жили кадеты, висела звенящая тишина. Ни сверху, ни снизу, ни из соседних кают - никто не создавал посторонних звуков.
Наконец, Ракар заговорил:
- Да, я понимаю. Простите, Тенек, сегодня был сложный день и закончился он не очень. Хотя бывало и похуже, и … я был не должен так. Я был невежлив, и прошу меня простить за это. Все мы ошибаемся, иногда из лучших побуждений. Это бывает. Само по себе озвучивание вслух диагноза – не смертельно, но очень неприятно. Тем, что это будет иметь последствия. Одно потянет за другое, другое за третье, и мы наконец выйдем к той секретной информации, для произнесения которой еще не настало время. Над этим надо еще работать, и мне придется кое-что форсировать. – Ракар понимал, что выражается туманно, что он не может сказать Тенеку об исследовании Делас прямо сейчас,  вообще, это Делас должна была решиться первой, что он к этому не готов, что к этому не готова Делас, к этому не готово командование, и еще, элементы их всех побери, не готова стратегия, которая помогла бы ему извернуться, и что-то придумать, чтобы убедить Делас и Тенека работать вместе, - и я очень прошу вас, будьте впредь осторожны. Я верю вам, и не считаю вас врагом. Не считал, не хотел считать, и … не буду. И я вам не враг. Знаете, в языке клингонов есть интересное слово – «панг». Оно означает прощение. Оно же синоним понятия «слабость». В языке ромуланцев есть слово «экхисай» – оно означает прощение, больше ничего. Я простил вас, вы не виноваты в том, что случилось. И я благодарен, что вы спасли Делас сегодня.
– Прощение не отменяет ответственности, – ответил Тенек, отлипая наконец от монитора. – Как вы справедливо заметили, последствия всё равно будут. Всё, что я могу сейчас сделать, это именно соблюдать осторожность и извлечь из этой ошибки максимум пользы для мисс Делас, например, при необходимости легально воспользоваться помощью сотрудников лазарета. К сожалению, у всего этого есть и другая сторона, вероятно, не слишком существенная для вас и мисс Делас, но имеющая большое значение для меня. Я предложил мисс Делас искать решение совместно, она же согласилась только принимать информацию. Предоставлять информацию с ромуланской стороны она отказалась. И это означает, что если решение будет найдено мной... если оно, конечно, вообще будет найдено кем-то из нас... так вот, если решение будет найдено мной, оно послужит спасению жизни в равной мере и вулканцев, и ригелианцев, и ромуланцев. Если же решение найдёт мисс Делас, ромуланцы получат своё лечение, а мой народ и жители Ригеля V продолжат умирать до тех пор, пока врачи Федерации не смогут найти решение самостоятельно. – Немного помолчав, Тенек добавил: – Сейчас я хотел бы знать не официальную позицию вашего командования, она и так достаточно ясна, но как лично вы бы восприняли этот вариант развития событий.
Ракар оперся о спинку кресла и снова взял стакан в руку. Вулканец отчетливо понимал проблему, этого было у него не отнять. Местами он был наивен до предела, но в некоторых других областях – разбирался даже более чем.
- Мы все следуем приказам своего командования, - сказал Ракар, - и поверьте, многие решения приняты не потому, что мы стремимся получить собственное преимущество и первенство, а для того, чтобы защитить свою расу. Иногда они бывают неверными по сути. Слова Делас продиктованы приказами. Но лично я считаю, что необходимости не делиться лекарством по синдрому Тувана – никакой нет. Это политическая ошибка. Но чтобы ее исправить, недостаточно пары слов и пары эмоциональных речей. Нужно время и понимание, нужны сторонники. Я собираюсь убеждать Делас в необходимости работать вместе с вами, но и от вас нужно – чуть больше, чем просто "логичные слова", как вы их понимаете. Перестаньте через слово говорить о взаимной ненависти и неприязни, как перестал говорить об этом я, решив найти в вас что-то большее, чем видел обычно. Может быть вам тоже стоит преодолеть века неприязни к нам.
– Так, как перестали вы? – переспросил Тенек. – Подозреваю, что у меня не получится до такой степени увеличить количество моих претензий к ромуланцам, – во взгляде стажёра на долю секунды промелькнуло что-то не вполне вулканское. – У меня нет неприязни к ромуланцам, – пояснил он вслед за тем, – у меня есть вполне обоснованное осуждение некоторых областей вашей официальной политики. В этом разница… не скажу «между мной и вами», но скажу «между мной и мисс Делас». Чтобы относиться ко мне неприязненно, для мисс Делас достаточно того, что я – вулканец. Вы когда-нибудь слышали, чтобы я осудил хоть одного ромуланца не за конкретный поступок, а за то, что он – ромуланец?
- Я был расстроен случившимся и уже извинился, - не мигнув ответил Ракар, - а все остальное – исторически сложилось, Тенек. И если вы лично – не испытываете неприязни, я не поручился бы за всех остальных ваших, особенно за ваше правительство. Не говоря уже о том, сколько на Ромуле вулканцев, изображающих из себя ромуланцев с вполне очевидными целями. Да, Тенек, от вас я не слышал, и благодарен за это, но не судите всех по себе. Я знаю немного больше, в силу служебного положения. Я только хочу сказать – что успех вашей совместной работы с Делас будет зависеть и от вас тоже.
– Тогда вы должны были заметить, что я работаю на успех нашей совместной работы вполне добросовестно, – напомнил Тенек. – Не думаю, что вы можете меня упрекнуть в предвзятости или пренебрежении долгом. Что касается того, кто из нас объективнее судит о вулканцах… Мистер Ракар, вы ни дня не жили на Вулкане и в силу своего служебного положения знаете только то, что происходит на своего рода «линии фронта» в затяжной холодной войне, причём даже не между Ромулом и Вулканом, а между Ромулом и Федерацией, в которой живут далеко не только вулканцы. Я же напротив всю свою жизнь прожил среди своего народа, и никогда не был его выдающимся представителем. Если мне что-то и удавалось особенно виртуозно, так это попадать по всем параметрам в самую середину статистики.
- Да, - Ракар поднялся со стула, - не могу упрекнуть, и не делаю этого. И конечно, между нами и Федерацией в целом. – Ромуланец подошел к койке, снял ботинки, лег, не раздеваясь, поверх одеяла, поставил на часах таймер на 01-00.
- Я очень ценю вашу помощь, на самом деле, еще раз простите, за все, что я сказал сгоряча.
– Я не был обижен, – Тенек тоже вернулся к своему занятию. – Вероятно, мне тоже следует извиниться, но это довольно бессмысленно, учитывая, что последствий моего поступка это всё равно не отменит.
- У землян есть поговорка – шила в мешке не утаишь, - сказал Ракар, - рано или поздно это все равно бы случилось. Я позабочусь о том, чтобы не было негативных последствий. Не переживайте ни о чем, забудьте.
Тенек, на секунду отвлёкся, собираясь вслух отметить абсолютную нелогичность последнего совета, но сообразил, что это всего лишь фигура речи и решил не слишком придираться.
– Я не переживаю, – напомнил он. – А у нас говорят «песок в пустыне не спрячешь». На Ромуле есть аналогичная пословица?
- Касательно нашей ситуации, я бы сказал лучше, что жребий уже брошен, а в любой момент жизни следует руководствоваться правилом – "я сделал все, что мог, кто может, пусть сделает лучше". И пусть великие Основополагающие Элементы нам помогут, - сказал Ракар, - а теперь, извините, Тенек, мне надо немного поспать.
– А мне много работать, – согласился с инициативой ромуланца Тенек. Работы и правда было невпроворот – на большую часть ночи.
____________
Совместно с Тенеком

 52 
 : 26 Января 2018, 11:19:21 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Стыковочное кольцо, каюта Ракара и Тенека

В каюту Тенек и Ракар шли вдвоем, рядом, на расстоянии метра друг от друга. Они шли молча. И воздух между ними казался наэлектризованным. Еще пару часов назад Ракар считал Тенека своим другом, что было в некотором роде невероятно для ромуланца, потому что Тенек был вулканцем. Еще вчера вечером Ракар просил Тенека о помощи, о наблюдении за Делас, он думал о том как сопоставить несопоставимое, и решить неразрешимое. Он пил с ним эль, делился сокровенным, пытался понимать, доверять. И еще он собирался защищать вулканца. Впрочем, защищать вулканца, как члена этого международного проекта, Ракар не собирался бросать. Но новые обстоятельства ударили громом небесным, напомнив Ракару о том, что вулканцам нельзя доверять, как и всем федератам в целом. Тенек сообщил вслух то, что Ракар просил держать в тайне. Он сказал бы ему диагноз Делас чуть позже, но все случилось так, что пришлось сказать раньше. И несмотря на всю проведенную вчера подготовку, разговоры о секретности, и о последствиях разглашения - Тенек … не принял это во внимание. Почему Тенек это сделал? Бешенство, ярость, разочарование и смятение, нахлынувшие поначалу - уже отступили. И то, что Тенек спас сегодня вечером Делас жизнь - никак не поправляло ситуацию в глазах Ракара. Он знал, что федератам не нужно процветание Ромуланской Империи, их благополучие и сила. Федераты, при удобных обстоятельствах, готовы сделать какую-нибудь подлость в сторону Ромула. Ракар отчетливо понимал, что и Империя делает то же самое. “Мы хотели проложить дорогу к звездам, а вместо этого погрязли в мелочных разборках - сначала с врагами, настоящими и выдуманными, потом друг с другом и, наконец, с собой”. Это сказал кто-то давно, слишком давно, но фраза врезалась в память. И никому нельзя было верить. Это не было для Ракара такой уж новостью, но он осознавал, что отношения на проекте немного расслабили его. Он перестал быть жестким, как ему было положено. Особенно в области космоса, далекой от пространства Империи.
Ракар вошел в каюту первым и прошел к компьютерному терминалу. Быстро проверил почту, загораживая монитор своим корпусом. Согласие на встречу в 2 часа ночи пришло, ромуланец стер сообщение, разлогинился, прошел к своей койке и сел на нее, прислонившись спиной к стене. Принялся безмолвно наблюдать за вулканцем.
Тенек включил компьютер и погрузился в изучение данных, которые получил при сканировании Делас. Судя по тому, что сказала Квинтилия, заботу о палаку она решила взять на себя, и вулканец не собирался ей мешать, даже был признателен: он мог без промедления приступить к анализу данных и к поиску всех самых последних и даже самых зыбких новшеств в вопросе синдрома Тувана.
Тенеку удалось выяснить, что Федерация пока не нашла лечения от этой болезни, но проводила несколько клинических исследований - новые препараты не лечили синдром полностью, но увеличивали длительность жизни и ее качество.
Так обстояли дела в области фармакологии. Однако на стыке нескольких медицинских дисциплин обнаружилась… нет, не спасительная методика, как надеялся Тенек, а всего лишь идея, выдвинутая исследовательской группой, которой руководили Хацур с Ригеля V, Вартенис с Вулкана и Драал с Теллариса. Идея была совсем недавней, подкреплённой только теоретическими выкладками и голографическими симуляциями и совершенно не опробованная на практике. Собственно, она была даже не опубликована в виде порядочной статьи (в базе данных стояла пометка, что публикация на стадии подготовки) – сухие выжимки были разосланы медицинским учреждениям в качестве потенциальной возможности для разработки, если конечно в этом возникнет необходимость, и если идею воспримут всерьёз.
Через некоторое время Ракару надоело сверлить взглядом спину Тенека. Ракар не раздевался, на встречу к торговцам он планировал идти в гражданском, мундир Тал Шиар ему светить на этой встрече не хотелось. Ромуланец вытащил из под кровати бутылку эля, налил себе в стакан, выпил залпом, затем подошел к Тенеку и встал за его спиной.
- Могу я спросить, что вы делаете, мистер Тенек?
– Читаю, – лаконично отозвался вулканец, не отрываясь от экрана.
- Это я вижу, - ответил ромуланец, который на том языке, на котором читал Тенек –  разбирал чуть больше, чем ничего. Ракар не специализировался на вулканцах, он знал как выглядят наиболее распространенные слова, но не более. – Что вы читаете, мистер Тенек?
– Наиболее логичное предположение – что я изучаю информацию по синдрому Тувана. И оно верно, – ответил невозможный вулканец.
- Логика, - произнес Ракар с явным оттенком презрения, - “наиболее логично предположить”. Вам все диктует ваша логика, любую вещь вы можете обосновать при помощи логики. Любую подлость – также. Иногда вы не договариваете, уходите от ответов, козыряете логикой, и утверждаете, что вулканцы никогда не лгут, но именно эта полу-правда зачастую является более страшной вещью, чем ложь сама по себе. Никогда не знаешь, чего от вас ждать. Вы с каменным лицом говорите о логике, соглашаетесь, обещаете, а потом с таким же каменным что-то осуществляете, и оправдываете себя, тем , что не лгали. Подумаешь, вы просто не сказали всей правды! – Ракар неопределенно провел рукой, и отошел от Тенека, остановившись у стола, - любую подлость вы можете логически обосновать. Я не прав?
– Вряд ли вы оцените, если я сделаю анализ вашей речи с точки зрения объективности, – заметил Тенек.
Ракар резко развернулся лицом к Тенеку. Смерил его высокомерным взглядом. Сейчас он жалел, что лишился ментального сканера, в тот самый раз, когда они пытались выручить медальон Энн. Какая глупая потеря. Как он оказался недальновиден и глуп. Допросить Тенека, вот что нужно было бы сделать сейчас. Но все же он понимал, что этим действием навредит куда больше, чем поможет. Решение должно быть политическим.
- А как с точки зрения объективности вы проанализируете собственные действия? Я вчера достаточно доходчиво рассказывал вам о кое-каких вещах, о необходимости секретности. Меня не было, но из реакций остальных – я понял, что вы произнесли диагноз Делас вслух, и наверняка лазарет станции тоже слышал, ведь была включена связь.
– Это было сказано в том числе и для лазарета, – лаконично подтвердил Тенек.
Ракар сжал кулаки и с трудом удержался, чтобы не ударить кулаком в стол. Чтобы успокоиться, он пару раз вдохнул-выдохнул и посмотрел на звезды, видимые в иллюминаторе каюты. Немигающие, чужие звезды.
-  Есть две возможные версии причин того - что вы сделали: первая - намеренное озвучивание вслух, чтобы подставить меня под последствия разглашения, вполне логичная и обоснованная причина, это называется предательством, ведь я вам доверился, и просил о помощи; и вторая - ненамеренная ошибка, продиктованная стечением обстоятельств, вашим волнением, и необходимостью спасти Делас любым путем, любой ценой. Какая верна?
Всё с тем же непроницаемым выражением лица Тенек снова отвернулся к экрану.
– Это неважно, – сказал он. – Я предупреждал вас, что вы слишком рано выносите мне оценку и называете меня своим другом. Теперь вы увидели некоторые негативные стороны моей личности, причём далеко не все. У вас есть веская причина изменить своё мнение.
Ракар повернулся к Тенеку и некоторое время смотрел в его спину. Эмоциональная вспышка прошла. Он снова был холоден и профессионален.
- То есть, вы таким образом сообщаете мне, что вы мой враг? – ровно, без эмоций спросил Ракар.
– Подобные вещи не зависят от чужих слов. Кто друг, а кто враг, каждый решает сам, – Тенек не отрывал взгляд от монитора, словно не говорил, а читал с него. – Что бы я ни сказал, вы не можете знать, что я сказал вам правду.
Ракар глубоко вздохнул и рассмеялся. Смеялся Ракар не долго, это был мимолетный порыв, и в этом смехе была только горечь, ничего от смеха, только сожаление и затаенная боль. Еще какое-то время он молчал, пока наливал себе вторую порцию эля.
- Вы совершенно не понимаете концепцию врага, Тенек. Придется мне быть невежливым. Вы либо невероятно наивны, либо тончайший манипулятор и интриган. И я действительно пока не знаю точно, кто вы. Враг, мистер Тенек – это тот, кто намеревается принести вам вред, строит планы против вас, собирается их осуществлять и осуществляет. История наша с вами очень показательна. Вся двухтысячелетняя история, но сейчас не время для лирических отступлений. Да, я не знаю, врете вы или нет. Но попробуйте сказать, в чем настоящая причина ваших действий? Почему вы… Почему вы так подставили меня? Может быть я поверю.
«Потому что вы выбрали один из худших моментов для того, чтобы сообщить мне это», – невольно подумал Тенек. Один из худших а не самый худший, потому что самый худший вариант был вовсе не сказать, так как это могло привести к смерти Делас. Стажёру очень хотелось сказать, что если бы Ракар сообщил ему диагноз хотя бы за пять минут до приступа, никакой подставы не случилось бы, но ромуланец вместо этого столбом стоял возле Квинтилии и самым нелогичным образом демонстрировал ей ромуланскую версию матримониального поведения. Ещё Тенеку хотелось сказать, что если бы Ракар вообще промолчал, Делас пришлось бы доставить в лазарет, и там её диагноз всё равно выяснился бы, с той лишь разницей, что о нём не узнали бы товарищи по проекту, да ещё время было бы упущено. Возможно, с фатальными последствиями.
Всего этого Тенек не сказал. Прежде всего, потому что ошибки Ракара ни в малейшей степени не отменяли его собственных ошибок и не делали его собственный поступок менее недостойным и менее фатальным. Никакие оправдания не могли изменить того, что обмолвка Тенека могла стоить и Ракару, и Делас жизни. Тенек подвёл человека, который доверился ему, и никакого оправдания этому быть не могло. А упоминание Квинтилии вообще было бы настоящим «ударом ниже пояса».
– Я был сосредоточен на состоянии мисс Делас и на том, чтобы реанимационные меры были приняты вовремя, без фатальных для неё последствий, – заговорил наконец вулканец, продолжая плавить взглядом экран компьютера. – Вероятно, слишком сосредоточен, потому что не осознал того, что ваши слова не были слышны остальным присутствующим. Как следствие, я принял их за сигнал об аннулировании договорённости о неразглашении в связи с чрезвычайными обстоятельствами, и позволил себе выбрать наиболее прямой и эффективный способ достижения цели.
_______________
Совместно с Тенеком

продолжение следует...

 53 
 : 26 Января 2018, 10:16:34 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Утара Рилл
3 сентября, поздний вечер
ДС9, каюта Утары Рилл


Утара действительно поступила так, как пообещала Иламе Толан: вернувшись в каюту, она отыскала гала Тенму с помощью станционного компьютера.
Как и раньше, когда пытались найти младшего Тенму, компьютер отобразил местоположение всех кардассианцев без бейджей Звездного Флота на станции на станции - их оказалось больше, чем раньше, почти два десятка. Очевидно, это было связано с прибытием на ДС9 кардассианского корабля “Виетор”, который был сейчас пристыкован к верхнему пилону станции. Большая часть кардассианцев находилась в баре Кварка и на Променаде. Один биосигнал был расположен в лазарете, там, где Утара оставила Иламу Толан, и один находился в главном офисе станции.
Также довольно неожиданно Утаре удалось получить доступ к манифесту кают станции. Вероятно, это действовали новые привилегии координатора проекта.
Одна из кают как раз была забронирована на имя Тенма.
Первым делом Утара уточнила, какой именно Тенма из двух, имеющихся на станции, затем ещё раз запросила компьютер о наличии биосигналов в каюте. Не только кардассианских, но и вообще любых: она не решалась отправить сообщение в присутствие посторонних.
 Компьютер подтвердил, что каюта принадлежит Тенме-старшему и что сейчас в ней не находится ничьих биосигналов.
Болианка села за компьютер писать сообщение. Оно было коротким, но Утара переписала его несколько раз, и всё равно осталась недовольна содержанием. Она просила встречи, объясняла, что это касается сына гала Тенмы, однако не пересказывала там минувших событий. Подписалась Утара полностью, не забыв включить в подпись то, что является исполняющей обязанности координатора проекта – сегодня это была ещё она. Оставалось надеяться, что гал Тенма не откажет ей во встрече.
Отправив письмо, Утара приготовилась ждать: ответного письма, вызова или... ничего.
 Через полчаса в каюту Утары позвонили.
– Советник Рилл на связи, – отозвалась болианка чуть дрогнувшим голосом и тут же постаралась взять себя в руки.
– Это гал Тенма, - отрывисто донеслось в ответ, - Вы писали мне. По поводу моего сына. Что вы хотели мне сообщить?
– Я виделась с ним примерно полтора часа назад, – сказала Утара, – и его душевное состояние внушает мне большие опасения. Похоже, он в отчаянии, а при упоминании того, что вы находитесь на станции, он был ошеломлён и испуган. В таком состоянии молодые люди способны на многое, в том числе на фатальные ошибки. Я не знаю, какие именно у вас проблемы, но вам нужно найти его и поговорить с ним как отец с сыном, как говорят близкие люди. И это нужно сделать как можно быстрее, потому что страх перед встречей с вами заставил его буквально бежать.
Утара помолчала, потом сказала, с трудом сдерживая волнение:
– Тем не менее, я думаю, сейчас ему очень нужен именно отец. Не гал Тенма, а просто отец, уж простите меня за мою бестактную прямолинейность.
– Я знаю, - после паузы ответил Тенма, - Я прилетел на станцию специально, чтобы поговорить с ним.
Утара с некоторым облегчением вздохнула: было похоже на то, что отец Джеза – хороший человек.
– Беда в том, что я не знаю, где его искать, – сказала она. – И ещё в том, что искать его можете не только вы: вчера он попал в непонятную и пугающую историю. Можете считать, что я ненормальная истеричная тётка, но возможно стоит обратиться за помощью к администрации и службе безопасности станции? Я понимаю, что это ваше личное дело, но после того, что случилось вчера…
– Что случилось вчера? - бросил Тенма.
– Я не уверена, что об этом следует рассказывать по связи, – засомневалась Утара. – Но если вы настаиваете, я расскажу здесь и сейчас.
– Сейчас я стою за дверью вашей каюты, - внезапно сообщил Тенма, - Откройте дверь, советник Рилл.
Утара непроизвольно вздрогнула и подошла к двери.
– Входите, – чуть запнувшись, сказала она, когда дверь растворилась. – Хорошо, что вы сразу пришли…
«И напугали меня до полусмерти»,  – несправедливо добавила она про себя.
– Раз вы здесь, я конечно же всё расскажу, - добавила она, сперва делая приглашающий жест, а затем и сама садясь в кресло.
Гал Тенма чуть ли не с трудом протиснулся широкими плечами в дверь каюты. В гостинной сразу же стало как будто теснее и темнее. Он присел на край кресла, и оно чуть слышно заскрипело.
– Что случилось вчера?
Ещё раз тяжело вздохнув, болианка рассказала о вчерашнем похищении.
– Я понимаю, - медленно произнес Тенма, - Но вам не следует беспокоиться, госпожа координатор. Это семейное дело. Это “похищение” было организовано по моему приказу.
Утара едва не схватилась за сердце, но, удержавшись, лишь на секунду прикрыла глаза.
– Зачем? – печально спросила она. – Я понимаю, что я – чужой для вас человек, и вы не обязаны мне отвечать, но неужели вы настолько не верите в своего сына? Неужели он заслуживает того, чтобы его судьбу решали без его участия, словно он вещь, не имеющая сердца, разума и воли?
– Он не готов, - проронил гал Тенма.
– Ещё не готов или уже не готов? – мягко спросила болианка. – Родители часто слишком долго считают своих детей неготовыми, а потом оказывается, что время упущено, и рассказать о важном ещё опаснее и труднее, чем было ещё совсем недавно. Или же происходит вот так, как это случилось вчера: одно необдуманное действие, и доверие разрушено, и близкий человек кажется чуть ли не врагом.
– Ни еще, ни уже, - ответил кардассианец, - Все, что я делаю, необходимо для его защиты. Я прилетел на станцию, чтобы найти его, но теперь он не хочет меня видеть.
– Потому что для его защиты ему нужен не гал Тенма, который всё за него решит и если нужно связанным отвезёт домой, – горько сказала Утара, – а отец – просто отец, который способен любить его таким, какой он есть, и принимать его собственный выбор. Может быть, ваш сын придёт к вам сам, если вы сумеете сообщить ему о своей готовности к этому. Только это должно быть правдой, а не уловкой, направленной на то, чтобы заполучить его в своё распоряжение и снова попытаться защитить и осчастливить силой.
– Вы не понимаете. Есть люди, которые хотят причинить нам вред. И защитить от них может именно гал. Наша жизнь - в опасности, если он не будет выполнять мои правила и приказы. Он ослушался и не пришел к доктору Глессину вовремя, поэтому у меня не было другого выбора, - мрачно ответил Тенма.
– Возможно, если бы вы рассказали ему всё, как есть, и объяснили смысл ваших правил и приказов, он бы вас послушался? – предположила Утара. – Подумайте, если есть люди, которые хотят причинить вам вред, вы можете погибнуть, так и не успев предостеречь своего сына. Что тогда? Иногда неведение может погубить ещё вернее, чем излишняя осведомленность. Зная, что ему грозит, он может защищаться, не зная, окажется перед опасностью нагим и беззащитным.
– Возможно, - с каменным лицом ответил Тенма, - Но я этого не сделал. Какой смысл думать об этом теперь? Вам известно, кто видел моего сына последним?
– Боюсь, что я, – призналась Утара. – Мы говорили здесь, перед дверью моей каюты. Зайти он отказался.
Болианка посмотрела на кардассианца и покачала головой:
– Гал Тенма, может быть, обдумать всё это имеет смысл. Если вам удастся найти своего сына, просто перестаньте ненадолго быть галом. Есть мгновения, когда чинам не место в семейном разговоре. Кто бы ни желал вам зла, это не ваш сын, сделайте его своим союзником, а не врагом. А путь к этому один – искренность, уважение к его собственному выбору и доверие.
Ещё немного подумав, советник добавила:
– Возможно, есть одна зацепка… он обмолвился, что хочет попрощаться со всеми, кто для него важен, и хотя я не знаю, кого конкретно он имел в виду, можно сделать несколько предположений. Здесь в проекте у него есть хороший друг, это – Освальд Макдауэлл. Ещё он может испытывать признательность к тем, кто участвовал в его спасении. Одного из них уже нет на станции, но трое других здесь. Это всё тот же Освальд, а ещё Артур Лайтман и М’Кота. Даже если он не придёт ни к кому из них, с Освальдом вам стоит поговорить: он больше всех общался с вашим сыном, может быть, у него возникнут какие-нибудь идеи.
– Благодарю, - произнесл Тенма, вставая с кресла, а затем, добавил, - Его выбор не может быть адекватным, если он не знает правды. Но правда для него слишком опасна.
– А вы не думали, что он уже знает? – спросила Утара. – Судя по тому, что я слышала во время похищения, один раз ему уже рассказали обо всём. Джез совсем не глуп, а память – цепкая штука. Может быть, доктору Глессину удалось затуманить её, но где гарантия, что он не вспомнит об этом, причём в самый неподходящий момент? Боюсь, попытка снова скрыть всё от него может обойтись и вам, и ему намного дороже откровенности!
– Я уже говорил, что приехал на станцию поговорить с сыном, - повторил гал Тенма, как будто это все объясняло, - А ВЫ уже знаете эту правду?
– Нет, – искренне ответила Утара. – Если бы я знала, возможно, мой разговор с Джезом сложился бы иначе.
– Это хорошо, - констатировал гал Тенма, - Тогда вам ничего и ни от кого не грозит. Спокойной ночи, госпожа координатор.
Тяжелыми шагами он двинулся к выходу из каюты.
«Ой-ой, – с тревогой подумала Утара, – Кажется, я знаю, кому в таком случае грозит!» Ей снова захотелось придушить неугомонного вулканца.
– Спокойной ночи, – сказала она с некоторым опозданием, и отогнав жуткие мысли уселась за компьютер: нужно было разослать напоминание о завтрашнем собрании (на случай если половина кадетов от избытка счастья забудет об этом) и переделать кучу рутинной (в древности сказали бы «бумажной») работы.
____________________
С аж целым галом Тенмой

 54 
 : 25 Января 2018, 11:17:06 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Стыковочное кольцо, “Анадырь”

Дождавшись, что выберет Квинтилия, Ракар не стал дальше их слушать и зашёл в медотсек. Он надеялся, что Делас еще не спит, несмотря шокированное состояние.
Делас действительно не спала: она лежала на подушке с закрытыми глазами и что-то тихо говорила, а возле нее на стуле сидели экстренная медицинская голограмма «Дженни» и держала ее за руку. Едва услышав звук открывающейся двери, ромуланка распахнула глаза и заморгала, уставившись на Ракара – по всей видимости, она больше никого не ожидала увидеть.
- Что-то случилось? – Делас приподнялась на локте.
Видеть голограмму Звездного флота, которая держит за руку ромуланку было как минимум оригинально. Но на самом деле Ракар ждал именно вспышки гнева, угроз, и отчаяния от Делас. Всего того, что он должен был всеми силами исправлять. Вместе с исправлением ситуации.
Скользнув взглядом по голограмме, Ракар посмотрел на Делас.
- Я принёс пижаму, - сказал ромуланец, - тебе помочь переодеться? Ничего не случилось, все в порядке.
Делас смотрела на Ракара, что-то обдумывая.
- Хочешь, чтобы Квинтилия ревновала? – губы ромуланки скривились в улыбке, а затем она решительно протянула руку: - Нет уж, сама справлюсь. Я сейчас выгляжу жалко и не хочу, чтобы ты меня видел такой.
Ракар чуть нахмурился. Он мог бы сказать, что Квинтилия ревновать не будет, он мог бы сказать, что у него нет никакой надежды, он мог бы сказать, что видел и не такое, что он работает в Тал Шиар и видел пленников в разном состоянии, но все это нельзя было говорить при ЭМГ Дженнифер. Ракар прекрасно помнил историю о том, как две медицинские голограммы Звездного флота отбили сравнительно недавно захваченный новый прототип корабля Федерации. Выживших ромуланских солдат недавно обменяли. Он мог бы сказать и многое другое, но мысль надо было обдумать, как минимум до утра. Сейчас он должен был заняться делом Тенмы. И вместо этого всего он сказал только:
- Ты сейчас выглядишь вполне нормально, Делас. Не беспокойся, я не оскорблю тебя жалостью. У меня есть только один вопрос – скажи, ты действительно пропустила прием лекарства? Не что-то иное? Или это ускорение?
Она не ответила, только опустила голову и уперлась подбородком в одеяло.
- Все в порядке, - голосу Делас не хватало убедительности.
Ракар снова скользнул взглядом по ЭМГ.
- Скажи мне, Делас, я должен знать точно. – Ромуланец подошел ближе к ней и положил пижаму на койку.
- Зачем? – ромуланка подняла лицо на Ракара.
Ракар посмотрел девушке в глаза.
- Затем, что я не хочу твоей гибели. Чтобы знать, чего избегать, и как оперативно помочь тебе, не подвергая тебя стыду, предупреждая твою беспомощность. Я подозреваю, что лекарство было принято вовремя, но случилось что-то еще. Что это было, Делас?
- Ничего не случилось, - буркнула Делас. – Просто оно не сработало так, как работает обычно. Я работаю над новым составом, но мне нужно время и нормальная лаборатория. Может быть, новое лекарство будет уже завтра, может быть, оно подействует…
Ракар вздохнул, ощущая свою полную беспомощность и невозможность ничем помочь. Он положил руку на плечо Делас и чуть сжал.
- Ясно, - сказал он, - попробуй поспать, я приду утром и мы поговорим.  А пока переоденься, в этом платье действительно неудобно… спать. Дженнифер, - ромуланец перевел взгляд на голограмму, - вы позаботитесь о Делас?
- Да, - кивнула голограмма, - мистер Тенек уже попросил меня об этом.
- Спасибо, - кивнул Ракар, развернулся и пошел на выход.
- Я рада, что ты зашел, - донесся ему вслед голос Делас. – Мне это очень… очень приятно.
Ракар обернулся от порога.
- Иначе и быть не могло, Делас, - тихо сказал он, - до встречи утром. Я принесу тебе форму, чтобы не надо было идти по станции в этом всем, - он кивнул на пижаму, - мы поговорим, о важном. А пока ни о чем не волнуйся. Доброй ночи.
И ромуланец покинул медотсек.

Ракар на выходе из медотсека придал себе скорости, намереваясь догнать Квинтилию, если она не ушла далеко. Однако и Тенек и Квинтилия все еще были в катере, хоть и на выходе. Ракар резко остановился на выходе, пытаясь сдержать презрительную гримасу, которая бы стала отражением его чувств по отношению к Тенеку, которого он снова увидел.
- Квинтилия, - сказал Ракар, не обращая на вулканца больше никакого внимания, - завтра пробежка в 6:30. Прошу прощения, сегодня я разбудил вас слишком рано. А вечерняя тренировка в 20-00. Это будет оборона и нападение с кинжалом, или с длинной палкой, на ваш выбор. Ромуланский метод ближней борьбы. Я не звал никого другого на вечернюю тренировку, вы можете сами позвать, если хотите.
-Хорошо, - Квинтилия коротко обозначила, что услышала Ракара.
– До завтра, мисс Перим, – вежливо попрощался Тенек. – Если вам будет нужна помощь с Парнусом, вызывайте.
- И еще, - Ракар сказал чуть тише, мельком глянув на Тенека, - вы назвали Делас своим другом, недавно. Если вдруг вы… посчитаете возможным поговорить с ней, будет хорошо если вы сделаете это завтра. Она… нуждается в участии, и обозначении доверия.
_________________
с Делас, Квинтилией и Тенеком

 55 
 : 25 Января 2018, 10:20:13 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Тенек
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Стыковочное кольцо, “Анадырь”


– Не думаю, что невозможно, но сомневаюсь, что это было бы быстрее, чем задавать вопросы, в том числе и потому, что у разных людей в ситуации мисс Делас была бы разная способность к сосредоточению и координации движений. В целом же, если падд под рукой, и пациент способен сосредоточиться на письме, это можно считать альтернативным вариантом.
– Значит, вы не считаете это глупой идеей, - полуутвердительно произнесла Квинтилия.
– Нет, это хорошая рабочая идея, – ответил Тенек. – Если бы падд был сразу в конференц-зале, мы могли бы начать с неё и лишь в случае неудачи перейти к вопросам. И я должен сказать, что остальные ваши действия также были грамотными и оперативными.
– Самрита успела принести падд до того, как я начала задавать вопросы, - тихо ответила Квинтилия, - Мы работали вместе с ней, и у нас бы получилось, если бы нам дали продолжить, если бы в наши действия верили. Верили, что эти действия осмысленные, адекватные и направлены на помощь. А получилось, что Самрита бегала зря, я мне пришлось начинать выстраивать процесс коммуникации по новому методу и начинать с начала, бросив то, чего уже удалось достичь. Это была не очень хорошая командная работа, мне кажется. Пожалуйста, в следующий раз верьте в окружающих больше…
– Это не было связано с неверием в вас или мисс Баккер, – покачал головой Тенек. – Я предложил вам задавать вопросы, когда мисс Баккер ещё отсутствовала. Мы не могли знать наверняка, что она вернётся быстро: её могла задержать какая-нибудь случайность, в этом случае к её возвращению мы могли бы по крайней мере исключить одно или два места, а если бы она задержалась дольше это не оказалось бы фатальным, поскольку у нас был запасной вариант. Когда оказалось, что она пришла быстро, у вас появилась альтернатива, которую вы могли озвучить, поскольку у нас была пауза: мы ожидали сигнала от мистера Лайтмана к телепортации. Я не думаю, что наша командная работа была плохой, в критической ситуации нормально озвучивать разные варианты действий, какие-то из них используются, какие-то отсеиваются, главное, чтобы был достигнут необходимый результат.
– В подобной ситуации я всегда буду слушаться ваших приказов и не буду с вами спорить, - опустила голову Квинтилия, - Я буду делать то, что вы скажете, потому что вы - врач. Вы сказали, как поступить лучше - и я так поступила. Но теперь меня мучает обида, что мои усилия, а также усилия другого человека были потрачены зря. Что их просто отмели в сторону, отдав другой приказ, даже не дав нам попробовать довести дело до конца. Так я это вижу. В чем моя ошибка? Как мне поступить в следующий раз, чтобы избежать этого? Меньше вас слушать? Больше с вами спорить? Не проявлять инициативу, чтобы она не оказалась напрасной?
– Ни то, ни другое и ни третье, – несколько озадаченно ответил Тенек. – Для начала инициативу проявлять нужно всегда – чем больше предлагается альтернатив, тем больше шансов выбрать кратчайший путь к цели. Соответственно, ни одна из них не оказывается бесполезной, поскольку часто способы достижения цели оцениваются в сравнении. По этой же причине, если ваша идея не была использована, нет причин для негативных эмоций. Если же мы говорим о той конкретной ситуации, то идеальным вариантом для неё было бы синтезировать обе идеи, написать на падде несколько наиболее вероятных мест и предложить мисс Делас отметить правильное, а затем при необходимости конкретизировать местоположение.
– Если все тянут одеяло на себя и высказывают свои идеи - ничего не получится, - тихо сказала Квинтилия, - Я заметила, что мы повторяем это снова и снова, не слушая друг друга. Как с аварией “Эльбы”. И как на Волане II. В этот раз нам повезло. Но что будет в следующий? Мне страшно.
Она покачала головой.
– Мне кажется, нам всем стоит об этом подумать. Спокойной ночи, мистер Тенек. Я пойду кормить и выгуливать Парнуса.
– Подождите, мисс Перим, – попросил Тенек. – Кажется, я прямо сейчас не могу вас понять. Почему вы думаете, что мы не слушали друг друга? И почему вы решили, что с моей стороны это был приказ, неизбежно отменяющий ваши действия? Формулировка «возможно, вам лучше» не носит приказного характера, в неё грамматически заложена альтернативность, и она даже не содержит в себе глагола в повелительном наклонении. Когда я именно требовал – например, требовал принести аптечку – я и формулировал свои слова соответственно. По-моему, вы тоже не совсем верно оценили эту ситуацию.
– Возможно, для вас это стало сюрпризом, но вам надо быть готовым к тому, что вас захотят слушаться беспрекословно и подчиняться вам. Потому что то, что вы говорите, то, что считаете лучшим - важно и может спасти жизнь. Иногда с вами не спорят, и это может оказаться сложнее, чем если бы спорили, - все так же тихо, но так же твердо сказала Квинтилия, стоя у выхода из “Анадыря”, - Однако… еще мне интересно, что вы имеете в виду под “вы тоже не совсем верно оценили ситуацию”? Если я - тоже, то кто еще?
– Я, – сказал Тенек. – Прямо сейчас, потому что не совсем понимаю ваше беспокойство и происхождение ваших выводов. И тогда, потому что некоторые мои действия были не наилучшими в сложившейся ситуации. И по этой причине я считаю, что всё немного сложнее, чем вы сейчас говорите. Между бездумным повиновением и самоуверенным игнорированием приказа существует пространство для интеллектуального осмысления ситуации и обдуманного маневрирования, которое позволяет всей команде более гибко реагировать на происходящее. Главное здесь – знать меру. Именно поэтому очень важно понимать обязательный или рекомендательный характер имеют слова наиболее компетентного в каждом конкретном случае человека. Например, если во время аварии мисс Баккер скажет «дайте быстрее ремонтный набор» – здесь нечего обсуждать, нужно как можно быстрее выполнить её требование. А если уже в менее опасный момент она скажет «возможно, лучше пожертвовать точностью сканирования в пользу большего радиуса охвата», не будет ничего плохого в том, чтобы высказать несколько альтернативных вариантов решения проблемы или конструктивное возражение. Или сообщить о том, что появился дополнительный фактор.
Квинтилия слабо улыбнулась.
– Теперь мне немного спокойнее за наше будущее. Спокойной ночи!
В этот момент дверь медотсека открылась и из нее вышел Ракар.
_________________
с Квинтилией и Ракаром

 56 
 : 25 Января 2018, 10:17:34 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Тенек
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Стыковочное кольцо, “Анадырь”


Выйдя из медотсека катера, Тенек столкнулся на пороге с Квинтилией.
– Я приготовила пижаму… - произнесла она, будто извиняясь.
Ее глаза странно блестели.
– Это хорошо. Может быть, мистер Ракар передаст её мисс Делас? Вы мне нужны ненадолго, у мисс Делас есть просьба насчёт её палаку.
 Квинтилия обернулась и передала аккуратно сложенную темно-голубую пижаму Ракару, а затем вопросительно посмотрела на Тенека:
– Делас останется в медотсеке на ночь?
– Да. Я включил ЭМГ, чтобы она не оставалась без присмотра.
Квинтилия выглядела... эмоционально. Впрочем, с людьми, внешне непохожими на вулканцев, Тенеку в этом отношении было проще, и он констатировал:
– Вы... переживаете.
– Да, вас это удивляет? - ответила Квинтилия и быстро вытерла глаза рукой.
– Нет... – Тенек ненадолго замолчал, снова ощутив себя неуверенно. Знала ли Квинтилия про синдром Тувана? Впрочем, даже если не знала, база данных была к её услугам. – Мисс Перим, – сказал он наконец, – вулканцы принимают свершившиеся факты, но пока негативный исход не стал фактом, мы используем каждый шанс, чтобы его избежать. Я не могу обещать вам, что мисс Делас выживет, но я могу вам обещать, что мы используем каждый шанс, каждую, даже самую ничтожную возможность, чтобы она выжила.
– Спасибо, - тихо ответила Квинтилия, - Я провела с Делас много времени во время регаты и в своей каюте и, наверное, начала считать ее другом. Поэтому… мне тяжело знать, что ей осталось жить год или, возможно, меньше.
– Мисс Делас просила позаботиться о её палаку, пока она будет в медотсеке, – сказал стажёр. – Существа, обладающие животным разумом, более уязвимы эмоционально, чем существа нашего уровня интеллекта, и его поведение может отклониться от обычного. Вам нужно будет его успокоить. Мисс Делас сказала, что он любит сидеть на её кровати, и если вы некоторое время посидите там вместе с ним, возможно, он перестанет испытывать страх и неуверенность из-за отсутствия своего доминанта, но для этого вам нужно будет обрести внутреннее равновесие самой: многие животные обладают развитой эмпатией, и беспокойство существа находящегося поблизости может им передаваться.
– Вы беспокоитесь о душевном состоянии палаку? - удивилась Квинтилия.
– Мисс Делас взяла на себя ответственность за него, сейчас, пока она в медотсеке, эта ответственность возложена на нас, и было бы неэтично ею пренебрегать, – пояснил Тенек.
Он не стал уточнять, что вулканцы тоже способны к эмпатии, и во многом именно это сделало обычай избегать животной пищи настолько распространённым. Трудно себе представить человека, который мог бы съесть того, чей разум способен почувствовать и чьи эмоции мог бы разделить!
Ракар держал в руках свернутую синюю федеральную одежду для медотсека и молча слушал разговор Квинтилии и Тенека. И он был немало удивлён тем, что Квинтилия назвала Делас другом. И еще он видел как она переживает не за себя. Девушка едва сдерживала слезы. Наверное это было важно, пустить ее сейчас к Делас. Его гнев в сторону Тенека слегка утих, сменившись холодным осознанием реальности и возможных последствий, но это все была не проблема, о которой следовало думать сейчас. Ракар взглянул на хронометр и сказал:
– Перим, если хотите - отнесите ей пижаму, я могу позаботиться о пауке, и заодно уберу бардак, что оставил в вашей каюте. Не беспокойтесь, других вещей я не трону.
– Вы же не будете там ночевать, – напомнил Тенек. – Ночью там будут только мисс Перим и мисс Акрита.
Квинтилия посмотрела на Ракара.
– Там, в ангаре, мистер Тенек сказал, что назначает меня помогать ему. Это значит, что на какое-то время между нами установилась цепочка командования, как между офицерами на космическом корабле. И это будет продолжаться, пока мистер Тенек не скажет, что я свободна, или пока экстремальная ситуация, в которой мы должны считать распоряжения мистера Тенека приоритетными, не закончится. Поэтому если мистер Тенек сказал мне позаботиться о пауке - я пойду и позабочусь о пауке.
И Квинтилия пошла к выходу из катера.
– Мистер Тенек, - сказал Ракар переведя взгляд со спины Квинтилии на вулканца, - разрешите ей… пожалуйста, зайти к Делас. Это может быть важно, - добавил ромуланец понизив голос.
Тенек в некотором замешательстве смотрел на Квинтилию, затем сказал:
– Мисс Перим, это не был приказ. И я не говорил, что вы должны идти туда немедленно. Я обратился к вам с просьбой и собирался предложить распределение обязанностей. В частности, я собирался сам выгулять животное и позаботиться о его шерсти, вам же предоставить покормить его и присмотреть за ним ночью. Пока я вывожу Парнуса на прогулку, у вас достаточно времени, чтобы повидаться с мисс Делас.
Квинтилия обернулась и тоже в замешательстве посмотрела на Тенека.
– Мистер Тенек, вы - врач. В данной ситуации вы - главный и все должны вас слушаться. Мне это казалось важным и необходимым. Отсутствие четкой цепочки командования в экстремальной ситуации ведет к трагическим последствиям. Но видимо, эта ситуация закончилась и я снова могу сама выбирать, что мне делать?
– Да, – подтвердил Тенек, – поскольку непосредственная опасность для жизни мисс Делас миновала, сейчас все мои слова носят характер предложений и рекомендаций, а не приказов.
– Тогда я выбираю пойти и покормить Парнуса, - ответила Квинтилия, - Но сначала… я бы хотела задать вопрос. Там, в ангаре, когда Делас упала, а потом пришла в сознание - как вы оцениваете шанс, что она могла бы поднять руку и пальцем написать несколько символов на планшете? Это было возможно или нет?
– До того, как на неё подействовал релаксант – нет, после – физически могла бы, – ответил Тенек, – однако, ей было бы сложно сделать это не глядя, а двигать головой при интубации я бы однозначно не рекомендовал.
– Мы бы подняли его на уровень ее глаз, - предположила Квинтилия, - Я видела случаи, когда люди, которые не могут говорить, могли писать. В данном случае это было невозможно?
_________________
с Квинтилией и Ракаром

 57 
 : 25 Января 2018, 10:05:27 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Тенек
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Стыковочное кольцо, “Анадырь”


Тенек не стал ждать, пока Ракар и Квинтилия разберутся с пижамой и прошёл сразу в медотсек настраивать аппаратуру для диагностики.
В небольшом помещении, оборудованном на «Анадыре» под лазарет, все было так же… за тем лишь исключением, что теперь стол был кристально чист, а все приборы и пробирки с него исчезли, точно их там никогда и не было. Делас сидела на кушетке, подобрав колени к груди и почти целиком спрятавшись под одеялом, и только карие глаза, которые теперь казались еще больше на фоне побледневшего лица, внимательно и настороженно следили за вошедшим вулканцем. Подол ее неуместного теперь золотого платья подметал пол, но девушку это совершенно не беспокоило.
Тенек приступил к настройке, и не отрываясь от работы спросил:
– Когда вы принимали лекарства в предпоследний раз? – последним приёмом он очевидно считал как раз тот, который произошёл на его глазах.
Делас молчала, продолжая следить за всеми действиями Тенека.
– Что ты делаешь? – спросила она, наконец. – Теперь я сама могу провести все исследования, мне не нужна помощь. Что тебе надо?
– Возможно, вам это непонятно, но я исполняю свой долг, – пояснил вулканец. – Человек не должен бороться с болезнью в одиночку, даже если он сам – медик, и особенно на такой стадии заболевания, когда ситуация начинает выходить из-под его контроля.
– Ты все равно ничего не сможешь сделать, - буркнула Делас и еще больше натянула одеяло, так что теперь только нос и торчал.
Тенек закончил настройку и повернулся к ромуланке.
– Пока вы живы, вероятность излечения не равна нулю. Пожалуйста, лягте так, чтобы я мог замкнуть поле сканирования.
– Может и не равна, но ты мне никак не поможешь, - упрямо отозвалась ромуланка, не двигаясь. – А что, если я не хочу, чтобы ты меня обследовал? Да и зачем это теперь? Все знают, что я больна, и мне придется покинуть проект.
– Вы не знаете, помогу я вам или нет. Я тоже не знаю, – ответ вулканца был обезоруживающе искренним, – Следовательно, не использовать этот шанс неразумно. Ваша болезнь – не повод исключать вас из проекта, поскольку ваши интеллектуальные способности не повреждены, однако, если вы откажетесь от моей помощи, вас наверняка вернут на Ромул ради вашей же безопасности.
– Теперь меня все равно уберут из проекта, - мрачно отозвалась Делас. – Какая разница? А пока не уберут – остальные будут смотреть, как на неполноценную. Или, еще хуже, жалеть!
Девушка вытянула ноги и откинулась на низкую подушку.
– Заканчивай быстрее свое сканирование и уходи. Ты все равно не найдешь ничего, о чем я еще не знаю, - она подняла глаза к потолку, изучая лампочки. – Третья стадия, ты все правильно сказал.
– Зато я могу найти то, чего не знаю я, – заметил Тенек, склоняясь над монитором. – У вас странные представления об отношении к пациентам. Вы испытываете к ним жалость?
- Я? Конечно, нет. Я к ним вообще никак не отношусь, пока они пациенты, – пояснила Делас и кивнула на дверь: – А вот они не смогут больше смотреть на меня, как на равную, зная, что я смертельно больна. Лучше бы уж злились из-за регаты, из-за того, что не поддерживаю Тенму или из-за моего противного характера, а не жалели.
– Если вы не испытываете жалости к пациентам, почему вы так уверены, что другие – безразлично врачи или нет – будут испытывать жалость к вам? – снова поинтересовался вулканец. – Я бы не стал так самоуверенно прогнозировать чужие эмоции.
– Потому что гуманоиды так делают, - фыркнула Делас. – А вместе с жалостью считают тебя хуже себя, слабее, неполноценнее. Ведут себя так, будто мне нужна помощь и забота! Все, ты закончил? Я могу быть свободна?
– Не так быстро, – сказал Тенек, переходя к другому монитору. – Вы только что сделали недопустимое обобщение, – заметил он после небольшой паузы. – Гуманоиды часто непохожи друг на друга даже в пределах одной расы, так что я бы на вашем месте сперва сделал хотя бы первичные наблюдения, и лишь затем – предварительные выводы. Предварительные, – повторил он, слегка подчеркнув это слово голосом.
Мониторы погасли, арка сканера биокровати растворилась, выпуская Делас из плена, но стажёр сделал предостерегающий жест:
– С этим всё, но мы пока не закончили, – вулканец сел на высокий табурет возле биокровати и посмотрел на Делас. – Нужно определить некоторые особенности нашей совместной работы.
– Какой еще работы? – ромуланка приподнялась на локте и с непонимающим видом уставилась на Тенека. – Я ни на какую совместную работу не подписывалась, если только речь не об этом твоем кардассианском бешенстве. Но сейчас не время его обсуждать.
– Совместная работа врача и пациента, – пояснил Тенек. – На Вулкане пациент – главный партнёр врача, даже если у него нет медицинского образования. Их вклад в лечение считается равноценным. Пациент в курсе собственной медицинской ситуации и тех мер, которые врач предполагает предпринять, у него есть выбор между альтернативными способами лечения. Мне этот подход представляется наиболее целесообразным.
– Так ты меня еще и лечить собрался? – усмехнулась Делас, вновь ложась на подушку – она все еще выглядела усталой и слабой. – А кто тебе сказал, что я это тебе позволю? Или к кровати привяжешь? Ты, может быть, не в курсе, но синдром Тувана не лечится.
– Всё можно вылечить, даже если мы пока не знаем, как, – серьёзно проинформировал её вулканец. – Да, мне пока никто не сказал, что вы позволите мне вас лечить, но это не мешает мне сделать вам такое предложение. Подумайте: у нас обоих есть определённый багаж медицинских знаний, при этом мы с разных планет, даже из разных государств. Я уже имел случай убедиться, что ампула из вашей аптечки дала результат быстрее, чем известные мне препараты, это – новая для меня информация. Следовательно, изучение этой болезни на Ромуле и в Федерации шло разными путями. Отсюда в свою очередь следует, что среди моих данных может также обнаружиться что-то вам ещё неизвестное. Я вижу определённую перспективу в том, чтобы мы оба обдумали варианты вашего лечения сегодня, а завтра сличили бы наши выводы и черновые проекты лечения.
Делас молчала, не сводя взгляда с потолка.
– Хорошо, допустим, я позволю тебе меня исследовать и предложить варианты лечения, - медленно проговорила она. – Это не значит, что я их приму. Может быть, мне просто интересно, до чего вы додумались. Может быть, я хочу использовать ваши знания и достижения. Может быть, я тебя проверяю. Но ты не получишь доступ к ромуланским исследованиям, - жестко добавила Делас. – Это секретные данные, которыми мы не делимся с чужаками.
– Ромуланцы не в первый раз оставляют союзников на смерть – это для меня не новость, – Тенек выглядел совершенно спокойным, но в глазах его появился почти осязаемый холод. – Тем не менее, это не значит, что я поступлю так же. Вы получите всё, что я сумею найти по этой теме.
– Ты не обязан это делать, - Делас отвернулась. – Это твое решение. И ты не можешь требовать от меня того, что я не могу дать.
– Это именно моё решение, – подтвердил Тенек. – И если я считаю, что обязан, значит, я обязан.
Он подошёл к компьютеру, переслал на компьютер в своей каюте необходимые данные, и снова заговорил:
– Кстати, вы не ответили мне о времени вашего предпоследнего приёма лекарства. Последнего перед вашим приступом, – уточнил он на всякий случай, чтобы полностью избежать недопонимания.
– Между презентациями, - тихо проговорила Делас.
– Понятно, – Тенек выглядел так, словно пометил что-то где-то там, в собственной черепной коробке. – Если вы собираетесь остаться здесь, я бы рекомендовал вам включить ЭМГ. Моё присутствие для вас явно нежелательно, но я бы предпочёл, чтобы вы не оставались полностью предоставленной самой себе.
– Почему? Зачем мне эта бездушная голограмма? – удивилась Делас. – Я собираюсь спать, и не хочу, чтобы мне мешали.
– Чтобы не дать вам умереть до завтра, – с присущим ему «тактом» отозвался вулканец. – Кстати, я не отнёс бы ЭМГ-альфа к неразумным существам, её матрица базируется на основе личностных протоколов ЭМГ-1, а ЭМГ-1 способна к саморазвитию. Это скорее зародыш разумного существа, чем неразумная программа.
– Я не умру до завтра, - уверенно проговорила ромуланка. – И я хочу остаться одна. И вот еще что… Я не вернусь сегодня в свою каюту. Передай Квинтилии, чтобы она покормила Парнуса. И еще его надо выпускать из клетки – ему нравится сидеть на моей кровати. И давать ему гулять! По коридору и Променаду. И расчесать шерсть. И… - она почувствовала, что в ее глазах снова откуда-то появились слезы, и резко замолчала. 
– Если хотите, я расчешу Парнуса и прогуляю по станции, а мисс Перим покормит его и приглядит за ним в каюте, – предложил Тенек и снова перешёл к вещам, которые вызывали у него большую озабоченность, чем комфорт баджорского паука: – Если вы настаиваете на полном одиночестве, я прошу у вас разрешения включить сенсоры и перевести отображение их данных на монитор в моей каюте. Так я смогу не беспокоить вас и одновременно иметь возможность убедиться, что промежуток между ухудшениями вашего самочувствия ещё не сократился настолько, чтобы будить вас для приёма лекарства. – Слегка пожав плечами он добавил: – В противном случае мне просто придётся остаться здесь, на катере, и периодически проверять ваши жизненные показатели.
– Ладно, включай свою голограмму, - сдалась Делас. – Тебя только тут ночью не хватало…
– Мы всегда можем попросить голограмму ограничиться наблюдением и оставаться максимально незаметной, – напомнил Тенек. – Компьютер, запустить ЭМГ.
– Пожалуйста, назовите характер медицинской ситуации, - объявила появившаяся Дженнифер, а затем посмотрела сначала на Тенека, потом на Делас и добавила: - Здравствуйте, Тенек, здравствуйте, мисс Делас.
Делас окинула ее равнодушным взглядом и отвернулась.
– Мисс Дженнифер, – Тенек обратился к голограмме, словно она была ещё одним участником проекта, а не компьютерной программой, – проследите за состоянием мисс Делас, пока она спит, и вызовите меня, если её самочувствие ухудшится. Также прошу вас быть как можно незаметнее и по возможности создать для мисс Делас иллюзию одиночества.
– Поняла ваше задание, - кивнула Дженнифер, с интересом посмотрев на Делас. А затем сделала шаг назад, чтобы выйти из поля зрения ромуланки, и встала по стойке «смирно».
– Ну все? – протянула Делас. – Теперь ты доволен и можешь меня, наконец, оставить?
– Безусловно, – подтвердил стажёр. – До завтра, мисс Делас.
Когда дверь закрылась, Делас тихо позвала:
– Дженни? Поговори со мной…
_________________
с Делас и Дженни

 58 
 : 25 Января 2018, 10:01:25 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Стыковочное кольцо, “Анадырь”

Ракар слушал Тенека как обычно, до того самого момента как была произнесена фраза "прежде чем вы обрушите гнев". Ромуланец резко вскинул голову, до того он смотрел себе под ноги, и посмотрел на Тенека. Глаза ромуланца заблестели и сузились. И не смотря на суть слов Тенека, эмоция была им противоположной, потому что он внезапно понял – Тенек озвучивал диагноз Делас вслух, и Делас была в курсе. Что-то произошло, пока его, Ракара не было в ангаре. Проследив как Квинтилия и Тенек вышли, и за ними закрылась дверь, ромуланец посмотрел на Делас. Он решил пока ничего такого не говорить.
- Как ты? – только и спросил он.
- Нормально, - пробормотала Делас. – Я хочу спать. Пожалуйста, дай мне побыть одной.  
- Я принесу тебе другую одежду, или Квинтилию попрошу, в таком платье спать несколько неудобно, - начал Ракар, который зашарил по настенным шкафчикам в поисках хотя бы термоодеяла. Термоодеяло он нашел, вытащил и развернулся к Делас, держа его в руках. – Почему это произошло? – все-таки спросил он, - ты пропустила прием препарата или что?
Только сейчас Делас обратила внимание, что ее прекрасное золотое платье помялось и запачкалось кровью.
- Жаль, оно шилось на заказ, - пробормотала она, разглядывая темно-зеленые засохшие следы. – Но оно свою функцию выполнило.
Девушка уставилась в потолок и только через несколько секунд сказала:
- Да, я забыла его принять. Ничего страшного, больше это не повторится.
"Больше это не повторится" – такие слова имели для ромуланского агента внешней разведки двойной смысл. Он прекрасно знал, что должен сделать оперативник в случае своего провала. И сейчас Ракар не знал, считает ли Делас произошедшее с ней – провалом. Он развернул термоодеяло и укрыл им девушку, отошел обратно к столу и присел на край.
-  Тебе не стоит так расстраиваться, лекарство в аптечке, закрыто, рядом с тобой, его никто не трогал. Секретность не нарушена. Что еще там произошло, чего я не знаю? – спросил он.
Делас подтянула одеяло к подбородку и уткнулась в него носом.
- Ничего, - помотала головой девушка. – Я правда хочу спать.
Теперь она, казалось, начинала замыкаться в себе.
- Понимаю, постарайся продержаться еще некоторое время, потом поспишь. Тенек вернется через 10 минут, как он сказал. А до того я хочу убедиться, что с тобой все будет в порядке. Нет никакого провала. Я назвал Тенеку твою болезнь, потому что ты умирала. Но никто больше не слышал. Никто. Тенек сохранит тайну, поверь мне. – Ракар смотрел на Делас не мигая, и его лицо было словно мраморная статуя.
- Он уже знает, этого достаточно, - ромуланка прикрыла глаза.
- Но он не знает ничего, кроме названия. Формул и образцов твоего лекарства у него нет. Мы можем все обставить так, что в этом лекарстве нет ничего особенного, и отличного от того, что вулканцы уже имеют. Либо же, может быть пришел момент принятия решения – о том, чтобы поработать вместе с Тенеком. Как это не разгласить дальше – я возьму на себя. Нашему командованию тоже не обязательно пока ничего знать. Делас, ничего не потеряно. Это решаемо, никуда ничего пока не докладывай. Ты должна жить и продолжать. Хотя бы ради твоего клана, и твоего отца. Я помогу, - сказал Ракар.
- Я еще ничего не решила, - сонно отозвалась девушка. – Мне нужно время подумать. Ты… можешь оставить меня одну?
- Могу, - сказал Ракар, но не двинулся с места, - дай обещание, что все будет хорошо с тобой после того, как я уйду, и я выйду.
- Ты имеешь в виду, не совершу ли я какую-нибудь глупость, например, не перережу ли себе вены? – Делас распахнула глаза и усмехнулась. – Нет, мне не хватит на это смелости. Но даже я не знаю, будет ли со мной «все хорошо».
На этот раз Ракар кивнул.
- Да, именно это. Благодарю, этого достаточно, - Ракар обошел биокровать и вышел из медотсека.

***

За Ракаром закрылась дверь медотсека и он поискал взглядом Квинтилию.
Она стояла рядом с Тенеком в кабине катера.
Тенека Ракар наградил странным невозмутимым взглядом, все с тем же неясным блеском в глазах, этот блеск всегда означал зарождение ничем не замутненной, но хорошо скрываемой ярости. Однако выяснение подробностей Ракар решил оставить на потом.
- Квинтилия, - мягко сказал Ракар, - Делас нужна одежда, в которой она спит. Я оставил в вашей каюте некоторый беспорядок в ее вещах, вы сможете найти ее … не знаю, пижаму?
-Я реплицирую ей стандартную пижаму, которые используются для пациентов в медотсеках федеральных кораблей, - ответила Квинтилия, направившись к репликатору, - В базе данных легко найти паттерн.
- Хорошо, - ответил ромуланец, и пошел вслед за триллом к репликатору. И когда они исчезли из поля зрения Тенека, Ракар спросил шепотом:
- Что произошло в ангаре в тот момент, когда я вышел? Почему Тенек говорил о гневе, который Делас может на меня обрушить? Вы что-нибудь поняли из этого?
-Я не в курсе ваших отношений с Делас и Тенеком, - сосредоточенно ответила трилл, выбирая нужные команды на панели управления репликатором, - Что такое синдром Тувана?
И, несмотря на то, что Квинтилия была не в курсе так называемых отношений, она произнесла ключевое слово. Из этого все стало ясно. Диагноз был произнесен вслух. Сомнений не осталось. И это значило только то, что значило. Никаких разночтений. Вулканцам нельзя верить. Никогда нельзя верить вулканцам. Он ошибся в главном. И теперь вместо обжигающего холода от слов Квинтилии, еще тогда, на вечеринке, ромуланца обдало жаром. Он судорожно вздохнул и нахмурился. Оставался единственный человек, которому он хотел верить – Квинтилия Перим. Но то, что было достигнуто этим проектом, изрядно пошатнулось. Так изрядно, что этому он не находил слов. Он не мог и не хотел сдерживать своих эмоций. Но у него был долг. Долг был превыше всего. И единственный компас, помимо Империи, компас, в котором он не мог разочароваться. Компас или маяк. Пробный камень. Она стояла рядом. И только она удерживала его от непоправимого. Пауза затянулась, наконец Ракар ответил:
- Это дегенеративное заболевание нервной системы, - негромко ответил Ракар, - свойственное ромуланцам и… вулканцам. У вулканцев оно называется по другому, но суть одна – оно ведет к смерти. Неизлечимо.
-Делас умрет? - Квинтилия подняла глаза на ромуланца.
- Не сегодня, - ответил Ракар не глядя на Квинтилию, глядя на экран репликатора, в котором она вводила параметры, - у нее еще есть время. Может год, может больше, а может меньше. Не знаю точно. Это был секрет, до того момента, как у нее случился приступ. И я… несколько удивлен, что Тенек озвучил то, что не надо было озвучивать. Но я хотел бы надеяться, что совместными усилиями, в результате исследований, ее жизнь можно продлить. Если, конечно, ваша Федерация, или хотя бы отдельные ее представители посчитают нужным помочь этой… ромуланской проблеме.
-Год? - повторила Квинтилия, ее голос дрогнул, - Извините…
Она резко отвернулась, забрала из репликатора готовую пижаму и пошла к двери в медотсек катера.
В этот момент дверь открылась и на пороге вновь появился Тенек.
Ракар шагнул было за Квинтилией, но решил, что этого пока не нужно делать. Остановился в нескольких шагах от входа в медотсек.
Артур Лайтман, который слышал весь разговор Квинтилии и Ракара, отслонился от стены, в которую вжимался весь их разговор, и боялся, что его заметят, стер пот со лба и незаметно прошмыгнул в пилотское кресло на мостике. Если Делас будет ночевать здесь, ему следовало нести ночную вахту на катере. Как минимум, провести диагностику третьего уровня, если больше нечем будет заняться.
______________________
Совместно с Тенеком, Квинтилией, Делас и Артуром

продолжение следует...

 59 
 : 25 Января 2018, 10:00:21 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Стыковочное кольцо, “Анадырь”

Услышав сообщение Самриты о готовности, Артур нажал на кнопку запуска телепортации. Автоматическая система подстройки захватываемых координат зафиксировала, что Делас была взята Тенеком на руки, в связи с этим, Артур изменил координаты материализации Делас и вывел их из буфера транспортера рядом с биокроватью в медотсеке “Анадыря”, следом за этим материализовал и Квинтилию. В маленьком медотсеке катера сразу стало тесно. Убедившись, что все отработало как нужно, Артур заблокировал консоль и пошел к медотсеку.

***
Ракар не отключал связь, слушая все переговоры в ангаре. Он был готов немедленно отправиться по координатам назначения. Из всего сказанного он не понял точно, где аптечка, но понял, что Делас перемещают на “Анадырь” и тоже пошёл к катеру.

***

Тенек опустил Делас на биокровать и занялся извлечением соломинки – дезинфекция, регенерация тканей…
– Спросите, где именно находится аптечка, – попросил он Квинтилию. – Возможно, стоит показывать… – он не договорил, склонившись над ромуланкой с регенератором.
- Хорошо, - покорно ответила Квинтилия, - Делас, аптечка здесь, в медотсеке?
Делас вновь моргнула и тоскливо посмотрела на стол, где среди приборов и пробирок, которые она так и не убрала, стояла аптечка ромуланского образца. Несмотря на то, что девушка была в сознании и реагировала на все вопросы, выглядела она очень слабой и все чаще вновь закрывала глаза – не в знак положительного ответа Квинтилии, а от усталости. Вместо привычного оливкового цвета ее лицо было бледным и сероватым, а руки и ноги периодически непроизвольно подрагивали.
Квинтилия проследила за взглядом девушки и повернулась к столу. Затем нахмурилась и сходила за аптечкой, передала ее Тенеку.
-Так это оно и есть? - с некоторым разочарованием произнесла Квинтилия, не обращаясь конкретно ни к ромуланке, ни к вулканцу.
Делас вновь моргнула и сделала неопределенный жест рукой в сторону аптечки. Она была закрыта на какой-то код или замок, и открыть ее просто так не представлялось возможным.
Артур подошел к открытой двери отсека, где находилась Делас и ее сопровождающие. Прислонился к дверному косяку. Он ничего не говорил, чтобы не мешать, только смотрел. А через несколько секунд в катер вбежал Ракар. Артура он случайно задел плечом, и придержал, чтобы тот не ввалился в медотсек.
Теоретически Ракар понимал, что секрет Делас сейчас очень сложно удержать в тайне. Но он был уверен в Тенеке, тот не должен был рассказывать подробностей, ровно также как он охранял секрет Джеза Тенмы. Он мельком глянул на Делас, которая была в сознании, но выглядела категорически плохо, на Тенека, склонившегося над ней. А ромуланскую аптечку Ракар увидел в руках Квинтилии.
- Наконец, нашлась, - сказал ромуланец. - Примените к ней ее лекарство, и все будет хорошо.
В этот момент за спиной Артура над площадкой транспортера появилось золотое сияние и материализовалась еще одна аптечка федерального образца.
Артур услышал характерный звук и обернулся, поднял аптечку, и протянул в медотсек, никому конкретно, кто первый возьмет.
- Это прислали из лазарета, судя по всему, - сказал кадет.
Ракар обернулся к Лайтману и принял федеральную аптечку. Но взгляд его по ней даже не скользнул. Вместо этого он снова посмотрел на Квинтилию и Тенека:
- Нужно лекарство, которое у Делас. Мы доверяем ему больше. Не обижайтесь, но это так. Нужно ромуланское.
Квинтилии не хотелось дожидаться очевидного приказа Тенека “откройте аптечку”, как будто она не могла догадаться сама, что это нужно сделать. Поэтому она рассматривала замок на аптечке Делас, чтобы понять, что именно его откроет - комбинация символов или, может, отпечаток пальца или ДНК самой Делас?
Механизм замка не был ей знаком – больше всего было похоже, что для открытия требовалось приложить палец или еще какую-то часть тела, но сказать наверняка было невозможно. По крайней мере, здесь не было никакого кода, но и на механической воздействие аптечка не реагировала. Делас требовательно протянула руку к аптечке, и сразу же опустила ее рядом с собой, будто это простое действие отняло у нее много сил.  
Квинтилия подала аптечку Делас.
Ромуланка скользнула ладонью по крышке, и та с лёгким щелчком приоткрылась. Внутри помимо медицинского трикодера и гипоспрея, а также пары приборов, которые Квинтилия прежде не видела, лежало около дюжины ампул, выглядевших на первый взгляд совершенно одинаково. Лишь присмотревшись, можно было заметить, что у горлышка стояли разные цифровые обозначения. Что-то из этого могло быть ее лекарством, но кадеты помнили, как ещё вчера она таскала с собой транквилизатор, способный на сутки вырубить наусиканца. В точно такой же пробирке.
Когда аптечка открылась, Ракар обошел биокровать и встал с противоположной стороны от Тенека. Он видел содержимое аптечки, подписи на ней, и краем сознания отмечал, что это вещество надо держать подальше от федератов, его надо сохранить в тайне. Но в настоящий момент оно должно было немедленно спасти Делас от неминуемой смерти.
- Я могу перевести, что здесь написано, Тенек, - тихо сказал Ракар, и перевел взгляд на ромуланку, – какая из ампул нужна, Делас?
Тенек закончил с регенерацией, теперь Делас могла говорить. И ещё теперь можно было спешить уже не так лихорадочно.
– Мисс Делас, вы можете говорить, – сказал стажёр. – Я могу ввести вам лекарства, которые прислали из лазарета, но учитывая, что вы явно болеете не первый год, у вас должен быть адаптированный под ваш случай комплекс. Зарядите гипоспрей сами и введите лекарство. Вслед за тем я вас обследую.
Делас недоверчиво коснулась шеи в том месте, где ее проткнули, и попробовала издать звук.
- Уйдите… уйдите отсюда, - хрипло проговорила ромуланка, обводя всех собравшихся по очереди, но дольше всего ее взгляд задержался на Тенеке. – Все.
Квинтилия вопросительно посмотрела на вулканца.
Артур грустно вздохнул, и решил не мешаться совсем, отслонился от косяка и ушел  в сторону мостика, впрочем, ушел не далеко, чтобы слышать происходящее.
 
Ракар поднял голову и посмотрел на Тенека, потом на Квинтилию. Извиняющимся взглядом.
- Наверное, так будет лучше, - сказал он, - а я останусь, чтобы ей помочь.
– Я останусь, – Тенек посмотрел на Ракара, потом на Делас. – Если вам нужно поговорить, сделаете это после обследования. – Мисс Делас, зарядите гипоспрей, или я обследую вашу аптечку с помощью ЭМГ: насколько я знаю, в стандартный набор входят все основные лингвистические протоколы.
Делас беспомощно посмотрела на Квинтилию и Ракара, будто бы те могли ее спасти, а потом подтянула аптечку поближе к себе и наощупь вытащила ампулу и гипоспрей. Все так же ничего не говоря, ромуланка вставила ампулу и приложила гипоспрей к руке: прозрачное содержимое покинуло гипоспрей и перекочевало в ее тело.
- Довольны? А теперь – уйдите! – ее голосу вернулась уверенность, но теперь он дрожал от слез.
Ракар не двигался с места, стоя рядом с Делас. Он забрал из ее рук гипоспрей и пустую ампулу, сложил их в аптечку и закрыл ее. Затем отступил на шаг и присел на краешек стола, не намереваясь уходить.
Квинтилия продолжала вопросительно смотреть на Тенека.
-Мне… уйти? - нерешительно спросила она, обращаясь к вулканцу.
- Я хочу, чтобы ушел Тенек, - шепнула Делас.
– Сожалею, мисс Делас, но у вас всего десять минут. Потом я вернусь и проведу полное обследование, – Тенек выглядел по обыкновению спокойным, но голос его звучал жёстко. – Я догадываюсь, что вы не хотели бы оказаться пациенткой врача-вулканца, возможно, вам даже отвратительна мысль о том, что вас лечит представитель столь презираемой вами расы, но сейчас я отвечаю за вашу жизнь, и меня не интересуют ваши предрассудки. И прежде чем вы обрушите на мистера Ракара свой гнев за то, что он назвал мне вашу болезнь, когда вы умирали от удушья, попробуйте додуматься до того, что этим он спас вашу жизнь. Если бы он не сделал этого, сейчас мы только приступили бы к диагностике в станционном лазарете, затем начали бы подбор лекарств, если бы стандартный для вулканоидов комплекс оказался малоэффективен, не исключено, что мы потеряли бы слишком много времени, и вам пришлось бы заплатить за это жизнью.
Закончив эту речь, вулканец вышел из медотсека.
Квинтилия поспешно вышла за ним по пятам.
____________
Совместно с Делас, Квинтилией, Тенеком, Артуром

продолжение следует...

 60 
 : 24 Января 2018, 11:05:57 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Самрита Баккер
3 сентября, поздний вечер
ДС9, Ангар 13 - вечеринка


– Переносим её, – сказал Тенек, фиксируя голову Делас в неподвижном положении с помощью подручных предметов. – Мне нужен помощник. Может быть, вы мисс Перим? Вам пока не придётся делать что-то самостоятельно, только подавать нужные предметы, к тому же вы сейчас взяли на себя коммуникации, и мне не хотелось бы это прерывать.
По реакции Делас он понял, что что-то идёт не так, но пока не полностью отдавал себе отчёт, что именно. Слова Ракара о том, что это – синдром Тувана прозвучали для него как громы небесные, и, занятый интубацией, он совершенно не отдавал себе отчёта в том, что это было сказано едва слышно. Впрочем, до стажёра уже начинало постепенно доходить, что конфиденциальность была нарушена, только кем из них – им самим или Ракаром? Мысль о том, что возможно им самим была... неприятной.
– Возможно, вам лучше всего задавать мисс Делас вопросы, – предложил он Квинтилии, поднимая Делас с пола, – Если «да», пусть прикроет глаза, если «нет» пусть ничего не делает.
- Не надо переносить, - сказал Артур, - я могу телепортировать Делас в медотсек катера, так будет безопаснее. "Анадырь" или "Амазонка"? - спросил он, уже направившись к выходу из ангара.
– Хорошо, – Тенек опустил Делас... не на пол, на этот раз на шезлонг. – «Анадырь», там есть Экстренная медицинская голограмма, она может пригодиться.
Артур кивнул и бегом направился к катеру.
В дверях он практически столкнулся с Самритой, которая спешила в ангар 13 с паддом наперевес.
- Вот, еще надо? – она протянула Квинтилии падд с чистым листом и стилус.
-Хорошо, - тоже сказала Квинтилия Тенеку негромко.
Решительность, с которой она бросилась к Делас, бегала за аптечкой и начала организовывать коммуникацию, быстро утекала.
-Это больше не нужно, - разочарованно ответила она Самрите, - Мистер Тенек предложил другой способ.
- Какой? – поинтересовалась землянка. – Он работает? Она что-то сказала?
- Сейчас узнаем, - пробормотала трилл.
Она подошла к ромуланке и снова наклонилась к ней.
- Я буду задавать тебе вопросы, - объяснила трилл, - Если твой ответ “да” - моргни, пожалуйста. Если ответ “нет” - не делай ничего. Ты понимаешь?
Делас моргнула, как показалось Квинтилии, чуть раздраженно.
-Твоя аптечка с лекарствами спрятана в каюте? - продолжила Квинтилия.
Ромуланка продолжала смотреть на Квинтилию, не двигаясь.
-Значит, не в каюте, - перевела Квинтилия и задала следующий вопрос, - Она на одном из катеров?
Делас заморгала.
-Я не знаю, какой катер ей нравился больше, -  Квинтилия слегка растерянно посмотрела на кадетов вокруг, - К “Амазонке” она больше привыкла, потому что летала на нем, но этот катер в ремонте и мы решили его отдать обратно станции, его могут забрать в любой момент и прятать там что-то уже не безопасно… Делас, аптечка на “Анадыре”?
Делас не отводила взгляда от трилла, а потом – через пару очень долгих секунд, - медленно сжала веки. Когда она вновь открыла глаза, в них читалась немая мольба, но что именно хотела сказать Делас, было невозможно понять. 

***

Кадет Лайтман добрался до "Анадыря". В первую очередь он заглянул в медотсек, чтобы проверить все ли там в порядке для телепортации ромуланки. Биокровать была чиста. Затем, метнулся на мостик. Все системы катера были выключены, кадет поочередено запустил главный компьютер, системы транспортера. На это ушли несколько долгих секунд, складывающихся в минуты. Затем отыскал при помощи сенсоров в ангаре 13 коммуникатор Делас и захватил лучом ее ромуланский сигнал, следом навелся на вулканца Тенека. Когда предварительная подготовка была произведена, он вызвал Самриту:
- Сэм, начинаю телепортацию, пусть все отойдут подальше от Делас и Тенека.
- Я думаю, Квинтилию стоит телепортировать с ними, - заметила Самрита и покосилась на трилла. – Она сейчас что-то вроде переводчика.
- Понял, - сказал Артур, начиная наводиться на Квинтилию, перераспределяя координаты конечной точки телепортации всех троих. На это ушло еще несколько секунд.
- Я готов, - сказал Артур, когда наведение было завершено, - сейчас заберу всех троих. Скомандуй, когда.
- Вы готовы? – Самрита перевела взгляд на Квинтилию и Тенека.
Квинтилия обернулась от Делас и посмотрела на Тенека, ожидая его распоряжений.
Тенек поднял Делас с шезлонга, чтобы не допустить рискованных случайностей при телепортации и сказал:
– Мы готовы.
- Телепортируй троих, - проговорила Самрита по коммуникатору и сделала шаг в сторону, чтобы не мешать транспортации.
_________
С кадетами

Страниц: 1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10

MySQL PHP Powered by SMF 1.1.15 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS