* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
21 Сентября 2017, 11:33:10 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 02 cентября 2384 года, утро
Страниц: 1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10
 51 
 : 18 Августа 2017, 14:53:43 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
ДС9, катер “Амазонка”

Ракар прошел через мостик, открыл научную лабораторию,  пропустил туда Делас вперед, зашел за ней следом. На самом деле Ракар не знал, о чем Делас хочет поговорить, хотя предположений на этот счет у него было достаточно. Начиная от сообщения с Ромула, предупреждения от командования, заканчивая чем угодно иным. Однако до этого момента не было никаких предпосылок о том, что Делас хочет сообщить что-то. И теперь она звала его в Кварк'с при всех, хотя могла позвать лично. Одно только Ракар знал. У него не осталось к Делас никакой обиды. Все произошедшие события, столь неоднозначные, тем не менее имели свой итог, и этот итог оказался куда лучше, чем он мог предполагать. И Делас была ромуланкой, с Ромула, с Родины, это значило очень многое.
Ракар поднял взгляд на Делас, показал ей рукой на кресло, в которое она может сесть. Он молча ждал ее слов.
Делас вручила поводок Парнуса Юнок и молча направилась вслед за Ракаром, опустив взгляд. Зайдя вслед за ним, она послушно села в кресло и расправила складки на юбке и теперь смотрела на ромуланца со смесью страха и ожидания.
- Ты хочешь поговорить… сейчас? Здесь совсем не уютно и… и я еще не готова. Я думала, у нас будет достаточно времени на станции, - прошептала она.
Ракар смотрел на Делас и не знал что сказать. Почему он видел сейчас страх в ее глазах?
- У нас будет время на станции, Делас, - наконец сказал он, - но я очень занят. Если есть что-то важное, давай обсудим сейчас. – Ромуланец смотрел мягко и добро, он подошел ближе, и присел на краешек консоли.
- Делас, не бойся. Я вижу страх в твоих глазах. Не бойся, я не злюсь, я понял все ваши мотивы, и это все уже решено. Ты не готова к чему именно? Что происходит?
- Сказать тебе… - запнулась Делас. – Я думала, все будет по-другому, в более подходящей обстановке… - она встала из кресла и заходила по небольшой комнате. – Это сложно, это личное!
Делас встала, а Ракар чуть пригнул голову, но все-таки не сводил с нее взгляда. Личное… И Ракар не хотел оставлять это личное на потом. Личное – это значит, скорее всего не имеет никакого отношения к Империи. Но Делас должна была высказаться, и он хотел знать в чем дело. И чтобы она высказала личное, следовало к этому подвести. Окольными путями, возможно, так бывает легче, если поговорить сначала о другом.
- Делас, - произнес Ракар, - может скажешь все-таки, что у тебя за болезнь, и мы попробуем найти какое-то решение. Мой отец, суб-коммандер, по роду своей деятельности знает некоторых хороших врачей, я не знаю… может объединить какие-то исследования?
- Почему ты все время говоришь об этой болезни? – поморщилась Делас. – Я ведь больше, чем просто болезнь, я живой человек, и у меня есть мысли и чувства! Ракар…
Девушка подошла совсем близко, заглянула ему в глаза со странной смесью страха, надежды и отчаяния, и вдруг неожиданно поднялась на цыпочки и поцеловала его в губы, вложив в этот поцелуй всю страсть, на которую была способна.
Ракар приготовился уже ответить было на ее слова, глядя прямо в ее глаза, но тут Делас произвела действие, к которому он оказался не готов. Живой человек, мысли и чувства, конечно! Как же иначе! Ведь именно это он и имел в виду, ведь он хотел! Он хотел ее спасти, чтобы она жила, была живой, чтобы ее мысли и ее чувства не умерли так скоро, чтобы жизнь продолжалась, и чтобы она была счастлива. Но Ракар не успел ответить на слова. Он слишком уже давно не испытывал близости, прикосновения женщины, радости физического контакта. Квинтилия боялась прикосновений, а он ждал и мечтал о том, чтобы обнять ее. Ее, Квинтилию, обнять, касаться, ощущать подушечками пальцев ее, холодное тепло ее холодных рук, смотреть в ее глаза, дарить ей радость, и много… много больше. Ракар забылся на мгновение и ответил на поцелуй Делас. Но Квинтилия стояла перед его мысленным взором здесь и сейчас, в полный рост, и он в своем мысленном взоре видел только ее.
Это было короткое мгновение, но ромуланец, вернувшись в реальность, осознал, что Квинтилии здесь нет. Он дрогнул, переложил свои руки на плечи Делас и мягко отстранил ее. Смотреть на Делас он не мог, в душе все перевернулось, сердце сильно стучало в правом боку и Ракар пытался справиться с учащенным дыханием.
- Делас… Делас, - хрипло сказал Ракар, - эээ… я так и понял сначала, что дело в этом, но погоди.. погоди. Ты же не знаешь. Я... у меня есть девушка, я люблю ее. Я люблю другую девушку. Прости.
- Дай мне шанс! – прошептала Делас, пытаясь поймать его взгляд. – Она же даже не ромуланка, она никогда тебя не поймет и… она тебя не любит! – выпалила девушка. – Она мне сама сказала!
Взгляд Ракара Делас поймала, Ракар поднял голову и посмотрел на нее. Ракар отпустил Делас и снова уцепился в консоль. Где-то они уже успели поговорить с Квинтилией. Где это могло быть? На Джераддо только, когда не было связи, вот там они и оставались вместе некоторое время, и Квинтилия сказала те слова. Мог ли он верить сейчас ей? Женщины коварны, Ракар знал. Впрочем, коварство свойственно всем ромуланцам. И ромуланки по праву и по заслугам превосходят всех. Мог ли он верить? Наверное мог, он и ведь и сам знал, что Квинтилия … Квинтилия никак не ответила ему. Но Квинтилия была честной. Размышления об этом Ракар оставил, хотя слова Делас резанули его очень больно.
- Понимаешь, это не важно, - сказал Ракар, - зато люблю я. И я не из тех, кто... кто дает ложные шансы, обнадеживает зря. Мне нужна та девушка, и мне очень жаль, что я причиняю боль тебе. Но я сказал правду, ложная надежда, призрачная возможность – это куда хуже, чем честный ответ. Некоторые вещи нужно делать сразу, как бы ни было больно. Прости меня.
- Я понимаю, - потупила взгляд Делас. – Но, если бы ты дал мне шанс, ты бы увидел, что я… что я могла бы быть той, кто тебе нужен. Кто поймет тебя. Кто будет рядом. Пожалуйста, подумай об этом – я не готова так просто сдаваться!   
Ракар слез с консоли и чуть отошел, ближе к двери, ведущей в коридор. Он повернулся к Делас сначала спиной, а потом снова повернулся к ней и посмотрел в глаза. Не было сейчас в Ракаре ничего от агента Тал Шиар, он был обычным ромуланцем, и мало кто видел его таким. Квинтилия видела, и только.
- Могла бы, наверное, ты могла бы быть такой, ты могла бы понять, ты могла бы быть рядом, мы могли бы прожить жизнь, ты бы увидела, что я не жесток. Но, Делас, наверное, здесь не помогут слова. И, наверное, с некоторой точки зрения, я сейчас жесток. Но на самом деле, это не так. Было бы очень грубо с моей стороны дать шанс и надежду, и погубить твою жизнь. Любовь не так работает. Это нельзя объяснить, нельзя понять. И нельзя предать. Потом ты поймешь, что я на самом деле сделал сейчас добро в отношении тебя. Но я люблю другую девушку, и этого не изменить. Постарайся это понять, прошу тебя.
Ракар отвел взгляд.
- Ты живой человек, с мыслями и чувствами. И твои мысли и чувства должны продолжаться, как и твоя жизнь. Поэтому я не оставлю попытки помочь тебе. Возможно, в исследованиях Федерации есть что-то, что может тебе помочь. Поэтому я должен знать суть того, что с тобой. Я уже говорил недавно, ты должна жить. Я этого хочу.
Делас плотно сжала губы, и весь ее вид говорил, что она сейчас с трудом сдерживает эмоции.
- Может быть, ты ее разлюбишь! Может быть, она не так уж и хороша, как ты думаешь! – девушка вскинула голову. – И я не хочу, чтобы ты думал обо мне, как об умирающей, поэтому просто забудь! Со мной все в порядке, и уж Федерация-то мне точно никак не поможет, - она с гордым видом прошла мимо к Ракара и вышла в коридор: - Уверена, что скоро ты в ней разочаруешься! Только вот я не буду ждать вечно…
Сначала Ракар сделал шаг вслед за Делас, а потом остановился и опустил голову. Потом Ракар сел в ближайшее кресло и закрыл голову руками. Это было больно, очень больно. Он и сам знал, что Квинтилия его не любит, что у него очень мало шансов. Что пройдя очень длинный путь, ради нее, он однажды потеряет ее. Он ромуланец, она трилл. И они никогда не были даже добрыми соседями. Он понимал, что его может постичь не только разочарование, но и возмездие. Но он знал одно, Квинтилия – та, которую он будет ждать вечно, ради которой он сделает все, что может, даже если в итоге ему придется уйти. А ведь ему придется. Однако никто не знает будущего, будущее не предопределено. Есть настоящее, и в этом настоящем он впервые в своей жизни любил девушку. И ему были безразличны препятствия настоящие и будущие, все препятствия мира, внутренние и внешние. Благодаря ей он впервые в жизни испытал самое светлое и настоящее чувство, которое он собирался пронести сквозь всю свою жизнь, чтобы ни случилось. Он хотел сделать Квинтилию счастливой, даже если он сам потом окажется не нужным ей.
- Все может быть, Делас, но это мой путь, и я его сам выбрал, - сказал Ракар вслед уходящей ромуланке.
____________
Вместе с Делас

 52 
 : 18 Августа 2017, 14:43:00 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Артур Лайтман
1 сентября 2384 г., ночь
Станция ДС9

Когда все пошли в бар, Самрита почувствовала, что очень устала за время регаты. Не столько физически, хотя и это тоже – она не привыкла так мало спать, - но и морально, от постоянного напряжения и ответственности. События сегодняшнего дня смешались в голове, и было уже сложно вспомнить начало регаты и вообще все, что было до финального маневра. Ну, кроме того позорного инцидента на Джеррадо, когда Самрита мало того, что задержала всех, так  еще и ее тщательно скрываемый секрет не смог остаться секретом даже на два дня, и скоро о нем узнает вся станция. Вот это ее больше всего расстраивало – что ее собственная глупость стала причиной ее же позора.
В коридоре она догнала Освальда и негромко к нему обратилась:
- Идите пока без меня, я к вам потом присоединюсь – хочу принять душ и переодеться, - после чего замедлила шаг и отделилась от компании кадетов.
Артур шел в Кварк'с позади всех кадетов и озирался по сторонам, на Променаде многое происходило, все наблюдали за концом регаты. И для команды "Анадыря" она уже кончилась, для "Амазонки" еще нет, и несмотря на облегчение и радость, захватившее души команды, не все еще было решено. Не все радовались, не все ощущали завершение. Еще не все было кончено и точки не расставлены. Была некоторая незавершенность, и это не зависело от другой группы. Эта незавершенность, сомнения, противоречия - все были между ними, экипажем одного этого маленького корабля. Вот, например, Самрита, позади которой шел Артур сейчас, не радовалась. Это было очень неправильно. Артур помнил, что девушка отчего-то считала себя виновной за неудачную телепортацию зонда, Артур видел, как она переживает за каждый момент, за все, в чем ответственна, а ответственна она много ни мало за весь корабль, как любой хороший инженер, считающий корабль своим детищем, и переживающий за каждую неудачу, за каждую недоработку. Но только по-настоящему ответственные люди так требовательно относятся к себе и к своей работе. И проблема Самриты была вовсе не в той новости, о которой она узнала недавно о себе. Хотя и в этом тоже причина, и просто на нее все наложилось. Громадный груз ответственности. И Артур не видел на ее лице радости, только смущение и неудовлетворенность, неразрешимое противоречие, и возможно, чувство вины.
Вот Самрита сказала что-то Освальду и развернулась прочь от Кварк'с. Она не хотела идти со всеми. Артур прекрасно знал, как это происходит. Когда ты хочешь быть один и думаешь, что никто не может помочь. Но  это было не так. На корабле никто не один. Мы все вместе. Кадет шагнул чуть в сторону и оказался у Самриты на пути.
- Сэм, ты куда? - спросил он, - ты не пойдешь с нами?
- Пойду, но чуть попозже, - Самрита натянуто улыбнулась. – Хочу немного отдохнуть. Я скоро к вам подойду!
- А, - понимающе кивнул Артур, - а пойдем я тебя провожу и мы немного поговорим,  ты не будешь против? Расскажи, что случилось? Ты какая-то сама не своя. Мы обогнали андорианцев, вроде бы радоваться надо, но я не вижу радости на твоем лице.
- Ты уверен, что не хочешь пойти со всеми? – уточнила Самрита. – Там будет весело. Что касается андорианцев – их-то, мы, конечно, обогнали, но пока понятия не имеем, на каком мы месте. Может быть, где-нибудь в середине. Хена же сказала, что победитель станет известен, только когда все вернутся на станцию, так что пока особо нечему радоваться. Ну и я устала…
- Я сейчас уверен, Сэм, в том, что если одному члену нашего экипажа грустно, то его нельзя оставить, - сказал Артур, заглядывая Самрите в глаза, - мы экипаж одного корабля, и мы не бросаем друг друга. Веселье подождет, сейчас я хочу с тобой разделить то, что с тобой происходит, и поговорить. Ты сделала для этой регаты очень многое, без тебя бы ничего не было. Без тебя мы бы не справились. Эти два прекрасных модифицированных корабля, то – что ты сделала – грандиозно, и в такой короткий срок. Скажи мне, что с тобой происходит сейчас? Потому что кроме усталости – есть что-то еще, я же вижу.
- Мне не грустно, просто… Все получилось как-то глупо, - пожала она плечами. Кадеты шли по направлению по Стыковочному кольцу, где находились их каюты, и Самрита прибавила шаг. – Я могла показать себя лучше, а сейчас мне даже и гордиться особо нечем. То, что было на Джераддо… Я вообще не понимаю, как я была такой неловкой, что грохнулась на пол, и вас всех перепугала, и еще этого паука испугалась – теперь мне ужасно стыдно! Ну какой из меня офицер?.. 
- А… Джераддо, слушай, паук взял такой разбег, и так ударил, что упасть было не мудрено, когда я его оторвал, я сам чуть было не упал, и не упал только потому, что впечатался в стену под его напором, и оторвался я от него, только посветив ему в глаза фонарем. А не посвети я – неизвестно еще, может быть он пропорол бы скафандр. Ты не виновата тут совершенно, и стыдиться не за что, это были превосходящие силы. А перепугались мы потому, что любим тебя и ценим, и очень боялись потерять. Я, знаешь, даже на задании не мог толком сосредоточиться, я тоже винил себя, что не смог тебя вовремя защитить. Не переживай из-за этого, все же в итоге закончилось хорошо, - Артур улыбнулся Самрите, повернув к ней голову.
- Да что бы он там пропорол, - махнула рукой Самрита. – Он был не такой уж и большой, на самом деле… А я все равно испугалась, понимаешь? Я не хочу, чтобы об этом знали, потому что мне стыдно, что я так себя повела, что вы из-за меня потеряли время, что вы волновались, и, наконец, узнали то, что не должны были знать! – воскликнула девушка и быстро сбавила тон. – Да и инженер я на самом деле так себе. Катер был не слишком хорошо готов к регате, мне не хватило времени все проверить перед вылетом, двигатели едва не отказали в полете, ЭМГ чуть не подвесила все системы…  Если бы у меня было больше времени, я бы смогла лучше!
Артур остановился, снова заступил дорогу Самрите, встав перед ней и взял девушку за плечи, снова заглядывая ей в глаза.
- Самрита, хороший ты наш человек, добрый, ответственный и настоящий. Самрита, ты сама не знаешь, какая ты хорошая на самом деле. Но другие знают, вот я, например, знаю. Акрита знает, Освальд, М'Кота, Жантарин, Хена. Да и все остальные! Нам всем бывает страшно, рано или поздно, так страшно, что деваться некуда. Это ничего, мы люди, так бывает. Знаю, что стыдно, я понимаю, но мы вместе, потому что так и должно быть, когда одному страшно, второй защищает. А когда-нибудь потом – будет так, что будет страшно кому-то еще, а ты соберешься и защитишь всех. И ведь на самом деле ты это сделала. Ты классный инженер! И сама же говоришь – не хватило времени! И ты бы смогла тогда больше. Вот именно! Смогла бы! Но нельзя объять необъятное! Это невозможно сделать! У нас не было времени все отладить, но за тот короткий срок, который у нас был – ты сделала совершенно невозможное! Никто не справился бы лучше тебя. Нам повезло, что у нас есть ты, Сэм, человек, который так критично ответственен и в невероятных очень плохих условиях из ничего может сделать то, что работает. Ну повесила ЭМГ все системы, и что в итоге? Ничего страшного, зато ЭМГ вылечила тебя. Посмотри на это все с такой точки зрения, как я сказал, Сэм. Без тебя этого всего бы не было. Ты это совершила, вот и все. Вот тот непреложный факт, и с ним никак не поспоришь. Не был бы возможен маневр, если бы не твои действия и модификации. Не было бы ЭМГ, если бы не твои действия, не было бы форсажа, и… да и вообще. Мы вместе, Сэм, и мы разделим с тобой все твои тревоги и страхи, и очень хотели бы переубедить тебя в твоих сомнениях в себе. Но суть главная в том, что только по настоящему ответственный человек, такой как ты – может переживать из за мелких недоработок, и это с тобой происходит именно поэтому.
- Это не мелкие недоработки, - потупила взгляд Самрита. – Я не смогла правильно телепортировать к нам на корабль зонд, и из-за этого вышла еще одна заминка с потерей времени, потому что мы не знали, что с ним делать. А еще чуть-чуть, и я бы вообще могла потерять его целостную конфигурацию и уничтожить его! Это моя ошибка, потому что я торопилась и была невнимательной. И я не хочу быть той, кого надо спасать и защищать! Я будущий офицер Звездного Флота, а не дева в беде… Но у меня получается только попадать в глупые ситуации и ссориться со всеми!
Артур смотрел на Самриту и улыбка сошла с его лица.
- Хм, Сэм, а я думал вообще-то, что это не ошибка телепортации. Ты уверена? Ты смотрела логи? Знаешь, я считал, что это какая-то защита самого зонда и куба, от слишком хитрой телепортации, чтобы задержать команду, которая хватает свой чек-поинт за пол-сектора. И пока он остывает – идет время. Я думал, что на нем датчики, и он отслеживает свое положение. Но в любом случае, даже если ты так говоришь, то все равно – ты сумела настроить дальность транспортера далеко за пределами его стандартных возможностей, ты сумела провести эту тонкую операцию на очень опасной грани, ты не потеряла целостную конфигурацию, и твои действия принесли нам выигрыш в скорости. Ты ведь сумела это!
Артур отвел взгляд.
- Сэм, ты не дева в беде, но так выходит, что время от времени каждый из нас становится в чем то слаб, неуверен, и ему требуется понимание, просто в этот раз это твоя очередь была. Я хорошо понимаю, сам был такой недавно. Вы меня не бросили. Вы были рядом. Помнишь, ты сделала мне камеру, и я мог смотреть на все то, что вы делаете? Это было здорово. Случаются с человеком минуты душевного смятения, Сэм, - Артур снова посмотрел на нее. – Но дело в том, что вон там в Кварк'с сейчас команда не может радоваться, не то что в полной мере, а наверняка вообще никак. Потому что тебя с ними нет. Ты нужна нам, Сэм, будущий офицер Звездного флота, та, без которой не было бы этой регаты, не было бы ЭМГ, не было бы опасно и геройски телепортированного зонда, который все равно выжил! Ты нужна нам, Самрита, умеющая и попадать в глупые ситуации, и выбираться из них, и помогать выбираться другим. Ты нужна нам, умеющая с нами ссориться и мириться, иногда торопящаяся, иногда невнимательная, а потом внимательная и скурпулезная, и до самой крайности ответственная, никогда не оставляющая ничего незавершенным. Ты нужна нам, Сэм. И даже не потому, что у тебя что-то получается, а где-то нет, что кстати, вовсе не по твоей вине, а потому что ты человек, которого мы ценим как человека, с которым хочется мириться и работать вместе.
Самрита вздохнула и, наконец, улыбнулась.
- Спасибо, Артур. Это правда очень важно было услышать. Я скоро приду в Кварк’с, так что можешь передать нашим, что я буду. Хотя я сказала Освальду, что пошла переодеваться, - она кивнула на дверь каюты, около которой они остановились. – Но я хочу перестать быть слабой и сомневающейся, и мне еще есть, над чем работать! Эта регата показала, что я… ну, мне есть, куда стремиться. 
- Я очень рад это слышать, Сэм, - улыбнулся Артур, - да, в том и состоит жизнь, что мы сомневаемся, мучаемся, но мы работаем над собой, и у нас все в итоге получается. И плохо было бы, если бы мы были совершенными сразу, не испытывая ни боли, ни сомнений, ни разочарований. Ведь если бы у нас все получалось сразу, нам некуда было бы стремиться, и некуда расти. Это здорово, что мы умеем совершенствоваться и переживать , стремиться к совершенству. Ведь главное – это путь к цели. Не будь его – было бы невероятно скучно, правда ведь? – Артур ободряюще положил руку Самрите на плечо. – Возвращайся! Мы тебя ждем. Без тебя  праздник – не праздник.
- Хорошо, но сначала – душ! – мечтательно проговорила Самрита. – Я об этом мечтаю с тех пор, как побывала в этой пещере на Джераддо!
_____________
Совместно с Самритой

 53 
 : 18 Августа 2017, 10:34:09 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Самрита Баккер
1 сентября 2384 г., ночь
ДС9, катер “Анадырь”


«Анадырь» окончательно замер, коснувшись пола ангара.
Самрита с облегчением выдохнула и отключила свою консоль. Ноги немного тряслись – то ли от сильной перегрузки, то ли от нервов, - и она неспеша подошла к креслу Освальда.
- Ты молодец, из тебя получится отличный капитан Звездного Флота, - тихо шепнула она, едва коснувшись рукой его плеча, и быстрым шагом направилась к выходу.
- Я проведу полную диагностику катера утром, - объявила девушка уже у двери, открывая ее. – Сейчас поздно, и я устала. Давайте пока узнаем, какое мы заняли место, и не дисквалифицировали ли нас из-за этого маневра.
Освальд не успел ничего ответить и только проводил девушку взглядом, но, когда та вот-вот должна была скрыться из виду, окликнул:
- Если будет торжественное мероприятие, не вздумай пропустить, хотя бы на пять минут зайди! Это мой последний приказ, как капитана команды.
Осмотрев коллег, он поспешил добавить:
- И касается он всех - мне будет, что сказать вам в более торжественной обстановке.
Акрита в это время уже сняла шлем дополненной реальности, положила на консоль рядом с собой и задумчиво разглядывала свою униформу. Все-таки интересно было, где же этот жучок и что он из себя представляет. После слов Освальда она наконец выпала из того легкого ступора, который бывает после моментов сильного морального и физического напряжения, и обрела способность реагировать более-менее адекватно происходящему.
- Да, капитан, - с улыбкой кивнула она Освальду и тоже направилась к выходу.
В ответ на слова Освальда М’Кота шутливо отдала честь и тоже прошла на выход. Проходя мимо Акриты, она не удержалась и всё-таки хлопнула андорианку по плечу.
– Было здорово, – сказала она. – Даже жаль, что всё кончилось! Хотя… всё в наших руках!
Артур погасил свою консоль и встал из кресла, обернулся к остальным. Задержал долгий взгляд на М'Коте. Нельзя было не признаться себе в том, что в нем борется два разных чувства, два совершенно разных. Когда маневр был окончен, и они обогнали всех, он слышал ее возглас, и этот ее возглас отдался в душе Артура осознанием вполне однозначным. Он звучал в унисон с ним самим, с тем, что он сам чувствовал, но с ним все происходило не так, хотя он вполне разделял желание М'Коты не только поздравлять друг друга, а еще и похлопать друг друга по плечу, и даже больше. Куда больше. Сейчас Артур понимал, что в том неразрешимом противоречии между ним и ей, в той позиции, когда одно не перевешивало другое – чаша весов начала клониться в одну совершенно однозначную сторону. И он знал, что иного варианта чем уже выбрал – быть не может.
- Потрясающе, - наконец сказал Артур. – То, что мы сделали, грандиозно, наверное нет тому аналога в известной истории. Спасибо всем за то, что я был с вами и участвовал в этом.

Самрита вышла из катера первой, за ней последовала Акрита. Двери ангара были уже открыты, и от них к “Анадырю” бежали Хена, Крим Анжар, Брол Арко и Жантарин.
Ференги добежала первой и порывисто обняла Самриту.
-Поздравляю! - выдохнула она, прижавшись к подруге.
Жантарин похлопала Акриту по плечу.
-Вы молодцы, - сказала молодая СБшница, - Мы все видели! Наблюдали за ходом регаты на экранах на Променаде и слушали все комментарии - тут устроили трансляцию о ходе соревнований.
-К-как это вам удалось отгадать все задания? - смущенно спросил баджорец Крим, - Я б-бы не справился...
Самрита обняла подругу в ответ и помахала остальным.
- И что же про нас говорили? – улыбнулась девушка. - А… А вам сказали, кто выиграл? Потому что на самом деле мы не знаем, кто пришел первым…
-Никто пока не знает! - затараторила Хена, - Поскольку все вылетали в разное время, и не все еще вернулись на станцию и закончили регату, финальной турнирной таблицы еще нет. Победителей объявят на церемонии награждения, когда вернуться все, и судьи подсчитают время! Но мы не могли смотреть дальше, мы побежали встречать вас!
Артур вышел из катера вслед и застал столпотворение кадетов, которые радостно всех встречали. Он остановился от них неподалеку, услышал, о чем они говорили, подошел ближе.
- Ого, однако. Ну да, как можно было предположить, что регату не будут транслировать. Конечно, все это показывалось. А что, видели ли как наша плазма полыхала на половину сектора? – сказал кадет.
-О да, это было круто! - закивал Брол.
Артур широко улыбнулся и окинул взглядом всех собравшихся здесь.
- И что комментировала по этому поводу Кристаль Харт? И что было про "Амазонку"? Вы ведь все слышали?
-Ой, там столько всего было… - начала Хена, - Ну, в основном, комментарии кто за кем летит, кто какие чек-пойнты выполняет. Показывали карту, на которой отмечены все корабли. И все контрольные точки с правилами заданий, потому что это же вам надо было проявлять сообразительность, а зрители сразу видели, что надо делать. Но мы, конечно, не стали вам звонить и рассказывать, это же было бы нечестно. У нескольких капитанов взяли интервью в прямом эфире. Еще были всякие сложные и опасные моменты у некоторых команд… Представляете, была даже перестрелка! Но там оба корабля потом дисквалифицировали. Ну и конечно, “Амазонка”... Никто пока не знает, что там случилось, а сейчас они не закончили регату и летят к станции. Их будет встречать команда медиков и ремонтная группа.
- Спасибо, Хена, - кивнул Артур, - на самом деле на "Амазонке" более-менее все нормально, они выполнили свою задачу несмотря ни на что, но медики им пригодятся, это да, Тенек там пострадал.
-Ах, бедный Тенек! - воскликнула Хена.
Воодушевление окружающих товарищей окончательно оживило Акриту, несмотря на то, что где-то в глубине души она чувствовала усталость, необходимость побыть одной и выстроить хоть в каком-нибудь порядке события этого дня. Хотя бы в хронологическом. Но в конце концов, сейчас они на финише, на станции, дома, маневр выполнен, и дальнейшее не зависит от нее.
- Это наше общее, - с задорной улыбкой ответила она соотечественнице, когда та поздравила ее. – Вы ведь мысленно были с нами, поэтому если уж победит проект "Альфа", так весь целиком! Кстати, "Поющие Льды", андорианская команда, показали прекрасный результат. Пусть они и наши соперники, но я ими тоже восхищаюсь.
Пока Хена рассказывала о трансляции, Акрита нашла глазами главного инженера проекта и пробралась к ней.
- Самрита! – воскликнула андорианка, с искренней радостью схватив руку землянки и сжав ее своими обеими. – Мы сделали это! Представляешь, какие-то два… или три… дня назад мы еще только планировали, а сейчас успешно добрались до финиша, и вообще. Ты просто гениальный, незаменимый инженер и член команды! Спасибо тебе за все это!
Она хотела еще многое сказать, но сейчас мысли и слова как-то плохо складывались.
- Э-э-э, спасибо, - землянка выглядела ошарашенной, потому что сама себя гениальным инженером и тем более незаменимым членом команды не считала. – Но вообще-то у нас все получилось в первую очередь благодаря тебе и маневру… - она заозиралась по сторонам в поисках поддержки или хотя бы возможности перевести тему. – А… А кстати! Все же видели маневр, да? Как он вам со стороны?
-Да, мы видели, - ответила Жантарин, - В основном регату показывали с помощью карты системы, но тут включили записи камер станции. Вы зажгли! В самом прямом смысле.
- Да вовсе нет, - андорианка склонила антенны и явно не собиралась отказываться от своих слов. – Маневр, конечно, хорош, но ведь и он получился главным образом благодаря тебе, Самрита, твоим модификациям двигателей, щитов и всего остального. Итогом моих усилий была бы лишь успешная симуляция, - она рассмеялась. – А без всей той огромной работы, которую ты сделала, ни "Анадырь", ни "Амазонка" даже не вышли бы на старт.
Самрита очень смущенно опустила взгляд, а ее щеки и кончики ушей покраснели.
Освальд покинул катер последним и как-то машинально осмотрел обшивку, словно надеясь понять, как долго им теперь предстоит катер ремонтировать... Сомнений в том, что именно их заставят этим заниматься, у кадета не было - для заданий, скорее всего, понадобится катер, и именно они привели "Анадырь" в его нынешнее состояние... А ведь так хотелось перевалить эту обязанность на зрителей!
Эти далеко не самые оптимистичные мысли привели к тому, что выражение лица у Освальда было не самым весёлым, но он старался изо всех сил не позволять этому испортить настроение остальным.
- А давайте переберёмся а "Кварк'с"! - предложил он, подходя к группе кадетов и, как бы невзначай становясь совсем близко к Самрите. - Мне бы точно не помешало что-нибудь... тонизирующее! А по дороге вы нам всё и расскажете. Ну или мы - вам, как пойдёт.
Кадеты проекта “Альфа” согласно закивали и одной шумной радостной толпой отправились в бар.
_________
C командой "Анадыря" и Хеной, Кримом Анжаром, Бролом Арко и Жантарин

 54 
 : 18 Августа 2017, 09:15:56 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
Баджорская система, катер “Амазонка”

Ракар смотрел на "Фениксов", сидя в своем кресле. Они собирались стать их возмездием. Возмездием для них. Но "Фениксы" не понимают, что часто бывает так – то, что не убивает нас – делает нас сильнее, но иногда лучше бы убивало. Потому что выжившие, став сильнее, будут мстить, не сразу, возможно, в далеком будущем, но неудавшиеся немезиды всегда, рано или поздно, попадают в ту же яму, которую копали для других. А те, кого они не смогли убить, пусть даже морально, теряют часть своей души, которая позволяла им быть слабыми и наивными, доверчивыми в чем-то. Ракар не простил, и простить не мог, но он точно знал, что Квинтилия и любовь к ней непрерывно делает с ним что-то такое, что то такое важное и сложное, что он становится совсем другим. Совсем другим человеком, совсем новым. Ромуланец повернул голову к Квинтилии и улыбнулся ей, а потом снова посмотрел на ту команду, что собиралась вот-вот уходить с мостика.
- Да, цените их, мою команду, Первого помощника на "Амазонке" – Квинтилию Перим, главврача на "Амазонке" – Тенека, а также всю команду "Анадыря" – Макдауэлла, Баккер, М'Коту, Акриту, Лайтмана. И помните, любой вред, который вы нанесете, вернется к вам однажды. Не надо так больше делать.
Ракар опустил голову, теперь он понял, что практически смертельно устал.
- Мы ценим, - кивнула Делас. – Надеюсь, что и вы смогли переступить через себя и свою гордость и оценить, что мы можем работать вместе, как команда. Мы ведь хорошо сработались, правда? Даже жаль, что все это закончится так скоро…
Делас закусила губу и нерешительно переступила с ноги на ногу. Потом обернулась, встретилась взглядом с Квинтилией и коротко ей кивнула. Набрав побольше воздуха в грудь, она обратилась к Ракару:
- Я не хочу, чтобы все вот так заканчивалось. Ракар… - она перевела дыхание. – Ты… Ты не откажешься сходить со мной в Кварк’c, когда мы вернемся на станцию? Мне надо тебе кое-что сказать.
Ромуланец поднял голову и пристально посмотрел на Делас. В лицо, в глаза. Чего она хотела от него? Дочь вице-проконсула, врач, хозяйка и друг паука по имени Парнус, девушка со странной и неизвестной болезнью, от которой не было лечения, решившая прожить свою короткую жизнь полноценно, сколько бы ее ни осталось. Девушка, которая пошла против него, девушка, так хорошо умевшая скрывать свои эмоции и чувства, девушка, которая так смотрела на него на том приеме 7 лет тому назад… Он ее видел тогда, и помнил. И Ракар задумался о том, могло ли быть все иначе? И понял, что не могло. И дело было не в том, что у него всего лишь одна жизнь. Дело было совсем в другом.
- Извини, Делас, - сказал Ракар после ровно 15-ти секундной паузы, - у меня другие планы на этот вечер, на эту ночь, и на утро тоже. Но я думаю, что мы еще успеем обсудить все то, что вас касается, вместе с нашей группой проекта. - И Ракар посмотрел на хронометр, на котором отметил 12 часов еще тогда, когда она об этом сказала – 12 часов до момента ее следующей инъекции. – У тебя 4 часа, Делас, еще, не забудь, пожалуйста, о твоем исследовании.
- Завтра днем? Или вечером? – с надеждой в глазах спросила Делас, и ее губы чуть заметно дрогнули. – Я подожду. Пожалуйста, не отказывай…
Ракар смотрел на Делас, видел как дрогнули ее губы. Он  все понял теперь и у него похолодело внутри. Квинтилия сидела справа, Тенек сидел немного впереди, почти рядом с Делас стояли Казза и Юнок. Но у них, у ромуланки и ромуланца, была прямая линия, на которой никто не стоял. Прямая линия, проведенная взглядами, одна на двоих. Рука ромуланца дрогнула и он остановил дрожь, крепко вцепившись в кресло дрогнувшей рукой. Он даже не думал, что это может быть каким-то специальным ходом с ее стороны, она не играла, потому что так играть нельзя, то, что было на ее лице – было искренним. И он понимал, что режет по живому. Но также понимал, что некоторым вещам нельзя оставлять надежду, нельзя мучить человека бесплодной надеждой и некоторые вещи нужно решать сразу и навсегда. Ракар любил другую девушку, которая сидела сейчас справа от него. И он понимал, что прямо сейчас он в той же роли, в какой роли была Квинтилия. И как сложно было Квинтилии в тот момент, примерно также сложно сейчас и ему самому. Ромуланец на мгновение разорвал этот контакт глаз с Делас, но усилием воли он заставил себя вернуть взгляд. Он не знал, сколько времени длилось то, что испытывает сейчас Делас, возможно, с того самого момента ее детства. Однако, некоторые вещи нельзя оставлять нерешенными.
– Я понимаю, Делас, я понял, - сказал Ракар дрогнувшим голосом, - но я не могу, у меня есть причина, и это вовсе не связано с тем, что вы сделали, это связано со мной лично. То, о чем ты просишь, невозможно. И я не из тех, кто дает бесплодные надежды. Прости.
- Но ведь ты даже не знаешь, что я хочу сказать! – воскликнула девушка. – Почему ты не хочешь меня выслушать? Просто… выслушать? Я ведь больше ничего не прошу – просто сходить со мной в Кварк’c и поговорить, - в ее голосе прозвучало что-то, очень похожее на слезы.
Ракар почти судорожно выдохнул и поднялся из кресла.
- Первый, мостик ваш, - сказал он, - пойдем Делас, поговорим сейчас. В научном.
Квинтилия коротко кивнула, подтверждая, что приказ понят.
_________________
Совместно с Квинтилией, Тенеком, Делас, Каззой и Юнок

 55 
 : 18 Августа 2017, 09:15:10 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
Баджорская система, катер “Амазонка”

Слова про «некоторых бессердечных» Тенек благополучно пропустил мимо ушей. Версии с похищением или помиранием в кустах не выдерживали никакой критики: похищать экипаж «Примы» на мирном Бэйджоре было некому, а уползти далеко у умирающих не было бы шансов, и их наверняка сразу бы нашли. Впрочем, вулканец не стал настаивать – судя по всему мысль о том, что лейтенант-коммандер Планкс за них волновался, доставляла «фениксам» массу положительных (и абсолютно непонятных Тенеку) эмоций. А вот на дальнейшее обсуждение судьбы «фениксов» стажёр отреагировал:
– Думаю, обсуждение ситуации лучше всего провести утром, – сказал он, когда Ракар вернулся на мостик, – мисс Тари сказала, что мистер Рроу будет здоров к утру. И нужно известить мистера Планкса – если ему действительно небезразлична судьба его подопечных, он захочет присутствовать.
-”Анадырь” передает нам поздравления и благодарности, - прочитала Квинтилия очередное сообщение.
Вернувшись на мостик, ромуланец быстро наклонился и тронул паука, быстро погладив того по шерстке. Паук признавал только Делас, и Ракар не стал задерживаться на этом, тем более, сейчас были другие дела, а пауки были не из тех, кого Ракар любил, несмотря на интерес к этому конкретному животному, находившемуся сейчас на мостике.
Ракар прошел к своему месту и сел.
- А подтверждение о том, что не обратятся в службу безопасности, они не передавали еще, Первый?
-Нет, - ответила трилл, - Я сейчас только отправляю им это сообщение. Отправлено.
- Хорошо, спасибо, - сказал Ракар, и откинулся в кресле, прислонившись головой к спинке, закрыл глаза. Как бы то ни было, что бы ни произошло во время этого, и независимо от того, сколько еще всего ему надо было обдумать, теперь ему казалось, что он может расслабиться и закрыть глаза. Хотя бы на минуту. Квинтилия справилась, Квинтилия вела катер и отказалась от того, чтобы ее сменили. Это было очень хорошо, и хоть он не знал, что она чувствует по итогу этого всего, это был очень важный этап, не только в ее жизни. И впереди еще много всего нужно было пройти. Но самое важное всегда было здесь и сейчас. И он сам не справился бы без нее.
- Спасибо за это невероятное ощущение, во время маневра, - сказал Ракар, и не было понятно к кому именно это относилось.
-”Анадырь” переслал подтверждение, что они согласны на нашу просьбу - "Принято, до совещания ничего не предпринимаем", - сказала Квинтилия.
-Пожалуй, мы вернемся в жилой отсек, - сказала Казза с некоторым сожалением, - Пойдем, Юнок.
На пороге она обернулась и посмотрела на всех, присутствующих на мостике.
-Работать с вами мне понравилось больше, чем работать против вас. В нашей группе на Кардассии уже начало возникать чувство дружбы и даже семьи, но теперь я думаю, что она больше, чем мне казалось раньше.
-Мне тоже, - быстро добавила Юнок.
Делас согласно закивала, но идти вслед за своей командой не спешила.
- Теперь мне было бы интересно познакомиться и с остальными членами этой группы – надеюсь, у нас еще будет такой шанс… и мне больше не придется гримироваться под вулканку, это так надоедает! – улыбнулась ромуланка.
Ракар развернулся с креслом к центру мостика. Впервые за время после столкновения с "Фениксами" он расслабился. Он больше не был как сжатый кулак, он поверил, что все обошлось и теперь до определенного момента ничего не грозит. Червь сомнения все еще был где-то глубоко, но не тревожил так, как совсем недавно.
- Да, познакомиться..., - сказал Ракар, глядя на девушек "Фениксов", - и объясниться с Рроу, ведь вы ударили его в самое сердце, я уверен. И вот еще... зачем все это было? Что вам мешало подойти и познакомиться и раньше? Узнать все другим путем? Ради чего вы... - Ракар запнулся, он точно испортит момент, если скажет, что чувствует себя униженным, растоптанным, тем, кого жестоко обманули и почти уничтожили, жестоко  над ним посмеявшись. Но этого он не скажет сейчас, возможно, не скажет никогда, - Ради чего это было? Все могло быть иначе, и не лежал бы на Бэйджоре ваш корабль, и не пострадал бы Рроу, не приобрел бы незаживающую рану в сердце, не маячило бы призраком над вами СБ и все остальное. Ради чего? Скажите, вы повторите когда-нибудь такое еще раз, или... или все изменится ?
- Ну, я же уже говорила, нам казалось, что так будет интереснее, соревнование и все такое, - потупила взгляд Делас. – Хотелось ответить на ваш маневр чем-нибудь… Но мы увидели, как это на самом деле работает, и это было очень… сильно и впечатляюще, - выдохнула она. – Не думаю, что мне снова захочется такое с вами повторять, в конце концов, мы уже стали одной командой… в некотором роде.
Ромуланка замялась, точно хотела еще что-то сказать, но не решалась, и только поглядывала на Ракара сверху вниз, покусывая губу.
-Мы боялись вас и завидовали вам, - добавила Казза, - Мы думали, что вы делаете нам больно - своей известностью на всю Федерацию, своими интересными приключениями, своими планами на маневр. У нас ничего такого не было, мы чувствовали себя обделенными. Но теперь мы видим, что это не было вашей целью. Вы даже не знали о нашем существовании, а просто были собой, а наши чувства и обида на вас… они просто у нас в голове, и нам самим нужно решать эту проблему, внутри себя, а не вымещать все на вас.
Тенек посмотрел на Каззу очень недоверчиво.
– Интересными приключениями? – переспросил он, – Чувствовали обделёнными? – было похоже, что эти слова привели Тенека в состояние некоторой растерянности. – Вы уверены, что говорите о катастрофе, взятии в заложники и суде над нашим товарищем? Любой опыт полезен, но я не назвал бы это желанным опытом, не говоря уже о том, что эти события всё ещё могут стоить нам расформирования нашей группы. Странно, что мистер Рроу умолчал о главном, но именно для того, чтобы спасти нашу группу от расформирования, мы задумали участие в регате и этот манёвр. Он должен был показать, что мы способны действовать сообща, выполнять сложные задачи и добиваться успеха, а не только создавать проблемы и попадать в неприятности.
-И он показал, - ответила Казза, - Теперь мы это понимаем, потому что сами были здесь, в этом вашем приключении. Когда ты находишься внутри - все воспринимается совсем по-другому, чем когда смотришь снаружи, как было для нас с другими вашими похождениями. Они были просто красочными рассказами. Мы хотели быть вашими немезисами, но вы раскрыли все заговоры. У вас были враги, но вы победили, мы - проиграли. Самрите повезло обнаружить Юнок и вовремя починить катер, поэтому тот саботаж в итоге не нанес реального вреда. Вы смогли быстро сориентироваться и заменить пилота Рроу, поэтому это вас тоже не затормозило. Жучок на Акрите не причинил проблем, а в конце даже пригодился в критической ситуации. Единственное - авария катеров, но  вы теперь знаете, что мы устроили ее не специально. И даже после аварии вы смогли перебороть себя и взять нас на борт, несмотря на наши различия, вы дали нам возможность посмотреть на вас в действии и даже поработать бок о бок. Вы справились со всем, что в вас бросали, и это потрясающе, правда, Юнок?
-Правда-правда! - закивала головой Юнок, - Вы молодцы!

_______________
Совместно с Квинтилией, Тенеком, Делас, Каззой и Юнок

 56 
 : 17 Августа 2017, 12:14:48 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
Баджорская система, катер “Амазонка”

Несколько минут “Амазонку” трясло так сильно, что у всех двоилось в глазах. Юнок предусмотрительно упала на пол. На мостике катера стало жарко и слишком светло, будто они оказались в эпицентре огромного костра.
“Анадырь” будто выстрелом из пращи улетел далеко вперед. Так далеко, что его уже никто не догонит.
-У нас получилось! Юххуу! Проект “Альфа” рулит! - воскликнула Казза, когда тряска прекратилась, стукнув рукой по консоли. Разумеется, не так сильно, чтобы разбить что-то, а от избытка чувств.
-Не совсем у нас, но они все-таки сделали это, хи-хи! - поправила Юнок, поднимаясь на ноги, - Все-таки смогли! Это было… грандиозно! Спасибо, что разрешили нам посмотреть.
-И даже почти поучаствовать, - добавила ктарианка, - Это был самый крутой, самый дерзкий, самый опасный маневр, который я видела. Не удивлюсь, если его когда-нибудь назовут в честь Акриты.
-Мы справились! - выдохнула Квинтилия, - И мы целы!
Делас поднялась с пола вслед за Юнок – только она на него не предусмотрительно легла, а непредусмотрительно свалилась от тряски. Ромуланка поспешно стащила с себя шлем и оглядела всех полными восторга глазами.
- Это было… невероятно! – выпалила она. – Давайте устроим такое же у нас в группе? Казза, ты же сможешь? Планксу понравится! – а потом, словно вспомнив что-то, быстро добавила: - Я сейчас вернусь, только проверю Парнуса!
Ракар молчал весь маневр, вцепившись в свою консоль, временами поглядывая на Квинтилию, на показания на своей консоли, и на экран, где полыхала горящая плазма. Все обошлось, к счастью. Никто не пострадал, не известен был статус только паука, о котором Ракар тоже думал. И он точно знал, что маленькое существо, запертое в скафандр, в одиночестве, покинутое всеми, поверившее гуманоиду, который оставил его одного во время катаклизма, не известного ему – сейчас боится и страдает. Ракар знал, как страшно пауку, одному, запертому в неизвестности. Даже если это паук.
Когда тряска прекратилась, ромуланец снял свой шлем и положил на колени.
- Вот мы и сделали это, - сказал он с некоторым оттенком торжественности. – Благодарю всех, кто в этом участвовал и приблизил нашу победу. Если мы что-то и могли кому-то доказать, то мы это тоже сделали. Надеюсь, "Анадырь" придет первым. И еще нужно помнить инженеров, которые сделали это возможным, инженеров – которые на самом деле строят этот мир, рождают эти технологии и воплощают их в реальность. С той целью, чтобы другие могли исследовать мир, и защищать себя. Первый, - Ракар повернул голову к Квинтилии, - это было здорово, я знал, что у вас все получится. Ведите нас домой, или… хотите отдохнуть немного, а я поведу?
Через включенный передатчик продолжали нестись реплики с мостика “Анадыря”. Вот Самрита сообщила, что до станции они дотянут. Вот Артур радостно отрапортовал, что команда “Поющие льды” осталась позади. А вот в эфире раздался вопль, который могла издать только клингонка.
“Амазонка!” - это был громкий голос Освальда и обращался он прямо к ним, - “Вы там целы? Ответьте нам через щиты”.
Через несколько секунд примерно то же сообщение передали щиты “Анадыря”.
 -Что мне написать? - спросила Квинтилия.
Ракар, не вставая с кресла, дотянулся до прибора, который стоял на консоли перед Квинтилией, взял в его руку, повертел, нашел кнопку выключателя и нажал ее.
- Вот так, нехорошо подслушивать, такое ощущение, что ведешь слежку и пристальное наблюдение за подозреваемым или объектом шпионажа. А мы здесь не про это. Квинтилия, напишите им, что у нас все хорошо, и мы идем домой, то есть на станцию. Именно в такой формулировке.
И Ракар полуобернулся к Тенеку, вулканец был все-таки с сотрясением мозга, а Квинтилия не ответила на вопрос, хочет ли она отдыха… Что бы это значило? Наверное, нужно было спросить еще раз.
- Ах, да! - вдруг быстро дополнил Ракар, - прибавьте в сообщение, что мы выключили прием сигнала с жучка, они могут говорить свободно.
Тенек сидел в кресле с очень невозмутимым и вместе с тем очень удовлетворённым выражением лица – одна из тех несовместимостей, которые вулканцы каким-то загадочным образом ухитряются совмещать. Похоже, сотрясение мозга в его внутреннем рейтинге существенно отставало от удачного манёвра.
– Это достойно восхищения, – сказал он в ответ на взгляд Ракара. – Заслуженного восхищения, – и добавил с лёгким оттенком скепсиса: – Надеюсь, судьи и общественность окажутся того же мнения.
Квинтилия склонилась над консолью и составила сообщение:
“У нас все хорошо, мы идем домой на станцию. Прием от жучка отключен”.
Когда сообщение было отправлено, она сказала:
-Я не хочу отдыхать, я справлюсь. Прокладываю курс к ДС9.
Как раз в это время на мостик вернулась Делас: она уже успела снять скафандр, но не успела причесаться, и сейчас ее короткие темные волосы лежали на голове в творческом беспорядке. В руке она держала кожаный ремень, служащий своеобразным поводком для огромного страшного и лохматого паука-мутанта с баджорской луны.
 - Он так испугался, бедняжка! – ромуланка нежно погладила Парнуса по шелковистой шерстке. – Но теперь все будет хорошо, правда? – а потом подняла голову и с гордостью посмотрела на Юнок: - Ты слышала, Ракар оценил твою работу!
Ракар снова посмотрел на Квинтилию.
- Хорошо, тогда передайте мне управление и вылезайте из скафандра, потом снова его примете, а я отнесу все это на место, - а потом посмотрел на Делас, - Делас, наверное, у тебя никогда не было домашних животных. Понимаешь, они пугаются вот этого всего, когда одни. Надо быть с ними рядом, когда гроза и молнии сверкают, когда вот такая как у нас ситуация. Знаю, это трудно в космосе, когда ты на вахте, и не можешь в каюте успокоить своего маленького зверька, который по тебе скучает и боится быть один. Он испугался, это закономерно, но больше так не поступай с ним. Ты ответственна за него, потому что он поверил тебе и ты его приручила. Будь с ним рядом, по возможности, чаще.
А потом Ракар посмотрел на Тенека и довольно улыбнулся.
- Тенек, мы когда прибудем, вы зайдите к доктору Эвен Оро, пусть она вас осмотрит, а пока, вылезайте-ка из скафандра.
Квинтилия передала управление, встала с места и начала снимать скафандр. Казза и Юнок делали то же самое.
– Да, сэр… если это приказ, – отозвался Тенек, снимая шлем. В сущности, он и так знал, что делать в своём состоянии и не испытывал особенного желания идти в лазарет, где его наверняка окружат избыточной опекой, но Ракар всё ещё был капитаном.
- Это пожелание мистер, Тенек, не приказ, просто … - и Ракар снова усмехнулся, а потом встал из-за своей консоли, принимая скафандр Квинтилии, собираясь идти в конец катера. Не произошло ничего из того, о чем подозревал, и хвала составляющим Вселенную элементам, он был рад, что не стал пророком, он был рад тому, что ошибался, лучше ошибаться, чем быть правым, прозревая всякое то, чего не должно случиться. Однако подслушивающее устройство Делас он забрал и притормозил со своим уходом с мостика.
- Делас, - сказал Ракар, - тебе надо запросить разрешение на станции на провоз Парнуса, я разрешаю это сделать вот с этой консоли, - он показал рукой на место, где до того сидела Казза, - он, кстати, мальчик или девочка?
- Он мальчик, причем еще совсем молодой. Подросток, можно сказать! – Делас проворно юркнула на консоль. – А можно еще Планксу написать, что мы корабль грохнули? Ну, чтобы его подготовить… и чтобы потом он не очень злился! Кстати, а куда ты наше устройство понес?
-Уж наверное Планкс заметил, что “Прима” валяется на Бэйджоре, - проворчала Казза, - Наверное, он с ума сходит сейчас, не зная, что с нами случилось.
- Ой-ой, тогда это не хорошо! – округлила глаза ромуланка. - Ну, я передам ему весточку! Может быть, он обрадуется, что с нами все в порядке, и не будет сильно наказывать… - пальцы Делас проворно забегали по консоли.
- Мальчик, - Ракар чему-то покивал, улыбаясь самому себе, - значит, он избежал печальной участи, ему повезло. – И Ракар перестал улыбаться, глядя на Делас.
- Да, можно, сообщите ему, что вы живы. Твое устройство реквизировано до прилета на станцию, я отдам его тебе потом. И да, беспокоиться не стоит. По прилету – вы свободно выйдете и пойдете. Я ничего не сообщал СБ. А все дальнейшее будет решено вместе с "Анадырем", и с Рроу, мисс Казза.
– Не думаю, что мистер Планкс волновался, – бестактно заметил Тенек. – Наверняка «Приму» обследовали и не нашли там ни раненых, ни трупов.
-Но нас тоже не нашли, - заметила Казза, - Мы могли уползти и сдохнуть где-то, где нас не искали.
-Или нас могли похитить! - подхватила Юнок, - Бедный Планкс! Как думаете, а ваша Толан волновалась из-за вашего маневра? Все-таки, он довольно опасный.
- Планкс нас любит! – обиженно отреагировала на заявление вулканца Делас. – Он не какой-нибудь… бессердечный, как некоторые! Он там наверняка себе места не находит, но я ему сейчас напишу… Как думаете, мне поставить смайлик?
Еще пару секунд Делас сосредоточенно составляла сообщение, а затем обернулась к Ракару, еще не успевшему выйти с мостика:
- Во-первых, ты не знаешь, не заявила ли еще команда «Анадыря» или не собираются ли они это сделать по прибытию. В-вторых, если, как ты говоришь, мы можем взять и уйти, то как ты можешь быть уверен, что мы вернемся?
Ромуланец со скафандром Перим в руках уже подошел к краю мостика и обернулся оттуда. Приключение заканчивалось, и теперь он думал о глинне Толан, кардассианке, которой наверняка пришлось воочию столкнуться с заговором против проекта. Он прекрасно помнил, и сейчас образ Иламы Толан на брифинге, на защите проектов катеров и собственно перед самой регатой так ярко всплыл в памяти, он явно осознал, что та столкнулась с силами, куда превосходящими ее собственные возможности. Теперь они возвращались на станцию, и не знали, что происходит там сейчас. Толан не знала о маневре. И Ракар никак не прокомментировал вопросы Фениксов об их координаторе, он ответил лишь на последний.
- А вот это уже государственная тайна, Делас, ромуланская государственная тайна, - Ракар не допустил ни тени улыбки, и, памятуя о том, как ему пришлось совсем недавно возвращаться два раза, когда он не дослушал Квинтилию, не спешил уходить с мостика.
- Я скоро вернусь, скафандры только отнесу.
- Какая тайна? – удивилась Делас. – Я спросила тебя, как ты можешь нам гарантировать, что вторая команда уже не вызвала СБ или не собирается этого делать. А если ты этого гарантировать не можешь, то не можешь быть уверен в том, что нас не арестуют на станции, и, соответственно, не можешь нам этого обещать, разве нет?
- Я недавно слышал версию от одного из членов команды "Анадыря", что неплохо было бы привлечь вас к исправительным работам, а это мало согласуется с версией о том, что вас сразу посадят за силовое поле. У вас есть надежда, что этого не произойдет. А чтобы надежда эта укрепилась – Перим, передайте пожалуйста на "Анадырь" просьбу не заявлять пока ни о чем в службу безопасности, пока мы вместе все не обсудим, - сказал Ракар. - И дайте мне две минуты, наконец, я сейчас вернусь.
-Почему это слабо согласуется? - спросила Казза, - Можно сначала посадить человека за силовое поле, потом долго думать, что с ним делать, а потом выпустить на исправительные работы.
- Потому что по законам Федерации вы вряд ли заслужили исправительные работы на благо проекта, - ответил ромуланец, - и решать это уже придется не нам с вами, а специально уполномоченным людям. Но тем не менее – все, я сейчас вернусь, - и Ракар быстро пошел в задний отсек. Через 1.5 минуты он вернулся.
_______
совместно с Квинтилией, Тенеком, Делас, Каззой и Юнок

 57 
 : 17 Августа 2017, 11:51:09 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Самрита Баккер
1 сентября 2384 г., ночь
Баджорская система, катер “Анадырь”


- Большая перегрузка двигателей, - доложила Самрита, когда корабль совершил свой маневр и летел вперед. – Но до станции мы дотянем! Что там с остальными кораблями? Мы видим «Поющие Льды»?
Лайтман вжимался в кресло перегрузкой, с которыми не справлялись инерционные гасители. В очередной раз он с усмешкой подумал о том, что технологии инерционных гасителей, похоже никогда не достигнут в Федерации совершенства, да и не только в Федерации. Да и грустно будет, если достигнут, потому что нет ничего круче в том числе и вот этого древнего ощущения, когда в 21-м космонавты на многоступенчатых ракетах и жидком химическом топливе преодолевали притяжение Земли. Взметнуться в космос… что может быть лучше этого? Только для этого и следует жить, в полете, и вот в такой перегрузке. А потом перегрузка кончилась, и Лайтман обернулся к остальным, узнать как все это перенесли. А потом Лайтман услышал, что Самрита просит посмотреть на их главных конкурентов и снова обернулся к консоли. Рано он расслабился, надо было дело исполнять.
- Сейчас посмотрим, - ответил кадет, переключая сенсоры в поисках корабля андорианцев, - ищу "Поющих льдов".
Корабль “Поющих льдов” с Андории был с ними не на одной прямой, но уже невооруженным глазом по карте было видно, что они остались позади, им потребуется больше времени, чтобы добраться до станции чем “Анадырю”. Скорость корабля соперников была ниже расчетной, той, которую предполагали кадеты проекта “Альфа” в своих оценках.
- Мы… мы обгоняем, обогнали уже,  - сказал Артур радостно и в некоторой степени возбужденно, - если мы сохраним скорость, то мы будем первыми! Еще рано говорить, но, друзья, вы все молодцы, это просто здорово!
М’Кота издала короткий и выразительный вопль – дала выход своему восторгу. Ещё было бы неплохо треснуть ближайшего соседа по плечу от избытка чувств, но клингонка справедливо полагала, что нежные федераты этого не оценят. Поэтому вместо столь красноречивого жеста она сказала со смехом:
– Кого бы обнять, чтобы не сломать? Девчонки, если боитесь за свои кости, держитесь пока от меня подальше – вы сегодня героини дня!
Освальд очень удивился, когда услышал отчёт Артура и незамедлительно перепроверил данные.
- Ничего не понимаю, - пробормотал он. В голове у кадета они не могли обогнать андорианцев никак. Они прибыли к злополучному зонду одновременно, потом ещё минуты полторы-две ушло на возню с зондом и ключом. До следующей точки лететь надо было двадцать минут, но Самрита сделала невозможное, круто увеличив радиус действия транспортера, и команда выиграла, как показалось Освальду, минут десять. Потом манёвр, который должен был удвоить их скорость, но подготовка к нему тоже заняла некоторое время, и всё это время "Поющие льды" неслись к своей цели не медленнее "Анадыря". Или медленнее?..
- Их скорость должна была быть куда выше. Или же мы просто попали в пространственно-временную аномалию. Ещё... - Освальд запнулся, чуть не сказав, что это ещё одна меньше чем за месяц, и тогда пришлось бы объясняться. Вместо этого он бросил взгляд на Самриту и поспешил исправиться, - ещё этого нам не хватало, да, Сэм? Ну что же, летим на ДС9! Отличная работа, команда! Амазонка! - чуть громче позвал он, надеясь, что жучок продолжает исправно передавать данные. - Вы там целы? Ответьте нам через щиты! Артур, продублируй, на случай если они нас не услышали.
Артур быстро набрал сообщение и передал его кодом через щиты "Амазонка, вы целы?" А затем оглянулся на команду, улыбаясь, и прошептал:
- Может быть, уничтожим жучок?
 Самрита посмотрела на Освальда очень странным взглядом, когда тот упомянул аномалию, и вскинула брови, но ничего не сказала – свою радость ей не очень хотелось выражать вслух при всех, двигатели все еще требовали ее внимания, а про жучок решат и без нее.
После рывка вперед и сигнала о завершении циклограммы все происходящее стало для Акриты как в голокино. Она слышала голоса товарищей, просматривала отчеты по функционированию систем, после слов Артура отследила оставшуюся позади линию движения «Поющих льдов». Сердце колотилось бешено, а глаза подернулись туманом, она спешно проморгалась и снова уставилась в экран. Скоро нужно будет тормозить, с такой скорости это сделать непросто, одно неверное движение – и потеря управления ничем хорошим не обернется. Где-то там позади с практически нулевой скоростью осталась «Амазонка», сообщений от них пока не шло. Таймер отсчитывал секунды, и пока все участники этого безумия не окажутся на станции, андорианка не могла позволить себе расслабиться.
- Нет, пока не надо, - ответил на вопрос Артура Освальд, после чего указал на свой пульт и набросал текстовое сообщение, которое тут же отправилось на панели всем: "Не надо ничего уничтожать. Во-первых, если команду "Примы" станут судить, то жучок будет вещественное доказательство, а во-вторых, у них наверняка велась запись с самого начала, и нам будет куда проще договориться о её уничтожении, если мы не станем портить ценное оборудование".
Артур повернул голову к Освальду и кивнул, подтверждая принятие приказа.
В этот момент пришло новое сообщение через щиты “Амазонки”:
“У нас все хорошо, мы идем домой на станцию. Прием от жучка отключен”.
Прочитав сообщение, Акрита впервые с начала маневра улыбнулась с облегчением. «Вы молодцы, ребята, вы сделали это! Мы сделали! Лучше, чем на симуляции. Встретимся на станции. Спасибо!» - быстро набрала она теперь уже текстом, а не голосом.
Тем временем их конечный пункт - станция ДС9, их старт и финиш, становился все ближе.
В этот момент снова поступило сообщение с “Амазонки”.
“Не заявляйте пока ни о чем в службу безопасности, пока мы вместе все не обсудим”.
– Да-а, давайте им ещё медаль дадим! «За лучшую подставу десятилетия»! – насупившись, проворчала М’Кота.
- Да ладно, может, у Ракара на уме что-нибудь по-ромулански изощрённое, а сдача саботажниц СБ этому помешает! - хохотнул Освальд. - Думать перед любыми действиями - это правильно, так что, если никто не возражает, я сейчас передам подтверждение.
- Да, я тоже не возражаю, - ответил Лайтман со своего места.
Освальд по очереди посмотрел на коллег, но никто не возражал, поэтому он быстро отправил ответ: "Принято, до совещания ничего не предпринимаем".
Примерно за три минуты до подлета к станции Акрита начала тормозить, сначала сбросив скорость до нормального импульса, а затем уменьшив мощность двигателей. Вот уже шедевр кардассианской архитектуры, ставший им домом, оказался в прямой видимости не только на мониторах, но и в иллюминатор.
- Запрашиваем стыковку, капитан? – пилот чуть обернулась в сторону Освальда.
- Запрашивай, - кивнул Освальд, - и стыкуйся, когда разрешат. Надеюсь, обойдёмся без “круга почёта” по всей системе.
Получив направление в тот ангар, из которого они стартовали сегодня утром, Акрита повела туда катер. И только когда «Анадырь» окончательно замер, коснувшись пола, андорианка по-настоящему осознала, что регата, наконец, закончилась.

_________
С командой "Анадыря" и "Амазонкой" на связи

 58 
 : 17 Августа 2017, 11:42:06 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Акрита ш’Лечир
1 сентября 2384 г., ночь
Баджорская система, катер “Анадырь”


“Амазонка” передала щитами сообщение о готовности к маневру.
Теперь катера шли уже один над другим, скорость «Анадыря» была чуть выше, он постепенно выходил вперед. Прикусив нижнюю губу, Акрита неотрывно следила за линией движения «Амазонки». Квинтилия – наверняка это была она – держала курс с предельной точностью отличницы, и андорианка успела внутренне улыбнуться, значит, не стимуляторы делали ее прекрасным пилотом и курсантом Академии. И Акрита обязательно ей это скажет. И да, так бывает, что уверенность просыпается в критический момент, совершая невозможное.
Мигнул индикатор, бросив зеленый отблеск на пальцы пилотов. На втором катере в этот момент должен был сработать сигнал об уменьшении скорости на 0.12% и одновременно подачи мощности на передние и верхние щиты. Здесь уже и команды были не нужны, но инстинктивно, или по просьбе Ракара - Акрита сама не знала точно, почему – она быстро и отчетливо заговорила на запись связи и «жучок»:
- Вышли на позицию. Вы чуть уменьшаете скорость, щиты по инструкции. Все как было на симуляции 4-эф-бета. Все внимание на сигнал риверса. Компьютер выдаст импульс автоматически по циклограмме, но вы следите. Все идет отлично!
В ответ “Амазонка” сразу же уменьшила скорость - это было видно по приборам. Сканеры Артура также показали, что второй катер дал мощности на щиты.
- Амазонка усилила передние щиты, - сказал Артур.
На один невообразимо короткий миг пальцы Акриты дрогнули, благо в этот момент не нужно было ничего нажимать. Но это был лишь миг, а затем время словно перещелкнулось на пониженную передачу, растянувшись в несколько раз. Синхронно с сигналом второго индикатора андорианка бросила «Анадырь» вниз.
При такой скорости даже легкое изменение траектории ощущалось отчетливо, поэтому сейчас всех пассажиров конкретно подбросило, а затем сразу же вжало в кресла. Включились аварийные датчики критически близкого сближения, звуковое сопровождение, конечно, было предварительно отключено.
Артур смотрел на позиции катеров, их сближение, показания датчиков. От него сейчас ничего не зависело и он с удовольствием наблюдал, как начинается их главный маневр в этой регате. Он с удовольствием отмечал про себя как здорово и хорошо слаженно работает их команда, он чувствовал волнение Акриты, такое естественное в этот момент, и он видел, как Акрита профессионально все исполняет. И, несмотря на все то, что случилось, Лайтман испытал воодушевление моментом. Катер бросило вниз, сейчас произойдет столкновение и ускорение… сейчас.
Самрита вцепилась в свое кресло и старалась не выпускать из поля зрения показания приборов даже во время предстоящего толчка. Она и так совершила много ошибок за время регаты – взять хотя бы свою поведение на Джеррадо, которое стоило команде кучи нервов и времени, и это не говоря о неудачной телепортации зонда и проблем с ЭМГ. Теперь она должна была сделать все возможное, чтобы двигатели не подвели в последний момент, и чтобы структурная целостность выдержала… Самрита сжала зубы, напряженно глядя прямо перед собой: пусть от нее сейчас ничего и не требовалось, но ей тоже хотелось чувствовать, что она приложила усилия и сделала все возможное для того, чтобы их команда победила в регате, а не только всем помешала.
Освальд напряжённо поглядывал то на Акриту, то на свой пульт, на который выводилась диагностика всех систем катера. Кадет снова начал ругать себя за то, что замешкался и позволил "Льдам" забрать зонд - возможно, поступи он иначе, им сейчас не пришлось бы рисковать убиться на финишной прямой. Потом, правда, вспомнилось, что "Амазонка" и так летела к ним, стремясь исполнить опасный манёвр во что бы то ни стало, поэтому именно на манёвр его ошибка не повлияла никак.
Отогнав навязчивые мысли, Освальд продолжил следить за происходящим, глядя то на пилота, то на пульт, то на обзорный экран.
- Риверс точно по сигналу, - собственный голос доносился до Акриты как бы издалека. Это был самый опасный этап, решающий и критический. Программа до миллисекунды рассчитала момент «толчка», где одним из ключевых параметров выступали характеристики щитов «Амазонки», которые сейчас испытывали очень большую нагрузку, а во время риверса и вовсе почти предельную. Если программа ошиблась, если что-то не учтено, если последняя диагностика в каком-то месте выдала погрешность сверх допустимой… Андорианка знала риски, но сейчас не думала об этом. Она просто ощущала до дрожи, до миллиона острых игл на кончиках антенн, до капель крови на закушенной губе – то, что от нее зависит жизнь их всех. От каждого, конечно, но в первую очередь от нее. Она спиной ощущала их доверие, волнение, ожидание, поддержку, и не только их, а еще и тех, кто был на «Амазонке» в паре десятков метров позади нее. Она чувствовала, как напряжены щиты, как ползет стрелка температуры обшивки, и очень хорошо представляла, что сейчас видят Квинтилия и Ракар – как им в лобовое стекло бьют струи горячей плазмы.
А затем сработала автоматика, так, что даже сама Акрита с полусекундным запозданием поняла, что произошло: компьютер «Амазонки» переключил двигатели на риверс, шкала состояния задних щитов «Анадыря» мгновенно стала красной.
- Квинтилия, стабилизаторы! – крикнула андорианка, следя, как их собственный катер балансирует на огненной струе, подобно тому как это делали древние ракеты при старте с планет.
«Амазонку» сейчас будет очень жестко штормить, их положение в голографической проекции заметалось. Но они уже выполнили свою задачу, выдержали, дали нужный импульс! Они целы, да, они, борг нас всех подери, целы!! А «Анадырь» уже летел вперед, вдавливая в кресло экипаж, ругаясь опасной перегрузкой на всех консолях, особенно на инженерной.

____________
с командами "Анадыря" и "Амазонки"

 59 
 : 17 Августа 2017, 11:29:12 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Илама Толан
1 сентября 2384 г., поздний вечер
Станция ДС9, каюта Иламы Толан


Толан поежилась, вспоминая то снотворное. Впрочем, один плюс у него был – с ним она по крайней мере выспалась. Если закрыть глаза на все остальное… 
- Как скажете, - она чуть заметно пожала плечами. – Если так вы будете спокойны, мне не сложно. Надеюсь, это меня не убьет? Было бы обидно, не правда ли? – кардассианка улыбнулась бледными губами.
- Не убьёт, - заверил Джарин, - я ознакомился с твоей медкартой - там нет таких патологий, которые приводили к гибели подопытных во время испытаний. Хотя, конечно, могут быть побочные эффекты, как со снотворным - провалов в памяти не должно было быть... в общем, не бойся - я не желаю твоей смерти и не собираюсь рисковать твоим здоровьем.
- Какие побочные эффекты? – быстро поинтересовалась Толан. Сейчас она в полной мере переживала все побочные эффекты неудачного отравления и хотела умереть. Только недавний разговор с коммандером Мори хоть как-то помогал ей держаться. Но изображать перед Джарином, что с ней все в порядке, было все сложнее…
- Не знаю, я же не врач, - пожал плечами мужчина, - это же стимулятор, так что, наверное, возможна бессонница, гиперактивность, нервозность, раздражительность... но это пройдёт, когда препарат выведется из организма, что займёт не больше суток - не так долго, правда?
Джарин раздумывал о том, стоит ли говорить о неизвестных побочных эффектах, которые могут быть вызваны лекарствами Глессина и общей слабостью Иламы, но пока решил придержать информацию.
- Тогда я не замечу разницы, потому что вы описали мое обычное состояние, - Илама вновь растянула губы в улыбке, но глаза ее оставались серьезными. И очень усталыми. – Хорошо, гал Дохиил, я сделаю все, как вы скажете. А после этого, я надеюсь, вы дадите мне время отдохнуть и прийти в себя. 
- Хорошо, - кивнул Джарин, - тогда давай ещё раз пройдёмся по плану: ты установила телепортационный маяк в каюте баджорки? Тогда дождись момента, когда она точно будет в каюте, телепортируйся, стреляй и телепортируйся обратно. Потом приди туда, вызови охрану и скажи легенду: командующая пригласила тебя обсудить дальнейшую судьбу проекта, ты зашла и увидела следы телепортации и, как тебе показалось, ромуланскую униформу. Остальное сделают паранойя и годы взаимной вражды.
Толан сосредоточенно кивнула.
- А оружие? Что делать с ним после убийства? На нем ведь останутся мои отпечатки, – ее голос звучал так спокойно, словно они обсуждали только что съеденный ужин.
- Когда телепортируешься обратно к себе, оставь под подушкой - я всё улажу быстрее, чем ты дойдёшь обратно до каюты баджорки и вызовешь станционных безопасников, - заверил женщину офицер, - всё пройдёт гладко. Я в тебя верю и полагаюсь на тебя в этом важном деле, ответь и ты мне, пожалуйста, взаимностью - я хочу уберечь тебя, а не подставить.
- Д-да, конечно, - кардассианка боязливо повела плечами. – Я вас не подведу, гал Дохиил. Это звучит не сложно, я справлюсь, но меня будут допрашивать… Вы уверены, что в моей каюте не найдут оружие? Что с нами будет, если все раскроется?
- К тому моменту, как тебя начнут допрашивать, оружия в каюте уже не будет, - спокойно ответил Джарин, - дизраптор и переносной транспортер я уничтожу так, что следов не останется.
- Хорошо, тогда я справлюсь, - произнесла Толан. – А что потом? Я не смогу остаться на станции и в проекте, вы же понимаете…   
- А потом... - Джарин мечтательно улыбнулся, - потом, по моему официальному запросу, тебя снимут с должности координатора проекта и назначат на одну из наших колоний, где ты будешь в безопасности, и тебя не достанут ни федеральные, ни ромуланские шпионы. Через некоторое время я подам прошение о снятии с должности и получу назначение на той же колонии. Помнишь дом? Это была просто модель, но ничто нам не помешает воплотить её в реальности.
Толан чуть заметно вздрогнула, представив себе все перспективы, но быстро напомнила себе, что ничего этого не будет. Ей следовало держать лицо и притворяться, а потом...
- Надеюсь, что вы сможете отвести от меня все подозрения, и спокойное будущее будет возможно. Не хочу, чтобы мое имя связывали со смертью Мори. Я хочу уйти из проекта как можно более незаметно - я и так уже достаточно всех подвела, - призналась женщина. - Чем раньше я смогу покинуть Терок Нор, тем лучше.
- Если всё пройдёт гладко, никто не станет подозревать тебя в убийстве, - ответил мужчина, - хотя ромуланцы могут попытаться узнать, почему тебе форма их военного "померещилась", но от ромуланцев мы сможем тебя защитить, не говоря уже про федератов. Спокойная жизнь, карьера и достаток тебе будут обеспечены. Если же ты ещё и докажешь свою преданность нашему делу, то сможешь примкнуть... впрочем, как бы мне ни хотелось, чтобы твоя жизнь пошла именно по этому пути, данный разговор придётся отложить до лучших времён. Сначала сделай то, что от тебя требуется прямо сейчас.
- Да, вы правы, - с некоторым облегчением проговорила Илама. – Сначала давайте покончим с этим. По правде сказать, мне самой хочется, чтобы все уже поскорее закончилось. Когда мне зайти к вам в кабинет... за лекарством? – она произнесла последнее слово после небольшой паузы.
- Скоро, - мягко произнёс Джарин и неожиданно для Иламы положил свою ладонь поверх её, - совсем скоро всё это закончится, и для тебя начнётся новая жизнь. Не нервничай, следуй установленному плану и доверься мне - всё пройдёт хорошо. Зайди ко мне примерно за час до операции - чтобы стимулятор наверняка подействовал, и ты привыкла к его эффекту.
Илама закрыла глаза и не спешила убирать руку. Сейчас ей почему-то вспомнились первые дни, когда она только познакомилась с Джарином, и ее сердце наполняли те давно забытые чувства, на которые она, казалось бы, и не была уже способна… Но сейчас было не время для сантиментов. Она знала, что надо делать, и у неё впервые за долгое время был четкий план. Не слишком реалистичный, со множеством пробелов, но все же был.
Но когда она подняла голову и посмотрела на Джарина долгим взглядом, что-то в нем – глубоко затаенное и почти потерянное – было настоящим, а не тщательно сыгранным.
- Хорошо, - проговорила, наконец, Толан. – Мне нужно время отдохнуть и подготовиться, если вы не возражаете… - она устало покрутила головой и повела плечами.
- Не возражаю, приводи себя в порядок - я буду ждать, - с мягкой улыбкой ответил офицер и отправился на выход.
Оказавшись за дверью, он позволил себе сменить выражение лица на привычно-сосредоточенное, причём сделал это так легко, словно носил не метафорическую, а самую настоящую маску. Как говорят земляне, "Рубикон перейдён" - теперь пути назад нет: либо Толан всё сделает правильно, либо ему придётся... почему-то думать об этом было не слишком приятно, и Джарин стал исходить из того, что всё закончится благополучно, и ему не придётся в третий раз залезать в тайник с препаратами.
Когда за Джарином закрылась дверь, Илама тоже позволила себе снять маску и без сил откинуться на спинку кресла. Волосы мягкой волной упали на шелковый халат, руки безвольно опустились на подлокотники, а веки закрылись от усталости. Голова кружилась, и ей было сложно контролировать себя последние минуты разговора, но все же она смогла это сделать. Кажется, Джарин ничего не заподозрил. Пусть думает, что она – безвольная кукла в его руках.
Теперь у нее был план, у нее был компромат, и у нее было оружие, которым она убьет Мори – а дальше от нее уже мало что зависело. Все, что ей оставалось сейчас, это доползти до постели и поспать несколько часов, а потом просто сделать то, что она должна. Она слабо улыбнулась своим мыслям и медленно поднялась из кресла – больше всего ей сейчас хотелось налить себе стакан канара, чтобы наверняка заснуть и снять напряжение, но она понимала, что пока – нельзя. Не сейчас. От нее слишком много зависит. Потом, уже скоро, она позволит себе расслабиться…

____________
С Джарином и без канара Грустный

 60 
 : 17 Августа 2017, 11:28:38 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Илама Толан
1 сентября 2384 г., поздний вечер
Станция ДС9, каюта Иламы Толан


«Теперь на карте не только жизни ваших родственников и ваша, но и моя», - слова коммандера Мори плотно засели у Толан в голове, и именно они сейчас помогали ей не утонуть в пучине самокопания и жалости к самой себе. Ей хотелось быть слабой – и морально, и физически, - ни за что не отвечать и ни о чем не думать, завернуться в кокон одеяла и никогда из него не вылезать, но Толан не могла это себе позволить.
После очередного визита доктора Глессина и новой порции лекарств кардассианка смогла добраться до своего терминала. Еще днем она проверила его на безопасность – и, разумеется, нашла следящие программы гала Дохиила, которые он оставил ей вместе с камерами в качестве сувенира с той самой ночи. Сейчас она не была до конца уверена, что ее связь с Кардассией осталась бы незамеченной, но то связь, а ей нужно было провести всего лишь небольшое расследование…
Мори сказала, что Федерации ничего не удалось найти на Джарина, но у Иламы было несколько зацепок, которые она могла раскрутить. Совсем слабых, но, если за ними что-то стоит, у нее были шансы найти компромат на Джарина. А с помощью Мори она могла вновь связаться с Кардассией и подкинуть свои наработки тем, кто был бы в них заинтересован, - и, что было более ценным, получить несколько имен через дядю. Похоже, что он воспринял ситуацию серьезно, но, к сожалению, с ним женщина пока не смогла поговорить напрямую.
Толан сжала руками надбровные гребни, пытаясь заставить мозг работать хоть немного быстрее – времени было в обрез, голова болела, перед глазами все плыло от слабости, но все же что-то она смогла найти. Легкая улыбка заиграла на ее губах, когда Толан смогла сложить разрозненные факты в общую картину. У нее не было весомых доказательств, но, как говорил Джарин, этого было достаточно для того, чтобы зародить подозрения…

***

После почти наполненного работой дня и очень напряжённого вечера, который лишь слегка скрасил стакан канара, Джарин пришёл к каюте Иламы. Посмотрев по сторонам и убедившись в отсутствии любопытных глаз, он позвонил в дверь. У офицера были и другие возможности попасть в каюту женщины, но звонок в дверь также позволял оценить состояние Толан, что было немаловажно для выполнения задания. Вербовка нового исполнителя может сильно всё осложнить, поэтому оставалось надеяться, что состояние Иламы достаточно стабильное.
Дверь открылась изнутри, впуская Джарина внутрь. Еще недавно он точно так же стоял на пороге и понимал, что мог не успеть, сейчас же каюта Толан выглядела буднично и обычно. Разве что баджорского дерева в ней уже не было – видимо, женщина решила от него избавиться. Сама кардассианка сидела за своим рабочим столом, полускрытая тенью, и с порога было сложно понять, каково ее самочувствие. Но, по крайней мере, она уже не лежала в постели - доктор Глессин хорошо поработал, чтобы поставить ее на ноги в такой короткий срок.
- Гал Дохиил, добрый вечер, я вас ждала, - проговорила она ровным голосом.
- Вот как? - с едва заметным интересом спросил Джарин, проходя внутрь каюты и садясь на диван, где всего несколько дней назад они сидели в обнимку и пили канар. - Ну что же, вот и я, излагай, что у тебя на уме.
Теперь со своего места он мог видеть, что Илама и впрямь выглядит лучше, чем днем – но только потому, что хуже, чем после ее неудачного самоубийства, было уже невозможно. Сейчас она была все еще измождена, кожа казалось нездорово-бледной, а под глазами залегли глубокие тени, однако было заметно, что женщина приложила все усилия, чтобы выглядеть лучше. Она аккуратно собрала волосы в высокий «хвост» и закрепила заколкой так, чтобы они мягкой волной падали ей на плечи, укрытые свободным халатом из темного-синего шелка,  и, кажется – хоть в полумраке это было не так просто разглядеть – Илама даже сделала легкий макияж и подкрасила голубой пигмент в ложкообразной впадине на лбу. В общем, к приходу гала Дохиила она подготовилась.
- У меня было время обдумать ваши слова, - негромко произнесла женщина, неторопливо перекладывая падды на своем столе. – И я пришла к выводу, что у меня действительно не осталось других альтернатив, кроме как исполнить ваш приказ. Я надеюсь, он будет последним?
Джарин внимательно рассматривал женщину, и увиденное ему нравилось. Очень нравилось. Даже слишком нравилось. А слова ещё усиливали эффект - Илама и правда всё правильно поняла - выбора у неё особого не было, и попытки сопротивляться ни к чему хорошему, действительно, не приведут. Все прошлые "жертвы" проходили этот же путь, правда, они все сопротивлялись куда дольше. Видимо, Джарин правильно её оценил в самом начале - она не боец и долго сопротивляться не может. Этот очевидный факт только подтверждался тем, как быстро женщина смирилась: сопротивление не принесло результата, и она сдалась - очевидно. Слишком очевидно. Могла ли Толан пытаться вести игру? Офицер надеялся, что нет, но всё-таки решил не терять бдительности.
- Очень рад, что ты образумилась, - мягко произнёс он,  вставая с дивана и подходя к женщине сбоку. - Да, я уже обещал, что это единственное задание, которое придётся исполнить. После него не будет ни приказов, ни убийств, ни шантажа... Ты ужинала? - неожиданно офицер переменил тему. - Ты можешь выглядеть сколь угодно красиво, но опытный глаз не проведёшь - ты всё ещё слаба, так что говори прямо: ела сегодня хоть что-нибудь?
Илама внимательно следила за реакцией Джарина, но старалась не подавать виду и вести себя максимально естественно. Как будто все в порядке, и не было этих дней шантажа и давления, не было ее срывов и попытки самоубийства… Как будто она начала все с нового листа – впрочем, может, так оно и есть?
- Спасибо, я уже… - женщина хотела привычно соврать, что она поела или что она не голодна, но не смогла даже вспомнить, когда в действительности последний раз ела. Не сегодня. Может быть, вчера? Или еще раньше? Был ли у той еды вкус?
- Хотя нет, я еще не ела, - качнула головой Толан. – Вы хотите составить мне компанию? Но ведь не за этим же вы пришли? А отчет о моем состоянии вам уже наверняка передал доктор Глессин – за этот вечер он вколол мне столько лекарств, что и мертвого бы поставил на ноги.
- Может и за этим, - загадочно ответил Джарин и направился к репликатору. Спустя минуту он вернулся с подносом. Себе офицер взял только кружку чая из красных листьев и яйца реговы, а Иламу ждал куда более плотный ужин. - Я хочу быть уверен, что ты справишься, а для этого тебе надо восстанавливать силы. Примерно это мне и сообщил в отчёте доктор Глессин - ты ещё слаба, и тебе потребуется время, чтобы окончательно прийти в себя. Вот только времени у нас не слишком много.
Женщина перевела взгляд с Джарина на ужин и обратно. Есть ей не хотелось совершенно, но сейчас она должна была доказать, что готова выполнять приказ гала Дохиила, и что ее самочувствие лучше, чем было на самом деле. Поэтому она безропотно приступила к трапезе, заставляя себя есть через силу, и даже попыталась изобразить на лице удовольствие.
- Я справлюсь, - наконец проговорила Толан. – Мне уже намного лучше, вы же сами видите. Я вас не подведу, гал Дохиил, - она посмотрела прямо ему в глаза и вложила в голос всю искренность, на которую была способна.
- Вижу, - кивнул Джарин, - лучше. Но "лучше" - это не значит "готова". Доктор Глессин, конечно, отлично поработал, но чудес во Вселенной не бывает. Ещё недавно ты едва не умерла, а сейчас уже готова к такому опасному заданию... Думаешь, мне хочется посылать тебя на смерть?
- Не хочется? – предположила Илама, откладывая вилку и заглядывая в глаза Джарину. Интересно, чего же он хотел на самом деле? – Так… Какие будут ваши распоряжения? Вы хотите перенести то, что запланировали на эту ночь? – поинтересовалась она, словно речь шла о пикнике. – Я боюсь, больше нам не представится такой прекрасной возможности, как официальное завершение регаты на станции.
- Перенести нельзя, - мотнул головой Джарин, не сводя, тем не менее, взгляда с лица женщины, - тут ты права...
Офицера всё ещё не отпустило ощущение, что что-то тут не то, поэтому он решил проверить кое-что ещё.
- Я мог бы поискать другого исполнителя и внести коррективы в планы - у нас ещё есть пространство для манёвра.
- Вы бы избавили меня от страданий, если бы нашли кого-нибудь другого на эту роль. Но вы ведь так не сделаете, да? – вздохнула женщина. – Иначе бы вы не стали меня спасать. У вас нет другого исполнителя, и это ваша проблема. Есть только я, каким неидеальным кандидатом я бы ни была…
- Звучит так, словно ты меня пытаешься убедить, - улыбнулся Джарин. - По крайней мере, я бы говорил именно так: я не хочу этого делать, но у вас ведь нет выбора, поэтому мне не отвертеться... проблема в том, что ты ещё в одном права - ты неидеальный кандидат, в своём нынешнем состоянии. У тебя есть налаженный контакт с командующей, и алиби должно сработать, но что если твой организм подведёт тебя в самый ответственный момент? Ты можешь погибнуть, а задание будет провалено. Я-то как-нибудь выпутаюсь, но дело ведь не только во мне, правда? - выражение лица Джарина стало таким искренним, что, казалось, он вот-вот возьмёт женщину за руку, и только сосредоточенность взгляда могла вызвать сомнение в том, не является ли это частью игры.
- Организм не подведет, - тихо проговорила Толан. – Я приложу все усилия. Мне не привыкать, вы же знаете, что после нападения Аномалии на станцию мое состояние было не лучше, но я справилась. Мне выгодно все скорее завершить и остаться в тени, а не подставлять себя. Но если вас смущает… Может быть, доктор Глессин сможет мне как-нибудь помочь продержаться? Чтобы и вы, и я были уверены, что все пройдет по плану?
- У меня есть идея получше, - сказал Джарин, всё ещё изучая Иламу, - я взял с собой не только экспериментальное снотворное, но ещё и не менее новый стимулятор. Его тоже никто не испытывал в реальных условиях, но лабораторные опыты показали, что он работает и не убивает. По крайней мере, сразу... Надеюсь, его разработкой занимались более компетентные люди. Зайди в мой кабинет, когда пойдёшь на задание - сразу примешь и гарантированно сможешь выполнить задание.

________
С Джарином

Страниц: 1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10

MySQL PHP Powered by SMF 1.1.15 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS