* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
21 Сентября 2017, 11:33:37 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 02 cентября 2384 года, утро
Страниц: 1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10
 41 
 : 23 Августа 2017, 10:58:35 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Освальд Макдауэлл
1 сентября 2384 г., ночь
ДС9, коридоры станции


- Ну, я не знаю никаких подробностей... - поспешил оправдаться Освальд, - но я очень общительный человек, у меня много знакомых с разных миров, из разных слоёв общества, с разным жизненным опытом - смог собрать кое-какую статистику и заметить кое-что общее!
Землянин очень внимательно посмотрел в глаза ромуланке и слегка улыбнулся.
- Никто не ценит твою честность, лучше жить ложными надеждами, ты никому ничего не говорила, и ещё все эти слёзы... дела сердечные, да?
- Нет! – воскликнула она и вскинула подбородок. Потом вздохнула и призналась: - Ну ладно, да. Но это все равно уже не важно, потому что… потому что… Он меня не любит! – выпалила она и вновь разрыдалась. – А я ему призналась… Мужчины, почему вы такие бесчувственные?!
- Природа нас такими сделала, - пожал плечами Освальд. - Когда-то давно, когда мы - ну, по крайней мере, земляне, не знаю как там у вас ещё на древнем Вулкане было - жили в пещерах, грелись у костров и ели только то, что сможем догнать и убить, не имея ничего, кроме дубин и примитивных каменных орудий, мужчинам чувства только мешали - отвлекали от добывания еды и защиты других таких же. Эволюция - штука медленная, и за недолгую историю такие вещи не выправить никакими сознательными усилиями.
Тут кадет неожиданно засмеялся.
- По крайней мере, мне нравится так думать - я едва не завалил антропологию в Академии, так что точно не скажу! Но вернёмся к тебе. Итак, ты призналась первой? Завидую твоему кавалеру - мне вот в этом вопросе не так повезло! Я так понимаю, это кто-то с проекта? Из вашей группы? Значит, общались вы, скорее всего, не больше пары месяцев... стоп! Ты призналась ему уже во время регаты? Это... оригинально!
- Не важно, кто это, - тихо проговорила Делас. – Важно, что я теперь не знаю, что дальше. У меня были – и есть – к нему чувства, я почти публично в них призналась и… ничего!  И что мне теперь делать? – она с надеждой посмотрела на Освальда.
- Почти публично? - не унимаясь, переспросил Освальд. - Во время регаты? Значит, при это ещё и команда Ракара, небось, присутствовала? Не думаю, что он бы стал подозревать тебя в заговорах, если бы увидел в... таком состоянии! Но почему не сделать этого на станции?..
Кадету показалось, что он упускает что-то важное, но потом, взглянув ещё раз на ромуланку, он решил пока отложить эту тему.
- Что тебе делать? Для начала, страдать, пока не надоест. Потом - жить дальше. Назло обидчику и вопреки любым недоброжелателям. Сама не заметишь, как жизнь наладится! И... что-то мне подсказывает, что страдать тебе вот-вот должно надоесть, иначе ты бы меня не спрашивала об этом! - землянин поднялся и протянул ромуланке руки. - Пойдём-ка в бар! Надо же моим коллегам познакомиться с той, по чьему приказу наш корабль саботировали, а наш инженер лишь чудом смогла отбиться! Шучу. Отвлекаться от дурных мыслей всегда полезно, особенно когда тебя "не любят" и "не ценят".
Делас нехотя поднялась на ноги с помощью Освальда и отряхнула серебристое платье. После всех приключений сегодняшнего дня оно было уже немного помятым и потертым.
- Я вообще не хотела, чтобы меня видели… такой, - она вытерла щеки, но глаза выдавали долгие рыдания. – Я могу перестать страдать, но вряд ли я так быстро его разлюблю, если вообще смогу… Ну ничего, он еще увидит, от чего отказался, и, может быть, передумает! – решительно объявила Делас, а затем развернулась к Освальду. – Нет уж, капитан Макдауэлл, ни в какой бар я сейчас не пойду. Во-первых, твои коллеги меня ненавидят, во-вторых, в таком виде я перед ними не предстану, а, в-третьих, у меня там Парнус, - она кивнула на дверь лазарета, - и я должна убедиться, что из него не сделают котлеты.
- Я перестал быть капитаном, как только мы вернулись - теперь я кадет Макдауэлл, - поправил землянин, - или просто Освальд - не люблю лишний формализм. Ладно, не хочешь в бар - не ходи, но, я надеюсь, ты на церемонию награждения придёшь? Я далёк от мысли, что мы победим, зато уверен, что там место всем, кто стартовал утром!
Почесав щетину на подбородке, кадет вдруг осознал последнее, что сказала Делас, и переспросил:
- Стоп-стоп-стоп! Парнус? Котлеты? О чём ты вообще?!
- Я думала не приходить, - вздохнула Делас. – Но ведь это бы значило, что я проиграла и сдаюсь… А я никогда не сдаюсь. Так что да, я приду. Мы все придем! А Парнус… - она хитро посмотрела на Освальда. – Хочешь познакомиться?
- Э-э... знакомиться с кем-то, из кого котлеты сделают? - ещё раз переспросил молодой человек. - Ты ещё и питомца с Кардассии сюда притащила? А для баджорцев это деликатес, выходит?
- Ах, ну нет же! – Делас закатила глаза. – Это маленькое пушистое создание, которое я нашла на одном из заданий – его там обижали, он был таким несчастным и одиноким… Кто-то его даже поранил! Я его вылечила и забрала с собой, а теперь у него тут карантин.
Освальд задумался ненадолго и уже готов был согласиться, но потом насторожился и недоверчиво спросил:
- На каком именно задании? Не в открытом космосе - это точно, не у вулканцев и не у монахов - они не обижают зверьё по чём зря... не может быть! Ты притащила с Джераддо мутировавшего паука, который покалечил мою... коллегу, и которого второй коллега только фонарём отогнать смог?!
- Ну да, это паук палаку с Джераддо, - захлопала ресницами Делас. – Он очень милый и совсем еще подросток. А его кто-то чуть было не убил, представляешь? Я не могла его там оставить! Так что теперь он будет моим питомцем, он ко мне уже привязался. К тому же у него наверняка столько интересных мутаций… - мечтательно произнесла ромуланка.
Освальд постоял секунд десять с открытым ртом, а потом всё же решился что-то сказать:
- Могу представить, да... а ещё мне пришлось воочию наблюдать последствия того, как твой питомец сбил нашего инженера с ног... сломанная лопатка, куча ушибов и только чудом не... в общем, лучше не выпускай его гулять на Променад! Хотя... погоди, он может дышать в кислородно-азотной атмосфере? Слушай, я не биолог, но мне не слишком понятно, как такое вообще возможно! Пойдём, покажешь мне своего подопытного! У тебя уже есть какая-нибудь гипотеза?
- Он, наверное, просто хотел познакомиться! Или испугался вашего страшного инженера, - фыркнула Делас и направилась к лазарету, на ходу размахивая руками: - Да, он адаптировался к среде Джераддо, но не забыл, как дышать обычной кислородно-азотной среде, разве это не потрясающе?
- Это, как минимум, необычно, - кивнул Освальд, - я про такое никогда не слышал. А что ты думаешь...?
Двери лазарета закрылись, и никто из находившихся на Променаде не услышал окончания этого вопроса.
_______
С Делас

 42 
 : 23 Августа 2017, 10:56:02 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Освальд Макдауэлл
1 сентября 2384 г., ночь
ДС9, бар “Кварк’с” -> коридоры станции


Стоило только прийти в бар и сделать заказ, как Освальд почувствовал усталость, накопившуюся за время регаты. Пока ему не принесли две кружки двойного рактаджино, он клевал носом и с трудом разбирал, что говорят остальные кадеты, но стоило сделать всего несколько глотков, как к молодому землянину вернулась способность ясно соображать, и он сам живо включился в дискуссию. Настолько живо, что едва не пропустил тот момент, когда Акрита пошла встречать "Амазонку". Освальду и самому хотелось перекинуться парой слов с Ракаром, узнать об успехах Квинтилии, проведать Тенека и сказать "пару ласковых" команде "Примы", но он был вовлечён в разговор и не мог прервать его на середине, да и рактаджино ещё оставался...
К тому моменту, как рактаджино закончился, а разговор можно было безболезненно прервать, прошло слишком много времени, и гарантировать, что команды "Амазонки" и "Примы" не разошлись по каютам, дать не мог никто. Однако, Освальд всё равно покинул "Кварк'с", шепнув Самрите:
- Пойду пообщаюсь с нашими коллегами. Не скучай тут!

***

Идя по коридорам, кадет не без интереса разглядывал Променад: столько народа сразу видеть было одновременно и радостно, и не очень - все или почти все эти люди видели наиболее яркие моменты их участия... как и все ошибки, и так сразу и не понять было, чего же в участии "Альфы" в регате было больше. Тем не менее, атмосфера всеобщего оживления, веселья и радости не могла не поглотить Освальда, который всегда был чрезвычайно легко увлекающимся молодым человеком, и он решил просто немного погулять. В какой-то момент он даже почти перестал думать про команду "Примы", предоставив Ракару решать, что с ними делать. Однако, жизнь, в очередной раз, внесла свои коррективы...
Проходя мимо баджорского храма, пустующего в такой поздний час, Освальд услышал странные звуки, на которые поначалу и вовсе не обратил внимания – совсем тихие всхлипы, доносившиеся из углубления между лазаретом и храмом. Там, спрятавшись за выступом из стены, на полу сидела девушка в серебряной форме, уткнувшись лицом в колени, а ее плечи чуть заметно подрагивали от рыданий. Лица девушки видно не было, только короткие растрепанные темно-каштановые волосы и голую шею, делающие ее похожей на земного воробья.
Контраст с царившим на станции весельем был настолько разительным, что Освальд просто не мог пройти мимо - негоже страдать кому-либо в столь радостный день!
- Вы в порядке, девушка? - спросил он, подходя поближе. Бросив взгляд на форму, кадет сделал определённый вывод и поспешил добавить. - Вы расстроены из-за результатов своей команды? Знаю, это слабое утешение, но будут ещё и другие регаты в будущем!
Только сказав это, землянин обратил внимание на цвет кожи, характерный для вулканцев, и в его голове зародилось первое сомнение...
Девушка подняла на него заплаканное лицо: острые уши и поднятые брови может и делали ее похожей на вулканку, а вот V-образный нарост на лбу не оставлял никакого простора для фантазии.
- В порядке, - буркнула она, хлюпая носом. Более «не в порядке» было сложно и представить. Она моргнула пару раз, стряхивая с ресниц слезы, и глухо пробормотала: - Не из-за регаты.
Наверное, окажись плачущая девушка вулканкой - Освальд удивился бы сильнее, но и теперь повода для любопытства было достаточно. Для любопытства и для подозрений - ромуланок среди участников он не помнил, хотя и отдавал себе отчёт, что видел далеко не всех.
- Не верю, - с вызовом произнёс он, - в смысле, не верю, что у вас всё в порядке. Что не из-за регаты - верю охотно: она не стоила бы таких слёз. Кто же посмел обидеть столь чудесное создание? - мягко спросил кадет, садясь рядом, а потом нахмурился: ромуланка на регате была, как минимум, одна - капитан "Серебряных фениксов"... серебряных? Освальд обратил внимание на цвет формы и тут же вскочил с места и отступил на полшага в сторону. Его лицо, при этом, выражало одновременно удивление, сочувствие и негодование.
- Делас?! - громко и куда менее дружелюбно спросил он.
- Ты меня знаешь, ты недоволен, и я узнаю твой голос, - перечислила Делас – а это была, конечно, она. Ромуланка не спешила вставать с пола, и смотрела на Освальда снизу вверх, чуть склонив голову к плечу. – Капитан Макдауэлл, - подытожила она. – Можешь проходить мимо, капитан Макдауэлл, я тут, как ты мог заметить, страдаю!
- Вот ещё, я предпочту полюбоваться страданиями своего врага! - поддавшись порыву, проговорил Освальд, но уже через секунду вздохнул, закрыл глаза, чуть опустил голову и помотал ей из стороны в сторону - сложно было считать врагом такую маленькую, худую и несчастную девушку. - Наверное, так должен был бы сказать кто-нибудь другой на моём месте. Твоё счастье, что я не из таких. Итак, - кадет снова смягчил тон и сел рядом с ромуланкой, - ты мне не ответила: кто же посмел обидеть столь очаровательное, хоть и коварное, создание?
- Никто, - шмыгнула она носом. – Я сама сделала глупость. В смысле – много глупостей, но я сейчас про конкретную. Нельзя быть честной и открытой – это никто никогда не ценит! Кому нужна правда, если она не нравится! – выпалила Делас. – Лучше бы я ничего не говорила, тогда у меня хотя бы осталась надежда… И я бы так не опозорилась! - она вновь уронила голову на колени.
- То есть ты за честность, и тебя огорчает то, что это никто не ценит, но при этом сама же предпочитаешь иметь ложную надежду, а не смотреть правде в глаза? - с сомнением спросил Освальд, а потом ядовито усмехнулся. - Да-а, подруга, вы - ромуланцы - в своём стремлении отринуть всё вулканское вместе с их скучной философией ещё и банальную логику выкинули, как я погляжу!
Посмотрев на девушку, он ещё раз помотал головой и вновь сменил тон на дружелюбный и мягкий:
- Слушай, к чёрту ложные надежды - они бы всё равно ни к чему не привели! Рано или поздно правда бы вскрылась, и ты бы переживала уже спустя месяцы или даже годы, а тогда это было бы куда больнее. Что касается позора... знаешь, что бы ты там ни наделала - я, кстати, догадываюсь, кажется, о чём ты - вспоминать все будут не об этом, а о том, как ты заставила понервничать агента Тал Шиар. Знаешь, после его сообщения с Бэйджора я даже подумал, что он вот-вот собственную униформу в заговорах начнёт подозревать!
- Как догадываешься? – побелевшими губами переспросила Делас и даже перестала плакать. – Откуда ты знаешь? Я же никому… Или что ты имеешь в виду?
________
С Делас

 43 
 : 23 Августа 2017, 10:34:26 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Илама Толан
1 сентября 2384 г., ночь
Станция ДС9, каюта Иламы Толан


Ракар прошел в каюту Толан и огляделся. Здесь было жарко. Да, на Кардассии жарко, ромуланец вспомнил как Делас жаловалась на жару, там, где находилось место действия их группы проекта. Он невольно посочувствовал своим коллегам ромуланским шпионам, внедренным на Кардассию. И отчего-то, впрочем, совершенно понятно отчего, сейчас он чувствовал себя опустошенным до крайности, просто солдатом Ромула. Кроме того, в каюте Толан не было ничего личного, либо это личное просто не стояло на самом виду, но сейчас здесь создавалось ощущение о том, что это ее временное место пребывания. Как будто она готовилась съезжать. Или может быть она просто солдат Кардассии? Но это вряд ли, солдаты Ромула на ромуланских кораблях и станциях все таки делали свое место жительства несколько более личным, чем была сейчас эта каюта. Наверняка, кардассианцы тоже. Ракар понял, что сейчас ему очень хочется напиться до беспамятства. Впервые в жизни, оставить ненадолго необходимость быть вечно бодрствующим и забыться сном. Но не сейчас, позже. Еще не все дела были сделаны. В репликаторе Ракар взял стакан воды, несмотря на то, что еще недавно он был голоден, сейчас это ощущение отступило.
Ромуланец, со стаканом воды в руках, бросил беглый взгляд на потолок. Глинн Толан не решилась уйти из каюты, это было сложнее, кто знает, кто именно подлежит слежке, за кем наблюдают, а за кем нет. Но Иламе Толан Ракар верил, он знал, что она его не подставит.
- Да, - кивнул Ракар, посмотрев в пол. - Не знал, что я выгляжу ровно настолько, чтобы было видно, что не все хорошо. Но видимо я еще не отошел. С этим очень сложно справиться, мэм. Я не справлюсь в ближайшее время, но я постараюсь выглядеть иначе, по уставу. Первый раз со мной такое, что так меня сильно ударило. - Ромуланец вздохнул, собираясь с духом, - я встретил девушку, которая ... которая стала мне важна больше чем... чем всё. Но... не судьба. Она не любит меня. И нет шансов.
- Вы не должны сейчас выглядеть по уставу, - успокаивающе проговорила Толан и выразительно бросила взгляд на собственные босые ноги, покрытые серыми чешуйками. – Можете расслабиться, я никому ничего не собираюсь рассказывать. Так бывает, и не всегда получается держать лицо. В этом нет ничего страшного, мы все можем проявлять слабости, - женщина вздохнула. Это ведь касалось и ее тоже – особенно в последние несколько дней, - и было похоже, что она уговаривает сама себя больше, чем Ракара. – Я вам сочувствую по поводу этой девушки. Но, по крайней мере, у вас больше нет иллюзий о ней. Это уже большой шаг к тому, чтобы начать строить свою жизнь заново. 
- Спасибо, - Ракар склонил в голову перед Толан, одновременно стараясь читать в ее словах то, что было глубоко между этих слов. Но его очень сильно тронуло ее участие, она была по настоящему хорошим учителем для своих кадетов. И даже несмотря на то, что с ней сейчас происходило, она пыталась помочь ему. И Ракар решил опустить подозрения о камерах и прослушивании, а если даже и подозрение было обосновано, он хотел, чтобы те, кто вероятно на все это смотрит, знали что их дело против проекта выиграть не удастся, - у меня есть работа, это важно, я буду исполнять ее до конца со всем старанием, чего бы мне это не стоило. Вы знаете, мэм, на регате мы встретили другую группу из проекта, мы столкнулись с их кораблем, потерпели крушение на Бэйджоре, но нам удалось договориться, мы справились, починили наш корабль и выполнили свою задачу. Так вот, та вторая группа дислоцируется на Кардассии, их координатор Диас Планкс. Вы если встретите его, не уверен, что надо ему все это сообщать, но сам факт знайте. И, по поводу моего отчета – я сделаю все, что нужно, чего бы мне это ни стоило. Не только мне, поверьте, ромуланцы держат свое слово.
- Может быть, иногда нужно расслабиться? – задумчиво проговорила Толан. – Я не сомневаюсь в вашей добросовестности, мистер Ракар, вы ее уже не раз наглядно продемонстрировали. Но иногда не получается все контролировать, и не надо даже пытаться. Как с этой вашей девушкой – вы ничего не могли сделать, так ведь? И это очень расстраивает, когда на что-то нельзя никак повлиять, как, например, на чужие чувства. Зато вы можете повлиять на свои и строить свою жизнь без нее. Это трудно, я знаю, но это придется делать.
Толан замолчала, разглядывая ромуланца, чуть склонив голову.
- Ах да, группа Планкса, - на ее губах появилась слабая улыбка. – У меня не было еще времени с ними познакомиться, я только слышала, что они тоже участвуют в регате. И как они в деле? 
Ракар с неподдельным интересом рассматривал теперь глинна Толан, или не глинна, просто Иламу Толан, не солдата, но человека, человека, чья жизнь и благополучие были важны ему, потому что они были союзниками сейчас, в недалеком прошлом, и он надеялся, что в продолжительном будущем. Не государства, но люди, с которыми свела судьба, дружба которых повлияет на будущее. Илама Толан знала о группе Планкса, это не стало для нее новостью.
- Вы правы, мэм, иногда нужно расслабиться и положиться на других.
Ромуланец отвел взгляд, ему было больно говорить о Квинтилии и своих чувствах, но он был очень благодарен, что сейчас было с кем поговорить об этом, беспредметно, не называя имен.
- Да, я не могу ни на что повлиять в чужих чувствах, но я знаю, что сделал все, для нее, все что мог, и теперь она сможет жить, у нее все получится в будущем. Впрочем, я все равно не перестану ей помогать и все для нее делать дальше, но это ладно… Спасибо вам, мэм. А та группа – они очень неплохи, коварны, профессиональны, расчетливы, и тем не менее – они помогли нам. Нам удалось  вместе со всем справиться, и договориться. Они хороши. Но мы хороши тоже. Я рад, что мы встретились.
- А ей нужна ваша помощь? – поинтересовалась кардассианка. – Я понимаю, что у вас благие намерения, раз вы ее любите, но ей-то самой разве будет легко постоянно принимать помощь от того, кого она… Я правильно понимаю, что она вам сама дала понять о своих чувствах? Простите, мистер Ракар, из меня и правда не очень хороший советчик в таких делах. Наверное, вам лучше поговорить с кем-то более опытным. Но подумайте об этом девушке и о самом себе. Вы очень молоды, у вас впереди еще вся жизнь, и это не последняя девушка, хоть сейчас вам так и не кажется.
Женщина устроилась поудобнее на диване и вытянула ноги под низким журнальным столиком. Ракар разбудил ее посреди глубокого сна, но это было даже к лучшему – так у нее еще будет время зайти к галу Дохиилу и, может быть, даже поприсутствовать на объявлении результатов регаты. За весь день она, наверное, была единственной на станции, кто не следил за новостями. Да что там, она даже за своими кадетами не следила…
- Я рада, что вы встретились со второй группой, - кивнула Толан. – Планкс очень ими гордится, он много говорил об их успехах. Надеюсь, у вас еще будет возможность познакомиться и пообщаться поближе.
Ракар залпом выпил стакан воды, который уже нагрелся в его руках и в температуре этой каюты, но вода не принесла ему облегчения.
- Не всегда люди знают, что им нужна помощь, не всегда они ее просят. Иногда они слишком горды, чтобы принять ее. Может быть, не всегда это нужно делать. Но я знаю, что сделал то, что должен, и ни о чем не жалею. Да, она сама только что  сказала, что не любит меня. – Ракар зажмурился на мгновение, - 10 минут тому назад, или чуть больше, я потерял счет времени. Но я знаю точно, что это первая и последняя девушка, которую я любил по настоящему, которую я люблю, и не важно что будет дальше, относительно меня самого ничего не изменится. Теперь у меня есть только моя Империя, она всегда была и есть со мной, и ради нее все то, что я делаю. И еще теперь есть вы, все те, кого я встретил на этом проекте, вы стали мне все очень важны. Спасибо вам, я подумаю. Не нужен никто более опытный, я очень благодарен, что смог поговорить с вами. Что вы проявили участие, это очень дорогого стоит.
Ракар усмехнулся.
- Планкс ими гордится, да… федерат.. они взломали его компьютер, а мы, глинн Толан, даже и не думали о том, чтобы взломать ваш. Но да, мы еще поговорим. С ними, с вами, все вместе. Завтра утром будет, чем заняться.
Ракар поставил стакан обратно в репликатор.
- Мэм, наверное, нам пора, скоро будут оглашать результаты, мы ждем вас. Возможно, мы там будем делать некоторое заявление, будет здорово, если вы его послушаете. Все что мы делали – для проекта.
- Я вас понимаю, - неожиданно серьезно произнесла Толан. – Иногда в жизни бывает только один тот самый человек. Но, может быть, вам повезет больше? – «чем мне» она не сказала, но это прекрасно читалось в ее голосе. – Только не заблуждайтесь на мой счет – вы меня не знаете, и еще разочаруетесь.
Она с заметным трудом поднялась вслед за Ракаром и проводила его до дверей.
- Я уверена, мистер Планкс разберется со всем, из него получился прекрасный координатор для его группы, - бесцветно проговорила она. – Я постараюсь зайти, но ничего не обещаю, мистер Ракар.
"Чем мне", продолжил Ракар мысленно фразу глинна координатора, стоя у самых дверей. Ромуланец медленно вздохнул, понимая, что глинн Толан тоже влюбилась и испытала жестокое разочарование. И теперь он ощущал некоторое единство с этой кардассианкой, единство во все том хитросплетении чувств, которые одинаковы для всех в этой Вселенной. Ему было очень жаль, что он ничем не может ей помочь. Она не стала обсуждать свою проблему, она не захотела пойти с ним в то место, где их никто не мог бы подслушать, где он мог бы обсудить все, что с ней случилось, задействовать всю разведку Ромула на Кардассии, изрядно проредить ряды Обсидианового Ордена и Центрального командования, если это будет нужно для того, чтобы спасти проект, спасти глинна Толан, воздать всем по справедливости и восстановить равновесие. От Ракара не укрылось, что Толан двигается с большим трудом. Ее явно пытали, с ней сделали что-то не только духовно, но и физически. Но она держалась, она была сильной. И Ракар ей доверял. То, что не убивает нас – делает нас сильнее, но иногда лучше бы убивало, Ракар знал эту вторую часть поговорки. И очень не сладко придется врагам, которые не смогли нас убить.
- Вы, мэм, тоже лучший координатор. Для нас. Это так. Нам не нужен другой, мы любим вас. – и Ракар коротко поклонился кардассианке, а затем вышел из ее каюты и пошел прочь. Он не знал куда идет, ноги его просто несли, и он шел. Он только знал, что потом, в итоге, должен прийти на Променад, и он туда придет.
_____________
С Ракаром

 44 
 : 23 Августа 2017, 10:31:59 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
Станция ДС9, каюта Иламы Толан

- Компьютер, где находится координатор проекта "Альфа" глинн Илама Толан, - задал Ракар вопрос компьютеру, стоя, прислонившись к холодной дюраниевой поверхности стены стыковочного кольца станции. Ему понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя и вспомнить о собственном задании спасти этот проект. Задание заданием, обязанности – обязанностями. Но суть в том, что тогда, на Волане II, глинн координатор с борта "Саратоги" до последнего не оставляла их с Тенеком, не бросала, да и вообще, она была хорошим руководителем, ответственным за своих подчиненных и учеников. Он прекрасно помнил, как она говорила с ним лично, тогда, когда прямо заявил ей о заговоре против проекта. Она не хотела этому верить, а возможно, она, скорее всего собиралась оградить собственных кадетов от этого всего. Никто не знает как было на самом деле, но Ракар точно знал, что что-то случилось. Илама Толан столкнулась с чем-то, что было сильнее ее.
- Глинн Толан находится в своей каюте в жилом кольце… - компьютер назвал все координаты, и Ракар пошел. Через несколько минут он уже стоял перед каютой кардассианки, быстро оглянувшись по сторонам, так, что даже камерам наблюдения в коридоре не могло стать понятно, что Ракар осматривается.
Ромуланец нажал на кнопку звонка.
Сразу после его звонка ничего не произошло – с той стороны двери тоже не было слышно никаких звуков.
Ракар выждал положенное время по правилам вежливости. В принципе, он, конечно, понимал, что сейчас ночь, и координатор может уже спать, но это все было не очень правильно, как можно спать, когда собственные кадеты только вернулись с регаты. Когда на станции столько событий… Слишком много происходит действий здесь и сейчас, чтобы спать в такой момент. Здесь явно что-то не так.
Ромуланец не стал звонить второй раз, вместо этого он нажал на свою дельту.
- Ракар вызывает глинна Толан, ответьте, пожалуйста.
Ракару вновь пришлось подождать, но на этот раз Толан ответила.
- Что случилось? – поинтересовалась координатор сонным голосом.
- Глинн Толан, - сказал Ракар, - мы вернулись с регаты только что, обе команды. И нигде не нашли вас. Я стою возле вашей каюты, может быть вы захотите принять наш отчет, и услышать о том, что с нами было?
- Это точно не подождет до завтра? – вздохнула кардассианка.
Это не было похоже на глинна координатора. Но что если, только если предположить, что проект стал ей не нужен? Но что могло произойти, ведь раньше он был ей нужен. Не может такого быть. Ракар вытащил падд и принялся набирать на нем текст.
- Нет, глинн Толан, я прошу прощения, если мое поведение не очень подобающе, но, наверное все это нужно обсудить сейчас.
Ответа не последовало, Толан просто отключила связь. Через какое-то - не очень скорое - время дверь перед Ракаром открылась, и он увидел стоящую на пороге Толан. Она выглядела очень сонной и бледной и щурилась от яркого света, непривычного и нелюбимого кардассианцами, разглядывая Ракара. Он заметил, как быстро она запахнула полы длинного - почти до пола - шелкового халата, под которым успела мелькнуть тонкая кружевная ночная рубашка, и откинула с плеч распущенные волосы. Раньше она всегда носила строгие прически и убирала волосы в пучок, и было невозможно догадаться, какие они на самом деле длинные.
- Говорите, - кивнула Толан, не сводя внимательного взгляда с ромуланца. - Что с вами случилось? Вы выглядите очень... расстроенным.
Ракар смотрел прямо на глинна координатора, та выглядела не совсем привычно и была очень бледной, измученной. У Ракара мелькнула мысль  о том, что глинна координатора пытали, потому что ну не может же быть так, что это он ее просто разбудил. И тем не менее она заметила, что сам он, ромуланец тоже выглядит не совсем ... по уставу.
- Я... э, - Ракар на секунду отвел взгляд, - это личное. Не обращайте внимания. Глинн Толан, обе наши команды прошли регату, мы выполнили свою задачу, доказали цели проекта, о чем я и хотел поговорить. Вот отчет.
И ромуланец протянул кардассианке падд, на котором было написано следующее:
"Мне кажется, тот заговор против проекта, о котором я вам рассказывал - затронул вас. Я готов помочь вам любыми средствами, если хотите - мы можем это обсудить в том месте где нас никто не услышит".
Толан внимательно прочитала написанное в падде и плотно сжала губы, а затем вернула его ромуланцу. Некоторое время она смотрела на Ракара, ничего не говоря, а потом качнула головой, прогоняя мысли. Сейчас, в своем ночном наряде, босая и с распущенными волосами она в последнюю очередь напоминала офицера Кардассианского флота или хотя бы строгого координатора проекта.
- Это не потребуется, все в порядке, - дежурно ответила она. Кажется, фразу про то, что с ней все в порядке, женщина произносила слишком часто в последнее время. – Мистер Ракар, я должна вам напомнить, что регата никак не связана с проектом – это ваша инициатива, которую я поддержала, не более того. Ну хорошо, расскажите мне, что там с ней, какое место вы заняли? – вздохнула Толан, не спеша, однако, приглашать ромуланца внутрь.
Ракар не отрываясь смотрел на Иламу Толан, пока она читала текст на его падде. Это был сейчас важный момент, он должен был по ее голосу, мимике, способу говорить - понять, что происходит на самом деле. И Ракар понял, что на самом деле кое-что происходит. Потому что, если бы он ошибался - глинн Толан сейчас повторила бы тот же заход, она возможно снова занервничала бы от неизвестности, она сделала бы ему выговор, и вновь запретила бы говорить об этом всем. Но глинн Толан вела себя иначе. Ей действительно пришлось испытать нечто страшное, по ней это было видно, и Ракар никаким образом этого не оставит просто так. В этом ее "все в порядке, не потребуется" был ответ, вполне однозначный. Ракар подумал, что возможно она в каюте не одна, Ракар понимал, что сейчас здесь кругом камеры, за ними все следят, и кто знает, может быть следит тот, кто глинна Толан пытал, шантажировал и угрожал ей. Может быть, ее нужно было увести отсюда.
- Да-да, мэм, - сказал Ракар, - это наша инициатива, но все равно полезная инициатива. Место, которые мы заняли - пока неизвестно, это скоро будут объявлять как всегда на Променаде, я очень надеюсь, что вы придете. И, я должен извиниться, мой отчет не полный, но у меня есть возможности сделать его полным и качественным. Потому что у меня есть коллеги, которые смогут мне помочь в этом. Глинн Толан, согласитесь ли вы сейчас осмотреть наш катер? Мы немного разбились, но починились в процессе, и я должен вам продемонстрировать то, что мы там сделали. Сейчас. Или в удобное время. Но лучше сейчас.
- Ваш отчет меня вполне устроил, - вздохнула Толан. – Но сейчас у меня нет желания его обсуждать. Ваш катер не подождет до завтра?
Завтра Ракар – и все остальные – проснутся и узнают, что она убила коммандера Мори. И завтра они все изменят мнение о своем координаторе – почему-то неоправданно хорошее. Но это будет завтра, а пока она не имела права себя выдать.
- Раз вы меня все равно разбудили, я с удовольствием послушаю объявление результатов, - склонила голову женщина. – А теперь, если у вас нет вопросов…
Толан хотела было сделать шаг назад в каюту, но засомневалась. Может быть, это был ее последний шанс поговорить со своими кадетами. В общем-то, она их даже не знала и сейчас уже не чувствовала себя их координатором. Но все же она успела к ним привязаться.
- Мистер Ракар… - она задержалась на пороге. – Я знаю, что это не мое дело, но то личное, о чем вы говорили… Я не советник, но, если вы хотите поговорить, у меня есть немного времени.
Ракар закусил губу, дальнейшего он не совсем понял. Глинн координатор либо как-то справлялась сама с тем, что происходит с ней и проектом, либо ничего уже нельзя было сделать, что его категорически не устраивало, потому что Ракар не просто собирался спасти проект, он собирался спасти и его координатора, достойную во всех отношениях женщину, и если у него что-либо не удастся - то отомстить по мере сил, или по крайней мере навсегда запомнить, потому что Ромуланская Империя обладает хорошей памятью и ничего никогда не оставляет просто так.
Глинн Толан не ушла обратно в каюту, она собиралась принять участие в том, что с ним происходило. Ракар не знал, то ли это попытка все же поговорить о том, ради чего он сюда пришел, то ли это искреннее участие учителя в жизни ученика. В любом случае, искреннее участие его тронуло до глубины души. Ромуланец кивнул, тем не менее приготовившись слушать и завуалированный текст тоже. Это был шанс и ему самому уточнить то, чем нужно помочь кардассианке.
- Да, мэм, - сказал Ракар, - да, я хочу поговорить, спасибо. Я могу подождать, пока вы, э... переоденетесь.
- Проходите, - со вздохом произнесла женщина. – Надеюсь, мой внешний вид вас не сильно смущает.
Она пропустила ромуланца вперед, а сама зашла следом. В каюте было очень тепло и темно, но все равно было заметно, что она выглядит несколько необжитой – никаких личных вещей, фотографий, цветов, статуэток и прочих мелочей, - и только незаправленная кровать и брошенная на спинке стула одежда выдавали, что здесь кто-то живет.
- Повысить освещение до 80%, - проговорила она, и ее каюта осветилась равномерным оранжевым светом. Женщина прошла к дивану, по дороге кивнув на репликатор: - Можете сами взять себе все, что хотите.
Она с заметным облегчением села на диван, подложив под спину подушку, и дождалась ромуланца.
- Я не хочу лезть в вашу личную жизнь, но я никогда не видела вас таким огорченным, мистер Ракар, - проговорила женщина.
_________
С Иламой Толан

 45 
 : 23 Августа 2017, 10:12:48 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Тенек
1 сентября 2384 г., ночь
ДС9


Отойдя на некоторое расстояние от катера, Тенек вызвал Самриту:
– Тенек вызывает мисс Баккер…
– Слушаю, - почти сразу же отозвалась девушка.
Помимо нее было слышно и фоновый шум: смех, возгласы и громкие голоса – типичное звуковое сопровождение для «Кварк’c». Тенек также хорошо различил негромкий голос Хены – видимо, она сидела рядом с Самритой.
– Я хотел бы обсудить ваше самочувствие, – сказал вулканец, – мне сказали, у вас была травма, – дипломатично добавил он на всякий случай.
– Ктоооо это сказал! Я его убью, – протянула Самрита и тут же добавила, перекрикивая шум бара: - Со мной все в порядке, я хорошо себя чувствую!
– Мисс Баккер, я хотел бы с вами встретиться, – терпеливо произнёс Тенек, – И я думаю, что вам будет не слишком удобно разговаривать со мной в баре.
– Прямо сейчас? - удивилась Самрита. -  Сейчас же ночь, почему такая срочность?
Тенек чуть заметно вздохнул: он так старался выполнить своё обещание, данное мисс Баккер – не афишировать её положение, а она так усердно усложняла эту задачу…
– По трём причинам, – педантично ответил вулканец. – Первая – наш разговор перед началом регаты, вторая – то, что утро следующего дня может оказаться слишком насыщенным, чтобы можно было легко выкроить время, и третье – то, что я тоже получил травму и сразу после оглашения результатов регаты собираюсь сделать то, что нужнее всего моему собственному здоровью, а именно – отправиться спать. Впрочем, если вам это удобнее, я могу задать свои вопросы прямо сейчас по связи, – коварно добавил стажёр, – их не много.
– Ну хорошо, - со вздохом протянула девушка. - Я спущусь ко входу в Кварк'с, мы можем встретиться там. Надеюсь, это не займёт много времени!
– Думаю, что нет, – отозвался Тенек. – Я уже на подходе.
Через несколько минут вулканец появился в поле зрения. Он подошёл к Самрите и сделал приглашающий жест, словно предлагая отойти немного в сторону.
– У меня всего три вопроса, – сказал он. – Были ли у вас негативные ощущения, связанные с вашим положением, после нашего разговора, чувствуете ли вы себя полностью оправившейся от травмы, и была ли ваша травма чем-либо опасна для вашего будущего ребёнка.
– Ой, подожди, не все сразу! – замахала руками Самрита. – Я так устала, но не могу держать в голове столько вопросов одновременно. Что там было сначала… Если ты имеешь в виду физические ощущения – то нет… вроде бы… наверное… - задумалась девушка. – Ну, я не выспалась, у меня болела голова и не было аппетита, но откуда я знаю, связано это с моим положением или нет? У меня так и без него иногда бывало! Я не настолько помешана на своем самочувствии, чтобы отмечать все эти мелочи.
– Всё это мы постепенно выясним, – успокоил её вулканец. – Никаких более серьёзных симптомов не было?
– Ничего такого, - уверенно произнесла Самрита. Обморок она решила не упоминать – если только и о нем Тенеку не донесли так же, как о ее небольшой травме во время регаты.
Тенек кивнул: было похоже, что беременность Самриты протекает стандартно. Впрочем, в этом ещё предстояло убедиться окончательно.
– Теперь расскажите о вашем самочувствии в данный момент – о том, есть ли какие-то остаточные негативные ощущения после травмы.
– Ну, я очень устала, жутко хочу спать, а кофе не особо помогает, - проговорила Самрита, зевая. – Так что я только и жду, когда уже объявят победителей, чтобы пойти в каюту. В остальном же… Пожалуй, все в порядке. Похоже, Освальд хорошо усвоил курс оказания первой помощи из Академии, - усмехнулась она.
Тенек привычно отфильтровал иронию и жалобы на более-менее посторонние вещи и мысленно отметил, что лечение, кажется, прошло успешно. Конечно, позже он проштудирует записи медотсека и побеседует с ЭМГ, но это не отменяло разговора с пациентом: техника может многое, но она не всесильна.
– Сейчас вам не стоит пить кофе, – прокомментировал он слова Самриты, – До объявления результатов осталось не так много времени, а вот сбивать сон было бы нежелательно.
– Тене-е-е-ек, - простонала Самрита. – Ты меня опекаешь больше, чем моя бабушка! Но она хотя бы готовила лучший на свете билтонг, а ты?.. Я здорова, со мной все в порядке, и, если хочешь, я пройду завтра днем какую-нибудь проверку в лазарете, чтобы ты в этом убедился!
– Вряд ли я могу конкурировать с вашей бабушкой, – согласился Тенек, – мои кулинарные навыки не более чем приемлемы. А проверку вам в любом случае придётся проходить и не одну, в том числе и в ближайшие дни – периодический мониторинг во время ведения беременности необходим. Впрочем, у меня остался только один вопрос, после которого я смогу отложить все дальнейшие действия до более удобного времени: что сказала ЭМГ о влиянии вашей травмы на беременность? Такое влияние имело место?
– Она сказала, что плод не был задет и не пострадал, - тихо проговорила Самрита и огляделась – не слышал ли кто их разговора. Хотя, учитывая, что о ее беременности уже знал экипаж «Анадыря», скоро о ней станет известно всем в проекте. – А периодический мониторинг – это как часто?
– При нормальном течении беременности у землян необходимо проводить обследование раз в месяц в первом триместре и раз в три недели – во втором, – объяснил Тенек. – Начиная с 28 недели следует посещать врача раз в две недели, а начиная с 36 недели – еженедельно. Если же обнаружатся какие-либо отклонения, будет необходимо встречаться чаще и разработать оптимальный график в зависимости от характера отклонений.
Самрита недовольно скривилась.
– Так часто!.. Я и у врачей-то никогда не бывала, кроме диспансеризаций в Академии. Не думаю, что это обязательно! Просто убедись, что со мной все в порядке, и не дергай меня.  
– Это обязательно, – строго сказал Тенек. – Так же обязательно, как диспансеризации в Академии. И я надеюсь, что мне не придётся вам об этом напоминать – вы взрослая женщина и должны понимать, что теперь отвечаете не только за себя одну. А что касается пожеланий, – слово «пожеланий» Тенек подчеркнул голосом, – то для психологического комфорта будущего ребёнка, для того, чтобы заложить фундамент здоровых отношений между родителями и ребёнком в будущем, было бы лучше всего, чтобы вы приходили на консультации вместе с его отцом, если, конечно, это физически возможно.
«Я не взрослая женщина, мне 21 год», - хотелось ответить Самрите, но она закусила губу.
– Ну, наверное, я не знаю… - неуверенно проговорила она вместо этого. – Я… не уверена, что это все нужно. Но пока я еще ни в чем не уверена и ничего не знаю! Так что давай просто решим, что я здорова и могу спокойно заниматься проектом, не отвлекаясь на всякий физический дискомфорт!
– Когда вы не уверены, что что-то нужно, поверьте тем, кто это точно знает, – предложил Тенек. – Если вдруг кто-то скажет, что запланированные вами сроки техобслуживания катера неверны, и так часто проверять системы не нужно, вы вряд ли отнесётесь к этим словам с пониманием, и вы будете совершенно правы. Вы ведь знаете не хуже меня, что гораздо больше шансов не отвлекаться на дискомфорт именно тогда, когда всё необходимое делается вовремя.
Самрита не смогла сдержать улыбки, когда Тенек упомянул техобслуживание.
– Ну, если на это так смотреть, то это имеет смысл, - нехотя согласилась девушка. – И все же я попросила бы тебя не бегать за мной и не напоминать постоянно о том, что я беременна. Поверь, это не так-то просто забыть!
– Это полностью в ваших руках, – успокоил её вулканец. – Если вы будете помнить обо всём сами и всё необходимое будете делать вовремя, мне не придётся вам напоминать, и медицинские контакты по моей инициативе сведутся к необходимому минимуму. Чтобы вы чувствовали, что владеете ситуацией, завтра утром я пришлю вам подборку рекомендаций, а ваше первое обследование вы запланируете самостоятельно, выбрав один из ближайших дней в зависимости от вашего удобства и рабочего расписания.
– Просто пришли мне приглашения в календарь, - махнула рукой Самрита. – Мне все равно, когда это будет! И мы же в любом случае не знаем, что у нас будет дальше с проектом. Вдруг нас отправят на пару недель куда-нибудь в космос или на далекую планету… - мечтательно проговорила девушка и тут же оборвала сама себя: - Ну, если Толан мне вообще разрешит участвовать дальше. Она была не в восторге от этой беременности! Впрочем, как и я.
– Если бы она хотела отстранить вас от проекта, она бы уже сделала это, – предположил Тенек. – К тому же, когда я говорил с ней, у меня не сложилось впечатления, что она собирается ограничивать вашу активность, по крайней мере пока ваше состояние это позволяет.
– От проекта не отстранит, но будет запрещать участвовать во всем самом интересном, - буркнула Самрита. – Вы с ней такие перестраховщики оба!
– Сегодня вы участвовали, – напомнил Тенек, – и, думаю, не в последний раз. Не буду вас больше задерживать, – и добавил на всякий случай: – Я пришлю вам в календарь приглашения.
– Надеюсь, что не в последний, - вздохнула Самрита. – Но регата – это ведь не проект… Хорошо, я все поняла. И, надеюсь, ты тоже понял, что чем чаще будешь напоминать мне про беременность, тем более нервной я буду становиться!
С этими словами землянка быстро улыбнулась Тенеку, коротко кивнула и пошла назад в Кварк’с.
Из бара навстречу Самрите выбежала ее подруга-ференги, веселая и разрумянившаяся.
– Вот ты где! - воскликнула она, хватая Самриту за руку и начиная тянуть ее обратно в бар, - А я думала, куда ты пропала?
За спиной Самриты она увидела вулканца.
– Мистер Тенек! Пойдемте с нами?
Мгновение поколебавшись, Тенек с признательностью кивнул и присоединился к девушкам: до оглашения результатов времени оставалось мало, уходить в каюту не было никакого смысла, к тому же… даже вулканцам бывает приятно получить дружеское приглашение!
_____________________
с Самритой и Хеной
_

 46 
 : 22 Августа 2017, 12:42:09 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
Станция ДС9

Квинтилия была очень немногословна после маневра, в течение всего полета после него и по прибытию. Ракар был уверен, что ее одолевают множество мыслей и разных ощущений, но спрятанных глубоко, под поверхностью. Еще Ракар видел, что ромуланка коротко кивнула Квинтилии, перед тем как  решила позвать его в Кварк'с при всех на мостике. И еще он понимал, что они с Делас успели о разном поговорить на Джераддо. Это было не очень, вернее – очень нехорошо для него, но наверное это было важно для них самих. Но теперь Ракар заботило не это, даже то, что Хена, член их команды, не пришла их встретить, даже то, о чем говорили Делас и Квинтилия в его отсутствие, и то, что с "Анадыря" еще не удалены некоторые логи и один из старых алгоритмов ромуланского шифрования, и все остальное прочее – заботило его куда меньше, чем крайняя необходимость поговорить с Квинтилией сейчас. Он помнил слова Планкса о том, что на Бетазеде, в том центре реабилитации для офицеров – никому не дают времени для погружения в одиночество с самим собой и во множество грустных мыслей. Несмотря на то, что пребывание наедине с самим собой – очень важный процесс. Но именно этот факт сейчас служил для него оправданием, оправданием его собственного непреодолимого желания быть рядом с Квинтилией, говорить с ней. Конечно, вместе с той необходимостью дать ей возможность высказаться, потому, что нельзя держать все в себе, иногда нужно говорить с другими людьми о своих впечатлениях.
Ракар догнал Квинтилию в коридоре, поравнялся с ней и пошел рядом.
- Квинтилия, - сказал он, улыбнувшись ей, - можно я провожу вас до каюты?
Квинтилия вздрогнула, услышав рядом чей-то голос.
-Зачем вам это? - подозрительно спросила она.
Как Квинтилия снова вздрогнула, Ракар заметил. Но теперь ему казалось, что это не обязательно только из-за него. Просто у нее так сложились отношения с жизнью, и с людьми. Хотя, тот факт, что он ее пугает – его сильно расстраивал. И что он мог сказать ей в ответ? Я хочу вас проводить, потому хочу быть рядом, люблю, хочу говорить, хочу убедиться, что все будет в порядке, просто не могу иначе? Что из этого списка он мог ей ответить, чтобы не сделать еще хуже?
- Я хочу спросить как ваши ощущения после всего этого полета, регаты, всего того, что с нами было и что мы успешно преодолели вместе? Что вы чувствуете?
-Больше всего сейчас я чувствую усталость, - призналась Квинтилия, - Но еще удовлетворение. Мы старались и сделали все, что могли, в нашей ситуации. Она была не идеальной, но я не жалею ни о каких наших действиях. И что будет дальше - от нас уже не зависит. И еще… - она слегка улыбнулась, - мне понравилось быть первым офицером. И спасибо вам за то, что вы сказали мне перед маневром. Передатчик помог, но без вас бы я тоже не справилась.
Увидеть улыбку Квинтилии было для Ракара бесценно. Он улыбнулся ей в ответ.
- Я очень рад, что вам понравилось, - ответил ромуланец, - наверное, и действительно все что происходит в жизни – происходит не зря. Я тоже не жалею ни о чем, ни о каких наших действиях. Там, в монастыре Дакин, когда они все рассказали, мне кажется, я испытал одно из самых серьезных поражений в своей жизни, не мог ничего из этого предотвратить и ничего исправить. Я был беспомощным, как… не знаю, даже сравнения нет. Я понимал, что что бы ни выбрать – все плохо. И сдать их руки правосудия и не сдать. Принцип выбора наименьшего зла -  на самом деле очень несовершенен. Но вы, Квинтилия, помогли мне справиться. Я бы не смог без вас. И эта штука с передатчиком, как он помог, это … хорошо. Что он был. Спасибо вам, Квинтилия, за все это.
Квинтилия удивленно посмотрела на Ракара.
-Самое большое поражение в жизни? Вы не ожидали, что всегда есть люди, которые против вас? И что кто-то действует у вас за спиной? И не знали, что вы не все на свете можете предсказать и проконтролировать? И не думали, что вам однажды обязательно придется выбирать меньшее зло? И “Фениксы” еще не настоящие злодеи по сравнению с тем, с чем мы могли бы столкнуться и обязательно столкнемся в будущем. Я не думала, что вы так наивны… Но это даже хорошо. Это немного уравнивает нас с вами. Наверное, ваша жизнь на Ромуле до этого момента тоже была в какой-то степени ограниченной и закрытой, и теперь вы впервые столкнулись с реальностью.
Ракар задумчиво посмотрел в потолок и потом снова на Квинтилию.
- В том то и дело, что я всегда знал, что есть те, кто против меня, что есть враги, противники, однозначные враги, которых нельзя простить, которым нельзя верить, и я всегда знал, что я с ними столкнусь. Да, верно, я привык все контролировать, все предвосхищать, строить планы, намечать варианты действия, и побеждать. Но все враги всегда были внешними, а дом всегда был домом. У нас на Ромуле тоже не всегда все слишком просто, всякое бывает, но я… я не ждал таких действий от собственного соотечественника. Да, наверное, не смотря на все, я все еще наивен, - Ракар снова улыбнулся, с некоторой усмешкой над самим собой, - но я рад, что я такой не один, и еще, знаете, Квинтилия, мне в какой-то мере жаль терять эту собственную наивность. Однако мне очень важно знать, что здесь рядом есть те, те, кого я раньше считал врагами, я теперь считаю друзьями. Знаете, я столько всего понял за время нашего с вами проекта. Как минимум то, что реальность не так не так однозначна, как я раньше ее себе представлял.
-Полагаю, в этом смысл проекта и есть, - заметила Квинтилия.
- Да, - кивнул ромуланец, - это работает.
Ракар вздохнул, ему очень хотелось подождать Квинтилию, чтобы она вернулась из каюты и поужинать вместе с ней, но у него был долг, долг, который сейчас важнее.
- Квинтилия, вы пожалуйста, отдохните и поешьте, а потом приходите на Променад к объявлению результатов, мы должны собраться всей командой, вместе с командой "Анадыря" и если "Анадырь" вдруг победил – мы обязательно должны быть там, нам нужно будет сделать официальное заявление и… все такое прочее. А я сейчас должен найти глинна Толан, честно говоря, это не совсем нормально, то как она выглядела на старте регаты, и то, что она нас не встретила. Мне кажется, что-то происходит, не то, и может быть тут нужно что-то сделать. Мне кажется, что я должен. И вот еще что, - ромуланец заглянул Квинтилии в глаза, - во сколько вы утром выходите на пробежку? Побегаем вместе, я знаю один маршрут по станции, который вам понравится. Вы не против?
Они уже почти дошли до каюты.
-Зачем вам это? - снова спросила трилл.
Ракар вздохнул, несколько смутившись, чуть замешкался с ответом.
- Ну, во-первых потому, что я теперь ответственен за ваши физические тренировки, и я уже составил схему тренировок по вечерам, но и ваши обычные утренние тоже должны иметь место. И.., кроме того, - Ракар вдруг опустил голову, но потом снова поднял ее и посмотрел Квинтилии в глаза, - я подумал, что не будет ничего плохого, если мы с вами сможем узнать друг друга лучше, я расскажу о себе, а вы – если захотите, о себе. Это… поможет нам лучше понять друг друга. Это ведь и цель проекта тоже.
Ромуланец почувствовал, что сердце его снова забилось чаще.
- Все дело в том, на самом деле, что мое сердце навечно принадлежит вам. Так уж вышло.  Но пусть вас это не пугает, ведь, на самом деле, это вас ни к чему не обязывает, я все понимаю, Квинтилия, но что, если есть хоть один маленький шанс?
-Я думала об этом, не могла не думать, мистер Ракар, - призналась Квинтилия опуская глаза и слегка отступая, так что дверь в каюту оказалась у нее за спиной, - Я пыталась вообразить, как это могло бы быть, искала в себе какие-то зачатки ответных чувств, тех, которых вы от меня ждете. Я пыталась копать глубоко, но… Я ничего не нашла. Мне очень жаль, мистер Ракар. Я должна быть смелой, как… как Делас тогда, на мостике “Амазонки”, когда она при всех обратилась к вам. И теперь я должна сказать вам, что не люблю вас. Я не чувствую между нами никакой химии и не вижу никакого будущего, никакого смысла. Я буду выполнять с вами задания лейт-коммандера Планкса, но это ничего не значит. Вы должны двигаться дальше со своей жизнью.
Несколько секунд ромуланец молча смотрел на Квинтилию, потом опустил голову и судорожно вздохнул, стараясь сдержать и не выпустить на поверхность ни одного признака той слишком сильной боли от этих ее слов. Это плохо получалось. Ракар дрогнул всем телом, едва сдерживаясь. Он закрыл глаза и повел головой, будто стараясь преодолеть судорогу в шее. Ни одно поражение, ни одно чувство не могло сравниться с тем, что с ним происходило сейчас. Мир померк, и только знамена Ромуланской Империи остались у него, как единственное то, чему он должен был служить.
- Я понял, - наконец сказал ромуланец, не поднимая глаз, - тогда… тогда забудьте, потому что на самом деле для меня важнее ваше благополучие и ваша дальнейшая жизнь. Пусть без меня. Потому что я хочу, чтобы вы были счастливы, и чтобы у вас все было хорошо. Это важнее. Настоящая любовь, как я понимаю, позволяет человеку отказаться от своего… ради блага того, кого любишь. Но, пожалуйста, позвольте мне быть хотя бы вашим другом, здесь, на проекте. Вы… посчитаете возможным совершить завтрашнюю утреннюю пробежку вместе со мной? Это будет… не больше чем задание лейт-коммандера.
-Я не знаю, какое у нас завтра будет расписание… - покачала головой трилл, - Сейчас уже поздняя ночь, часов на сон осталось мало, поэтому скорее всего нам можно будет отдохнуть от регаты. Поэтому лучше назначить встречу на другой день, не на завтра.
- Хорошо, - кивнул ромуланец, чуть задержавшись, не спеша уходить, как будто он растягивал этот момент, как будто он старался остановить время, замедлить его, оттянуть конец, прежде чем раствориться в этой бесконечной боли и одиночестве, прежде чем познать новую бесконечную печаль и тоску, которая навсегда поселится в нем. – Хорошо, - повторил Ракар, глядя на Квинтилию, - разберемся с этим завтра. А пока… приятного вам ужина и… мы ждем вас на объявлении результатов.
Он сделал шаг назад, не отрывая от Квинтилии взгляда, а потом повернулся и пошел прочь.
-У вас не получилось со мной, но есть девушка, которая вас любит… - негромко сказала трилл в спину уходящего Ракара, - Дайте ей шанс.
Ракар остановился и обернулся на голос Квинтилии. Он никак не мог еще до сих пор принять эту реальность, он все еще надеялся, что она догонит его и отменит свое решение, что это все было не более чем страшным сном, от которого можно проснуться. Но это было не так. Эта белая форма стала его душить, Ракар расстегнул воротник формы и оттянул водолазку. Никто и никогда не видел слез в глазах агента внешней разведки подразделения Тал Шиар Вооруженных сил Ромуланской Империи. Квинтилия могла сейчас увидеть, если бы смотрела ему в глаза. Она одна, и больше этого не увидит никто.
Ромуланец грустно улыбнулся ей, отрицательно покачал головой и не стал больше задерживаться здесь. Он должен был работать, это было его предназначение, и он будет его исполнять.
_______________
Вместе с Квинтилией Перим

 47 
 : 22 Августа 2017, 10:44:11 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Артур Лайтман
1 сентября 2384 г., ночь
Станция ДС9

Однажды он встретил девушку. У нее были красно-рыжие волосы, как будто медная руда невообразимо далеких гор приложила здесь свое влияние, и темно-серые глаза, глубокие и бескрайние, как сам космос, не имеющий никаких пределов. Девушка была воином, облачалась в форму из кожи и стали, носила на поясе кинжал, и часто бывало так, что она носит на спине полукруглое, остро заточенное оружие ее народа. Это был воинственный народ, не знающий в битве пощады, но ведающий честь.
Он был из другой расы, мужчина, путешественник, странник среди звезд. Их встреча произошла не на поле битвы, ни под небом неизвестно далекого мира, ни под солнцем, клонящемся к закату. Они встретились на космической станции, среди бескрайних просторов и мириадов звезд, слишком разные для того чтобы понять друга, слишком одинаковые для того, чтобы осознать бездну разницы между ними и разойтись в разные стороны, слишком одинаковые для того, чтобы одинаково чувствовать, несмотря на все их различия, различия, по сути различиями не являющиеся.
Девушка была прекрасна. Он представил себе ее на вершине холма, над бескрайней степью, в закатном солнце. Она стояла к нему спиной, пол оборотом,  и ветер развевал ее волосы, в руке она держала меч. Это было не оружие ее народа, это было древнее оружие тех, откуда родом был он, мужчина. И сами древние боги содрогались и трепетали при виде девушки-воина, в полном доспехе, той, которой не ведом страх, но ведома честь и любовь.
Он шел к ней, преодолевая ветер в лицо. Эта девушка стала его женщиной, он как сейчас помнил шрам над ее правым виском, исследованный от начала и до конца, который она считала доблестью. Он помнил огонь в ее глазах, неистовую радость, совершенную непосредственность и даже смущение. Он помнил как они были единым целым. А потом… кажется, потом он ее обидел. Но теперь он точно знал, как все должно быть и что на самом деле ему нужно.
Видение исчезло, кадет Звездного флота Артур Лайтман размечтался, разглядывая М'Коту издали, но теперь он уже подошел к ней со спины и положил руки на плечи. Чуть замешкавшись, он хлопнул ее по плечу, так, как это принято у клингонов и сказал:
- М'Кота! А ведь отличный был маневр, правда?
– Не то слово! – М’Кота повернулась к нему лицом и ответила на этот жест довольно чувствительным толчком, – Даже если мы не выиграли, этот манёвр нескоро забудут! Ещё и внукам своим будут рассказывать!
Только излив свой восторг, клингонка сообразила, что всё происходит как-то слишком просто и правильно, так, как она сама могла бы представить, если бы рискнула помечтать, но совсем не так, как должно быть по суровым законам жизни. Но что там ни диктует жизнь, глупо отказываться от хорошего только потому, что оно кажется тебе несбыточным и непохожим на прозу жизни, так что М’Кота поспешила затолкать эту мысль в самый дальний угол сознания; что она не успела, это помешать тени сомнения на мгновение сдвинуть её брови и сделать взгляд слишком уж испытующим.
- Да, да.. – улыбнулся Артур и несколько смущенно опустил взгляд, - слушай, пока все еще тут не началось, пойдем на второй этаж Променада, я посмотрел расписание, скоро через Червоточину пройдет корабль и можно будет увидеть, как она открывается, это красиво. Хочешь пойти?
– Спрашиваешь! – услышав про Червоточину М’Кота была готова не просто согласиться, а сама потащить Артура на второй ярус.
Променад, несмотря на ночное время суток, был полон представителями разных рас. Регата, это все из-за регаты. Сегодняшний день был знаменательным днем для станции, а то, что касалось проекта – было однозначно не очень. Артур нигде не видел глинна Толан, и это было очень странно все. Он помнил настроение координатора на суде, после суда. Все изменилось таким сложным образом, что кадет и  не мог представить, частично представляя, что его собственная роль отнюдь не прибавила проекту стабильности. Но не об этом хотелось думать здесь и сейчас, здесь и сейчас они с М'Котой поднимались по лестнице наверх и Артур представил себе, как они поднимаются по холму, у того самого далекого поля, во главе бесчисленных легионов, что однажды победили древних богов. Он и она, Кейлес и Лукара. Но Артур тряхнул головой, его была не его легенда, эту легенду любила его девушка, однако,  несмотря на все различия, Артур с интересом и пониманием проникся и этой легендой тоже.
Теперь они стояли у большого обзорного окна Променада и смотрели туда, в бескрайнюю тьму с множеством звезд. Червоточина было где-то здесь, рядом, но ее не было видно. И Артур перевел взгляд на М'Коту, снова рассматривая ее черты, черты, по настоящему идеальные, хоть и совершенно не человеческие, клингонские. И форма этих лобных гребней их изгибы, казались ему совершенными. И на самом деле не это было важно, было важно то, какая она есть на самом деле, та, что внутри, та, за которой он пошел именно потому, что увидел все то, что внутри, ее душу и самую ее суть.
Корабль через червоточину все не шел и пауза затянулась. Здесь было много людей, но Артур не обращал на них внимания. Он взял М'Коту за руку, вложив свою ладонь в ее. Все клингонские слова и традиции вылетели у него из головы. Он не был готов к такому, что собирался сделать сейчас. Раньше он так никогда не делал и такого не говорил. И заготовленные слова сами собой застряли в горле, и он почему то сказал вместо того, что собирался:
- А глинн Толан, похоже, не наблюдала за нами. Она ведь даже не знала, что мы собираемся сделать и для чего.. как то это все .. неправильно.
– У неё что-то крупно не так, – убеждённо сказала М’Кота, слегка сжимая руку Артура и чуть-чуть поворачиваясь к нему. – Я не знаю что, но у неё лицо было, как у приговорённых к пожизненному заключению и не на Земле, а на Кроносе. Понимаешь, да? – переспросила она на всякий случай.
- Да, понимаю, - кивнул Артур. И сам себя мысленно принялся клясть, что завел совсем не ту тему, и как теперь ему… Но темы была важной на самом деле, и это следовало обсудить с со всеми. Но потом.. потом. Мысли путались у Артура в голове, однако он вздохнул и собрался.
Лайтман чуть отстранился от девушки и встал перед ней на одно колено. Теперь он смотрел на нее снизу вверх, прямо в глаза, и вид у него был торжественный, преисполненный надежды. По земному, не по клингонски.
- М'Кота, дочь Наары, - сказал Артур, - прошу тебя, перед этими звездами, скажи мне, станешь ли ты моей женой, будешь ли ты со мной до тех самых пор, пока не настанет пора отправиться в Стовокор?
М’Кота уставилась на него, широко раскрыв глаза.
– Головой ты, вроде, не ударялся... – удивлённо прокомментировала она и тут же спохватилась: – То есть я, разумеется, согласна и буду, и я сейчас сама не своя от восторга, но ты уверен, что хорошо подумал? Потому что... – тут М’Кота запнулась, не зная, как заговорить о возникшей сутки назад проблеме. Чёртовы мужики! В некоторых вопросах они куда чувствительнее женщин! – ...потому что могут неожиданно обнаружиться различия, которые заставят тебя задуматься о том, не совершил ли ты ошибку, – деликатно закончила она.
Первым словам М'Коты Артур испугался, но надежда, теплившаяся во взгляде – погаснуть не успела. Она согласна и будет! И ее еще кое-что беспокоило, но Артур услышал главное в словах этой немного растерявшейся девушки. Он и сам знал, о чем она беспокоится, но кроме всего этого он знал, что именно с ней он хочет прожить свою жизнь.
Артур подскочил в рост, будучи почти вне себя от радости, подхватил М'Коту на руки. Ему было не важно, что сейчас вокруг них собралось так много других людей. Он глядел ей прямо в глаза и улыбался:
- Да, я подумал, - прошептал Лайтман, - у нас много различий, но это все не важно! Не важно! Я люблю тебя и хочу прожить с тобой жизнь, со всем остальным мы как-нибудь справимся, слышишь! – и пока М'Кота не успела высказать еще толику сомнений и неуверенности, Артур поставил ее на ноги, крепко прижал к себе и коснулся ее губ, долгим, страстным поцелуем.
Нет, решительно невозможно было оставаться рассудительной и осторожной! Стоило Артуру прикоснуться к ней, как М’Кота совершенно забыла о своих сомнениях. Она ответила на поцелуй со всей своей природной страстью, потом рассмеялась и снова поцеловала Артура обняв его так сильно, что будь он чуть-чуть послабее, не миновать бы ему проблем с дыханием.
Что ж! Раз он всё-таки решил продолжать, глупо было бы тянуть и бояться! И М’Кота сказала, ткнувшись подбородком ему в плечо:
– Сплавь куда-нибудь Освальда завтра вечером. Или послезавтра. Я приглашаю тебя на свидание. Только сначала мы пойдём ужинать в Кварк’с.
М'Кота прижалась к его плечу, а Артур, крепко обнимая девушку, поднял голову и посмотрел в потолок. И он не мог сдержать счастливой улыбки, и не было ничего кроме этого момента, в который М'Кота решилась быть с ним, всегда. И тут он вспомнил, про Самриту и Освальда, и что он обещал Освальду ничего не говорить никому. И даже когда Самрита несколько минут тому назад сказала в разговоре с ним о том, о чем все узнали, Артур даже никак не отреагировал, и теперь…  теперь он сомневался, что вообще можно обсуждать этот факт с кем то еще.
- Освальда… ну да, я постараюсь, конечно же! Уверен, он не будет против, - быстро сказал Артур, - конечно, все как захочешь, в Кварк'c . Я кстати, еще на Земле написал пару программ для голокомнаты, и … уже адаптировал для тебя. Я должен тебе показать, я столько всего хочу тебе показать!
И в этот момент корабль прошел, наконец, через червоточину, портал между гамма и альфа квадрантами, небесный храм, родной мир существ, живущих по иным законам времени и  пространства открылся, озарив черноту космоса синими и белыми всполохами, образуя визуально идеально геометрические фигуры.
- Смотри, - сказал Артур, вместе с М'Котой чуть поворачиваясь к окну, - вот она…
М’Кота тоже повернулась к окну, глядя на то, как чёрный мрак Космоса вспыхивает льдистым фейверком. Она хотела и не могла представить себе другой мир – мир, в котором время – это место, как Кронос или Земля, а может быть как звезда или комната в доме. Мир, в котором, может быть, можно находиться не в одном месте и не в одном времени за один раз... если, конечно, там вообще знают, что такое «один раз». Впрочем, этот разговор с Артуром и этот миг возле осыпанного голубыми сполохами окна она не променяла бы даже на все чудеса незнакомого мира.
- Пойдем к нашим, - сказал Артур М'Коте, - скоро мы узнаем, кто победил.
И они, держась за руки, пошли.
____________
С М'Котой

 48 
 : 22 Августа 2017, 09:26:30 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
ДС9, катер “Амазонка”

- Ой, извини! – Акрита поспешно отстранилась от Квинтилии, впрочем, не переставая излучать счастье и улыбаться во все лицо. – Я просто хотела сказать, что восхищаюсь тобой, твоим мужеством, профессиональностью, и вообще! Ты ведь оказалась единственным пилотом на всю регату, и у вас столько всего случилось, - затем она обернулась к Ракару. – Жучок? Нет, я искала, но, видимо, не знаю, как он выглядит и не нашла. Может, он уже выпал?
-На самом деле у нас на борту был второй пилот, - заметила Квинтилия, - То, что “Серебряные Фениксы” - плохие люди, не значит автоматически, что они плохи во всем. Также Ракар мог бы вести катер. Простите, мне нужно пойти принять душ и поесть.
Девушка пошла к выходу из ангара.
Ракар грустно усмехнулся Акрите. Ромуланские жучки не имеют обыкновения выпадать случайным образом. А потом, дослушав Квинтилию, он понял, что много всего сделал не так. Только он это все уже сделал, и поздно, поздно было сожалеть о несделанном. Но в любом случае, об этом следовало подумать потом, когда будет время.
- Акрита, прошу, пройдите в катер, - быстро сказал ромуланец,  - вы… вы позволите вас обыскать? Ходить с жучком я категорически не рекомендую.
- Да конечно, - немного растерянно проборотала Акрита,  все еще провожая взглядом коллегу по маневру, затем принялась осматривать форму. – Давайте, конечно, можно и в катер. И еще, Ракар, я хотела извиниться за свою несообразительность… Если бы перед стартом я рассказала вам больше о наших ночных гостях, вы бы их сразу узнали. Может, тогда не дошло бы до всего того, что у вас случилось в монастыре.
- Не нужно извиняться, - сказал Ракар, пропуская Акриту в катер, - это я прошу прощения у вас, за жучок. Прошу вас, не принимайте это как диверсию Ромуланской Империи против Федерации, к сожалению, я не мог этого предотвратить, и приношу официальные извинения за этот факт. Но с другой стороны, жучок нам очень помог, так что все несколько неоднозначно.
С этими словами Ракар принялся обследовать форму Акриты, проводя пальцами по швам формы, ее складкам, нащупывая нестандарные выпуклости и инородные элементы, сверху вниз, достаточно быстро и методично, как будто обыски проводить он был обучен, и так и было.
Жучок обнаружился в кармане формы Акриты, маленькая микросхема, совершенство ромуланской технологии. Ракар вытащил его, бегло рассмотрел, показал Акрите и сунул себе в карман.
- Вот и все, еще раз прошу прощения. Такое не повторится, я надеюсь.
- Да и вам извиняться не за что, - теперь Акрита уже говорила серьезно и даже немного грустно. – Я это ни в коем случае не воспринимаю как диверсию Ромуланской Империи против Федерации. Я в этом вижу исключительно диверсию «Примы» против двух наших команд. Поэтому официальные извинения, тем более от вас, не нужны, - она чуть улыбнулась. – Это они должны перед вами извиниться, что так скомпроментировали и вас, и ваше государство.
Ракар коротко кивнул Акрите, не вдаваясь в дискуссию и обсуждения прямо сейчас, все это лучше было отложить на утро. Теперь же он посмотрел на Тенека:
- Все свободны до начала официального мероприятия завершения регаты, - и с этими словами вышел из катера, быстрым шагом направившись догонять Квинтилию. Выйдя из ангара, ромуланец побежал.
– Как я понял, ваш рейс прошёл более гладко, чем наш, но тоже не обошёлся без происшествий, – сказал Тенек Артуру и Акрите. – Никто не пострадал?
- При высадке на Джераддо местная форма жизни сбила с ног Самриту, - ответила андорианка, потом посмотрела на Лайтмана. – но экстренная медицинская голограмма, которую сделал Артур, успешно справилась с лечением. В остальном вроде все в порядке. А вы сами как себя чувствуете?
– Всё благополучно, после объявления результатов регаты я отправлюсь отдыхать, – успокоил её Тенек. – С вашего позволения я скопирую записи медотсека «Анадыря», чтобы приобщить их к медицинской карте мисс Баккер.
- По правде говоря, экстренную медицинскую голограмму мы делали вместе с Освальдом, М'Котой и Самритой, которая ее внедряла, - сказал Артур. - Но давайте уже пойдем что ли, наверняка скоро будут объявлять результаты.
И Артур пошел на выход из катера.
– Я свяжусь с мисс Баккер, надо убедиться, что всё действительно благополучно, – сказал стажёр. У него появилась ещё одна причина поговорить с Самритой.
- Говорят, в конце регаты, то есть уже скоро, будет какая-то торжественная церемония, - задумчиво произнесла Акрита, пока они шли к выходу из ангара. – Хорошо бы, чтобы этот наш маневр обрадовал глинн Толан, а не сделал ей новых неприятностей… И да, мистер Тенек, на "Анадырь" вы можете зайти за записями в любое время.
Тенек кивнул то ли в знак согласия, то ли в знак благодарности и сказал:
– Тогда я постараюсь увидеть мисс Баккер до начала церемонии, – с этими словами вулканец откланялся и направился к выходу.
______________
С Квинтилией, Тенеком, Акритой, Лайтманом

 49 
 : 22 Августа 2017, 09:24:58 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
ДС9, катер “Амазонка”

Ракар уже закончил копировать данные на свой падд. Вполуха он слушал разговоры Тенека и Эвен Оро. Краем сознания он был удовлетворен тем, что Эвен Оро настигла Тенека наконец и получила удовольствие от заботы о нем, ведь тогда, когда он сам лежал в лазарете с сотрясением – он все видел. Но это было сейчас не важно. Эвен Оро произнесла фразу, которая заставила ромуланца отвлечься от всего. Он рывком отвернулся от консоли, он смотрел краем глаза еще на Квинтилию, но и от этого он сейчас отвлекся.
- Эвен Оро, доктор… - пораженно сказал Ракар, - мы вообще-то... мы… читали в базе данных, что палаку были домашними животными для баджорцев. Эээ, нет, не надо, прошу вас. Этот паук... он друг.., - Ракар смотрел на Делас, как та прижалась к пауку, как она защищала его, и он понял, что Парнус на самом деле для нее много значит, - мэм... не надо. Мы отправляли запрос на разрешение о провозе этого паука... его зовут Парнус, ему дали имя, он разумен, и… как можно? Как можно его убить ради еды? Прошу вас, не надо. Мы увезем его потом, живого, он же... он же все понимает.
-Эээээ… - озадаченно произнесла Эвен, - Я же не настаиваю и не заставляю вас есть его. Если вы хотите его в качестве домашнего животного - это ваше дело. Но в любом случае я должна забрать палаку в карантин. Это стандартная операционная процедура станции. Мисс… мисс? - позвала она Делас, - Если хотите, можете пойти со мной и посмотреть, как устроят вашего питомца на время проверки.
- Разумеется! - кивнула ромуланка, взяла поводок у Юнок и с гордо поднятой головой пошла за Эвен. По дороге, правда, остановилась и шепнула Каззе: - Захвати мой падд и аптечку, пожалуйста.
Ктарианка кивнула и метнулась в жилой отсек. Эвен, Делас, а за ними и Юнок вышли из катера.

“Амазонка” давно опустилась в ангар станции, и Артур долго стоял на входе в ожидании. Сначала там много всего происходило, внутри катера, но Артур не заходил, чтобы не мешать медикам, инженерам и прочим. А потом народ пошел из катера прочь, и именно те, кого он не знал в лицо. Прочь из катера пошли ромуланка с пауком и землянка. Артур очень удивился ромуланке, он даже не мог предполагать, что такая будет. Но тем не менее, он пошел вперед, чтобы их поприветствовать, и в руке он держал голорамку, выключенную уже в этот момент, но тем не менее – он держал ее перед собой. Почему-то это стал для него сложный момент. Куда более сложный, чем когда он в самом начале своего пути здесь встречал Валардиса. Тогда все было совсем иначе.
- Привет вам! – сказал Артур, - мы вас ждали, погодите немного, у меня есть то, что принадлежит одному из вас, но я не знаю кому именно, - и Артур показал голографическую рамку.
Юнок переглянулась с Делас.
-Это мое… - неожиданно робко сказала инженер, на которую до этого все произошедшее на борту “Амазонки”, казалось, повлияло меньше всего, - Где вы это взяли?
- Приветствую вас, - улыбнулся Артур, но рамку тем не менее не отдал, все еще держа ее в руке, - я нашел это на разбитом катере на Бэйджоре. Меня зовут Артур Лайтман, кадет Академии Звездного флота, участник проекта "Альфа". Но прежде чем я отдам это вам, представьтесь пожалуйста, и скажите, есть ли у вас доказательства того, что это принадлежит вам?
- А что это ты делал на нашем корабле? – Делас остановилась и пристально посмотрела на Артура, наклонив голову к плечу.
- Можно сказать, мэм, простите, не знаю вашего звания и имени, я был поблизости, на корабле "Анадырь". И в силу, наверняка, известных вам обстоятельств, я обследовал тот корабль, - теперь Артур не улыбался, теперь он был серьезным, он пытался быть офицером Звездного флота. – так вот, есть ли у меня настоящие поводы и причины поверить вам и отдать вам это?
-Меня зовут Ли Юнок, с Фариус-прайм, - сказала Юнок, снова оглянувшись на Делас, будто ища ее поддержки, - Эта голорамка - моя вещь, потому что я знаю, что там изображено. Это изображение одного человека… который дорог мне. Пожалуйста, отдайте… И не говорите ему, что у меня это есть.
Артур кивнул.
- Рад познакомиться, Ли Юнок. Назовите, пожалуйста, имя того, чье изображение здесь, и если это совпадет, я отдам.
Внезапно Юнок покраснела и ее глаза наполнились слезами.
-Это… это… - начала она, сжимая кулачки, а потом закрыла лицо руками и бросилась к выходу из ангара, мимо Эвен Оро и остальных кадетов.
-Это Диас Планкс, лейтенант-коммандер Звездного Флота, координатор второй группы проекта “Альфа”, - сказала Казза, подходя к Делас и неся аптечку.
- Молодец, кадет Лайтман, довел девочку до слез! - Делас решительно протянула руку: - Давай сюда рамку, мы ее вернём.
Артур посмотрел вслед землянке Ли Юнок, с планеты Фариус Прайм, и вернул взгляд на ромуланку и подошедшую ктарианку.
- Вы не захотели представиться, но я все равно знаю, что вас зовут Делас, а вас – Казза. Мне не кажется, что это я довел ее до слез. Это не так работает, мы все пожинаем последствия своих действий, рано или поздно, так или иначе.
Артур протянул ромуланке на раскрытой ладони рамку .
- Храните тех, кто вам дорог, не бросайте их, и передайте это ей. Когда-нибудь, Делас, между нами не будет стен, я в это верю. Но для этого нужно пройти очень долгий путь. Я готов его пройти, вопрос – хотите ли этого вы?
- Она же сказала, что он ей дорог, мог бы и догадаться, - закатила глаза Делас. - Мужчины, ничего вы не понимаете!
Она аккуратно взяла рамку и передала Каззе, а аптечку забрала себе.
- Поговори с Юнок, я найду вас позже, когда буду уверена, что эта любительница палаку ничего не сделает Парнусу, - с улыбкой обратилась она к ктарианке. А потом вновь обернулась к Артуру: - Когда-нибудь, может быть, - пожала плечами Делас. - Но пока вы явно знаете о нас больше, чем мы о вас!
-Хорошо, я найду ее, - ответила Казза, забирая рамку, а потом внимательно посмотрела на Артура, - Я понимаю, что ты хотел сделать доброе дело, вернув ценную вещь, но что-то пошло не так.
Затем она бросилась догонять Юнок.
Артур проводив взглядом ктарианку, бросившуюся за Юнок и посмотрел на Делас.
- Мне жаль, - сказал он и пошел в "Амазонку", поскольку основная команда "Амазонки" еще не выходила.
Делас пожала плечами и направилась вслед за Эвен Оро, гордо ведя паука на поводке.

Акрита тоже была среди встречающих. Когда после посадки «Анадыря» все пошли в бар, андорианка все еще не могла найти себе место среди отдыхающих и радующихся, то ли сказывалось нервное напряжение, то ли она просто чувствовала незавершенность всего этого дела, пока проект в полном составе не окажется на станции. Еще направляясь к ангару, куда причалила «Амазонка», Акрита думала, что прямо с порога бросится поздравлять товарищей и не будет сдерживать эмоций, но на деле обстоятельства сложились иначе – инженеры, медики, трудности ситуации, которую она сама не понимала до конца. Поэтому, пока проходили первые обсуждения и выяснения, она в нетерпении переминалась с ноги на ногу рядом с Артуром, тем более что того, кого она сейчас больше всего ждала, пока не было видно.
Команду «Примы» андорианка проводила взглядом с неопределенным чувством и некоторой растерянностью. Она еще не знала, как к ним относиться, но пока не испытывала желания не то что сотрудничать, но даже знакомиться. Впрочем, все могло поменяться – потом. Она подошла к самому входу в катер и осторожно заглянула туда, едва сдерживая нетерпение.
Когда Эвен Оро и "Фениксы" вместе с пауком вышли, наступила пауза, для Ракара более чем неловкая. Он тормозил еще несколько секунд, а потом развернулся к выходу.
- Пойдемте что ли на выход. Еще некоторое время, и я перестану быть вашим капитаном, надеюсь вы… вы не моего разрешения ждете, чтобы покинуть катер? Уже можно, - неуверенно сказал Ракар.
– Это было бы вполне логично, – отозвался Тенек.
Когда общими усилиями было установлено, что Парнус – не рецепт, вулканец ненадолго вернулся в медотсек, и теперь вышел оттуда с небольшой сумкой. У него было неотложное дело, а именно встреча с мисс Баккер, которую было необходимо расспросить о том, как она перенесла напряжённый график последних суток. Бросив взгляд в сторону выхода, Тенек заметил робко приткнувшуюся у входа Акриту.
– Мисс Акрита, – констатировал он. – Выйдем к ней или пригласим сюда?
-Я выхожу, - сообщила о своих намерениях Квинтилия и прошла на выход с мостика мимо андорианки.
Увидев товарищей, Акрита смутилась окончательно, она так много хотела сказать, но почему-то в самую нужную минуту все слова куда-то вылетели из головы.
- Друзья! – воскликнула она, сделав шаг навстречу и обводя взглядом представителей «Нового поколения». – Вы такие молодцы! То, что вы сделали… Это настоящее, это самое лучшее доказательство успеха нашего проекта, доверия, сотрудничества, дружбы! Вы лучшие! То, что вы сошли с трассы ради нас и общей победы, и вообще как все получилось – это невероятно!
На ее лице отражалось одновременно смущение, возбуждение и искренняя радость. Она вдруг представила, как тут вообще все было, на этом катере, на этом мостике, с кучей сложностей, подозрений и нерешенных проблем. И все-таки они выполнили маневр, пожертвовав своим финишем, и выполнили его без преувеличения – в совершенстве. Еще раз оглядев всех и чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы счастья, Акрита сделала еще пару шагов и заключила Квинтилию в крепкие дружеские объятия.
-Кхххм… - задохнулась Квинтилия, - Спасибо, но уже достаточно… Личное пространство… Не все не свете любят обниматься...
Ракар пошел следом за Квинтилией, улыбнулся Акрите в ответ на ее слова. Квинтилия была смущена и ей не нравились объятия, Ракар поспешил обратиться к Акрите:
- Да, мы смогли, - констатировал он, - а Квинтилия Перим назначена Первым помощником на "Амазонке", за выдающиеся заслуги. Кстати, Акрита, вы нашли жучок?
_____________
С Квинтилией, Тенеком, Делас, Акритой, Лайтманом, Ли Юнок и Каззой

 50 
 : 22 Августа 2017, 09:22:18 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
1 сентября 2384 г., ночь
ДС9, катер “Амазонка”

-...Расчетное время прибытия на станцию - три минуты, - объявила Квинтилия по внутренней связи, - Запрашиваю разрешение на стыковку.
Выйдя из научной лаборатории, Делас быстро пошла к жилому сектору, и под конец уже практически бежала. Ракар мог расслышать сдавленные всхлипы, но, когда дверь за Делас закрылась, она первым делом отключила связь со своей стороны, так что чем она там занималась, можно было только догадываться. На информацию о скорой стыковке ромуланка никак не отреагировала, а Парнус так и остался с Юнок на мостике.   
Еще некоторое время ромуланец сидел в научной лаборатории, успокаивая собственные мысли и чувства. Делас ушла в слезах, это было конечно неизбежно, жизнь сложная и болезненная вещь, и он не знал, что с этим делать.
Ракар вернулся на мостик и коротко глянул на Квинтилию. Смятение, накатившее на него, он засунул глубоко, не позволяя ничему внутреннему прорваться во вне. Сейчас у него был долг, долг капитана корабля, и он должен был его исполнить, до конца. Все остальное - позже. По степени важности. Делас на мостик не вернулась, очевидно оправившись в другой отсек.
Ромуланец сел в кресло, посмотрел на показания сенсоров, на станцию на экране, к которой им предстояло стыковаться в ближайшие три минуты.
- Отлично, Первый, - сказал Ракар, - ждем разрешения, заходим на посадку.
А следом Ракар обратился по общей связи, принудительно включив ее по кораблю вновь.
- Экипаж. Мы заходим на посадку на станцию Дип Спейс 9. Мы все отлично поработали, несмотря на все разногласия, которые мы успешно преодолели, мы выполнили свою задачу. Каждый постарался достойно, я благодарю всех за хорошо выполненную работу и сотрудничество. И теперь я хочу, чтобы вы знали. Команда "Серебряных Фениксов" стала командой "Амазонки". Вы стали членами моего экипажа, и я отвечаю за вас, забочусь о вас и защищаю. Все, что произошло с нами - является внутренним делом проекта и не должно быть отправлено во вне. Мы все заодно. Ничего не бойтесь, мы все решим вместе.
-О, это так мило! - воскликнула землянка и изобразила ладонями сердечко.
– Этот жест – что он означает? – поинтересовался любознательный Тенек.
-Мир, любовь, признательность, хорошее отношение, невинность, все самое милое и сладкое! - рассмеялась Юнок, - Меня бабушка научила.
-Станция передает указания для посадки, - продолжила отчет Квинтилия, - Начинаю посадку.
Через несколько минут катер приземлился в одном из ангаров ДС9.
Ну вот и все, Квинтилия посадила катер, миссия была завершена. Одна из миссий. А то, что будет впереди - будет куда сложнее. Ракар знал, что в ряде случаев капитан покидает корабль последним. Но сейчас это был не тот случай. Сейчас он должен был открыть дверь первым, чтобы понять, что там снаружи происходит. Ракар устало потер глаза и повернулся к Квинтилии.
- Перим, спасибо за все, что вы делали, это отличная работа, - а затем посмотрел на остальных, тех, которые остались на мостике.- Я сейчас открою дверь, и посмотрю что нас там ждет. Без паники, в случае чего. - И ромуланец пошел к выходу, открыл шлюзовую дверь.
В ангаре катер уже ждала нервная группа инженеров и медиков. За их спинами маячили несколько кадетов из проекта “Альфа”.
-Что у вас случилось? - спросила пухлая баджорка с золотистой косой, уложенной вокруг головы как корона, - Раненые есть?
- Что сломано? Почему вы прилетели на станцию, а не вызвали аварийную ремонтную бригаду? - вторил женщине смуглый худой мужчина с черными волосами, один из инженеров.
Ракар быстро оглядел собравшихся их встречать. Здесь не было ни службы безопасности, ни лейтенант-коммандера Планкса, ни глинна Толан. На самом деле, кроме службы безопасности его волновало наличие или отсутствие глинна координатора, и ее отсутствие его беспокоило. Затем, он с запозданием понял, что не сделал важное, отдавшись чувствам. Однако вместе со всем этим ромуланец принял добродушный вид и спрыгнул на пол ангара.
- Благодарю вас, сэр, мэм, что встречаете. Да, у нас есть один раненый, это мистер Тенек, у него сотрясение мозга, но у нас на борту есть врач и Тенек выздоравливает, правда еще не до конца выздоровел и ему все еще нужна помощь. А случилось у нас то, что мы столкнулись с кораблем другой команды, у нас пробито крыло, были повреждения двигателя, консолей и прочих систем, но мы справились собственными силами. Важнее всего для нас был долг и наша задача. Мы исполняли свой долг, как это положено офицерам в любых мирах, и доказали этим своим действием собственную состоятельность, компетентность, и способность к сотрудничеству.
С этими словами Ракар забрался обратно в катер, теперь ему следовало удалить из компьютера катера все файлы собственных заявлений, которые он наговаривал по связи, находясь в монастыре Дакин. То же самое действие должны были сделать на "Анадыре", это были те самые доказательства, которые не должны были попасть до поры до времени в руки Службы безопасности.
Тенек покосился на уходящего Ракара и понадеялся, что его прямо отсюда не потащат в лазарет. Определённо Ракар мог бы и не спешить докладывать о сотрясении мозга! Стажёр, конечно, не собирался совершать действия, угрожающие собственному здоровью, но в то же время ему казалось уместным хотя бы при оглашении результатов находиться вместе с остальными членами «Альфы» или хотя бы слушать трансляцию с комфортом в собственной каюте.
– Помощь уже оказана, – поспешил уточнить он, – сейчас мне нужен только отдых.
-Значит, вам не нужен срочный ремонт? - подозрительно осведомился инженер.
- Нет, сэр, не нужен, - улыбнулся Ракар, - мы уже здесь, у нас все в порядке. Спасибо вам, - с этими словами ромуланец скрылся от входа и вернулся на мостик. Файлы сообщений он нашел быстро. Файлы сообщений он удалил из компьютера катера перемещением на собственный падд. Делас на мостике так и не появилась, а паук Парнус был на поводке в руках у Ли Юнок. Одновременно со своими действиями с компьютером, он сказал:
- Вы можете выходить, там все нормально. Квинтилия, короткий отдых, время на поужинать, и... вы мне нужны, сейчас мы найдем команду "Анадыря", определимся с тем, что будет дальше, и мне нужно с вами поговорить.
Инженер пошел прочь из ангара, ворча что-то о ложных вызовах. Его коллега по встречающей группе оказалась более настойчивой. Баджорка решительно вошла в катер и огляделась, пока не увидела Тенека, чей голос слышала, когда еще была снаружи.
-Мне нужно все проверить самой, - поджав губы, сказала Эвен Оро, а это была именно она.
Она достала медицинский трикодер и навела его на стажера.
Тенек посмотрел на сестру Эвен с лёгкой укоризной, но смирился со своей участью и сказал:
– Конечно. Если вы настаиваете.
Эвен критически изучила показания трикодера и, наконец, признала с некоторым сожалением:
-Ваши заключения верны.
Она закрыла трикодер и убрала его в свою сумку, но вместо него достала падд и протянула его стажеру Тенеку:
-Пока вы были на регате, в лазарет пришло письмо - оно адресовано вам. Мы его не читали, разумеется.
Тенек взял падд. Он не ждал никаких писем и именно поэтому поспешил заглянуть в письмо: это было разумнее, чем строить догадки.
Это был ответ Медицинской Службы Звездного Флота на заявку о клиническом исследовании баджорского бешенства, которую Тенек и Эвен Оро заполняли вместе до регаты - с тех пор столько всего произошло, что казалось, это было давном-давно.
В письме сообщалось, что заявка на исследование одобрена, и что его скоро запустят не только на ДС9, но и в нескольких других медицинских центрах на территории Федерации. Тенеку обещали в скором времени выслать специально подготовленные центральной командой по клиническим исследованиям документы - протокол, которому он должен будет следовать, брошюру со всей известной информацией о болезни и предыдущих попытках исследований и лечения, а также информационный листок, который будут подписывать его добровольцы до того, как с ними можно будет проводить любые манипуляции.
Также писали, что до запуска исследования всех медиков, которые будут в нем заняты, пригласят на специальную конференцию, где подробно расскажут им обо всех концепциях и процедурах, которые им предстоят, и где они смогут познакомиться между собой. В конце Тенека благодарили за сотрудничество и надеялись на его плодотворное продолжение.
“Медицинская Служба Звездного Флота. Доктор Б.Крашер” - было подписано письмо.
Тенек поднял взгляд на сестру Эвен и подал ей письмо – баджорка имела полное право прочесть его, и не только потому что помогала подготовить документы. Баджорцы по-прежнему оставались основной группой риска в ситуации с крысиным бешенством, и стажёр был уверен, что сестре Эвен это небезразлично.
– Благодаря вашей помощи, – коротко прокомментировал он.
-Отличные новости! - просияла Эвен, прочитав письмо, - Если будете набирать исследовательскую команду, которая будет работать с вами на ДС9, имейте меня в виду…
Эвен вдруг запнулась, потому что теперь ее взгляд уперся в паука, мирно сидящего возле ног землянки из команды “Серебряных Фениксов”.
-Вы успели поохотиться на палаку? - спросила медик, - Отлично, мне по наследству достался один отличный рецепт, я могу приготовить его для вас так, чтобы мясо было совсем мягким и без запаха.
- Какой еще рецепт!? – Делас влетела на мостик практически сразу. Может быть, она не сидела в жилом отсеке, а стояла под дверью, но не решалась зайти?.. – Это не рецепт, это мой… мой питомец!
Ромуланка нагнулась к пауку и обняла его за коренастую шею, пряча лицо в шерсти, но все равно кто-то уже мог успеть заметить, что ее глаза позеленели и были влажными.
- Он будет жить со мной! – объявила она, прижимая к себе немного удивленного Парнуса.
______________
С Квинтилией, Тенеком, Делас, Эвен Оро и инженером станции

Страниц: 1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10

MySQL PHP Powered by SMF 1.1.15 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS