* * * * * * * * *
DS9 - The New Team
DS9 - The New Team
21 Сентября 2017, 11:32:06 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: 02 cентября 2384 года, утро
Страниц: 1 [2] 3 4 5 6 7 ... 10
 11 
 : 12 Сентября 2017, 13:47:32 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
02 сентября 2384 г., около 12 часов
ДС9, Ангар 13

Пожалуй, все остальные новости стали несущественными в этот момент для Артура. Сразу после слов Планкса о том, что сделала Илама Толан. Артур опустил руку, нашел ладонь М'Коты и сжал ее. Сначала он опустил голову, но потом заставил себя смотреть вперед, на коммандера. Но перед глазами стояла коммандер Мори Джанир. Артур вспоминал ее, такой, какой она защищала его, во всем том деле после избиения кардассианца. О том, как она выступала на открытии и завершении регаты, о том, как она поздравляла его с освобождением, ее глаза. Еще одна жизнь. Еще одна жизнь ставшая разменной монетой в чьей то игре. И где найти теперь слова утешения для ее семьи, для ее экипажа, для всех тех, кто любил ее, уважал, ценил, для всех тех, кому она стала надежным товарищем и другом. Еще один кардассианец снова убил баджорца. Только расы не имеют значения. Еще одного человека не вернуть из того места, куда он безвременно ушел. Все остальные слова Лайтман слышал вполуха. Не совсем осознавая.
Потом кадет вспомнил, что назвал Иламу Толан своим другом. И ужаснулся всему этому происходящему. Так не могло было быть. Она не могла. Она была совсем другой. А потом, все это случилось потом. Возможно, это какая-то подстава. В этом еще обязательно нужно было разобраться. Вот только Мори Джанир уже не вернуть. И раз так, виновные должны ответить за все.

Наконец Ракар дождался этих самых плохих новостей. Новость была ударом. Усилием воли он заставил себя не среагировать физически, не сжать кулаки, не дернуться, не проявить иных эмоций. Он лишь нахмурился, пристально глядя на лейтенант-коммандера, а затем начал скользить взглядом по остальным кадетам, задержав взгляд на Квинтилии. Вот по кому эта новость должна была больно ударить, и он ничем не мог помочь. О диверсии "Фениксов" Ракар мгновенно забыл, это мелкое хулиганство померкло перед случившимся. Вот была та самая бомба, которую он искал в корабле, но, очевидно, искал не там. В корабле - было бы слишком просто. Политики действуют не так грубо. Сейчас Ракар понимал, что совершил еще один серьезный промах. Он это не предотвратил. Он же пришел к Толан с целью помочь, но отвлекся и стал рассказывать о собственных личных проблемах. Почему он так постыдно расслабился? Почему не понял настоящее значение ее фразы "это не понадобится"? Почему не настоял? Он же видел все, ее измученное состояние, ее пустую каюту, ее крайнюю обреченность. Что он должен был сделать теперь? Проект не закрыли, вот с этим они там просчитались, решение по проекту было принято раньше убийства. Ракар задумался, взвешивая все на чаше весов. Нельзя навредить Ромулу, нужно соблюсти баланс, и в тоже время надо помочь разобраться в ситуации. Нужно ли? Или они сами без него разберутся? Идентифицировать ли это как личные цели и личные обещания? Навредит ли это его собственному государству? Нет, не должно навредить. Есть вещи, которые нельзя предавать, и если уже нельзя спасти ее, можно хотя бы облегчить участь. Он хорошо помнил, как Илама Толан вела себя с ним, на Волане II, вчера в каюте, сознавая куда ей придется идти, она как будто отдавала свою последнюю дань, ради кадета, который был ей по сути никем. Он был ее кадетом. И та невысказанная фраза, которая тем не менее легко прослеживалась "как мне", "не повезло как мне". Ромуланцы не забывают добра, сделанного в их сторону, ромуланцы не предают честь.  Мысли стремительно летели в голове. Ракар принял решение. Он посмотрел на Квинтилию, а потом сделал шаг вперед, к лейтенант-коммандеру:
- Ее заставили. Сэр, я хочу дать показания по делу для следствия. Возможно, я могу помочь вам понять, кто за этим стоит. Это возможно?
-Это не моя станция и не мое расследование, чтобы здесь распоряжаться, поэтому я не могу ответить на ваш вопрос, мистер Ракар, - помотал головой Планкс, - Я оказался замешан в делах этой станции, потому что они касались проекта, не более того. Но теперь я возвращаюсь на Кардассию.
М’Кота отнеслась к известию, пожалуй, спокойнее многих: в её мире смерть была неотъемлемой частью жизни, а убийство – узаконенным способом решения противоречий. Конечно, речь шла об убийствах в поединках, но всё же об убийствах. К тому же вся клингонская культура строилась на готовности и даже необходимости рано или поздно достойно погибнуть. В жизни всякое случалось! Иногда хорошие люди убивали плохих людей, иногда плохие люди убивали хороших людей, иногда плохие люди убивали плохих людей, а иногда случалось и так, что хорошие люди убивали хороших людей – это было горько, но это тоже была часть жизни, и порой другого варианта было не дано.
М’Кота крепко сжала руку Артура и, чуть повернувшись к Ракару, сказала:
– Если ты что-то об этом знаешь, я тоже хочу знать. Смерть смерти рознь, и если это дело воняет, как трёхнедельный труп, я хочу знать, откуда идёт вонь.
Услышав, что лейтенант-коммандер не будет вмешиваться в расследование никаким образом, и собирается отбыть к месту дислокации его группы, Ракар развернулся всем корпусом к советнику Утаре Рилл. Потом, услышав М'Коту, он обернулся к кадетам, окинул всех взглядом. Они были шокированы убийством коммандера этой станции, и он их очень хорошо понимал. Если бы кто-то убил командира ромуланской станции на ромуланской станции… одним словом, Ракар поставил себя на их место.
- Да, - кивнул Ракар клингонке, - я расскажу. Мэм советник, - ромуланец снова посмотрел на болианку, - может быть, вы ответите? Я хочу дать показания для следствия, это возможно?
– Думаю, да, – ответила болианка. – Я постараюсь узнать, кто ведёт расследование и кому вам следует передать ваши сведения. Первым делом я пойду в офис службы безопасности, чтобы увидеться с глинном Толан, там же обо всём и спрошу.
Во взгляде Утары забрезжила надежда: чудес не бывает, и сама она не слишком надеялась, что её слова о чужой вине или ошибке окажутся правдой, но теперь, после слов Ракара её надежда окрепла.
– Я думаю, всем, кому есть что сказать, следует обратиться в службу безопасности, даже если вы не уверены, что это важно – сказал Тенек. Лицо вулканца было внимательно-сосредоточенным, каким могло бы быть во время решения какого-нибудь сложного учебного задания.
Услышав новости, Освальд замер, ошарашенно глядя перед собой. Он увидел реакцию Самриты, потом почему-то посмотрел на Тенму, словно тот мог знать ответ или хотя бы предложить какое-то чисто кардассианское объяснение случившемуся, потом на мгновение взглянул на офицера, и молодого человека посетила шальная мысль, что всё это - всего лишь ещё одно задание проекта, придуманное Толан совместно с Мори, чтобы проверить, сможет ли их группа не скатиться во взаимные обвинения и паранойю. Однако, коммандер Планкс выглядел настолько огорчённым, что все сомнения тут же отошли на второй план.
- Нам всё равно ничего не скажут, - проворчал кадет недовольно в ответ на обсуждение коллег, - тайна следствия, и всё такое. Остаётся только сидеть и ждать.
Акрита тоже была из тех, кто не раз видел смерть, и тем не менее ее сознание отказывалось верить в услышанное. Здесь, на федеральной станции, в мирное время? Как, зачем?! И потом, коммандер Мори ведь была ночью с ними на Променаде, на награждении. Отчетливо встало перед глазами ее радостное, даже счастливое лицо, и Акрита успела подумать, что на самом деле так и не познакомилась с командующей станцией. Может, это все-таки какая-то ошибка? Ведь такое тоже бывает…
В повисшей тишине голос Самриты прозвучал тихо и неуверенно.
- Коммандер, советник… - она посмотрела на них, и в ее глазах читалась детская надежда, что взрослые все решат. Они же взрослые! Они все знают! – А… Что нам теперь делать? Я имею в виду, прямо сейчас, сегодня. Нам надо будет давать показания? Или нам ждать новых заданий от проекта?
Ждать было тяжелее всего. И все-таки девушка не забыла, что Планкс сказал до этой новости: проект продолжается, их группу не расформируют, они будут и дальше участвовать. Он сказал это, уже зная, что их координатора арестовали, а, значит, вне зависимости от этого у них будут какие-то задания. Правда, Самрите не давал покоя вопрос: что же будет со станцией, на которой убили командующего, причем в мирное время? Наверняка им предстоит множество проверок, усилений контроля безопасности и прочих малоприятных мер…
– Насчёт показаний я постараюсь узнать, – повторила Утара, – А задания проекта будут обязательно. – И снова повторила: – Если мне не сообщат о запланированных заданиях, мы разработаем ближайшее задание сами. Бездействовать мы не будем. На сегодняшней встрече в 15:00 мы всё это обсудим – и проблему заданий, и то, что мне сообщат о даче показаний.
-В 15 часов - это через примерно два часа… - заметила Жантарин на всякий случай.
-Я вижу, координатор Рилл уверенно берет дела под свой контроль, - подвел итог Планкс, - От этого немного легче, хотя я покидаю станцию с тяжелым сердцем. Надеюсь, мы успеем поговорить с вами тет-а-тет до моего отлета, - он слегка кивнул болианке, - а со всеми остальными я должен попрощаться.
Планкс обвел печальных кадетов взглядом.
-Берегите себя.
 Ракар хмуро обводил взглядом кадетов. Он задержал взгляд на Тенме, потом на Квинтилии, Самрите и Освальде, потом обернулся к Планксу.
- Вы тоже берегите себя, коммандер, на Кардассии, и вашу группу. - и снова посмотрел на кадетов. - Перед тем как я пойду в СБ, вы хотите узнать что я им скажу? Я хочу рассказать и вам тоже, кто хочет услышать? - И Ракар посмотрел на Делас, она могла его осудить сейчас.
- Разве это не что-то конфиденциальное? – удивилась Самрита. – Если нет, то, конечно, рассказывай!
- Это такая информация, которую должна знать наша группа проекта, - ответил Ракар Самрите, - я так считаю. Поэтому, пожалуйста, останьтесь те, кто хочет услышать.
Самрита, разумеется, и с места не сдвинулась, продолжая изучающе смотреть на Ракара, чуть склонив голову и сложив руки на груди – если где-то делились секретами, она этого просто не могла пропустить!
А вот Делас, заметив, что кадеты начали переговариваться, расходиться и вообще демонстрировать, что собрание закончилось, обернулась к Планксу, пока тот не успел уйти.
- Коммандер, не оставляйте меня здесь! -  выпалила она, глядя на трилла широко распахнутыми глазами. – Вы же знаете, что это за группа! Они собрали на себе все беды квадранта, едва не закрыли проект, а теперь еще оказалось, что их координатор – убийца! И… И… - добавила она чуть тише, стараясь не дать всем эмоциям выплеснуться наружу, - они меня ненавидят! Пожалуйста, не наказывайте меня так!
-Делас… - тихо сказал Планкс, пораженный словами ромуланки, и глядя в ее темные глаза, - Это не наказание и не мое решение. Этот приказ о переводе одобрен твоим командованием, ты сама его видела. Я ничего не могу изменить. И даже если бы мог - не хочу. Это будет… интересно. Я успел немного узнать тебя, Делас. Мне нравится твоя открытость и желание бороться с предрассудками, я ценю твой исследовательский инстинкт и любопытство, я считаю прекрасными твою дерзость, твой авантюризм, твою находчивость, твое нестандартное мышление. Это замечательные качества, свойственные путешественникам и первооткрывателям, но ты применила их для плохих совершений. Теперь у тебя есть шанс направить их в другое русло. А для остальных, - Планкс поднял взгляд на кадетов, - это будет урок о прощении, о том, что нельзя ненавидеть кого-то вечно. В конце-концов сама Федерация была создана расами, первые контакты которых были далеко не безоблачными. Попроси у кого-нибудь из коллег биографию капитана Арчера, Делас, тогда ты сможешь это понять лучше. К тому же, твой новый координатор - советник, она знает, как не допускать буллинга.
_____________
Кадеты, советник Рилл и лейтенант-коммандер Планкс

 12 
 : 12 Сентября 2017, 13:45:47 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Тенек
02 сентября 2384 г., около 12 часов
ДС9, Ангар 13


М’Кота смотрела на ромуланку, испытывая не то облегчение, не то разочарование. Вчера, когда обсуждали диверсии «Серебряных фениксов», она думала, что увидит типичную ромуланскую женщину-солдата, и что самым большим испытанием для неё, М’Коты, будет несбыточное желание отлупить эту бессовестную девицу. А теперь... теперь клингонка не испытывала желания дать Делас даже подзатыльника – уж больно та выглядела маленькой и хрупкой. Конечно М’Кота понимала, что внешность бывает обманчивой, например, отец рассказывал ей о крошечной земной девушке, которая дралась как бешеный хорёк и погибла в такой мясорубке, которая заставила бы замолкнуть в почтении даже самого матёрого клингона. Да, так тоже бывало, но знала М’Кота и себя: мысль о том, чтобы поднять руку на кого-то кто легко помещался у неё под мышкой, встречала в душе клингонки мощное сопротивление, так что одна проблема отпала сама собой. Зато появилась другая: раз ромуланку перевели в их группу, значит хочешь не хочешь с ней придётся общаться, и теперь М’Кота ощущала себя в противном подвешенном состоянии, таком же как после того, как выяснилась правда о Квинтилии, только намного хуже. Конечно, Квинтилия получала нечестное преимущество перед другими, но она не устраивала этим другим подставы, не делала им подлостей, благодаря этому М’Коте удалось преодолеть предубеждение против неё. Удастся ли преодолеть предубеждение против Делас, а главное надо ли и правильно ли его преодолевать, клингонка пока не знала.

Пользуясь случаем, благодаря которому они стояли рядом, Артур взял М'Коту под руку. Но в настоящий момент, стараясь отрешиться от всего происходящего и обещанного, от обещанных плохих новостей и того, что брифинг вела не Илама Толан, не их координатор, от того, что вместо нее пришел другой – Артур не отрываясь смотрел на коварную ромуланку, которая будет в их группе. Артур любовался этой ромуланской девушкой, которую уже видел в ангаре после прилета "Амазонки". И Артур знал, что он о многом может с ней поговорить. Делас не была похожа на Ракара, не была похожа на Валардиса, она была совсем другой, и в нем рождался непосредственный и такой естественный интерес и желание общаться.

Тенек воспринял появление Делас в качестве постоянного члена их группы более чем скептически. Ему совсем не нравилась мысль о том, что эта девушка будет заниматься здоровьем его товарищей по проекту, и одновременно он понимал, что раз ей приказано работать здесь, то и в её профессиональном качестве тоже; хочет Тенек или нет, но теперь Делас – его коллега. Вдвойне. В глазах Тенека Делас не была врачом. В реальности Тенека Делас будет исполнять обязанности врача. Это противоречие разрешилось, когда Тенек напомнил себе, что в случае необходимости не только врачи могут оказывать медицинскую помощь: были случаи, когда посильную помощь оказывали учёные-биологи или просто люди, обладающие необходимыми навыками. «Кадет с медицинским образованием» – так определил для себя Тенек статус ромуланки в собственной системе ценностей; это определение делало будущее взаимодействие возможным.
– После инцидента с Аномалией мы создали в рамках нашей группы медицинскую команду для экстренных ситуаций, – сообщил он Делас, когда обмен привествиями между двумя ромуланцами завершился. – В неё входят мисс Хена, мистер Арко, я, а также мисс Перим – в качестве обучающегося и в качестве помощника (в тех случаях, когда от неё не требуется исполнения других обязанностей). Если вы хотите, вы можете к нам присоединиться.

Акрита, и так стоящая не в первом ряду, теперь отступила еще на шаг и незаметно вздохнула. Итак, столкновения избежать не то что не удалось, а совсем наоборот… Какая-то часть ее сознания услужливо подсказывала, что, возможно, такая ситуация станет для нее полезной тренировкой, чтобы уметь взаимодействовать и вместе работать несмотря на личные предубеждения. Наверняка служба в Звездном Флоте не раз поставит ее в подобные условия, или даже хуже. Однако, другая часть сознания категорически отказывалась иметь общее дело с тем, кто саботировал чужую работу, обманывал, подслушивал, травил и, самое главное, считал все это нормальным, безвредным и даже забавным.
Подняв голову, андорианка принялась читать досье на экране - это было легче, чем смотреть на новую коллегу живьем. Но чем дальше она читала, тем более задумчивым становилось выражение ее лица. Теперь, когда она увидела историю этой девушки, обстоятельства, в которых та выросла, а еще – ее интерес к науке и исследованиям, собственные предварительные суждения уже не казались Акрите столь очевидными.

Делас перевела взгляд на вулканца и чуть нахмурилась, слушая его – то ли от удивления и неожиданности, то ли от самого предложения.
– Э… Хорошо, я подумаю, - ответила она, наконец, и добавила после долгой паузы: - Спасибо.
А затем по очереди осмотрела каждого из кадетов: и тех, кого уже хорошо знала, и тех, кого видела впервые. Ее взгляд был прямым и дерзким, и, несмотря на в целом негативное отношение, исходящее от группы, она его не отвела.
-У вас будет время познакомиться, - вставил Планкс, - Насчет нового координатора, с которым нужно будет поговорить Делас… Дело в том… и это как раз то, что вам может быть тяжело услышать… дело в том, что новый координатор будет у вас всех. Глинн Илама Толан больше не будет исполнять эту роль. Кое-что случилось.
Трилл глубоко вздохнул, а затем взял себя в руки.
-Сегодня ночью Илама Толан застрелила командующую станцией Мори. Госпожа Толан арестована. И это, конечно, большой шок для всех. Но даже в самые темные времена мы не должны опускать руки. Проект продолжается, и руководство сейчас срочно ищет замену на должность вашего координатора. А пока… - лейтенант-коммандер обернулся в сторону Утары Рилл, - Пока адмирал Солок просит вас, советник, взять на себя координирование группы. Временно, разумеется. Или нет, может быть, они оставят вас на этой должности постоянно. Я не знаю, если честно… Этим молодым людям сейчас нужна помощь и кто-то взрослый и опытный, кто направит их, и кроме вас у них никого нет…
Трилл умоляюще посмотрел на советника.

Вот оно. То, что она возможно могла предотвратить, и то что она допустила своей ненавязчивостью. Почему она не вцепилась в глинна Толан как репей и не попыталась вытрясти из неё причины этой ужасной подавленности? Ведь наверняка это было связано, тесно связано!
Уголки губ болианки резко опустились вниз, вокруг глаз залегли болезненные морщинки, и стало вдруг видно что этих болезненных «шрамиков времени» не так уж мало среди весёлых лучиков, обычно обрамлявших её глаза. И всё же на этот раз она не извлекла из сумки коробочку с успокоительными драже и не схватилась за виски: иногда случались события тяжелее всех остальных, и тогда нервы и тело по необъяснимой причине собирались в кулак, вместо того, чтобы по обыкновению расклеиться.
– Я согласна, коммандер, – твёрдо сказала Утара.
– Хорошо, - кивнул лейтенант-коммандер Планкс, - Теперь мне будет спокойнее возвращаться на Кардассию. Да и всем остальным заинтересованным лицам тоже станет легче, когда они узнают, что вы согласились. Ведь если бы нет… пришлось бы срочно что-то придумывать с этой группой, но никто не знает, что! Координатор Рилл, вам придется зайти в офис Службы Безопасности и встретиться с госпожой Толан, чтобы она передала вам все дела. Если она, конечно, будет в состоянии для этого… И я сегодня добавлю несколько сообщений от адмирала Солока для вас. Это наше собрание сейчас - скорее об общей организации всего этого предприятия, - трилл неопределенно покрутил рукой в воздухе, - А о конкретных текущих делах проекта вам придется собраться еще раз в другое время. И, может быть, даже не один раз.
– Да, – снова подтвердила Утара, – Так мы и поступим. Но прежде чем мы разойдёмся, я хотела бы сказать кадетам несколько слов.
– Прежде всего, – начала болианка, – я хочу напомнить вам, что бездействие – первый шаг к поражению. Вы спасли проект, спасли свою группу от расформирования, и если сейчас вы решите, что всё было зря и опустите руки… тогда всё и правда будет зря. Если же вы не сдадитесь, проект будет жить. Именно поэтому мы соберёмся сегодня же в 15:00 по станционному времени и приступим к обсуждению нового задания. Если готового задания не будет, мы сами его создадим.
Утара сделала паузу и почувствовала, что обретённые было силы потихоньку утекают. Этого позволить было нельзя, и она велела себе держаться во что бы то ни стало.
– Второе, – сказала она. – Есть ещё одна вещь, которая может погубить проект, потому что противоречит самой его сути: это – взаимные подозрения, предубеждения и обвинения. Я понимаю, что никто не удержит вас от обсуждения случившегося и от самых резких суждений, но есть одна вещь, которую я прошу вас уяснить: не существует злобных кардассианцев и прочих мифических чудовищ. Есть один конкретный человек, совершивший одно конкретное преступление, и что бы ни выяснилось в процессе расследования, я не хочу, чтобы вы проецировали это на всех кардассианцев и тем более на ваших товарищей по проекту, – в этот момент болианка непроизвольно посмотрела на Тенму.
Она снова остановилась перевести дыхание: то последнее, что она собиралась сказать, было сложнее всего. Перед её внутренним взором стояло улыбающееся лицо коммандера Мори и одновременно – измученный, потухший взгляд глинна Толан. Наконец Утара произнесла:
– И последнее. Как я уже сказала, никто не может удержать вас от резких суждений, но примите во внимание следующее: до конца расследования и, более того, пока не вынесен приговор, любой арестованный имеет право на непредвзятое расследование его дела и на то, чтобы вокруг него не возникало порочащих его домыслов. Постарайтесь в своих суждениях исходить только из фактов и не будьте поспешны в суждениях. Я не знаю обстоятельств этого дела, но если окажется, что произошла ошибка или что глинн Толан взяла на себя чужую вину, мне не хотелось бы, чтобы нам с вами было за себя стыдно.
Вторая новость, озвученная Планксом, напрочь затмила удивление от присоединения ромуланки-саботажницы к их группе. К тому же, сама Делас сейчас выглядела не менее ошарашенной, чем остальные. Самрита удивленно захлопала ресницами и приоткрыла рот, но ничего, кроме вздоха, не смогла из себя выдавить. Судя по реакции большинства кадетов, в шоке пребывала не только она – девушка встретилась взглядом со своими подругами, а затем – с Освальдом, и чуть качнула головой, как бы говоря: «Вот так новости…». И еще чуть-чуть: «Не зря я не люблю кардассианцев!».
– Лейтенант-коммандер, - тихо пробормотала Самрита, когда речь к ней вернулась, и подняла глаза на Планкса. – Как… Как такое вообще возможно? Нам расскажут, что случилось? Она была нашим координатором, мы ей доверяли… 
Планкс покачал головой.
-Меня там не было, мисс Баккер, и я не связан с расследованием. То, что я сказал вам - это информация, которую получили офицеры, имеющие достаточный уровень доступа, сегодня утром. Насколько мне известно, примерно сейчас представители станции делают официальное заявление для всех, но едва ли они скажут больше, чем я. Это очень громкое дело, и скорее всего его детали будут засекречены, но пока Служба Безопасности не высказывает сомнений в том, что произошло.
___________________
с Планксом, Утарой и кадетами

 13 
 : 12 Сентября 2017, 13:19:43 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Мастерский произвол
02 сентября 2384 г., около 12 часов
ДС9, Ангар 13


Андорианка Жантарин нерешительно поднялась со своего места. Ее примеру последовали Крим и соотечественница Планкса - Перим.
Самрита удивленно посмотрела на Планкса и огляделась: кадеты – не менее озадаченные, чем она, - начали подниматься, и Самрита последовала их примеру, встав со своего места и подойдя поближе к лейтенант-коммандеру.
- Это какой-то тим-билдинг? – непонимающе шепнула она на ухо Жантарин. 
Ракар поднялся со своего места. Происходящее было не стандартно. Вместо глинна Толан пришел Планкс. Что-то будет тяжело услышать. Будет ли это связано с группой Планкса или это будет обо всем проекте в целом? Все ответы на все вопросы могут прозвучать сейчас, и не имело смысла строить догадок.
- Пойдемте, - сказал Ракар сидящим с ним рядом и первым пошел обходить стол в направлении к лейтенант-коммандеру.
Артур тоже поднялся со своего места.
Советник поднялась с места и встала за спинами ближайших кадетов. Сердце её отчётливо ударило и словно покатилось по ледяной дорожке куда-то вниз. Что-то случилось. Что-то случилось.
Акрита кивнула ромуланцу, когда тот обернулся к ней, и тоже нерешительно направилась к точке общего сбора. День вообще начался странно, и, глядя на Планкса, андорианка боялась одного – что сейчас начнутся разборки по поводу «Фениксов». Ее собственное возмущение и даже негодование за ночь как-то притупилось, ведь в конце концов все кончилось хорошо… Но с другой стороны, она понимала, что совсем избежать выяснений и обвинений не получится.
Наконец, все подошли и превратились в совсем не официальную толпу. Жантарин присела на край стола, другие последовали ее примеру.
-Что ж… - сказал старший трилл, почесав в затылке и взъерошив свои волосы, - Я мог бы начать с классического анекдотичного “у меня есть для вас две новости: хорошая и плохая”. Но начну по порядку. Как я уже сказал, я - координатор второй группы проекта “Альфа”. Для тех, кто не думал о том, что она существует и не вдавался в подсчеты кандидатов, это может быть небольшой новостью. Этот статус дает мне возможность говорить сейчас с вами, он означает, что я - не чужой вам человек.
Планкс сделал паузу, а затем серьезно продолжил.
-Всю прошлую ночь я провел в переговорах с организаторами проекта “Альфа”. Та совместная работа, которую вы показали вчера, убедила всех до сих пор сомневающихся, что проект действует и у него есть будущее. Вы продемонстрировали первые серьезные результаты, которые просто нельзя игнорировать. Поэтому я рад вам сообщить, что проект не будет закрыт и продолжит свою работу. В его целесообразности больше не сомневается никто.
Однако, в голосе трилла не было радости.
-Проект не будет закрыт, - повторил он, - Но в нем произойдут некоторые изменения. Во-первых, полученные данные показали, что малые группы работают лучше, чем большие. Поэтому состав групп участников будет переформирован. Наверное, вы заметили, что некоторых ваших коллег сегодня нет с вами. Они получили приказы о переводе в другие группы. Возможно, кто-то из вас тоже в скором времени получит такой приказ.
Кадеты переглянулись. Кто, кто же будет следующим покинувшим группу?
Ракар не сводил внимательного взгляда с лейтенант-коммандера. От этой новости, что проект не будет закрыт, он испытал настоящее удовлетворение. Эта новость означала, что он выполнил свое задание. Это не могло не радовать. Однако, Ракар понимал, что лейтенант-коммандер начал с хорошей новости и следующая новость будет плохая. Как минимум отсутствовала Илама Толан, и ее состояние и ее вчерашняя каюта, которая, как он видел – была практически собранной к отъезду. Этот факт его напрягал. Сейчас будет новость из разряда тех, которые слышать будет "тяжело", по словам Планкса, и Ракар приготовился к плохим новостям, сложив руки за спиной.
Услышав о статусе проекта, Акрита тоже обрадовалась и чуть улыбнулась. Значит, все это было не зря… Маневр, совместная подготовка и бессонные ночи. Значит, их все-таки поняли.
-Но изменения для вас состоят не только в том, что кто-то покинет вашу группу, - тем временем продолжил Планкс, - В нее также придет новый участник…
Планкс отошел к двери в ангар, открыл ее и произнес, обращаясь в коридор:
-Можешь заходить.

После нескольких секунд ожидания за дверью раздались тихие шаги, и в помещение зашла ромуланская девушка, неуверенно оглядываясь и стараясь не смотреть ни на кого, кроме Планкса. Некоторые уже знали ее - это была ромуланка-медик, изрядно подпортившая им регату. Сейчас вместо блестящей форме на ней была обычная форма кадетов Ромуланской Военной Академии, а без каблуков она оказалась совсем маленькой - немного выше Хены. Она молча встала рядом с триллом и гордо подняла голову.
-Это Делас из Ромуланской Империи, - представил девушку Планкс, - Теперь она будет в вашей группе. Делас, если хочешь, можешь сейчас рассказать немного о себе своим новым коллегам, - трилл подбадривающе улыбнулся ромуланке.
- Пожалуйста, не надо! - одними губами прошептала Делас, поднимая глаза на Планкса. - Вы же знаете…
-Хорошо, - негромко ответил Планкс, обращаясь к своей уже бывшей воспитаннице, а затем громче обратился ко всем остальным, - Досье на вашу новую коллегу вы уже можете найти в общем файловом пространстве вашей группы.
В этот момент экран на стене ожил, и на нем появилась официальная фотография Делас и строчки из ее биографии.



Имя: Делас
Раса: ромуланка
Пол: женский
Возраст: 22 года
Звание и отдел: кадет последнего года обучения медицинского отделения Ромуланской Военной Академии. Специализации: инопланетная анатомия и генетические заболевания.
 
Биография: Делас родилась в 2362 году в богатой семье в столице – Ки Баратан – в роскошном особняке с видом на Апнекское море. Ее отец и раньше был влиятельным сенатором, а четыре года назад был назначен вице-проконсулом. Свою мать Делас почти не помнит – та умерла от синдрома Тувана, когда девочке было пять лет.
 
Решение идти в Ромуланскую Военную Академию – самое престижное учебное заведение – было для Делас очевидно, именно к этому ее и готовили с детства. Отец надеялся, что девушка продолжит его политическую карьеру, но оказалось, что Делас проявляла интерес в совсем других областях: ее больше всего интересовала экзобиология и медицина, а вовсе не политика и военное дело. Было понятно, что по стопам отца она не пойдет, и потому уже после окончания второго семестра Делас перевелась на медицинское отделение, где быстро стала одной из лучших учениц.
В 2384 году ей неожиданно пришло предложение участвовать в проекте «Альфа». По официальной информации, она была выбрана как одна из лучших учениц Военной Академии, но, конечно, положение ее отца также сыграло свою роль.

Почему вы хотите участвовать в проекте: «Это невероятная возможность познакомиться со всеми этими инопланетными культурами, собранными в одном проекте! Это лучший шанс, который мне когда-либо предоставлялся: я смогу не только достойно представить Ромуланскую империю, но и прикоснуться к инопланетным мирам, о которых до этого только слышала. Я уверена, что смогу проявить себя в лучшем виде и оправдать надежды Сената».

-Вот это поворот! - удивленно присвистнул Тенма, - Но она симпатичная, правда же? - он слегка подтолкнул локтем стоящего рядом Освальда.
Землянин с лёгким удивлением посмотрел на кардассианца, словно не поняв сначала, о чём тот говорил. Бросив беглый взгляд на ромуланку, он кивнул и без особого интереса пробормотал:
- Угу, да, очень даже.

Федеральная манера сказать о том, что будут и хорошие и плохие новости, и начать с хороших – на самом деле не приводила ни к чему хорошему. Ожидание все равно омрачено, и хорошие новости перед плохой неизвестностью становятся не такими хорошими. На Ромуле поступали несколько иначе.
Появление Делас Ракара не очень удивило. Он только лишь испытал интерес к тому неизвестному факту, что так получилось. Это она сама добилась перевода, или это куда более верхний замысел? Он с интересом следил за Делас, за ее тихими короткими переговорами с Планксом. О чем именно Планкс знал? О диверсии уже, или о чем-то еще? Снова вопросы, пока остающиеся без ответов.
Биографию Делас Ракар бегло прочитал с экрана. Он задумался о том, что на самом деле все это время мечтал о союзнике, о ком-то таком же как он, ромуланце. Он был слишком одиноким здесь на этом проекте, где не было ни одного его соотечественника и такое множество федератов, многих из которых он боялся, по настоящему боялся. Только вот была ли Делас ему союзником? С некоторой публикой никогда не знаешь, до какой степени можно рассчитывать на союз. Некоторые ведь спят и видят, чтобы что-нибудь совершить. Она начала с входной диверсии, обернувшейся потом помощью, но тем не менее – диверсию никто не отменял. С другой стороны, в этой группе все иначе, чем там… с теми. Таких как Юнок и Казза здесь нет. А еще она была из очень высокопоставленной семьи. И какая ирония судьбы, причудливо тасующей свои карты, бросающей кости вероятностей, складывающихся в причудливый узор. Девушка, у которой могло бы быть большое будущее, но время ее жизни ограничено. И раз уж она будет теперь на станции, будет куда больше шансов расследовать информацию о ее исследовании и, возможно, привлечь кого-то для ее спасения. Только была еще одна сложность, но эту сложность Ракар всеми силами пытался игнорировать в своем сознании. Игнорировать, потому что личные чувства Делас никак не должны были влиять на работу во благо Ромуланской Империи.
- Джолан Тру, Делас, - улыбнулся Ракар, чуть приподняв подбородок. Но улыбка ромуланца была сдержанной.
 Делас подняла на Ракара полные надежды глаза, но уже через мгновение нацепила на лицо маску гордой ромуланки и коротко кивнула ему:
- Джолан Тру! – а потом обернулась к Планксу и тихо заговорила: - Коммандер, а что будет с моей лабораторией на Кардассии? Я столько сил в нее вложила… А… мои вещи, моя комната?.. – ее голос дрогнул.
-Твои вещи вышлют сюда сегодня, а обо всем остальном нужно будет поговорить с твоим новым координатором, - быстро ответил Планкс.
__________
Планкс + все кадеты и советник

 14 
 : 12 Сентября 2017, 13:16:15 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
02 сентября 2384 г., около 12 часов
ДС9, Ангар 13

Планерку все-таки назначили. Сообщение о планерке пришло на падд ромуланца, когда он тестировал гравитацию с уровнем 6. Прочитав сообщение на падде, весящим в настоящий момент как добрый ящик с дизрапторными винтовками, Ракар решил, что программа готова, завершена и пора завтракать, пока еще есть время.
Завтракать в Кварк'с Ракар не решился, он понял, что этого бара он теперь избегает. Вспомнив выражение лица Делас во время слов "почему ты не хочешь просто меня выслушать", Ракар испытал чувство вины, совершенно неуместное, но слишком естественное. Чувство вины Ракару не нравилось, потому что он понимал, что его вины нет. И, тем не менее, оно было. Кроме того он вспомнил обо всем, что должен быть сделать в сторону Делас, о чем узнать, в чем убедить ее, о том, что предстояло еще решить всеми, обеими группами проекта. Еще какие-то серьезные проблемы у Тенмы, и оставалось до сих пор неизвестным, явится ли кардассианец на планерку. И Ракар вспомнил грустный взгляд Иламы Толан, ее фраза "это не понадобится", и то, как она с видимым трудом двигалась, будто замученная чем-то и кем-то.
По пути к ангару 13 Ракар осознал, что идет слишком медленно, не торопясь, вообще останавливается в коридоре. До чего он дошел… Как так случилось. Как случилось так, что он собственными руками все испортил с Квинтилией? И тем не менее, как бы ни было, он должен дальше исполнять свой долг и задание. Он будет это делать во имя Ромуланской Империи и еще немного для себя. И для нее тоже, потому что она должна жить и радоваться. А он будет наблюдать издалека.
Одернув форму перед дверями ангара, Ракар зашел и сел в противоположном от входа конце. Так было удобнее наблюдать и меньше вертеть головой.

Самрита и М’Кота успели прийти за несколько минут до начала собрания – и у землянки имелось подозрение, что все равно кто-нибудь опоздает: почему-то это становилось традицией, и завела ее координатор. Девушка по привычке подсела поближе к Хене и поприветствовала остальных кадетов, уже собравшихся в зале, а затем с любопытством завертела головой, вычисляя отсутствующих.

Этим утром Лайтман проспал. Невообразимо и постыдно, но на часах было 10 утра, когда он открыл глаза. Проверив сообщения, кадет понял, что он еще никуда не опоздал к счастью. Поэтому, никуда не торопясь, совершив утренние обязательные дела, включая силовую зарядку, надел форму и пошел в каюту М'Коты и Самриты. На двойной звонок ему никто не ответил и Лайтман решил, что в отличие от него – ни М'Кота, ни Самрита – не проспали.
За несколько минут до часа общего сбора кадет пришел в 13 ангар, огляделся, обошел стол, намереваясь занять место рядом с клингонкой.
- Доброе утро, Сэм, Хена, М'Кота, - с улыбкой сказал Артур, коснувшись рукой спины М'Коты, садясь рядом, - хотя, конечно уже не утро, скорее день.

Освальд в эту ночь спал очень долго и проснулся за сорок минут до начала собрания. Кое-как приняв душ и позавтракав в реплимате, он торопливо дошёл до ангара и устроился ровно напротив Самриты, периодически поглядывая то в её сторону, то в сторону двери. Сейчас кадету больше всего хотелось оставить регату в прошлом, а для этого надо было как можно скорее пройти через разбор полётов. "Ну где же Мори и Толан?" - мысленно спрашивал себя Освальд, словно игнорируя тот факт, что до начала оставалась ещё пара минут.

Тенек пришёл за минуту до начала из лазарета. Время до начала он потратил на то, чтобы просмотреть вчерашние данные по отравлению Рроу и сличить их с рассказом «Фениксов». В сущности, он почти не сомневался в том, что «Фениксы» рассказали правду, но привычка всё проверять и уточнять была слишком сильна. Кроме того время понадобилось для того, чтобы внести в медицинские карты команды «Амазонки» (включая и свою собственную) свежую информацию. Теперь оставалось сделать то же самое для команды «Анадыря», но для этого надо было сходить на катер, а времени до начала планёрки оставалось слишком мало, и стажёр отложил это на ближайшее свободное время.

Советника Рилл не мучили дурные предчувствия. Нет, она видела вчера, что с координатором что-то очень не так, но того что случилось в реальности вообразить себе не могла. По этой причине озабоченность болианки перед совещанием была умеренной: в худшем случае она ожидала увидеть глинна Толан такой же подавленной, как вчера, а в лучшем – уже немного оправившейся от своих переживаний. Явившись на совещание почти вовремя (полуминутное опоздание вряд ли можно было считать настоящим опозданием), Утара координатора не увидела совсем. Значит, решила она, всё так же плохо, как вчера. И приготовилась ждать.

Акрита в это утро тоже спала допоздна. Но дела проекта, очевидно, не собирались давать кадетам выходной, поэтому она, проснувшись и собравшись, направилась в реплимат завтракать. Там ее и застал вызов на общий сбор. За столом андорианка заняла место подальше, не то чтобы она боялась разноса за свой "маневр" и прочее вчерашнее, просто сейчас больше хотелось слушать и наблюдать, чем оказываться в центре внимания.
Соседка Акриты по комнате - отстраненный кадет Перим - отсутствовала в комнате, когда андорианка проснулась. За пару минут до времени, обозначенного в приглашении как начало планерки, она проскользнула в Ангар 13, очень скромно и стараясь не привлекать внимания. Это было не так просто, потому что все привыкли видеть Квинтилию в форме, а не в гражданском платье, и теперь на фоне кадетов она выделялась.
Перим хотела занять место, ближайшее к двери, но там уже сидела клингоно-земная парочка, а рядом с ними Самрита и Хена. Место рядом с ференги было свободно, но пока трилл шла к нему вокруг стола, его быстро заняла Жантарин, которая до этого о чем-то болтала в углу ангара с Кримом Анжаром. Баджорец сел рядом.
Ромуланец делал вид, что читает текст на своем падде, время от времени поглядывая на собирающихся кадетов. Джез Тенма в былые времена приходил на брифинги раньше, сейчас же его не было. Момент, когда в ангар пришла Квинтилия, ромуланец не пропустил, как раз в этот момент он смотрел в сторону Самриты и М'Коты. Он проводил Квинтилию взглядом до того момента, как ближайшее место на ее пути стало занятым. Ромуланец опустил голову, вернув взгляд на падд. Никогда раньше на общих сборах он не испытывал желания позвать кого-то сесть рядом, обычно он наблюдал за распределением кадетов со стороны. Квинтилию же теперь хотелось позвать, но он не сделал этого, надеясь, что Освальд или  Акрита возьмут это дело в свои руки, покажут Квинтилии, что она нужна и ее хотят видеть.

Самрита лишь краем глаза отметила Квинтилию – точнее, ее платье. «С этим решительно надо что-то делать», - подумала землянка в очередной раз. Ее чувство прекрасного отчаянно страдало. Но странным было не это. Странным было то, что Самрита в который раз поймала себя на мысли, что волнуется по поводу Джеза Тенмы. Она-то считала, что терпеть не может этого кардассианца, и продолжала бы так считать до сих пор, но тот случайно услышанный ночной разговор никак не хотел уходить из головы. Тогда она так и не подошла к нему, потом он не явился на регату, и вот сейчас… Девушка потрясла головой, прогоняя мысли. Это было не ее дело. Ее мысли должен занимать стоящий в ангаре «Анадырь», ждущий только ее – и она с ним воссоединится сразу после общего сбора. Поскорее бы он уже начался…

М’Кота увидев замешательство Квинтилии посмотрела на неё в недоумении: что же она не садится? Может, она не хочет сидеть рядом с ней и Артуром, но почему? Вроде бы ещё вчера они обменялись рукопожатием…
 
Зато вулканцу все эти сложности были совершенно чужды.
– Мисс Перим, – негромко позвал он, привлекая внимание трилла. Перехватив взгляд Квинтилии, стажёр подвинулся немного ближе к Криму и сделал приглашающий жест, указывая на пространство справа от себя и одновременно бросая взгляд на Ракара. Он надеялся, что ромуланец поймёт его правильно: судя по словам сказанным Квинтилией вчера, она очевидно не решалась сама предлагать коллегам своё общество, и нужно было как-то показать ей, что её не избегают.
Коротко дернув головой в сторону Тенека, Ракар все услышал, сгреб свои падды со стола, встал и молча переместился на стул рядом с Акритой, уступая место Квинтилии, чуть пододвинув ей стул.
-Спасибо, - чуть слышно сказала Квинтилия, занимая предложенное место.
Последними в ангар вошли Джез Тенма и Брол Арко. Оба сели на стулья по соседству с Освальдом.
-Фух, чуть не опоздал! - выдохнул Тенма, с улыбкой глядя на соседа, - Но кажется, я не последний! - он обвел взглядом стол, пересчитывая кадетов, - Что-то нас маловато… Не хватает Курша, Рроу и Мари.
Честно признаваясь самому себе, Ракар был почти готов к тому, что Квинтилия пройдет мимо в сторону Освальда, но в ней многое изменилось после истории со стимуляторами. Ромуланец приветственно кивнул девушке, а потом обратил внимание на кардассианца. Тот выглядел удовлетворительно, хотя скорее всего он просто хорошо умел держать свое лицо, занявшись служебными обязанностями, либо его проблемы решились.
Вопреки ожиданиям не было каитианца, и Ракар повернул голову налево, спросил негромко:
- Тенек, а где Рроу? Что о нем говорят в лазарете?
– Его выписали, – коротко ответил Тенек.
Ракар кивнул Тенеку. Вслух говорить ничего не стал. Тар Мари мог традиционно проспать, несмотря на середину дня, Курша не интересовала регата, а теперь про него не было ничего известно, а насчет каитианца Ракар надеялся, что тот не слишком разочарован в девушке с Ктариса, которая так жестко поступила с ним. Оставалось только ждать начала и появления глинна координатора Иламы Толан.
Прошло еще полминуты, но никто из опоздавших кадетов не появился.
Наконец, дверь в ангар снова открылась, некоторые посмотрели в ту сторону, ожидая увидеть коллег или Иламу Толан, но на пороге появились не они, а молодой мужчина в форме лейтенант-коммандера Звездного Флота. Пятна, начинающиеся со лба и исчезающие под воротником бирюзовой водолазки указывали на его расу.
-Это еще кто? - удивленно прошептал Тенма.
-Кадеты, - произнес с порога мужчина, - Для тех немногих, кто меня еще не знает - мое имя Диас Планкс, координатор второй группы проекта “Альфа”. Мне нужно многое вам сказать, и кое-что из этого будет тяжело услышать. Поэтому прошу вас, подойдите ближе.
- Что? Что он имеет в виду? - заволновалась Хена.
-Прошу вас, - повторил Планкс, - Давайте соберемся в кружок и не будем официально сидеть за столом.
_____________
с кадетами, советником и лейтенант-коммандером Планксом

 15 
 : 11 Сентября 2017, 15:25:18 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Джарин Дохиил
02 сентября 2384 г., около 12 часов
ДС9, кабинет кардассианского посла


Когда Илама не появилась в каюте спустя несколько минут, Джарин понял, что его план сорвался. Пока не было понятно, что именно пошло не так: баджорка победила Толан или сама кардассианка решила предать Джарина - это было неизвестно и не слишком важно, куда важнее было уничтожить все улики, которые остались в каюте женщины.
Достав ещё один миниатюрный транспортер, дипломат через несколько секунд оказался в непривычно пустой каюте Иламы.
Первым делом Джарин отыскал и аккуратно снял последнюю камеру, служившую одновременно ещё и маяком для телепортации, после чего разыскал ромуланский маяк, к которому должна была телепортироваться Толан, и забрал его с собой - времени тщательно проверять и уничтожать отпечатки пальцев и прочие мелкие следы, могущие привести федератов к настоящему заказчику, не было.
Наконец, офицер закончил собирать то, чего не должно было быть в каюте неудавшейся убийцы, и телепортировался обратно к себе, после чего принялся методично уничтожать оборудование и стирать данные с терминала, заполняя память случайными данными двадцать пять раз подряд - чтобы даже ромуланцы точно не восстановили.
Когда процедура была завершена, Джарин позволил себе немного расслабиться и откинулся в кресле. Даже если Илама назовёт его имя, физических доказательств теперь не осталось, а уж алиби себе обеспечить он точно сумеет.
Рано утром, как обычно, он пришёл в свой кабинет и стал ждать. Очевидно, скоро от него потребуют объяснений, даже если Толан не проболталась - он же официальный представитель Кардассии на станции, а значит придётся отдуваться. Дипломат принялся думать, стараясь просчитать все возможные вопросы и подготовить на них лучшие ответы, которые позволили бы свалить всё на Толан и оставить его самого чистым.
То, что произошло дальше, не было неожиданностью для Джарина. Дверь в его кабинет открылась, сама по себе, без звонка и стука - кто-то использовал код доступа. На пороге появились федераты - сперва вулканка с длинными, прямыми, собранными в высокий хвост волосами, а за ней еще двое: неприятный даже на вид вертлявый баджорец с зачесанными назад, будто сальными волосами, и широкоплечий землянин на вид не обремененный интеллектом. Цвет местной службы безопасности.
-Посол Джарин Дохиил, гал, временный уполномоченный представитель Кардассии на ДС9, - произнесла вулканка, будто читала по бумажке, и вопросительно уставилась на Джарина.
- Проходите, прошу вас, - изобразил радушие Джарин, - чем Кардассианский союз может помочь своим союзникам из Объединённой Федерации планет?
-Господин Дохиил, - объявила Т’Мир, - вы арестованы по обвинению в убийстве коммандера Мори Джанир и заговоре против Федерации. Вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас.
Джарин моментально натянул на лицо маску сожалеющего, но всё-таки возмущённого господина.
- Я сочувствую вашей утрате, уважаемые офицеры. Хоть мы с коммандером и виделись всего пару раз, но, насколько я могу судить, она была достойным федеральным офицером. Я также прекрасно понимаю, что неудавшийся убийца, если вы его, например, поймали, мог попытаться свалить вину с себя на кого-то постороннего, и Кардассия - весьма подходящий кандидат, учитывая недавнюю историю между нашими государствами. Однако, вы же понимаете, что нельзя просто так взять и арестовать сотрудника посольства - у меня дипломатическая неприкосновенность. Конечно, я не смогу без оружия и совершенно неподготовленным, прошу принять это во внимание, оказать вам троим достойное сопротивление, но, право слово, вы действительно хотите прибавить к своей утрате ещё и международный скандал такой величины?
-Я надеялся, что ты это скажешь… - пробормотал баджорец и отошел в сторону, потому что землянин рванулся вперед и схватил посла за грудки.
-К черту неприкосновенность! Моего коммандера только что убили! - воскликнул он, брызгая маленькими капельками слюны, - Вы думаете, меня волнует международный скандал?!
Джарин не стал сопротивляться и лишь демонстративно вытер каплю слюны со своего лба, презрительно поморщившись.
- Не похоже. И не скажу, что меня это удивляет - не всем дано заниматься политикой. Как бы то ни было, я не убивал вашего коммандера и вообще впервые услышал о том, что это произошло, только что - от вас, - кардассианец посмотрел на вулканку. - Интересно, что бы сказала покойная коммандер Мори, если бы увидела происходящее? Вряд ли кого-либо из вас ждала бы награда за верную службу Федерации после нападения на дипломата и вполне осязаемой угрозы ухудшения отношений между нашими государствами вплоть до полного их разрыва. Происходящее будет воспринято как акт агрессии, если со мной что-то случится, или я о случившемся доложу, а я доложу, если этот громила немедленно меня не отпустит.
-Возьмите себя в руки, младший лейтенант, - приказала вулканка.
Ее тон был холоден, а выражение лица скучающим и слегка удивленным очередным действием “нелогичных землян”, и все же она позволила подчиненному этот эмоциональный выпад, а сама стояла и смотрела. Это была какая-то тонкая грань между сохранением лица и солидарностью с действиями землянина.
Младший лейтенант, наконец, отпустил Джарина.
-Мы должны все тщательно расследовать, - сказала вулканка, - Господин посол, пожалуйста, не оказывайте сопротивления и следуйте за мной.
На лице Джарина лишь на мгновение мелькнула ухмылка, однако, внутри он упивался ещё одной маленькой победой.
- Будь по-вашему, - немного устало произнёс он, - в интересах сохранения хороших отношений между нашими державами я притворюсь, что этого возмутительного события не произошло. Пока, во всяком случае. Ну что же, ведите.
Кардассианец направился вслед за вулканкой, не забыв наградить слегка презрительным взглядом обоих безопасников.
__________________________________
С суровыми федеральными СБ-шниками

 16 
 : 07 Сентября 2017, 15:32:56 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Мастерский произвол


Имя: Делас
Раса: ромуланка
Пол: женский
Возраст: 22 года
Звание и отдел: кадет последнего года обучения медицинского отделения Ромуланской Военной Академии. Специализации: инопланетная анатомия и генетические заболевания.

Описание внешности: хрупкая девушка невысокого роста (160 см) со светлой кожей с типичным для ромуланцев оливковым оттенком и V-образным лобным наростом. Темные волосы подстрижены в стандартную для военных прическу. Большие карие глаза – первое, что привлекает внимание на ее лице. Она кажется слабой и даже болезненной, но на самом деле ее спортивные и физические показатели находятся на среднем для учениц Военной Академии уровне. Чаще всего носит стандартную кадетскую форму Военной Академии, но в свободное время ее иногда можно увидеть в женственных платьях.
 
Характер: Делас производит впечатление общительной и любопытной девушки, но ее интерес к окружающим сопровождается плохим пониманием их психологии и неумением улавливать невербальные сигналы. Она может ненароком обидеть, повести себя нетактично или не распознать намек. Это не раз приводило к проблемам и неловким ситуациям, и теперь Делас ведет себя более осторожно, но любопытство все еще регулярно берет верх. Любопытство Делас распространяется на все сферы жизни, но особенно ей интересно знать, как устроена жизнь за пределами Ромуланской империи. Этот интерес и нетипичная для ромуланцев открытость другим культурам наложились на патриотическое воспитание и непоколебимую уверенность в том, что на все самое лучшее – на Ромуле. Ну, может быть, кроме моды…
Также она очень влюбчива, но еще ни разу не имела серьезных и долгих отношений, потому что всегда влюбляется в тех, у кого нет серьезных намерений в ее отношении или кого интересует только ее положение.

Биография:
Делас родилась в 2362 году в богатой семье в столице – Ки Баратан – в роскошном особняке с видом на Апнекское море. До сих пор у нее не до конца укладывается в голове, что не все на Ромуле живут в таких домах, имеют такой огромный штат прислуги и собственный сад с выходом к морю. Ее отец и раньше был влиятельным сенатором, а четыре года назад был назначен вице-проконсулом. Свою мать Делас почти не помнит – та умерла от синдрома Тувана, когда девочке было пять лет. Она хорошо запомнила мучения матери перед смертью, которые не могли облегчить даже самые лучшие врачи империи, и это послужило одним из главных стимулов к появлению интереса к медицине.

Делас росла единственным ребенком в семье в окружении нянь, учителей и гувернеров, отец баловал ее, как мог, и девочка ни в чем не знала отказа. Ее картина мира до сих довольно наивна: в ней сложились вместе ощущение себя любимой дочерью и «маленькой принцессой», а также патриотическое воспитание, благодаря которому у нее не оставалось сомнений, что ее будущее должно быть прочно связано со службой Ромуланской империи. Жизнь в золотой клетке наложила и некоторые ограничения - она мало что знает о том, как живет настоящий Ромул, мыслит абстрактными категориями и не знакома со всем спектром отношений и взаимодействий.

Решение идти в Ромуланскую Военную Академию – самое престижное учебное заведение – было для Делас очевидно, именно к этому ее и готовили с детства. Отец надеялся, что девушка продолжит его политическую карьеру, но оказалось, что Делас проявляла интерес в совсем других областях: ее больше всего интересовала экзобиология и медицина, а вовсе не политика и военное дело. Было очевидно, что по стопам отца она не пойдет, и потому уже после окончания второго семестра Делас перевелась на медицинское отделение, где быстро стала одной из лучших учениц.

В 2384 году ей неожиданно пришло предложение участвовать в проекте «Альфа». Изначально Ромуланская империя уже посылала двух участников, но внезапно Сенат принял решение отправить еще одного участника, и им стала Делас. По официальной информации, она была выбрана как одна из лучших учениц Военной Академии, но, конечно, положение ее отца также сыграло свою роль.

Дополнительная информация:
·        У нее имеется большой багаж теоретических знаний о других культурах и расах, в том числе отличное знание их анатомии и физиологии, однако до проекта она никогда не встречала инопланетян вживую.
·        Несмотря на то, что она изучала экзомедицину, живых инопланетных пациентов у нее тоже не было. Зато было достаточно возможностей практиковаться на неживых.
·        Делас кажется легкомысленной и несерьезной, быстро меняет тему разговора, ее мысли постоянно прыгают, она может легко отвлекаться… пока не погружается в работу.
·        На самом деле, она не очень любит лечить людей. Зато в медицинских исследованиях ей нет равных!
·        В ее официальной медицинской карте, которая прикладывалась к личному делу в проекте «Альфа», нет данных о каких-то серьезных хронических болезнях, однако она всегда имеет при себе большой запас какого-то лекарства, которое вводит себе 2 раза ежедневно.
·        Получила всестороннее образование: разбирается в искусстве, музыке, литературе, философии (как ромуланских, так и инопланетных), может поддержать любой светский разговор, сама неплохо рисует и музицирует, тратит много времени на поддержание физической формы (особенно любит плавание), но ее настоящее хобби – это инопланетяне, о которых она хочет узнать как можно больше.

Почему вы хотите участвовать в проекте: «Это невероятная возможность познакомиться со всеми этими инопланетными культурами, собранными в одном проекте! Это лучший шанс, который мне когда-либо предоставлялся: я смогу не только достойно представить Ромуланскую империю, но и прикоснуться к инопланетным мирам, о которых до этого только слышала. Я уверена, что смогу проявить себя в лучшем виде и оправдать надежды Сената».

 17 
 : 06 Сентября 2017, 17:10:18 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Самрита Баккер
2 сентября 2384 года. Утро
Станция ДС9. Кварк’с


Самрита лениво ковыряла вилкой едва надкушенный омлет – такой свежий, нежный и сочный, - и удивлялась, как так получилось, что еще пять минут назад о нем мечтала, а теперь он в нее не хотел лезть? Она еще немного повозила его по тарелке, а затем отложила приборы и вздохнула:
- Ну, рассказывай, чем ты собралась удивлять Артура? Своим знанием земной культуры? Или ты уже знаешь, что ему наверняка понравится? Например, мы все помним его презентацию про корабли и море…
– Я не хочу его удивить, я хочу, чтобы он почувствовал себя на настоящем земном свидании, – объяснила М’Кота. – Корабли, море, горы и тарги от нас никуда не уйдут, он и так знает, что мне это нравится. А сейчас я хочу, чтобы он не жалел о том, что я – не земная женщина. Чтобы увидел, что мы не настолько чужие друг-другу, как может показаться на первый взгляд.
На этом месте М’Кота задумалась, пытаясь увязать воедино то, что она успела узнать об Артуре с тем, что она прочитала вчера о землянах, и продолжила, загибая пальцы:
– Это должно быть романтично, как это понимают земляне и при этом уютно, но совсем не то, что шкура на полу у очага, понимаешь? И вообще не в доме, а в каком-нибудь хорошем кусочке земного мира. Чем должно быть это место я понятия не имею, но могу точно сказать, каким оно быть не должно. Оно не должно быть официальным, оно не должно быть враждебным, оно не должно быть предназначено для плотской любви, и там не должно быть места алчности и показухе… наверное, оно должно располагать к дружескому общению, но, это совершенно точно не должна быть шумная попойка с песнями и потасовками. И, наверное, посиделки у костра – тоже не совсем то, что нужно, потому что сидеть у костра не обязательно на Земле – костёр и на Кроносе костёр.
Самрита чуть не поперхнулась соком, слушая все пожелания М’Коты.
- Кхм, ну ничего себе, - выдала она, наконец. – Что-то многовато требований! Ты не считаешь, что, захоти Артур на настоящее земное свидание, он бы начал встречаться с землянкой? Ну… ну… может быть, танцы – это и правда не самая плохая идея? Вполне по-земному, красиво, романтично, возвышенно. Обнимашки, опять же, в количестве. Выбери что-нибудь старинное – XIX-XX век, например, - Самрита не сдержалась и рассмеялась. – Прости, просто представила тебя в платье с широкой юбкой и кружевами… Ты вообще танцевать-то умеешь? – она скептически осмотрела клингонку.
– С клингонской точки зрения я отлично танцую, – скорбно сообщила М’Кота, – но не думаю, что ты имеешь в виду залихватскую пляску с мулинетами.
- С чем? – тоскливо выдохнула Самрита и тут же поспешила добавить: - Неважно, в общем. Я имею в виду танцы не с этими мулинетами, а с Артуром. Хочешь типичное и традиционное земное свидание – будь нежной и женственной. Ну или хотя бы просто не убей его для начала. Так, танцы, значит, отпадают? Ну-у… - землянка задумалась, - картинная галерея? Прогулка на воздушном шаре? Музыкальный концерт?..
Самрита зевнула и потянулась:
- Надеюсь, с планированием твоей личной жизни мы не опоздаем на общее собрание. Хотя оно наверняка будет таким же скучным, как и перед регатой, а Толан сама опоздает!
– Ты издеваешься, да? – упрекнула её М’Кота. – Галерея и концерт – это жутко официально, даже я это знаю, а во время прогулки на воздушном шаре я буду женственной, как мартышка на качелях!.. – она подпёрла щёку рукой и в задумчивости проглотила последний кусок со своей тарелки (любовь любовью, но аппетит у клингонки оставался отменным). – Нет в жизни совершенства! – резюмировала она, залпом допивая рактаджино, – Прах их всех возьми! Если я ничего не придумаю до завтра, нам придётся просто пойти в Кварк’с и весь вечер слушать вопли «дабо» и звон латины.
- Ну, в Кварк’c, по крайней мере, есть голокомнаты, а там не так сложно найти что-нибудь земное, - пожала плечами Самрита, поднимаясь со своего места и провожая тоскливым взглядом недоеденный завтрак. – Подбери там какой-нибудь симпатичный земной ресторан с соответствующим антуражем – и вперед! Только не удивляйся, если он на самом деле ожидал от тебя чего-нибудь с бладвайном и гакхом, - рассмеялась девушка, вспоминая недавний инцидент на Променаде.
– Насчёт ресторана – хорошая мысль, – согласилась М’Кота, – Хуже, чем в Кварк’с там точно не будет. И я не дам сбить себя с толку! «Клингонская экзотика» и так прёт из меня со всех сторон, один вечер Артур без неё точно обойдётся!
- Если он начнет с тобой встречаться, ему с этой экзотикой предстоит постоянно сталкиваться, - пожала плечами Самрита и направилась к выходу из Кварк’c. – Не представляю, как можно ее куда-то деть, это то же самое, что мне – перестать быть землянкой. И, главное, совершенно непонятно зачем – может, ему в тебе как раз эта «экзотика» и нравится? Ну, у всех свои предпочтения…
– Вот именно, – пробормотала М’Кота, скорее себе, чем Самрите, пробираясь к выходу и оглядываясь, чтобы убедиться, что Артура нет нигде в обозримом пространстве. – Вот именно, она никуда не денется, по-любому останется при мне, а значит, совсем необязательно размахивать ей как флагом!  К тому же это не повод отказываться от чего-то нового!
«От чего-то, что должно понравиться Артуру Лайтману, – прошептал вкрадчивый внутренний голос, – И вдруг – совсем вдруг – это понравится ещё и тебе?»
_________
С М'Котой

 18 
 : 06 Сентября 2017, 17:09:44 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Самрита Баккер
2 сентября 2384 года. Утро
Станция ДС9. Каюта Самриты и М’Коты


М’Кота проснулась относительно поздно: поспать она любила, а тут ещё и бессонные ночи, и волнения, и счастливое разрешение сложностей с Артуром... и это не считая того, что легла она не сразу, а пыталась лёжа читать подборку о землянах, сделанную Тенеком. Так и заснула с паддом в руке, не перелистнув страницу, посвящённую граням женственности в земной культуре. Проснулась она, конечно же с полнейшей кашей в голове. А ведь надо было ещё решить что-то со свиданием!
Выбравшись из душа, М’Кота как была – в белье и с полотенцем на шее уселась за компьютер и открыла подборку программ для голокомнат, отсортированных по тегам «Земля», «романтика» и «свидание». Было от чего растеряться! «Париж весной», «Итальянский полдень», «Казино Лас-Вегаса», «Катание на тройках», «Под сенью сакуры», «Романтическая экстрим-прогулка на Диком западе»... Почему диким должен быть именно запад, а не, скажем, юг или восток, М’Кота не знала, но подозревала, что дикости в её компании Артуру хватит и без земных голопрограмм. Определённо выбор был делом сложным.
- Ух ты, - раздался голос Самриты прямо над ухом клингонки. Та так увлеклась выбором, что не заметила, как землянка уже успела выйти из душа и теперь стояла за ее спиной, с любопытством глядя в экран. – Знакомишься с земной культурой? Какой интересный выбор программ, никогда бы не подумала, что тебя может интересовать – ой, что это? Венский вальс, серьезно?
– Я назначила Артуру свидание, – призналась М’Кота, – и хочу, чтобы оно было земное, но тут столько всего, что я раньше в Сто-во-кор попаду, чем разберусь в этой куче программ! Вот это, – клингонка ткнула пальцем в висящий на экране «Венский вальс», – я даже не представляю, что это такое!
 - О Боже, - простонала Самрита, закатывая глаза. – Такое ощущение, что все вокруг с ума подходили… Вальс – это танец, но, пожалуй, я не хочу это представлять в клингонском исполнении. У вас уже все так далеко зашло? Вчера на регате вы были далеки от стадии свиданий, вальсов и, э-э-э, сени сакуры. Не думай, что я лезу в твою жизнь или что мне это очень интересно… - она делано пожала плечами и с ногами забралась во второе кресло.
– А мы не скрываем, не то, что вы! – пожала плечами М’Кота, перелистывая страницу и просматривая новый список таких же малоинформативных названий и описаний. – Между прочим, я вчера Артуру ничего про тебя и Освальда не сказала, – гордо сообщила она землянке, – а это было нелегко, потому что я попросила его выставить Освальда сегодня вечером из каюты. Или в крайнем случае завтра. Так что имей в виду, скоро твой любимый мужчина будет бездомным, и у тебя будет шанс его приютить.
- Э-э-э, подожди, - брови Самриты сползлись к переносице. – Во-первых, то, что вы собираетесь делать в каюте Освальда – проблема исключительно Освальда, а не моя. Во-вторых, я бы не стала так спешить навешивать ярлыки вроде «любимый мужчина» - скажи еще «единственная любовь всей жизни» или «моя судьба», - землянка скривилась. – В-третьих… У клингонов всегда все так быстро случается? Я не удивлюсь, если вы завтра поженитесь!
– Я тоже не удивлюсь, – задумчиво призналась М’Кота. – По крайней мере сегодня уже не удивлюсь, потому что вчера... – она не договорила, снова закопавшись в список, потом подняла голову и наградила Самриту удивлённым взглядом: – Погоди, ты что же, правда не любишь Освальда? Но тогда... ну то есть... Нет, ну я понимаю, что всякое в жизни случается, но ты же любила его, когда вы сошлись? Такие вещи так быстро не проходят! И я никак не могу придумать, что он мог сделать такого, чтобы ты вдруг так быстро его разлюбила.
Самрита сложила руки на груди и уставилась взглядом куда-то в район большого пальца ноги. Розовый лак на нем уже чуть заметно облупился…
- Я не готова говорить на такие темы на голодный желудок, - решительно объявила Самрита. – Любовь – это слишком серьезно. Откуда я знаю, люблю я кого-то, или он мне просто нравится? Слушай, я не знаю, как у вас клингонов принято – вы вообще очень стремительные. А мне нужно время. Много времени. Очень много времени. И вообще, я чувствую себя так, словно по мне каток проехался – мне сейчас не до любви, я хочу тост и яичницу с помидором!
– Очень много времени… Очень много времени – это слишком, но если сказать «ещё немного времени», то что-то в этом есть, – нашла для себя компромисс М’Кота. И в этом был смысл, потому что если бы они с Артуром чу-уть-чуть притормозили, ей бы не пришлось искать программу для свидания в такой спешке. – Но всё равно вы – земляне – слишком сомневаетесь в себе и всё время думаете о себе хуже, чем вы есть, – добавила она для пущей справедливости, – Вот ты вчера почему-то решила, что сделала что-то не то с «замком», хотя я уверена, что всё было как надо, а Артур… ну-у, неважно, что Артур, но с ним тоже бывает. По-моему, вам надо больше доверять себе!
М’Кота посмотрела на часы и со вздохом встала из-за компьютера: убрать противное беспокойство и убедиться в том, что Артуру не будет с ней плохо, хотелось именно сегодня, но разобраться в куче романтических программ до общего собрания не представлялось возможным. Вдруг клингонка оживилась.
– А тебе совсем-совсем не до любви? – спросила она, в порыве воодушевления перекидывая данные из компьютера на падд. – Или только на голодный желудок? А то, знаешь, у меня тут появилась непристойно меркантильная идея! Давай я закажу тебе в Кварк’с настоящую яичницу с настоящим помадором (что бы это ни было) и с каким угодно тостом, а ты поможешь мне найти подходящую программу для свидания?
Самрита сложила руки на груди и гордо вскинула подбородок.
- Это потому что я девочка, да? К тому же землянка! Поэтому должна разбираться в любви, романтике, отношениях и свиданиях? Может быть еще – ходить на каблуках и носить платьица?
И ее шелковая пижама в вишенку, и ярко-розовый лак на ногах, и разноцветные заколки в волосах намекали, что в чем-то М’Кота могла быть и права, но Самрита вовсе не хотела признаваться, что разбирается во всех этих девчачьих глупостях.
- И вообще, неужели клингонов интересует вся эта чепуха? Я думала, у вас там долг, честь, бои на смерть, клингонские оперы и бладвайн рекой, а ты – «Париж весной», пф! – фыркнула Самрита и нехотя поднялась на ноги. – Может быть, я и готова побыть девочкой сегодня за завтраком, но только если к завтраку будет прилагаться свежевыжатый апельсиновый сок. И помидоры, М’Кота, помидоры!..
М’Кота вздохнула и окинула Самриту бесконечно говорящим взглядом.
– Это потому Артур – землянин, – тоном «мистера Очевидность» объяснила она. – Я не хочу думать только о себе, мне хочется, чтобы ему было хорошо! Ладно, – улыбнулась она, – в твоём распоряжении весь апельсиновый сок в этой сомнительной забегаловке, но если будешь много вредничать, позову на подмогу Освальда и скажу ему, что у нас будет двойное свидание!! – голос М’Коты прозвучал зловеще, но искорки смеха в глазах и плутовская улыбка ясно показывали, что это – всего лишь шутка.
- Только попробуй, - прошипела Самрита, доставая из шкафа кадетскую форму. Аккуратно сложенная пижама отправилась под подушку. – Может, Артур как раз мечтает о настоящем клингонском свидании с… я даже не представляю, как они у вас выглядят, но, наверное, там участвуют батлеты. А ты ему – сакуру, гондолы и венский вальс!
Еще несколько минут у землянки ушло на то, чтобы надеть форму и сделать хвостики – теперь М’Кота увидела таинство, как на голове землянки появляется прическа, едва ли прописанная в уставе.
- Я это делаю только ради сока и омлета, - напомнила Самрита уже у двери. – А не потому что хочу с тобой дружить или лезть в ваши с Артуром отношения.
– Да-да! – отмахнулась М’Кота, – Конечно, только из меркантильных соображений! – и снова, её голос звучал скорее как ехидное «верю-верю», чем всерьёз. Клингонка тоже успела одеться и теперь нетерпеливо топталась в ожидании. – Захочет Артур батлетов – сам и программу найдёт, – беспечно сообщила она Самрите. – Какое у меня право лишать его возможности делать приятное мне?
__________
С М'Котой

 19 
 : 06 Сентября 2017, 17:00:49 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Тенек
2 сентября 2384 года. Утро.
Станция ДС9. Каюта Ракара и Тенека.


Улан Вооруженных сил Ромуланской Империи из подразделения внешней разведки Тал Шиар съежился в кресле, в котором сидел. «Эмигрировать»… «остаться в Федерации». Тенек называл вещи своими именами и произносил очевидности. В следующий раз Ракар поморщился при фразе «дружеские отношения», и стало еще хуже и больнее. Но когда Тенек сказал, что «отчасти понимает», Ракар поднял голову и сочувственно посмотрел на вулканца.
– Вы тоже, Тенек, да? – сказал Ракар, чуть нахмурившись, - а с вами что случилось?
– Нет, – быстро сказал Тенек, – это не тоже... то есть это не имеет отношения к... – он попытался подобрать самое вежливое слово, но – увы! – вежливых слов для ситуации Ракара не существовало, – ... к сильным переживаниям, – с некоторой задержкой закончил он. – Это имеет отношение к неуверенности в будущем. Впрочем, это написано в моём личном деле и не составляет никакой тайны: моя жена попросила у меня развод и получила его, только и всего.
– А… - произнес Ракар, не сводя взгляда с Тенека, - не имеет отношения к сильным переживаниям, - Ракар посчитал, что только такими же словами в ответ может ничем Тенека не обидеть. Какой же он все-таки странный, этот вулканский путь. Они изолировали большую часть самих себя. Но это их путь, их выбор, их право. Имеют право, в конце концов. Ракар быстро кивнул, - да, я читал это в вашем личном деле. Сочувствую, Тенек. И надеюсь, что однажды вы встретите ту, которая будет иметь непосредственное отношение к сильным переживаниям. Я этого вам желаю, Тенек, не сочтите меня невежливым, если что. И вы обретете уверенность. – и Ракар замолчал, посмотрев в сторону.
На добрых полминуты Тенек потерял дар речи, затем возразил:
– Всё самое важное в отношениях приходит со временем. А для уверенности в будущем мне было бы достаточно просто остаться в живых и не совершить никакого преступления.
Только договорив до конца, вулканец сообразил, что вторую фразу можно было бы оставить при себе, и запоздалая мысль о том, что именно он сейчас сказал, заставила сероватую бледность (которую неизменно вызывала мысль о преждевременной, постыдной и, главное, абсолютно бессмысленной смерти), медленно смениться её полной противоположностью.
Ракару показалось, что до этого момента вулканец Тенек ещё ни разу не был настолько откровенным. И раз тот себе позволил, это много значило.
– Тенек, я понял, - сказал Ракар, - я в курсе, что у вас бывает и что с этим делать. Если это с вами случится в моем присутствии, я не дам вам умереть или совершить преступление. Вы можете рассчитывать на меня. Я найду вам.. ну или, - Ракар хотел сказать “мы с вами подеремся”, но решил, что эту простенькую обманную стратегию в случае вулканского безумия заранее раскрывать не стоит. - поверьте, жениться вам вовсе не обязательно для того, чтобы просто спасти жизнь.
С этими словами ромуланец поднялся. Наверняка он вулканца вогнал в смущение, и лучше было на него просто не смотреть.
– Спасибо, Тенек, - сказал Ракар, намереваясь идти в душ. - передавайте от меня привет Рроу.
– А вот это уже исключительно моё личное дело, – несколько непоследовательно ответил Тенек, весьма сожалея о собственной откровенности и старательно выскребая из отдалённых углов сознания остатки невозмутимости. Кажется, его попытка помочь Ракару привела к весьма двойственному результату: с одной стороны Ракар очнулся и проявил некоторые признаки нормального отношения к жизни, с другой – самого Тенека этот разговор изрядно выбил из колеи.
– Я передам мистеру Рроу, что вы интересовались его здоровьем, – негромко сказал он, отворачиваясь и направляясь к двери.
– Личное, несомненно, я не вмешиваюсь, Тенек, не подумайте ничего плохого, - сказал ромуланец, - я просто сказал, что вы можете на меня рассчитывать. В беде. И все.
Ромуланец отвернулся.
Это было странно, но Ракар сказал практически те же слова, что и сам Тенек, и перед тем как выйти, стажёр ответил, всё так же не глядя на собеседника:
– Я вам благодарен.
Ромуланец кивнул Тенеку и скрылся за дверью сантехнического узла. Чем-либо смущать вулканца он не был намерен, но вышло так, что Тенек, не вполне осознанно, из лучших побуждений, эту тему завел сам.
Ракар долго стоял под душем, вспоминая разные моменты. Как в первый раз, еще не сознавая собственных чувств, он положил руку поверх руки Квинтилии на прибор управления ховеркаром, и как они падали. Как он обнял ее в лазарете, и ее длинные распущенные волосы легли ему на плечи. Как она сама подала ему руку и пожала ее, в жесте прощания. Он понимал, что это все не повторится. Но было и то, что важнее. Ее легкая улыбка, после регаты, ей понравилось быть первым помощником, она чувствовала удовлетворение. И значит – все не напрасно. Только от этого не становилось менее больно.
Вернувшись в помещение каюты, Ракар оделся в форму, привел себя к внешнему виду по уставу, бросил взгляд на ровные ряды бутылок под своей койкой, извлек одну, налил в стакан. Но потом он вспомнил, что долг сегодняшнего дня не позволяет ему уйти от реальности прямо с утра. Проект все еще надо спасать, что-то творится с глинном Толан, есть еще "Фениксы", которым надо воздать по заслугам, уже не тем, а с множеством смягчающих обстоятельств, и вечерняя силовая тренировка с Квинтилией, которая уж точно не позволяет ему пить с утра. Поэтому ромуланец слил эль из стакана обратно в бутылку и отправился в голокомнаты, нужно было доредактировать тренировку.
______________________
с Ракаром

 20 
 : 06 Сентября 2017, 16:59:02 
Автор Мори Джанир - Последний ответ от Ракар
2 сентября 2384 года. Утро.
Станция ДС9. Каюта Ракара и Тенека.

Ракар стоял по колени в снегу в бескрайней степи от горизонта до горизонта, а в небе над ним, звездном, черном небе, висели две луны. Снег покрывал все, местами сбиваясь в белые барханы, которые вернее было бы назвать сугробами. Снег набился в его высокие форменные ботинки, и таять не спешил. Тишину нарушал только ветер, гонящий поземку, впивающийся в лицо ледяными иглами. Ромуланец стоял, не пряча лицо от ветра. Он был здесь один, и помнил только, что ему надо идти, идти вперед к неизвестной цели. Идти, вопреки не проходящему чувству потери, вопреки тоске, которая теперь всегда с ним. Ромуланец идти не спешил, он стоял, вдыхая морозный воздух крайнего севера своей родной планеты, и смотрел в небо. Он должен идти, но долг подождет.
Будильник сработал давно, Ракар выключил его, не желая выходить из иллюзии этого сна, желая остановить бег времени, раствориться в безвременье бескрайней снежной равнины.
Потом снежная равнина сменилась видом дюраниевой стенки каюты, и Ракар стал рассматривать узор, мельчайшие черточки на поверхности металла. В этом случайном узоре мог быть смысл. Но скорее всего его не было, смысла не было во многом, Ракар решил что вставать тоже нет никакого смысла. Никто не звал их ни на какой брифинг, пробежки с Квинтилией этим утром не будет. Не будет многого другого. Ромуланец забыл напрочь даже о вчерашнем дне, о регате, сосредоточившись на изгибах линий на стене, не забыл он только о той, которую потерял, так и не обретя.
Вчерашним вечером Ракар ушел с Променада немедленно после объявления победителя, забежав лишь на минуту в Кварк'с, чтобы сделать заказ. Заказ – ящик ромуланского эля – доставили в его каюту через полчаса. Ничего не объясняя Тенеку, Ракар поставил эль под свою нижнюю койку, так и не притронувшись к нему.

Тенек не спросил. Он вообще редко спрашивал о таких вещах, оставляя другому возможность самому затронуть сложную тему, если это будет уместно. Не спросил, но мысленно отметил, внутренне ожидая, будет ли у этого действия продолжение. Собственно, от этого продолжения и зависело то, какой будет реакция врача-стажёра. Опять-таки Тенек не знал, имеет ли это отношение к странному состоянию Ракара накануне вечером, но безучастность ромуланца вызывала у него озабоченность и подозрения в том, что в таком состоянии индивидуум может игнорировать самые естественные потребности.
Пока Ракар лежал, вулканец успел переделать все утренние дела и подготовиться к выходу. Он собирался выйти из каюты раньше, чем требовалось, чтобы зайти в лазарет осведомиться о состоянии Рроу, однако по мере того, как время шло, а ромуланец не вставал, в разуме вулканца всё больше созревала мысль о том, что совсем не Рроу сейчас больше всего нуждается в помощи.
– Я собираюсь пойти позавтракать, – сказал вулканец, не глядя на лежащего товарища, – Не хотите присоединиться?
Это было неуклюжее начало, но на более изящное социальных навыков вулканца не хватало.
Услышав голос вулканца, ромуланец понял, что Тенек еще не ушел из каюты, и все эти легкие шорохи, которые он игнорировал до сих пор – были следами его присутствия. Ракар понимал, что нельзя отрешаться от реальности до такой степени, но безразличие владело им в большой степени, и возвращаться в реальность не хотелось. Долг подождет, так он думал сейчас. Но Тенек заговорил, и Ракар вспомнил, что во вчерашнем дне было много всего, кроме того разговора с Квинтилией. Долг не может ждать. Ракар заставил себя, сел на койке, посмотрел на Тенека. Вулканец не ушел, значит ли это, что вулканец может и действительно быть другом? Или это только логика диктует?
- Спасибо, Тенек, - ответил Ракар, - может быть позже, не сейчас. Я не хочу есть, и нас еще никуда не вызывали. Нет смысла выходить.
Тенек в очередной раз спросил себя, не следует ли спросить Ракара о вчерашнем. Будь Ракар вулканцем, это было бы чрезмерным и неподобающим – вообще всё было бы неподобающим, кроме молчаливого понимания, а в самом крайнем случае – слов поддержки вообще, никак не связанных с конкретным гипотетическим событием и эмоциональной реакцией на него. Тенек попытался настроиться на то, чтобы отреагировать как-то более уместно для общения с эмоциональными, и не смог: ромуланец был слишком похож на его сородичей внешне, намекать на его подверженность эмоциям было почти кощунственно. В результате стажёр несколько секунд боролся с собственным воспитанием, а затем сказал единственное, что у него получилось:
– Я зайду в лазарет, спрошу о самочувствии мистера Рроу. Мистер Ракар... Наши государства и расы всегда находились в сложных, в лучшем случае, натянутых взаимоотношениях, но лично вы никогда не позволяли себе неуважительно отзываться о Федерации или о вулканцах. Я ценю это. И если вам понадобится моя помощь, вы всегда можете на неё рассчитывать.
Ракар смотрел на Тенека слегка удивленно. Таких слов от вулканца ему слышать не приходилось ни разу в жизни. Хотя, впрочем, он раньше и дел с ними не имел. Он только учился, учил, и знал теоретически, что никому нельзя верить, а вулканцам в особенности. Но Тенек был совсем не таким.
Ракар опустил голову, а потом с видимым усилием встал с койки и принялся одеваться.
- Вообще-то, Тенек, я позволял себе, и не раз. Но вы не слышали. А мне хочется быть честным сейчас. Да, между нами всеми сложные внешнеполитические отношения, да и вообще. Но лично вас это не касается, вы другой, достойный уважения вулканец, несмотря на то, что мы с вами тоже друг друга не всегда понимаем. Однако я не голословно назвал вас другом. Никогда не думал, что назову другом вулканца, но вы заслужили.
Ракар натянул водолазку и форменные брюки, оставшись босиком. Он дошел до кресла и сел, бросил взгляд на ящик эля и посмотрел на Тенека.
- Спасибо, Тенек, - Ракар отвел от Тенека взгляд, - но вы не можете помочь. Здесь не поможешь, это либо переживешь сам, либо нет. Но я благодарен за вашу готовность.
Тенека кольнуло подозрение, что тут не обошлось без сильных чувств Ракара к Квинтилии, но уточнять это без каких-либо конкретных слов со стороны собеседника было бы совсем уже невежливо.
– Ещё слишком рано судить, являюсь ли я вашим другом, – чувство справедливости и честности заставило Тенека сказать эти слова, – как я уже говорил, для создания подлинной дружбы требуется больше времени, и в будущем вы можете узнать меня с худшей стороны. Но я хотел бы, чтобы дружба между нами сложилась. Что касается ваших слов, которых я не слышал, уже достаточно важно и то, что вы старались проявлять уважение во время сотрудничества. Это – существенно. Всё остальное преодолимо: в рамках любой расы есть недостойные личности и личности достойные уважения, в рамках любой культуры есть вещи непонятные или неприемлемые для второй стороны. Здесь нас может рассудить только время, и обычно это бывает время превосходящее продолжительность жизни гуманоида.
Ромуланец так и слушал, глядя в пол, чуть отвлекшись, но некоторые ключевые моменты в словах Тенека он осознал и принял их на совсем другой счет. Кто мог знать, что если он говорил одновременно и про другое.
- Вы правы, время, худшие стороны, и рано судить. Время оно такое, оно многое может, но иногда и оно бессильно. Или просто мы совершаем ошибки, - ромуланец говорил отстраненно, и пока говорил, понял, ему требуется рассказать, что случилось. Тенек и правда хотел помочь, иначе не было бы этого разговора. Как глинн Толан вчера.
- Время. Я совершил большую ошибку. Знаете, Тенек, пока она лежала в лазарете, я сказал ей. После того, как узнал, что она хочет улететь на Бетазед. Я испугался, что она улетит и больше никогда я ее не увижу. И я поспешил, мне казалось, это ее как-то воодушевит. Но все произошло наоборот. Ведь не случись всех этих стимуляторов и гипотетического Бетазеда – я может быть и вовсе не сказал ничего. Я поступал бы по-другому, мы бы работали вместе на проекте, узнавали друг друга постепенно. Все могло быть иначе. И… она не любит меня. Она сказала это вчера, что нет никакого смысла, что она не видит никакого будущего, и не любит меня. И послала меня к Делас. Вот и все. Я все испортил сам. И как я мог … как я мог мечтать и верить во что-то, мне ведь самому известно, что будущее наше вместе – маловероятно, хотя я сделал бы все ради этого. Или не все. Я не знаю. Как я вообще мог подумать, что она может захотеть со мной хотя бы проводить свободное время, просто общаться, просто говорить. – Ракар прикрыл рукой глаза, - зато она была со мной честной. Это многого стоит. Простите, Тенек, что вам пришлось выслушать. И спасибо.
– Ничего, – Тенек был очень сильно озадачен и даже обескуражен, но вовремя напомнил себе, что в конце концов жрецы, врачи и учителя – это как раз те люди, которым нужно уметь разговаривать и на такие темы тоже. Просто пока у него не было в этом опыта. – Это иногда бывает необходимо, – добавил он, пытаясь найти хоть какой-то разумный ответ. Разумный ответ упорно не желал находиться, а если находился, то оказывался совершенно неподходящим. Готовых решений, старательно отфильтрованных традицией, тут просто не было, или Тенек о них не знал, а думать самому не очень-то получалось, потому что тема была мягко говоря непривычной.
– Честность, это ведь лучше для выбора правильного решения, – сказал вулканец не совсем уверенно: идеальный ответ так и не нашёлся, и вулканец начал думать вслух. – И если вы не собираетесь остаться в Федерации, вероятно, у вас мало шансов создать семью с мисс Перим, поскольку она тоже, видимо, не рассматривает возможность эмигрировать. Но вы напрасно думаете, что она не может захотеть проводить с вами свободное время и просто общаться. Вы не причинили ей никакого вреда, даже помогли, у неё нет причин избегать вас. Думаю, у вас есть возможность установить дружеские отношения... Правда, я не знаю, как принято у эмоциональных реагировать на такое признание, но у нас брачное предложение считается честью, независимо от того, принято оно или отклонено. Впрочем, вероятно, вам всё равно представляется, что вы утратили значительную часть своего будущего, я это понимаю... отчасти, – на этом месте Тенек пришёл к выводу, что абсолютно ничем не помог Ракару в его проблеме, и счёл за благо замолчать.
_______________
С Тенеком

Страниц: 1 [2] 3 4 5 6 7 ... 10

MySQL PHP Powered by SMF 1.1.15 | SMF © 2006-2008, Simple Machines XHTML 1.0 CSS